Не-свидание

      Джилл прислушивается к мерному стуку колес под ногами. Гудение и скрип панелей в вагоне напоминает шум часов, отсчитывающих время до встречи. Она ни в коем случае не опаздывает; поворачивает голову к стеклу, видя в нем свое отражение, что сливается с городскими видами, пытается взглядом зацепиться хоть за одну крышу, но те быстро исчезают и смазываются от скорости. Она выдыхает, сосредотачиваясь на бледном отражении себя, на небрежных кончиках волос, на синей полосатой футболке — на всем, что может отвлечь от нервных мыслей, вынуждающих постоянно шевелить пальцами.       Назвать ее слишком беспокоящейся нельзя — на работе в ужасе ахнут, если кто-то рискнет так описать невозмутимую мисс Валентайн, — но сейчас была не работа, не тренировка и не охота за преступниками. Она вновь щурится, концентрируя зрение на видах Раккун-сити, которые поклялась оберегать.       Сейчас было простое сейчас, в котором Барри решил над ними двумя пошутить — или поиздеваться.        Сдаваться и отворачиваться от испытания Джилл тоже не привыкла, это не ее стиль. Именно поэтому, оправдывает себя, вставая с места и берясь за поручень во все еще качающемся из стороны в сторону поезде, она согласилась приехать. Делает шаги, скользя взглядом по объявлениям о работе, рекламе «Амбреллы» и новостям о новом кафе на западе города; обходит ноги другого пассажира, уткнувшегося в газету с громкими заголовками о разоблачении очередного чиновника, пытавшегося присвоить себе деньги их фармацевтического гиганта; останавливается у двери, пока поезд снижает скорость, вновь оправдывая себя тем, что в этом нет ничего такого.        Поезд заезжает в тусклый тоннель метро с грязными стенами, исписанными граффити не самого высокого культурного назначения, останавливается у платформы, и Джилл делает неуверенный, но упрямый шаг наружу, словно отрезая себе путь назад и возможность сбежать, пока она есть.       Она согласилась, потому что это было неплохой идеей — провести теплый осенний день в компании приятного человека.        «Да и не пропадать же билетам», — кивает самой себе, все еще неуверенная, что их потратили правильно. «Надо идти, Крис сказал, что будет ждать у выхода».       Она предлагала ему оставить билеты на попозже — лицо Криса непонимающе вытянулось, когда она озвучила свою мысль. Предлагала подождать, когда на каникулы из колледжа приедет Клэр, и сходить в зоопарк вместе с ней, но на лице Рэдфилда карикатурно происходили мыслительные процессы, не улавливающие, к чему Джилл ведет. В конце концов, — она снова вздыхает, поднимаясь со станции на улицу, — вмешался виновник происходящего Барри, заявив, что билеты только для них и подмена участников не позволяется.        Девушка тормозит на середине ступеньки, пропускает группу шумных подростков и надевает темные очки. День действительно на редкость прекрасный; она и не помнит, когда в начале октября здесь было так тепло. Секретарши со станции наверняка заговорили бы про сами знаки судьбы, но прагматичная Джилл в подобные разговоры не верит. Просто в Раккун-сити хорошая погода, и этим стоило воспользоваться. Она продолжает путь вверх по лестнице, застегивает куртку до половины и видит, как стоящий у знака метро Крис ей уже бодро машет рукой.       Как всегда в зеленом и с классической улыбкой первого красавца полицейского участка. Отчего-то это веселит, и Джилл уже бодрее пробегает последние ступеньки, останавливается почти возле него — судит по его реакции, что он явно ждал, что они обнимутся. Смеется.        — Уверен, что не хочешь отдать билет Клэр? — вместо приветствия спрашивает. — Последняя возможность.       — Мы с ней и так сходить сможем, — отмахивается в ответ. — Уж на это деньги найдутся.       — Главное, Вескеру об этом не говори, — усмехается Джилл, следя за тем, как Крис шутливо показывает и снова прячет оба билета в карман. — А то решит, что слишком много тебе платит.       — Кстати про Вескера, — Крис едва ее подталкивает в сторону пешеходного перехода; зоопарк — это здорово, но до него еще требовалось пройти мимо толп семей с детьми и групп с шумными школьниками. — Я слышал, что у него какие-то терки с «Амбреллой» случились после этого… разоблачения чиновников.       — Неужели никого не напугали его модные очки и полицейский значок? — посмеивается Джилл, и Крис понимающе и псевдо-серьезно кивает.       Они смотрят на бликующий фонарь светофора, сообщающий, что дорогу можно переходить. Крис держит ее не за руку — за кисть, отводя чуть вправо от основной толпы. Это простой жест, помнит Джилл с многочисленных совместных заданий, но на мгновение, уже у последних полосок, ей кажется, что он опустил ладонь чуть ниже, ненароком прикоснулся к ее, и убрал руку, стоило им ступить на тротуар.        «Воображение», — делает простой вывод.       Это же, по одному из условий встречи, не свидание.       Шум зоопарка слышен издалека. Пускай близится зима, но звери, кажется, засыпать совсем не спешат. На радость посетителей и — наверняка — работников в разноцветных кепках животные носятся по клеткам друг за другом, залезают на сетки и смотрителей, смотрят на гостей с ветвей внутри вольеров. Ближе всего к входу разместились водоплавающие птицы за невысоким забором. Подаренные билеты быстро проверяют и пропускают внутрь под дежурно доброжелательное: «Желаем хорошо провести время»; Джилл не сводит взгляда с уток и лебедей, так же дежурно кивнув — обмен любезностями на том должен быть окончен.       — Они же понимают, что их тут... не удержать? — она останавливается чуть подальше от детей, наперебой кричащих и показывающих пальцами на птиц, все еще смотря на водоем и обитающих там пернатых. — Захотят улететь и улетят.       — Зачем улетать из места, где тебя кормят просто так? — философски отвечает Крис, протягивая ей один билет. — Я бы не улетел.       — Ты ушел из армии, — подмечает она, забирая на память картонку. — Хотя там и кормили, и заботились, и все остальное.       — Но не за просто так! — возмущенно восклицает в ответ.       — Справедливо, — медленно тянет, пожимая плечами. И вправду, еду могут отобрать на сутки, вместо отдыха — отработки и лишние тренировки. — Итак… С кого начнем?       — С кого-нибудь? — Крис оглядывается; не то, чтобы зоопарк Раккун-сити отличался масштабами. Дорога вперед была одна. — Идем, куда все идут.       Джилл поворачивает голову в направлении толпы. Матери дергают детей за куртки и отчитывают за поведение; подростки продолжают шуметь и прыгать, пока их товарищи смеются над какой-то шуткой; парочки что-то негромко обсуждают между собой и показывают то вперед, то наверх. Как-то невольно она бросает взгляд на Криса, понимает, что он тоже наблюдает за ней. Что-то в жесте есть неловкое, особенно в том, как они вместе резко смотрят в другие стороны: она снова на пруд, он — на пустой зеленый газон.       — Мне кажется, они все идут за напитками, — наконец, выносит свой вердикт. — Впереди ларьки с закусками.       — Интересная мысль, детектив, — он щелкает пальцами. — Нам туда. Я плачу.       Джилл не успевает возразить и возмутиться — ее ведут вперед весьма бесцеремонно и явно не давая возразить. Вот он, весь Крис Рэдфилд в своей естественной среде обитания — что-то решил и не приемлет слова «нет». Так и находит себя, стоя чуть в стороне от всех кафе, пока ее напарник расплачивается за сладкую вату и два стакана с кофе. Она рассматривает его со спины, думая о том, что в гражданском он выглядит непривычно; если быть откровенным, то они же вовсе сегодня должны были быть на смене — Барри угрозами вынудил Викерса выйти вместе с ним за них двоих. Она следит за тем, как Крис внаглую отъедает вату от палки, пока идет к ней, как морщится от ее липкости на лице и явно хочет потянуться к кофе. Джилл идет его спасать и отбирает сладкое.       — Никогда не пойму, как в вас помещается столько сахара, — с каким-то осуждением он произносит, беря в освободившуюся ладонь стакан.       — Тебе и не надо понимать, — Джилл довольно облизывается и жмурится. — Как кофе?       — Хуже, чем тот, что ты приносишь на работу, — она знает, что это сказано без задней мысли или подтекста, но звучит все равно слишком приятно. — Так что, Валентайн, не забудь принести завтра кофе. Он нам пригодится.       — О да, — они продолжают путь по зоопарку, найдя свое место в потоке посетителей. — Может, купим что-нибудь Барри в подарок? Брэд обойдется, считаю. Он бы даже не рискнул сюда прийти: знаешь, визжал бы, что птицы его шапку отберут или волки завоют.       — Все еще не понимаю, почему этот трус в нашем отряде, — в голосе Криса сквозит пренебрежение; это не та же интонация, с которой он описывает результаты стрельбищ против Фореста. — Ему бы полы мыть в кабинете шефа.       — Не будь к нему настолько категоричен, — как бы ласково произносит Джилл, и он уже знает, что за этим последует острое продолжение: — Вескеру все еще нужно хоть над кем-то доминировать. Сам знаешь, как он любит вселять страх и трепет. На нас уже не действует, а Брэд трясется от одного его шага.       Они вновь вместе смеются, проходя первые вольеры с небольшими животными. Белки и кролики обходят все углы своей клетки, иногда останавливаются и темными глазами смотрят на детей, что пытаются протянуть им орехи и траву. Ей кажется странным, с каким энтузиазмом все тянут их накормить — буквально в нескольких шагах стоит проход в контактную зону. Джилл подходит ближе и в этот момент понимает, почему дети сторонятся этой двери:       — Возможность покормить зайцев, енотов и хорьков небесплатная, — она смотрит на сахарную вату в руках. Не вариант. Не сейчас. Крис выглядывает из-за ее плеча, читая надпись на табличке.       — Вернемся тогда позже? Когда доедим свое.       Она задумывается. Кивает — перспектива увидеть Рэдфилда, кормящего белок с руки, звучит заманчиво. Будет, что рассказать Клэр.       Они идут дальше. Проходят мимо альпак и пони, которым интересно только пугать малышей на руках у родителей, и Крис их тут же сравнивает с отрядами патрульных, что ежедневно только и кричат на взрослых с колясками. Ослики и олени тут же напоминают им про чучела в кабинете шефа. Разговор уходит в диким кошкам — Джилл слишком хорошо помнит тигра, стоящего за широким креслом Айронса. Так и решили следующим осмотреть на хищников.        Они облокачиваются о перила у вольера тигров — молча читают наклейку, напоминающую о том, что этих животных нервировать нельзя. Не стучите по стеклу, не шумите, не дразните…       — Не заставляйте полицейских отвлекаться от своего выходного, — заканчивает список запретов Крис, чуть подталкивая ее плечом.       — Да. Я бы не хотела, чтобы Барри сюда приехал и жаловался, что мы испортили ему день, — она всматривается в вольер.       Тигр спит на камне. Второй тигр лежит в воде. Третий разместился на дереве, помещенном вовнутрь. Им действительно все равно на посетителей. Умиротворенное зрелище расслабляет — Джилл опускает плечи, молча рассматривая зверей. Живыми они выглядят куда лучше, чем в виде скульптуры в кабинете начальника полицейского участка.       — Клэр говорит, что я похож на тигра, — вдруг произносит Крис. Судя по тону, вполне серьезно; но Джилл даже не поворачивается к нему.       — Ты — медведь. И Барри медведь.       — Про Барри согласен, про меня — нет, — он как-то ворчливо изгибает губы и проводит ладонью по волосам. Джилл косит взгляд, с уверенной линии крепкой шеи и до лица.       — Через пять лет посмотри на себя в зеркале и скажи, что я была не права.       — Через пять лет мы все еще будем вместе, Валентайн? А я и не думал, что ты так далеко смотришь, — впервые за это время его рука ложится на ее плечо, и он подтягивает ее поближе — почти полуобъятия. Джилл ему все также, как вчера, позавчера и два года назад не достает даже до подбородка. Отчего-то комфортно. — А вот ты — львица.       — Хм? Как это? — она позволяет себе не-дружескую вольность и кладет голову на него. Крис не дергается и не реагирует.       — Знаешь, как в прайде всем львицы заправляют? Ты именно такая. И тебя все боятся, — он глубоко вдыхает. — Знаешь, я боюсь представить, какими вырастут Клэр и Ребекка, если будут брать с тебя пример.       — Эй, я не самый плохой пример для подражания! — она стукает его кулаком по груди, не вкладывая в действие никакой силы, но, поддерживая тон разговора, Крис сгибается и отходит от нее.       — Больно-то как, умираю, — он пошатывается и жалобно тянет буквы: — Помогите, полицейский произвол!       Она вновь безобидно его бьет по спине, вызывая новую волну актерских слез и слабых криков о помощи. На них оборачиваются люди, но буквально на мгновение, после чего те продолжают свой путь, кто улыбаясь, кто чуть посмеиваясь. Наверняка со стороны они выглядят не так странно: просто парочка дурачится на свидании. Так делают все молодые, которым нравится общество друг друга.       Джилл решает, что в этом утверждении верно абсолютно все за исключением части про свидание. В конце концов, они не на нем, но долгим взглядом она следит за тем, как после всей разыгранной драмы Крис отряхивается и выпрямляется. Думает о том, как они простояли просто так десять минут в обнимку у вольера с ленивыми тиграми. Цепляется неловко за то, как смотрит не туда — на мужские руки и шею. Откашливается едва. Не свидание.        — Кого следующим будем рассматривать? — Крис поправляет рукава на куртке. — Там впереди тропический павильон, — она показывает на разноцветную вывеску с попугаями.       — Болтливые, значит, — он хмурится, словно что-то в этой мысли его задевает, но Джилл решает брать инициативу первая; она хватает его за руку, уже не так осознанно, как он на переходе, и тянет к птицам и змеям. Возможно, ей стоило опустить ее, но уже внутри она понимает, что Крис сжимает ее ладонь также крепко, и все остается, как есть.       Ей кажется, что тут жарко — свободной рукой расстегивает куртку, и ее спутник делает тоже самое. За стеклом кричат разноцветные птицы, в больших резервуарах плавают черепахи, среди травы спят змеи. Оба тормозят у вольера с питоном — идеально белым и внимательным. Переглядываются.       — Я в начале дня хотела спросить, точно ли не будет тут Вескера…       — …тоже.       Змея смотрит на них ровно и не моргает. Под таким наблюдением становится комфортно ровно в той же степени, в которой становится под пристальным взглядом недовольного Вескера — то есть, примерно постоянно хочется исчезнуть из чужого поля зрения. Джилл ежится, и в ответ Крис сжимает ее ладонь чуть крепче — ободряюще и увереннее. Ей кажется, что в целом она может понять, почему девушки в офисе постоянно шепчутся про Рэдфилда. Они снова как-то бестолково переглядываются, молча продолжая диалог про их дьявольского начальника.       — Подарим ему плюшевого питона? — спрашивает Джилл на выходе из павильона: в магазине сувениров с тропическими обитателями. — Поставит возле фотографии отряда.       — Ага, а рядом — еще одну фотографию Ребекки. Чтобы задобрить наверняка.       — Я не про попытку его задобрить. Я про проявить уважение к личности нашего капитана.       — Подарив ему игрушечную змею? — Крис смеется. — У тебя жестокое чувство юмора, Валентайн.       — Но тебе же нравится, — она не уточняет — юмор или идея, и это едва сбивает с толку уже настроенного на очередной колкий диалог Рэдфилда. Джилл подмигивает и решает, что начальство получит змея.       — Я тебя прикрывать не стану, — поучительно строго произносит напарник, когда она выходит первая из помещения, а он придерживает дверь. — Сама слушай его ругань.       — Он все равно не поверит, что это была моя идея, Рэдфилд. Я в его глазах слишком порядочная. А вот ты в свою очередь…       Джилл победно поднимает голову, замечая, как бледнеет лицо Криса. Это зрелище кажется неплохим результатом их перепалки, из которых она не любит выходить проигравшей. Он снова хмурится, закатывает глаза и ворчит что-то про «женщин» — но конечно же, не серьезно. Это странно — он не умеет на нее злиться по-настоящему; никогда не отчитывает после заданий всерьез, никогда не комментирует ее промахи и ошибки. Она бы сказала, что он так поступает со всеми, но тут же вспоминает, как он жестко инструктирует Ребекку, как он запрещает Клэр носиться на мотоцикле, как он общается с коллегами в STARS — он на нее не ругается.       За тропическими животными следуют лесные — волки, лисы и медведи; потом проходит саванна — у львов, жирафов и зебр; среди северных они с юношеским восторгом смотрят за тем, как пингвины скользят по льдинам и прыгают в воду. Самого неуклюжего сначала называют Брэдом, потом жалеют птицу — лучше так не обижать вполне себе умное и дружелюбное существо. Затем возвращаются кормить ручных зверей. Джилл даже жаль, что у нее нет с собой камеры, чтобы запечатлеть это все и навсегда: как Крис пытается убрать морковку от кроликов, как белки лезут вверх по штанам и курткам в поисках орехов, как хорьки проверяют карманы на предмет чего-то вкусного и для них. Она гладит енота — коих здесь много, как и полагается городу, чье название он носит.        И ей не хочется, чтобы день заканчивался — считывает с лица Криса, что ему тоже. Хорошие выходные, в конце концов, происходят редко.       — Тебя подвезти? — спрашивает у нее Рэдфилд, когда они возвращаются ко входу — огромная арка в виде слонов, темнеющая на фоне скоро наступающего вечера. — Утром не смог забрать, так хоть домой отвезу.       — Да, можно, — кивает. — В метро, боюсь, еще на Вескера нападут, — она поднимает пакет с игрушкой. Крис стукает себя по лбу, вспомнив, что они так и не купили ничего Барри. Джилл отмахивается — его подарком станет реакция капитана.       Она садится в его автомобиль, припаркованный недалеко от парка. Смотрит в свое отражение в стекле, уже более четкое и яркое, чем было утром в метро, пока Крис поправляет ремни и заводит автомобиль. Это был неплохой день — удивительный даже. Побыть простым человеком, который не имеет ничего общего с оперативником Джилл Валентайн оказывается так… легко. Она переводит взгляд на отражение Криса, который тоже почему-то изучает ее лицо в окне.       — Все хорошо?       — Да, отлично. Спасибо за сегодня.       — Не за что, — он кладет руки на руль, но отчего-то все еще не спешит выехать с парковки. — Джилл?       Она реагирует негромким «М?». Есть что-то в том, как он произносит ее имя, волнительное — потому что они привыкли, что за ним следует нечто важное и ответственное. Нечто, что нельзя воспринимать как будничный диалог о новом пистолете или приказе о патруле улиц. Она прикусывает губу.       — Кажется, у нас следующий выходной снова совпадает?       — Да, насколько помню, в четверг, — она вспоминает календарь дома на столе. Зачем-то в нем отмечает все дни, когда они с Крисом вдвоем не на работе — и втроем, вместе с Клэр или Барри, где-то еще.       — Как насчет провести тогда еще одно не-свидание?       Наверное, Джилл ждала этого вопроса; и все равно, внутри что-то крутит и сжимается, колет по ребрам и расслабляется.       — Я не против. Но в этот раз выберем место без советов Барри.       — Зря. Я хотел у него спросить, куда еще можно сходить.       — Рэдфилд!       — Хорошо, спрошу у Клэр, — и, как часто делает, поворачивается назад, начиная выезжать с парковочного места. Джилл хочет возмутиться, но потом передумывает — Клэр не сумеет промолчать, обязательно спросит у нее и передаст ее пожелания брату.