В яблочко

В тот день Нина вернулась с «завтрака» к ужину. Родители уже приехали и болтали на кухне с дядей, обсуждая последние семейные события, а мы с Джастином лениво расположились в гостиной, смотря старые сериалы. - Ого, долго же вы завтракали, - крикнула я, после того как хлопнула входная дверь. - Снова ты начинаешь, можно хоть один вечер провести спокойно? – не глядя на меня, спросил Джастин устало. Я недовольно на него посмотрела. - Мы немного прогулялись, - в гостиной появилась Нина в слишком приподнятом настроении. Я удивленно уставилась на нее. Не будет язвительного ответа? Джастин тоже развернулся, видимо, чтобы удостовериться действительно ли это наша сестра. - Почему вы так смотрите? – улыбаясь, спросила она. - Кто ты и куда дела Нину? – наигранно серьезно спросил брат. Она рассмеялась, а я продолжала ошарашенно на нее смотреть. - Давно вернулись родители? – спросила Нина, падая в кресло. - Несколько часов назад, - ответила я. - Какие новости? - Вильям с нами на эти две недели, а бабушка и дедушка уезжают на несколько дней в Гридпоинт, - рассказал подробности Джастин. - Я бы тоже не отказалась от поездки… - вздохнула сестра. В Гридпоинт жила Дениз, с которой лучше всего дружила Нина, и им редко удавалось провести время вместе. - Мама сказала, что Денни возможно приедет на новогодние праздники, - добавил брат. Нина просияла. - Ты поливала цветы сегодня? – обеспокоенно спросила она меня через несколько минут, резко вскакивая на ноги. Черт… Я ударила себя по лбу. - Забыла, - виновато протянула я. Сестра кинула на меня взгляд полный осуждения, а затем направилась в нашу оранжерею. - Ссора с Тобиасом совсем затуманила голову? – приподняв один уголок губ, спросил Джастин. – Может уже ответишь ему? - Не лезь не в свое дело, Джастин, - закатывая глаза, ответила я. Всю неделю я игнорировала Тобиаса всеми возможными способами. Я не отвечала на смски и не брала трубку, выходила из дома позже всех, чтобы не пересекаться с ним по пути в школу, а на учебе на переменах вообще не выходила в коридор. Нина все это время крутилась у меня под ногами, словно пытаясь поддержать, что меня почему-то раздражало. К выходным я была уже на пределе, потому что соскучилась и все еще злилась, но вместе с этим мне безумно хотелось просто оказаться в объятиях парня. В начале следующей недели, у Тоби и его группы было запланировано то самое прослушивание, и я чувствовала, что должна была его поддержать. Препятствием была лишь моя гордость. Сестра же порхала всю неделю. Она больше не оставалась в школе почти до самого вечера, а уходила чуть ли не быстрее всех, а дома появлялась задолго после окончания ужина. Все это казалось мне подозрительным. - А чему ты удивляешься? – спросил меня Джастин, когда я коротала время у него в комнате, потому что мне было как-то тоскливо. – Ты сама дала ему ее номер. - Но тебе не кажется странным, что он так быстро взял все в свои руки? Это же Нина… - я задумчиво уставилась на брата, который крутился на стуле перед своим письменным столом. - Не понимаю этого твоего «это же Нина». У нее что не может быть друзей мужского пола? А как же Тобиас? Я поморщилась. - Я думаю, что этот Робби претендует немного на другое место в ее жизни, нежели Тоби, Джастин, - возразила я. - Хорошо, разве у Нины не может быть парня? По-твоему она всегда будет одна? – переделал вопрос он. - Нет, но… Не знаю… Как-то у меня все это не вяжется с ее характером. Вспомни, она всегда держится обособленно, - продолжила я. - Обособленно от тебя, - парировал Джастин. Я цокнула. - Ты серьезно не замечаешь за ней странностей? – недовольно спросила я брата. - Если Нина слегка отличается от тебя характером, это не значит, что она странная, Гвен, - серьезно ответил он. - Почему ты всегда ее защищаешь? – я возмущенно скрестила руки на груди. - А почему ты всегда на нее нападаешь? – он упрямо на меня посмотрел. - Лисенок, - позвала мама, просовывая свой хитрый носик в комнату. – Там к тебе пришли, спустишься? - А кто пришел? – подозревая, что гостем мог оказаться только один человек, спросила я. - Может, ты сама посмотришь, - мама хитро прищурилась. Всю неделю она пыталась выяснить, что произошло, и всю неделю я говорила, что все в порядке, и вот теперь все теории, которые мама успела построить в своей голове, наверняка, подтвердились. - Если честно, мы еще не закончили разговаривать с Джастином. Можешь сказать Тобиасу, чтобы он пришел в другой раз? - я улыбнулась ей, а мама нахмурилась. - Думаю, что я не должна вмешиваться в ваши конфликты, детка, - серьезно сказала она. – Спустись, пожалуйста, вниз и сама скажи Тоби все, что хочешь сказать. Только не слишком громко иначе твой отец будет нервничать. С этими словами она покинула комнату, не дожидаясь моего ответа. - Что за женщина? – спросила я в никуда. - Наша мама, - хмыкнул Джастин, отворачиваясь к компьютеру, явно показывая своим видом, что он солидарен с мамой. Я нехотя поднялась с кровати, по пути на первый этаж придумывая то, что должна сказать Тобиасу. А может быть лучше не говорить вообще ничего? Перебрав все возможные варианты нашего диалога, я остановилась у стеклянной двери, как вкопанная. На подъездной дорожке стоял Тобиас с гитарой в руках, позади него была вся аппаратура и ребята из группы. Он стоял с опущенной головой, настраивая гитару. Я сделала шаг вперед, почти прижимаясь к прохладной стеклянной поверхности. Он, наконец, поднял голову и приподнял один уголок губ, словно приветствуя меня, а затем начал играть. Я застыла, смотря на него, кажется, задержав дыхание. Рука сама собой потянулась к дверной ручке, и я вышла на улицу, где воздух был уже слегка морозным, поэтому изо рта тут же пошел пар. Тобиас неотрывно смотрел на меня, продолжая играть и петь. Я никогда еще не слышала этой песни, как будто она была написана совсем недавно. «…Maybe I'm defective Or maybe I'm dumb I'm sorry, so sorry for what I've done Maybe I'm bad natured Or maybe I'm young I'm sorry, so sorry for what I've done…» Я медленно спускалась по ступеням с крыльца, все ближе и ближе подходя к Тоби, из-за слишком сильного волнения чувствуя тех самых пресловутых бабочек в животе. Все это время, которое он должен был готовиться к такому важному событию, он звонил и писал, не находил себе места, а я так просто игнорировала его. Из-за такой мелочи.. И теперь он стоял здесь, такой открытый и смелый. И пел для меня одной. Еще шаг и я оказалась в сантиметре от него, наблюдая за тем, как его пальцы перебирают струны, а глаза смотрят с такой нежностью. Я вдохнула аромат его одеколона и зажмурилась, понимая, как сильно соскучилась по его запаху, глазам, рукам, песням. Как сильно я соскучилась по нему. Едва он закончил, я бросилась к нему в объятия, крепче прижимая к себе и кутаясь в его свитер. - Прости, - шепнула я, все-таки позволяя себе побыть сентиментальной. - Ты прости меня, - так же тихо ответил он, сильнее сжимая меня в объятиях, а после целуя в макушку. И мне было так наплевать на то, что сейчас все смотрели на нас. Его друзья из группы, мои родители и Джастин… Здесь были только мы вдвоем. - Тебе нужно вернуться в дом, замерзнешь, - мягко отстраняя меня от себя и придерживая за плечи, серьезно сказал он. Я и вправду выбежала на улицу в домашних тапочках и пижаме? - А ты? – спросила я. – Пойдем вместе. - Нужно помочь ребятам вернуть все в гараж, завтра у нас прослушивание, все должно быть готово, - виновато сказал он. Я кивнула. - Хорошо. Завтра ты ведь позвонишь, когда все закончится? – взволнованно спросила я. - Обещаю, - он легко коснулся губами моего носа и отпустил меня. Обняв себя руками, я наблюдала за тем, как ребята загружают все в машину, а затем на секунду перевела взгляд влево, чувствуя, будто кто-то наблюдает за мной. Там стояла Нина, и как то странно смотрела в никуда. И давно она там стоит? Я махнула рукой, пытаясь привлечь ее внимание, когда ребята загрузили все в машину. Нина словно отмерла, и двинулась в мою сторону. - Как погуляли? – бодро спросила ее я, направляясь в дом вместе с сестрой. - Все прекрасно, - буркнула она, видимо, не желая делиться подробностями. - Тоби написал для меня новую песню, - похвасталась я. – И мы помирились. - Рада за вас, - она посмотрела на меня и улыбнулась, но почему-то как-то грустно. - Что-то случилось? – забеспокоилась я. Мало ли что мог вытворить этот Робби, мы ведь совсем его не знали. - Все хорошо, правда, - прибавив уверенности в голосе, ответила она, и мы вошли в дом, где на пороге нас встречал довольный Вильям. - Не начинай, - сразу же проходя мимо него в гостиную, сказала я, а Нина стала раздеваться. - Ну как романтично! – воскликнул он, а затем рассмеялся. - Она просто ждала именно этого момента, поэтому не хотела так быстро мириться, - подал голос Джастин, который тоже присоединился к зрителям концерта и наблюдал за всем из окна на кухне. - Заткнитесь оба, умоляю, - шутливо пихая брата в плечо, сказала я. - А как твое свидание, Нина? – спросил Вильям сестру. - Свидание? – переспросил папа, который внезапно нарисовался в проходе. Нина разогнулась, наконец, развязав шнурки на ботинках, а затем с укором посмотрела на дядю, который тут же состроил виноватую гримасу. - Просто прогулялась с одним знакомым, - тихо сказала она. - Может и нас познакомишь? – серьезно спросил ее папа. Я вся сжалась, почему-то переживая за сестру, ведь ей явно сейчас было неловко. - Может быть, - только и ответила она, без страха смотря папе в глаза. - Когда захочешь, - вставила мама, оказываясь рядом с отцом и кладя руку ему на плечо, словно пытаясь сгладить острые углы этого диалога. - Когда в следующий раз соберешься просто прогуляться, - упрямо добавил папа. Я нервно сглотнула, ощущая, что не очень-то хочу быть зрителем этого противостояния. - Не думаю, - вдруг возразила Нина. Мои брови поползли наверх вместе с бровями отца. - Ричард, вернемся на кухню, ладно? – мягко спросила мама, глазами пытаясь заставить Нину пройти в гостиную. - Что значит «не думаю»? – игнорируя маму, спросил папа стальным голосом. - Почему я должна отчитываться за то, с кем общаюсь? Разве у меня не может быть парня? – ответила Нина. А в моей голове все крутилось «это плохо кончится, это плохо кончится». Джастин привстал с кресла, хотя я не понимала для чего. Отец никогда в жизни бы не обидел никого из нас. - Дело не в этом, детка, - снова встряла мама. – Мы просто переживаем, вот и все. Давайте вы пойдете к себе и займетесь подготовкой к завтрашнему учебному дню, а мы с отцом, - она сделала паузу, настойчиво глядя на папу. – И вашим дядей вернемся на кухню и продолжим пить чай. Хорошо? Несколько секунд отец и Нина упрямо и с вызовом смотрели друг на друга, а затем папа все же отвернулся, глядя на маму, тут же полностью изменившись в лице, на котором появилась нежность. Нина без дальнейших пререканий прошмыгнула на лестницу и скрылась на втором этаже. - Вспомни нас, Ричард, - шепнула мама отцу, но недостаточно тихо, поэтому я смогла расслышать. Родители никогда не рассказывали нам о том, как познакомились и представили друг друга нашим бабушкам и дедушкам, но я предполагала, что с этим у них были какие-то проблемы, в частности у папы, ведь он был старше мамы на пятнадцать лет, а учитывая то, во сколько появился Джастин, мама была еще совсем юна, когда они познакомились. - Пойду поговорю с ней, - заявил Джастин, окончательно встав на ноги. - Да, иди, - ответила я. Брат ведь всегда лучше ладил с Ниной, сейчас его поддержка будет гораздо эффективнее моей. Я задумалась. Сегодня Нина совсем не была тихоней, а даже чересчур смело противостояла отцу. А неделю назад напилась в баре. Что происходит с моей сестрой?