Стратегия выживания (Survival Strategy by LiveLongEatWell)

Кафе источало подозрительно романтичную атмосферу. По этому признаку Моб и понял, что нужно уходить. Он едва успел пригубить кофе, как тот вошёл. Широкие плечи, трагичный взгляд и та особая медлительная походка, которая буквально кричала: Главный герой! Что автоматически делало Моба, по воле злого рока, его целевой аудиторией. Как только их взгляды встретились, Моб уже был на полпути к выходу. Быстрый глоток. Ни слова. Минимальный зрительный контакт. Он выскользнул за дверь, как тень, кофе в руках. Чистый побег. Или так он думал. Потому что позже тот широкоплечий Главный герой рассказал друзьям: «Он смотрел на меня так, словно несёт бремя, которое никто другой не способен понять… Мне нужно пробиться сквозь его стены». …Какие стены? Моб просто пытался не стать второстепенной сюжетной линией в чужой эпифании с обнажённым торсом! Это повторялось снова и снова. Высокий ухмыляющийся сэмпай, который попытался прижать Моба в библиотеке? Тот уклонился, притворившись глухим, и растворился среди энциклопедий. Теперь полшколы шепчется о «таинственной учёности» Моба. Популярный спортсмен, звавший его на тренировку? Моб отказался, потому что ненавидит бегать. Теперь тот смотрит на него с другого конца поля — как на редкий, недосягаемый приз, который нужно завоевать в чемпионате по любви. И парень, протянувший Мобу зонт под дождём. Моб вернул его и ушёл — у него был свой. Оказывается, это сделало его «холодным, но с искрой тайной доброты». Моб вовсе не холодный. Просто… методично избегает смерти от рук любовного интереса. Люди называют Моба «крутым» и «непроницаемым». Правда в том, что внутри он вопит на каждый возможный флаг: Двое наедине в подсобке? Прочь. Случайное касание рук? Отдёрнуться, как от радиоактивного вещества. Внезапное признание под звёздами? Сделать вид, что не слышал, и высказаться о погоде. Простая стратегия выживания. И всё же каждое бегство лишь… приумножало легенду. Теперь существует фан-клуб, посвящённый «цунандэрэ-обаянию» Моба. Они говорят, что он отталкивает людей, но втайне хочет их близости. Что его взгляды «пылающие». Что краткие ответы «пронизаны эмоциональной глубиной». Они пронизаны мольбой Моба к вселенной — не втягивать его в свой BL-нарратив. И, как водится, сам Моб обо всём этом не подозревает. Потому что именно так угодно вселенной. — Всё началось с брошенного вскользь замечания его якобы безобидного младшего братца Аято. — Может, пойдёшь в полицию? Пустишь свой собачий нюх в дело. Тогда это почти звучало разумно. Почти. Моб даже позволил себе на секунду представить. Статный, хорошо одетый страж закона. Может, даже немного дамский угодник. А потом совершил ошибку — прочитал криминальное яой. Смерть. Пытки. Насилие. Травма. Каждый персонаж-полицейский обречён либо на трагическую любовную историю, либо на бесславную могилу. Аято… зачем ты проклял родного Онии-тян? И всё же вот он — стоит перед магазином у дома. В сумке — брошюра с карьерного дня в университете, весело рекламирующая Полицейскую академию, будто это не смертельная ловушка из яой. Перемотать неделю вперёд — и Моб каким-то образом задержал магазинного вора. Секунду назад он применял обычную технику выживания (избегал зрительного контакта со странным типом в капюшоне, от которого разило васаби), а в следующую — споткнулся о дверной коврик, врезался прямо в него и каким-то образом обезоружил мужчину с ножом в том, что очевидцы впоследствии описали как «безупречную самооборону!» Ею это не было. Это была неловкость и чистая паника. Аято. На следующий день начальник полиции вручил ему Почётную грамоту храброго гражданина. Аято, ну зачем?! Ему предложили полную стипендию в Полицейскую академию, если сдаст вступительные экзамены. За что мне всё это!!! — Моб выработал новое правило. Если вселенная настаивает — вежливо саботируй. Таков был план, когда он стоял перед Полицейской академией в день экзаменов, глядя на здание снизу вверх. Баннеры радостно хлопали на ветру. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, БУДУЩИЕ ОФИЦЕРЫ! У входа толпились абитуриенты. Подтянутые, целеустремлённые, искрящиеся Нарративным Потенциалом. Моб поправил галстук. Слишком аккуратно. Слишком по-протагонистски. Тут же ослабил. Так лучше. — Ладно, — пробормотал он. — Провалю экзамен. Уйду домой. Буду жить. Внутри экзаменатор вручил ему карандаш с улыбкой, которая говорила: Я верю в тебя! Моб содрогнулся. Вера — штука опасная. Он занял своё место. Экзаменационный буклет лежал аккуратно. Имя вписано чётко. Ошибка № 01. Он зачеркнул и переписал небрежнее. Вот так. Менее привлекательно. Начался письменный тест. Вопрос 1: Ситуативное суждение. Подозреваемый скрывается в людном месте. Ваши действия? Моб мрачно улыбнулся. Легко. Выбрать худший ответ. Он обвёл: Преследовать безрассудно, на полной скорости, невзирая на последствия. Карандаш замер. …Нет. Это слишком очевидно неверно. Подумают, что я шучу. Или, что хуже… что я пылкий. Он исправил на: Вызвать подкрепление, оцепить район, уделить приоритет безопасности гражданских. Он моргнул. Зачем его рука это сделала. Вопрос 2: Этика. Старший офицер отдаёт незаконный приказ. Душа Моба взвыла. Отказаться демонстративно и произнести монолог о справедливости — это был абсолютно BL-ответ. Его нужно избежать. Он написал: Вежливо отказаться и сообщить по официальным каналам. Почему это… правильно? Моб на полсекунды уронил лоб на стол. — Сосредоточься, — прошептал он. — Будь хуже. Вопрос 3: Знание законодательства. Дайте определение обоснованного подозрения. Он попытался написать что-то расплывчатое и бесполезное. Вышло: чёткое, точное по учебнику определение со ссылкой на прецедент, который он не помнил, чтобы учил. Моб уставился на собственный почерк. Вопросы продолжались. Катастрофа за катастрофой. Каждый раз, когда он пытался выбрать ответ, который его погубит, мозг — предательский, эффективный, одержимый выживанием — его исправлял. Нет, это незаконно! Это подвергнет опасности гражданских! Это нарушает протокол, который я, судя по всему, никогда не изучал! Он попытался написать длинный, сбивчивый эссе-ответ, полный неуверенности. Вышел — спокойный. Структурированный. Чёткий. Добавил лишние оговорки. Они почему-то читались как вдумчивость. К концу письменного экзамена Моб весь взмок. Затем — физические испытания. Вот здесь-то он точно провалится. Отжимания. Моб опустился вниз, руки дрожат. Он планировал эффектно рухнуть на третьем счёте. Его тело, которое, оказывается, всё это время тихо оставалось в полной форме, сделало… больше. Пять. Десять. Пятнадцать. — Хорошая техника, — сказал инструктор. Душа Моба покинула тело. Конечно, у него идеальный результат — он тренировал тело, чтобы уклоняться от BL-несчастных случаев. Он споткнулся на спринте — это должно было помочь, — кроме того, что откатился, восстановился и пересёк финишную черту в том, что назвали «впечатляющим спасением». На оценке рукопашного боя он попытался облажаться. Вместо этого мышечная память, годами уклонявшаяся от людей, угловых столкновений, захватов за запястья, замкнутых пространств, воплотилась в чистые уходы и обезоруживание. — Природный инстинкт, — пробормотал кто-то. Моб уставился в пустоту. Ненавижу инстинкты. Наконец — собеседование. Напротив него сидели трое кадровых офицеров. Одним из них был начальник Киотского отделения. Серьёзный. Оценивающий. Вот оно. Здесь он утонет. Будет скучным. Немотивированным. Может, даже психованным! — Почему вы хотите стать полицейским? — спросил один. Моб вдохнул. — Я не хочу, — ответил он честно. В комнате стало тихо. О нет. Это прозвучало убедительно. — То есть, — он заторопился, — у меня нет великой мечты. Я не хочу быть героем. Я не верю в драматичное правосудие или изменение мира. Я просто… не люблю видеть, как людям делают больно. И я очень хорошо умею избегать неприятностей. Если неприятности настаивают — я справляюсь с ними эффективно и ухожу. Тишина. Перо зачеркало. — Это взвешенно, — медленно произнёс один офицер. — Прагматично, — согласился третий. Моб наблюдал, как его будущее рассыпается в прах. Несколько дней спустя пришло письмо. ПОЗДРАВЛЯЕМ! Высший балл на письменном экзамене. Выдающееся ситуативное суждение. Превосходная выдержка под давлением. Зачисление подтверждено. Моб уставился в письмо. — …Я пытался провалиться, — прошептал он, пока за спиной ликовала семья. Аято просто смотрел на него с выражением, почти таким же растерянным, как у самого Моба. Вселенная — самодовольная и BL-образной формы — промолчала. Где-то вдалеке Главный герой почувствовал озноб, ощутив приближение нового трагичного, способного, эмоционально недоступного офицера, который непременно разрушит его жизнь. Моб смял письмо дрожащими руками. — Ладно, — произнёс он слабо. — Новые правила. Выжить в академии. Избегать любовных интересов. Не становиться эмоциональным стержнем отделения. Не умирать!!! Вселенная размяла костяшки пальцев.