Проект «Родословная»

Всё началось с дурацкого школьного проекта по генетике. Мисс Уоррен, которая считала себя самым крутым учителем естественных наук на Манхэттене, решила дать ученикам «реальный опыт». Задание звучало пафосно: «Сравнительный анализ ДНК для определения родственных связей». — Вы приносите два образца, — объясняла она, расхаживая между рядами. — Свои и, скажем, … одноклассника или своего питомца, кого хотите. Главное, как вы будете использовать метод исследования. Результаты не будут иметь юридической силы, но вы научитесь работать с праймерами и видеть паттерны. И добавила с хитрой улыбкой: — Тест занимает три дня, поэтому выдаю наборы домой. Только не потеряйте, они стоят дороже некоторых ваших телефонов. Питер крутил в руках пластиковый бокс и думал, что у него нет ни домашних животных, ни желания светить свою ДНК перед одноклассниками, но мысль взять второй образец у Тони Старка показалась ему… забавной. Ну а что? Он же всё равно торчит в башне после школы. А у Тони вечно где-то валяется его ДНК. Один раз зайти или попросить — и дело в шляпе. В пятницу вечером Питер заявился в лабораторию с видом человека, который случайно забыл сказать, что принёс с собой набор для ДНК-анализа. Тони возился с новым прототипом костюма, попивал холодный кофе и комментировал что-то ПЯТНИЦЕ. — Мистер Старк, — начал Питер, слишком бодро. — А у вас случайно не найдётся… ну, ватного тампона или ватной палочки? — У меня найдётся гидравлический пресс, набор отвёрток и три вида пояльника, — не оборачиваясь, ответил Тони. — Ватные палочки — этажом ниже, в ванной, но я не уверен, что я хочу знать, зачем они тебе. — Мне нужен… образец ДНК. Для школы. Тони замер, медленно повернулся и уставился на Питера с выражением «я ослышался или ты сейчас попросил у меня ДНК». — Школьное задание, — быстро добавил Питер, вытаскивая из рюкзака пластиковый контейнер. — Сравнительный анализ. Я уже взял свой. Нужен второй субъект. — И ты решил, что второй субъект — это я. — Ну… вы самый удобный. Вы тут всегда. — Лестно. — Тони прищурился. — И кого ты укажешь в бланке? Энтони Эдварда Старка, который спонсирует твою школу и является самым узнаваемым человеком в США? — Нет! — Питер покраснел. — Я напишу «Субъект Т». Это будет анонимно. Просто чтобы сравнить последовательности и отработать технику. Это нигде не засветится. Тони постоял секунду, глядя на него, потом хмыкнул и протянул руку. — Дай сюда свою дурацкую пробирку. Но если это окажется предлогом, чтобы клонировать меня и создать армию маленьких Старков, я буду очень разочарован, что ты не предложил бизнес-план заранее. — Я не собираюсь вас клонировать! — Жаль. Армия гениев в обтягивающих красно-желтых костюмах могла бы захватить мир. Тони взял стерильный тампон из своей аптечки, демонстративно провёл им по внутренней стороне щеки, засунул в пробирку и вернул Питеру. — Держи. Только потом угостишь меня подробностями. Люблю знать, насколько мой геном испортил твою школьную статистику. Питер закивал, спрятал пробирку и до конца вечера делал вид, что это абсолютно нормальная ситуация.

***

Три дня Питер продержался. Три дня он ждал, хотя пальцы чесались запустить анализ раньше срока. В понедельник вечером, когда ПЯТНИЦА подтвердила, что Тони уехал на совещание в другое полушарие Земли, Питер достал портативный анализатор и запустил сравнение. Результат вывалился на экран через сорок минут. Питер смотрел на цифры и не понимал их. Он перезапустил тест, потом ещё раз. Вероятность родства по прямой линии: 99,99%. — Этого не может быть, — прошептал он в пустоту лаборатории. Он сидел на корточках у верстака, сжимая в руках распечатку, которую планировал сдать мисс Уоррен, но теперь понимал, что ни за что на свете не отдаст этот лист никому, пока один человек не посмотрит на результат.

***

Тони вернулся через два дня. Первое, что он заметил, в гостиной было темно. Второе — Питер сидел на диване, сжимая в руках бумажку, и молчал. Это был главный индикатор. Тони усвоил его ещё в первые недели их знакомства: если Питер Паркер молчит и не начинает с порога рассказывать о «новом меме с енотом», значит, либо случилась катастрофа планетарного масштаба, либо… ну, катастрофа планетарного масштаба. Сейчас парень в позе мыслителя даже не поднял своей головы, когда Тони вошёл. — Паучок, — Тони скинул пиджак и потянулся за кофе, который ПЯТНИЦА предусмотрительно сварила. Питер поднял взгляд. — Ты сидишь в темноте и смотришь на меня глазами Бэтмена. Что случилось? Мисс Уоррен поставила двойку за мой ДНК? Во взгляде Паркера было что-то тяжёлое, совсем не подростковое. — Мистер Старк, — голос дрогнул. — У меня готов результат. — И? Мы с тобой дальние родственники? Я твой троюродный дед? ПЯТНИЦА, сделай музыку драматичнее. ПЯТНИЦА послушно включила нечто пафосное. — Тони, — Питер встал. — Результат показывает, что Вы мой биологический отец. Музыка оборвалась, ПЯТНИЦА, видимо, решила, что драма и так зашкаливает. Тони застыл с чашкой у губ, поставил её на стол, медленно, как в замедленной съёмке. — Повтори. — Я сравнил свою ДНК и вашу. Три раза. — Питер протянул распечатку. — Это не ошибка. Тони взял лист. Читал молча, и с каждой секундой его лицо становилось всё более каменным, а потом вдруг странно уязвимым. — Садись, — сказал он наконец. Голос сел. Питер сел напротив. Тони потёр лицо руками. — Ладно. Значит, слушай историю, которую я сам вспоминал лет… пятнадцать, наверное, и каждый раз думал, что это была просто красивая случайность. Он откинулся на спинку дивана. — Мэри Фицпатрик. Мы познакомились с твоей матерью на одном дурацком симпозиуме по прикладной биохимии. Ей было двадцать, мне двадцать два. Я тогда был… ну, ты знаешь, какой я был. Меньше металла, больше волос и самомнения. Она была намного умнее меня, красивая и настолько не впечатлённая моей фамилией, что это было… освежающе. Тони усмехнулся, но усмешка вышла грустной. — У нас было несколько месяцев. Ничего серьёзного, я тогда вообще ничего серьёзного не умел. Мимолётная вспышка, но яркая. А потом она исчезла. Просто перестала выходить на связь. Я искал её какое-то время, но… — Тони развёл руками. — Я был занят тем, что строил империю, пропивал деньги, взрывал реакторы. Думал, она просто переключилась на кого-то более стабильного. А через год до меня дошли слухи, что она вышла замуж. Я тогда подумал: «Ну, она нашла своего человека», и отступил. Питер слушал, боясь дышать. — Я не знал про тебя, — Тони посмотрел ему прямо в глаза. — Клянусь, если бы я знал, что Мэри была беременна… я бы… — Он замолчал, сжав челюсти. — Я бы поступил иначе. Но она не сказала. И я не спросил. А потом, ища Человека-паука, понял, что их не стало, и ты остался с Мэй и Беном, и я… чёрт, Пит. Я был рядом. Я, получается, тебя видел на научных школьных ярмарках, когда ты был младше. И не знал. — Вы не могли знать, — тихо сказал Питер. — Мама… она не хотела, чтобы я рос в этой всей… суете. Она хотела обычной жизни. — Она была права, — Тони усмехнулся. — Обычная жизнь у тебя, конечно, удалась. Суперсилы, тётя-активистка, наставник-миллиардер, который оказался биологическим отцом. Сплошная нормальность. Питер нервно хохотнул, и этот смех разбил напряжение. — Я… я не знаю, что теперь делать, — признался Питер. — Я не хочу, чтобы что-то менялось. Вы и так для меня… ну… — Папа? — поддел Тони. — Я не говорил «папа». — Ты подумал «папа». Я чувствую. У меня есть сверхспособности. Питер фыркнул, но внутри у него всё сжалось. Тони заметил это, потому что вдруг стал серьёзным. — Слушай,я не собираюсь требовать, чтобы ты называл меня отцом или менял фамилию. Я не Ричард и не Бен, и я не пытаюсь их заменить, но если ты не против… я бы хотел быть рядом. С правом ворчать на твои оценки, проверять твои веб-шутеры и называть тебя «сынок» в особо неловких ситуациях. — Вы и так это делаете, — заметил Питер. — Да, но теперь у меня есть биологическое обоснование. Это придаёт веса. Питер рассмеялся, и вдруг осознал, что напряжение ушло. Он больше не боялся, что Тони оттолкнёт его или что всё станет неловко. — Ладно, — сказал он. — Но если вы начнёте носить футболку «Лучший папа в мире», я отрекусь. — Слишком поздно, я уже заказал две.

***

Через пару недель в башне воцарился новый порядок. Тони, узнав, что пропустил пятнадцать лет отцовства, попытался компенсировать это гиперопекой. Он начал проверять домашние задания Питера. — Пит, почему у тебя в сочинении по английскому «Тони Старк — эталон мужской красоты, гениальности и скромности, а также мой кумир во всём, кроме воспитания детей»? — Потому что это правда. — Я поставлю тебе «два». — Вы не мой учитель. — Я твой отец, это лучше чем учитель. ПЯТНИЦА, запиши: «Сын оскорбляет мои воспитательные методы». — Тони отложил телефон и посмотрел на Питера с выражением, которое подростки обычно называют «папа сейчас сделает больно, но так, что не прикопаешься». — Значит, кумир во всём, кроме воспитания детей? — переспросил Старк, поднимаясь с кресла. — Ай-яй-яй. А я-то думал, что моя главная родительская задача — это научить тебя писать правду в сочинениях. Очевидно, пробел есть. Питер попытался изобразить раскаяние, но уголки губ предательски дрожали. — Ладно, — Тони щёлкнул пальцами. — ПЯТНИЦА, приготовь комплект номер семь. — Какой ещё комплект номер семь? — насторожился Питер. — Тот самый, с принтом высокой плотности. И напомни Нэду, чтобы завтра захватил телефон. Снимки для истории будут шикарные. На следующее утро Питер стоял перед зеркалом в футболке, на которой лицо Тони Старка было отпечатано в три четверти, с идеально уложенной бородкой и фирменной полуулыбкой. Под изображением красовалась подпись: «ЭТАЛОН МУЖСКОЙ КРАСОТЫ, ГЕНИАЛЬНОСТИ И СКРОМНОСТИ». На спине, чуть мельче, значилось: «А воспитание у него в процессе». — Ты не можешь заставить меня это носить, — заявил Питер. — Могу. Ты носишь мою технологию, живёшь в моём доме и, как выяснилось, пользуешься моими методами воспитания, даже когда пишешь о них в негативном ключе. Это классическая родительская санкция. Идём завтракать. Утром Питер попытался надеть сверху толстовку, но толстовка куда-то исчезла. Взамен на кровати лежала бейсболка с тем же принтом и записка:

Головной убор по желанию, но без толстовки.

Папа

В школе Нэд встретил его с телефоном наготове. — Чувак, это легендарно. Твоя футболка говорит то, что я всегда думал про мистера Старка. — Не смей фотографировать. — Слишком поздно. Мисс Уоррен уже спросила, не фанат ли я «Железного человека», и попросила сфоткать её рядом с тобой для инстаграма. К четвёртому уроку Питер обнаружил, что его футболка стала местной достопримечательностью. Даже Мишель, которая обычно делала вид, что всё происходящее её не касается, приподняла бровь и выдала: — Стильно. Сарказм высшего уровня. — Это не сарказм, это наказание. — Тогда твой отец гений. Сам придумал способ, при котором ты рекламируешь его образ, а выглядит так, будто ты его обожаешь. Даже если всем расскажешь правду, кто поверит? Питер задумался и осознал, что она права. Домой он вернулся слегка сломленным, но не подавал виду. Тони встретил его в гостиной, делая вид, что читает какой-то отчёт, хотя на планшете явно была трансляция с камеры наблюдения у входа в школу. — Ну как прошёл день? — поинтересовался он тоном, полным невинного любопытства. — Замечательно, — буркнул Питер. — Я теперь местная знаменитость. Мисс Уоррен хочет заказать такую же футболку своему мужу. — Она мне написала. Я сказал, что сделаю скидку, если он напишет сочинение о моей скромности. — Ты издеваешься? — Немного, но ты же назвал меня эталоном скромности, так что я просто соответствовал ожиданиям. Тони отложил планшет и жестом подозвал Питера ближе. — Слушай, Пит. Сочинение было хорошим. Даже очень, но если тебе есть что сказать о моём воспитании, давай обсуждать за ужином, а не в сочинениях для учителя английского. А футболку… футболку носи до конца недели. — ДО КОНЦА НЕДЕЛИ?! — До пятницы, — поправился Тони. — Но если завтра в школе кто-нибудь спросит, скажешь, что надел её по собственной воле, потому что действительно считаешь меня эталоном. Иначе добавлю ещё неделю. Питер открыл было рот, чтобы возмутиться, но потом вспомнил, с кем имеет дело, и тяжело вздохнул. — Ты ужасный отец, — сказал он без злобы. — Я в процессе, — Тони указал на надпись у него на спине. — И у меня есть доказательства. Пятница вежливо сообщила из динамиков: — Сэр, записать эту реплику в раздел «воспитательные успехи»? — Обязательно, ПЯТНИЦА. И поставь напоминание: через две недели устроим семейный просмотр «Взгляд со стороны» с фотографиями Питера за эту неделю. — Вы оба невыносимы, — простонал Питер и пошёл к себе, но перед дверью всё же обернулся. — На ужин будет пицца? — Будет. Я же ещё эталон щедрости. Это тоже в сочинении было? — Не успел, могу дописать. — Допишешь, только после пятницы, а пока иди переодевайся, домашняя форма без принтов. Я не тиран. Когда Питер скрылся за дверью, Тони довольно улыбнулся и взял планшет. Набрал сообщение Хэппи: — Закажи ещё партию футболок. Размер Питера. Следующий раз будет с надписью «Мой отец меня идеально воспитал. Я просто не сразу это понял». Хэппи ответил через три минуты: — Ты псих. — Знаю. Это я тоже из сочинения узнал.