fuck gravity

Осаму поморщился и тихо прошипел, вытаскивая из руки шприц. Кровь медленно вытекала, собираясь шариком на поверхности кожи, но вместо того, чтобы обработать, Дазай лишь заматыват место укола сверху бинтом — главное чтобы не было заметно. Это просто эксперимент. Роясь на полочках в кабинете Мори-сана, Осаму совершенно случайно обнаружил препарат без маркировки, лишь с небольшой инструкцией внутри. Блокатор способности. Просто эксперимент. Дазаю просто интересно, сработает ли это на нём, учитывая природу его способности — и он не знал, какой результат для него более желанный. Если оно сработает, враги Портовой мафии могут воспользоваться этой информацией, считай, обезвредив главную защиту мафии от полного уничтожения. Но в то же время, если сработает... возможно ли, что пробивающий до костей холод наконец-то оставит его? Хотя бы на несколько минут? Дазай не терпел прикосновений, но ловил себя на мысли, что в глубине души надеялся и ждал, что следующий человек вдруг не поёжится, стоит прикоснуться к нему всего одним пальцем — абсолютно ледяным пальцем мертвеца. «Соскучился, Чиби?» «У меня сюрприз!» Чуя недоверчиво уставился на сообщения, уже понимая — ничем хорошим сегодняшний день не закончится. Они с Дазаем не виделись несколько недель, ведь оба погрязли в работе, и Чуя серьёзно ждал, что тот выкинет что-то «из ряда вон». Однако, оглядев свою спальню на наличие хрупких вещей, рыжий только вздохнул, оставаясь дожидаться, пока Осаму со своим сюрпризом явится к нему — Накахара хотя бы живёт не в контейнере, в отличие от некоторых. Улыбочка Дазая была подозрительно довольной, словно он сделал какую-то пакость, и приходилось только догадываться, не стал ли ты сам её объектом. Накахара сложил руки на груди, оглядывая шатена с ног до головы. Тот молчал и улыбался. — Ну? — Чуя сдаётся первым. — Загну! — когда парень заливается смехом с абсолютно идиотской шутки, Чуя только цокает себе под нос. Вот же придурок... — Я всё думал, спросишь или нет! Дазай оглядывается вокруг в поисках предметов, которые можно было легко запустить в воздух, и хватает с дивана декоративную подушку. — Подними в воздух, — только когда Чуя собирался подкинуть её, Дазай подавил в себе желание стукнуть себя по лбу. — Ну что за глупый пёс! Способностью подними! Огрызнувшись в ответ, Накахара всё-таки слушается, но не потому, что это сказал чёртов Дазай! Просто ему было интересно, что же он задумал на этот раз. И стоило шатену потянуться к парящей подушке, Чуя уже подставил руки, чтобы её поймать, и... Ничего. Ничего не произошло — подушка, объятая красным свечением, так и продолжала парить в воздухе, а глаза Дазая загорелись, словно у маленького ребёнка, разглядывающего игрушки на витрине. — Какого хера? — на чужую ругань Осаму лишь хихикнул. Только оставлять это так Чуя не собирался — он протянул руку, хватая Дазая за ладонь, чтобы снова почувствовать привычный холод и увидеть голубую вспышку, но замирает. Замирают они оба. Чуя — от того, что не чувствует того, что ожидал. Дазай — от того, что Чуя не одёрнул руку. —...блокатор? — на «удивительно» умное предположение Дазай закатывает глаза, бурча что-то о псинке, которая наконец-то начинает думать, но быстро замолкает, чувствуя, как рука рыжего скользит дальше. По предплечью и плечу, пока не достигает ключиц. В следующую секунду Осаму шумно втягивает носом воздух, потеряв опору — его ноги повисли над полом, объятые красным свечением. Невесомость кружила голову. До сих пор Дазай мог почувствовать её, только летя с крыши высотки — она манила и влекла — он даже и не надеялся, что сможет почувствовать её... вот так. — Теперь ты летучая рыбина, — этот абсолютно глупый комментарий вырывает шатена из мыслей. Он касается рукой потолка, словно гелевый шарик прилипая к нему, пока его плечи сотрясаются от смеха. — Боже, Чиби... Тебе точно восемнадцать, а не восемь? — оказывается, в воздухе сильно нарушается координация, ведь когда Дазай попытался отклониться от тут же последующего удара — Чуя мгновенно взмыл в воздух, оказываясь на потолке рядом — у него вышло лишь принять удар щекой, а не носом. Гравитация — странная штука. Дазай вдруг стукнулся хребтом о потолок, упав на спину — хотя он не уверен, что слово «упасть» здесь в принципе подходит — но вместо того, чтобы продолжить драку, пока нога находилась в очень удачном положении для пинка, он вдруг замирает. Руки Чуи оказались по обе стороны от его головы, а лицо близко-близко — кожи коснулся чужой горячий выдох. Но вместо того, чтобы прокомментировать «собачье дыхание», он тяжело сглатывает, облизывая собственные губы. Взгляд Накахары, опустившийся на движение его языка, стал сигналом — сжав тёплые руки на чужом вороте, он мягко потянул Чую на себя, пока их губы не оказались в сантиметре друг от друга. — Соскучился, Чиби? — он повторяет свои слова из сообщения, поднимая колено, чтобы то упёрлось точно в чужой пах. Чуя быстро понял намёк. Гравитация всегда была сильным оружием. И раньше Осаму никогда не жалел, что её не могут использовать на нём самом, но сейчас... Сейчас красное свечение, окутавшее его тело, вжимало его в потолок — так сильно, что он с трудом даже делал вдох. Горячие руки трогали и сжимали его кожу, в то время как Дазай не только не мог, но и не хотел пошевелить ни единой мышцей, пока Чуя ему не позволит. Впервые за столько лет он наконец-то может просто прикрыть глаза, чувствуя, как им пользуются. Чувствуя, что ему больше не нужно думать — только принимать то, что ему дают. От положения всё ещё кружится голова — было так странно видеть «под» собой пол, пока он буквально лежал на потолке, словно прибитый гвоздями. Ощущение времени тоже пропало — Дазай смутно чувствовал, как Чуя растягивает его, вводя пальцы по одному, но всё это заглушалось одной мыслью, которая единственная осталась в его голове. Мысль о том, что Чуя наконец-то не сдерживается. — Блять, ты так сжимаешься... — Чуя дёргает шатена за волосы, вгоняя член ещё глубже. Дазай всегда «отключался» во время секса, не то находясь где-то в своих мыслях, не то в отсутствии мыслей вовсе... Но сейчас он был сам не свой. Накахара не мог не заметить, каким расслабленным и отдающимся процессу вмиг стал шатен. Просто голову сносит. — Нравится, а? В ответ раздаётся всхлип. Способность так сильно давит, что нет возможности даже кивнуть — Осаму лишь скулит тихое согласие и вновь закатывает глаза. Чуя сильнее сжимает руками его бока и ускоряет толчки, приближаясь к разрядке — слишком уж горячо Дазай выглядел вот так, абсолютно покорный и при этом абсолютно живой. — Ты хочешь кончить, Осаму? — и снова скулёж. Чуя издаёт смешок, который срывается на довольный стон, а после сжимает пальцами чужой пульсирующий член. Даже без возможности выгнуться в спине Дазай умудряется всем своим телом показать удовольствие, когда кончает — никто из них не обратил внимания на то, как семя под действием гравитации капнуло на пол, пачкая ковёр. Об этом они подумают позже. Сейчас Накахара делает последний толчок и, сжав зубами кожу на плече шатена, наконец-то изливается внутрь, желая окончательно расслабиться... Вспышка. Голубая вспышка озарила комнату. Мир тут же накренился и под действием гравитации оба парня рухнули на пол. — Блять! Это был просто эксперимент. И Дазай ни на секунду о нём не пожалел, несмотря на то, что оба в конце концов оказались на больничной койке: Дазай с улыбкой прижимал к себе вывихнутую руку в повязке, морщась, когда его пнули загипсованной ногой.