Последний номер

За кулисами было тесно. Огромные ящики с реквизитом громоздились друг на друге, между ними валялись плакаты и веревки, судя по всему страхова. Минхо указал ему на коробку. - Сиди здесь. Не высовывайся. Просто смотри и учись.— Клоун поправил перчатки и исчез в полумраке, оставив Джисона одного. Из за тяжёлого занавеса доносился гул голосов. Зрители постепенно заполняли зал. Джисон заглянул в щель между шторами и увидел море лиц. Дети с сахарной ватой, родители с усталыми лицами, парочки снимающие всё на телефон. Неожиданно грянула музыка. То самое пианино, заполнило шатёр. Свет погас. И через секунду вспыхнул снова, заливая манеж яркими софитами. В центре сидел он — Чан. Пальцы плавно, будто по волшебству, двигались по клавишам. Мелодия лилась медленно, обволакивающе. В ней было что то знакомое, что то детское. Ноты падали одна за другой. Слишком правильные. Слишком властные. Свет в шатре приглушили. Лишь одинокий луч всё еще был направлен на фокусника. Который взяв последний, особенно красивый аккорд - исчез. Зрители затаили дыхание, Джисон замер. Софиты вновь озарили манеж. А там. Прямо под куполом. Из ниоткуда появились они. Феликс и Хенджин, сплетённые в замысловатых позах. Никаких страховок, тросов. Только их идеально синхронизированные тела, которые переплетались так тесно, что казались одним целым. Существом. Зал ахнул. Они были прекрасны. Феликс взлетел выше, и закружившись камнем полетел вниз. Хенджин перехватил его, закрутил, швырнул в сторону и вновь перехватил прижав к себе. Музыка утихла, а они медленно вращались вокруг себя, а потом вновь.. высокий аккорд и Феликс уже делает опаснейший трюк, успешно приземляясь обратно в руки Хенджина. Тот подкидывает его ещё раз, и снова успех. Они медленно, словно ангелы спускаются на манеж. Поклон. Зрители в восторге. Все аплодируют. Кто то свистит. Кто то охает. Главное, что все счастливы. Пара акробатов расходится. Как вдруг. Барабанная дробь. На сцену выкатился Чанбин, лёгкий пружинистый. Он подпрыгнул, сделал кувырок в воздухе и успешно приземлился на одну руку. Зрители заопладировали. Но это только начало. Музыка ускорилась. И Чанбин начал изгибаться так, как не должен был обычный человек. Локоть вывернулся в плече, в противоположную сторону. Джисон тут же проморгался пару раз, думая, что ему показалось. Но Чанбин лишь натянув улыбку ещё шире, продолжил перетекать из одной позы в другую. Нога закинулась за голову, обвивая шею словно змея. Позвоночник выгнулся дугой так, что Чанбин мог посмотреть на зрителей из под собственной ноги. Дети визжали от восторга, а взрослые закрывали рты от удивления. Чанбин резко закрутился на месте, словно волчок. Его фигура расплылась в размытое пятно. И вдруг остановился. Резко. И застыл в позе, позвоночник вывернут, голова под ногами, а руки за спиной. Зал взорвался аплодисментами. Бинни выпрямился и раскланявшись зрителям, скрылся за кулисами. Свет погас. Зрители затихли. На манеже загорелся экранчик. - Театр теней.? — прошептал сам себе Джисон. И правда. На экранчике появился силуэт чонина, в том же цилиндре. Тень поклонилась зрителям. И началось волшебство Руки чонина двигались за экраном создавая неописуемые картины. Птицы, звери, люди, целые пейзажи рождались из его пальцев. Зрители смотрели заворожённо, дети пытались вытянуть шеи, что бы рассмотреть "художника теней" получше. Но Джисон.. Джисон напрягся. Он разглядел в этих тенях нечто странное, словно те были созданы не из пальцев.. словно.. имели свой разум, были живыми. Джисон точно слышал звук взмаха крыльями, лай собаки, мычание коровы и горькие слёзы теневых людей.. Под конец выступления тени начали плавиться, словно горели заживо, это сопровождалось страшным воплем, разносящемся по всему манежу. Наконец свет потух. И тут же зажёгся. В центре зала Чонин уже кланялся зрителям. А после скрылся. Скрылся в тени кулис. Свет погас. Когда он зажегся снова, по манежу поплыли синеватые лучи софитов. В центре зала стоял Сынмин. В руках у него были шары, но не обычные, не цирковые.. а хрустальные, внутри которых мелькали крошечные огоньки. Словно он заточил в них светлячков. - Я расскажу вам историю!! — Громко произнес он. — Историю об одном мальчике, который очень любил цирк.— На этих словах он подкинул один из хрустальных шариков, тот резко застыл в воздухе, а внутри него начала вырисоваться картинка, сначала размытая, но спустя пару секунд она стала чётче, словно транслировала чьи то воспоминания. - Его звали.. а впрочем.. неважно. – Внутри шара, который всё еще висел в воздухе, словно его держала какая то неведомая сила, нарисовалась картинка: Маленький мальчик в полосатой кофточке, стоял у самого входа в цирк, любопытно заглядывая внутрь сквозь толпу впереди стоящих людей. — Он пришёл в цирк с мамой и папой. Впервые в жизни. — Продолжал Сынмин. Второй шарик тоже подлетел вверх, останавливаясь около первого, и внутри него тоже проявилась картинка: Женщина и мучжина, входят в шатёр держа мальчишку за руки. - Это был лучший день в его жизни. Клоуны веселили мальчика до боли в животе, фокусники заставляли охать, а от акробатов замирало сердце. Третий шар взлетел, на нём фокусник в цилиндре, доставал из шляпы белого кролика. Только вот, лицо человека было размыто. - А после представления.. — Сынмин подкинул четвёртый шар. — Он подошёл к мальчику. На четвёртом шарике: фокусник стоит прямо перед мальчишкой, протягивая ему свою руку в белой белой перчатке. - Он шепчет ему..Пойдём с нами.. мы покажем тебе жизнь за кулисами.. тебе интересно?.. И мальчик пошёл. Пятый шар уже повис рядом с другими, а в нем: Мальчик держит за руку клоуна, они идут по темному темному коридору, завешанному бархатом. Свет позади исчезает после каждого нового шага. - Доверчивый малыш, правда?.. Думает, что попал в сказку.. Шестой, седьмой, восьмой тут же подлетают следом. Внутри каждого замелькали картинки: Тёмные подвалы, клетки.. и лица.. множество стёртых лиц, что даже не прнятно, кому они принадлежат.. - Мальчик остался в этом цирке навсегда.. — Голос стал тише. Шарики закружили в воздухе, словно пританцовывали. Картинки расплывались сменяясь новыми. Теперь в них были чужие судьбы, чужие жизни, чужие трагедии. Шары резко застыли. Сынмин щелкнул пальцами. И они лопнули. Оглушительный звук хрусталя, разнёсся эхом по всему шатру. Осколки посыпались вниз, но коснувшись песка - исчезли. Зрители спустя секунду молчания, разразились громкими аплодисментами: Браво! Браво! Сынмин сделал пару поклонов и покинул манеж. Последний номер. Зрители замерли в предвкушении чего то масштабного. И снова свет погас. А когда зажёгся. Манеж был пуст. Из под купола начала спускаться фигура клоуна. Минхо был подвешан на тонких, почти невидимых нитках. Как марионетка. Его руки и ноги безвольно болтались, голова была опущена, это было неестественно для человека..это пугало. Он спускался все ниже и ниже, пока кончики его туфель не коснулись песка. Тогда то он и дернулся. Резко. Неожиданно. Словно прямо под куполом, гигантская рука держащая его за ниточки, управляла им. Музыка заиграла. Ускорилась. Минхо двигался как настоящая кукла. Резко. Угловато. Он то подпрыгивал, то резко замирал в странных позах. А детям нравилось. Те забавлялись нелепым движениям клоуна и радостно хлопали в ладоши. Но потом. Музыка оборвалась. Он повис в воздухе раскинув руки, и рухнул на манеж. Нити натянулись до предела. Оборвались. Одна за другой. Свет упал на лежащего в песке Минхо. А рядом Бан чан. Склонялся над парнем, не отводя взгляда. Рука резко взмыла вверх. А за ней поднялся и Минхо. Чан приобнял его за плечи, что бы тот не упал. И перевел взгляд на зал, осматривая каждый ряд, каждого зрителя..Он поднёс палец к губам. - Чшшш..— прошипел. А потом исчез. Исчез вместе с Минхо. Манеж опустел. Свет погас. Концерт был окончен. Люди зашептались. Свет вернули во всем шатре, тем самым объявив, что концерт подошёл к концу. Толпа потянулась к выходу. Весёлая, довольная, эмоционально обсуждающая увиденное. Они ушли. Все. - Ну и как тебе? — раздался голос сзади. Хан обернулся. Из полутьмы медленно вышел Чан, поправляя перчатки. - Я.. да.. я очень впечатлён. - Рад. Я видел.. Видел как внимательно ты наблюдал... завтра твоя первая репетиция, знаешь? - Да..? А...концерт? - Рано. Я специально закрою цирк на день. Что бы провести время с тобой. Джисон кивнул не сводя взгляда с Чана. - Чтож.. Хан. Иди в комнату. Скоро ужин. — Чан развернулся медленно шагая обратно, во тьму.. - Ужин.? — Остановил его Хан. - Да. Или хочешь голодать? — Не оборачиваясь спросил мужчина. - Не хочу. На этих словах Чан исчез. Джисон постояв ещё пару секунд, вернул взгляд на пустеющий шатер. И ушёл. В коридорах было тихо. Джисон шёл быстро. Почти бежал, стараясь не оглядываться назад. Он считал повороты.. направо, потом лево и.. право.. да. точно право. Молясь, что бы не заблудиться. Наконец перед глазами их комнатка, из заляпанных окон которой, уже горел свет. Хан открыл дверь входя внутрь. На своей кровати сидел Минхо. Без грима, в полурастегнутой рубашке. Он листал в руках какой то журнал и не поднимая головы сказал. - Ого..ты дошёл. - Да.. — Джисон сел на свою кровать. Ли медленно обернулся отложив журнал. - Ты напряжен. - А.. да просто. Переживаю за завтрашний день. - А что завтра? - Репетиция. - Боишься не справиться? - Да..ещё..Чан сказал, что закроет цирк. Минхо замер. - Повтори.. - Чан сказал, что закроет цирк на день.. для того, что бы обучить меня.. В комнате повисла тишина. Не было слышно даже стук сердца. Словно то давно перестало биться. - Он так сказал? Серьёзно? - Ну да.. а что? - Ничего. Просто.. обычно он так не делает.. - Не закрывает цирк..? - Не закрывает цирк ради одного человека.. Видимо. Ты ему зачем то нужен.. - Но.. — Начал Джисон. - Ужин!! — за дверью донёсся крик, прервавший их разговор. Парни переглянулись. - Идём. — Минхо встал протянув руку для Хана.