Шаганэ

Стены замка, выложенные грубым песочным камнем, возвышались над землей и тянулись до самого неба неприступной крепостью. Резкий северный ветер развевал волосы рыцаря, снявшего свой тяжелый шлем, делая их похожими на настоящие морские волны, рвал и трепал синий плащ у него за спиной, словно оторванный лоскут неба. Приложив не занятую шлемом и копьем ладонь ко лбу, Лоэн обвел взглядом горизонт, вглядываясь в светлую даль до боли в глазах. Дракона не было видно. Он соскочил на выжженную солнцем бесплодную землю, трескавшуюся под ногами, и потрепал по холке своего верного скакуна. Конь переступил с одного копыта на другое, тряхнул гривой. Лоэн обещающе склонил голову. – Я вернусь совсем скоро. Конь медленно и печально моргнул влажными темными глазами. Рыцарь вздохнул и протянул ему морковь на раскрытой ладони. – Держи. Ты заслужил. Верный скакун радостно слизнул угощение мокрым языком. Обтирать руки о штаны было не очень по-рыцарски, поэтому Лоэн проигнорировал этот момент и снова развернулся к вздымающейся к небесам башне. Почти на самом ее верху темнело крошечное окошко. – Я иду к тебе, – прошептал рыцарь, приложив ладонь к груди, а после вернул на голову шлем и храбро начал подъем. Он преодолевал каменные стены, уходящие из-под ног красные камни и куски засохшей под безжалостным солнцем и убийственным драконьим пламенем глины, пригибался, чтобы не попасться на глаза кружащим над замком стервятникам, жаждущим его плоти, и уворачивался от летящего в лицо песка, вихрями поднимаемого их широкими и смердящими черными крыльями. Он взбирался по крутым утесам и каменным стенам, хватаясь за крошечные выступы, отбиваясь от кишащих клекочущих птиц, с сердцем, обрывавшимся всякий раз, когда нога соскальзывала и он повисал в солнечной ветреной пустоте. Заветное окно было все ближе. Лоэн подтянулся еще раз, хватаясь за его край, и перебросил ногу через холодный каменный подоконник. Иллуги, сидевший за столом, уставленном стопками книг и бумаг вышиной в человеческий рост, повернулся в его сторону, и следующую секунду глаза его округлились, приняв форму огромного глобуса, стоящего на дальнем шкафу. – Лоэн, ты что тут делаешь?! – Я же дал клятву, что спасу тебя, мой принц. – Лоэн стянул с головы шлем, нечаянно размазав по щеке кровь с содранного запястья, и широко улыбнулся. Удивленно-испуганный Иллуги выглядел просто очаровательно, и рыцарь уже готов был выдать ему еще какую-то чепуху, лишь бы подольше полюбоваться этим выражением на любимом лице, как вдруг за закрытой дубовой дверью раздалась неспешная тяжелая поступь. Дракон возвращался. И прежде, чем дверь комнаты успела отвориться хоть на пол пальца, Лоэн спрыгнул с окна, схватил Иллуги со стула, забросил себе на плечо и метнулся обратно, не чувствуя под собой ног. Советник Флинс, уставившись в какие-то бумаги, зашел в кабинет, будничным тоном произнося: – Ваше Высочество, сегодня после занятий вам еще предстоит наведаться к портным, чтобы для вашего бального костюма сняли новые мерки... За пустым столом ветер шевелил листки в раскрытой книге. Флинс выронил собственные и бросился к распахнутому настежь окну, за которым светилось яркое синее небо и зеленела свежеподстриженная лужайка, а по ней стремительно уносились два силуэта, сливавшиеся в один. – Господин Иллуги! – закричал советник, перегнувшись через подоконник, и в ответ ему раздался звенящий в теплом весеннем воздухе счастливый смех. Лоэн хохотал, несясь через зеленый сад, пока на них оборачивались растерянные стражники в черном, и Иллуги на его плече, отвернувшись наконец от силуэта наставника в оконном проеме, тоже ощутил, как на лице сквозь невольный испуг пробивается неудержимая улыбка. Им вслед летели окрики и удивленные возгласы, но Лоэн смеялся, и Иллуги, крепче хватаясь за его шею и плечи, смеялся тоже. Солнце ярко светилось над ними в высоком чисто-голубом небе. – Я спас тебя от дракона! – крикнул рыцарь, глотая бьющий по лицу ветер. Он бежал по засыпанной гравием садовой дорожке, и за ними, кажется, гнался кто-то из стервятников. – Теперь ты мне кое-что должен! Сейчас, подпрыгивая у него на плече, ощущая треплющий волосы свежий северный ветер и наконец-то свободу – вне зависимости от того, что она будет недолгой, от того, что его отчитают и накажут стопкой книг уже в драконий рост – свободу, Иллуги готов был подарить ему целый мир. – Да? И что же? Лоэн повернул голову к нему вполоборота, одновременно каким-то невероятным образом уворачиваясь от столкновения с розовым кустом. – Поцелуй! Принц точно споткнулся на весу, ощутив, как сердце ухнуло куда-то вниз, глубже, чем когда он увидел Лоэна на подоконнике, как пропустило удар. А потом, не слыша ничего за его бешеным стуком и не видя за лезущими в глаза волосами, отклонился назад и на ощупь поцеловал его прямо в губы. Лоэна повело в сторону; он пошатнулся, споткнулся, и они тут же рухнули куда-то в траву. Руки, ноги и длинные полы плаща и рубашки перемешались, Иллуги ударился лбом о тяжелый железный наплечник рыцаря, а потом укололся небольшой брошью в виде арбалета на левом рукаве. – Ага, попался! – Крик раздался совсем рядом; Лоэн на нетвердых руках поднялся в траве, выпутываясь из собственного плаща и глядя на Иллуги совершенно безумным, ошалевшим от абсолютного счастья взглядом. – Они догоняют, – сообщил принц. Рыцарь медленно помотал головой. – Забудь, что я сказал. Ты должен мне два поцелуя. И Иллуги подхватили слегка дрожащие руки. Стервятники неслись за похитителем королевских сокровищ по пятам, расправляя над землей облезлые черные крылья, а впереди, у самых замковых ворот их ждала белая лошадка и благословенные мгновения счастья, за которые Иллуги подарит ему столько поцелуев, сколько только успеет.