Держи меня

Прошло еще несколько недель. Дело «Уробороса» близилось к развязке, и Шерлок вошел в то состояние, которое Джон называл «режимом выгорания». Он не спал четверо суток, почти не ел и выкуривал одну сигарету за другой, стоя у окна и глядя на лондонский туман. Его лицо осунулось, скулы стали острыми, как бритвы, а руки мелко дрожали, когда он лихорадочно записывал что-то в блокнот. Джон молча наблюдал за ним. Он сдерживал свои порывы отчитать Шерлока, помня о своем обещании. Он просто приносил чай, ставил тарелку сэндвичей, которую Шерлок игнорировал, и проверял, чтобы в квартире было тепло. — Шерлок, — мягко позвал Джон в три часа ночи. — Твой мозг не может работать без глюкозы. Ты допустишь ошибку в расчетах. Шерлок резко обернулся. Его глаза лихорадочно блестели, зрачки были расширены от истощения. — Ошибку? Я на пороге открытия! Глава «Уробороса» — это не человек, Джон. Это алгоритм. Самообучающаяся система, которая использует наемников как свои инструменты. Я почти взломал их ядро, мне нужно еще... еще час... Он потянулся к ноутбуку, но его пальцы внезапно свело судорогой. Шерлок зашипел от боли, прижимая руку к груди. — Вот видишь? Твое тело сдается, — Джон подошел ближе, но не стал хватать его. — Дай мне помочь. — Нет! Не смей... — Шерлок попытался отступить, но его ноги, ослабленные днями голода, подкосились. Он начал падать, и Джон, верный своему слову, не проявил ни капли агрессии. Он просто подхватил его, аккуратно прижимая к себе, и помог опуститься на ковер. Шерлок тяжело дышал, его лоб был покрыт холодной испариной. — Джон... — голос Шерлока внезапно стал тонким и ломким. — Слишком громко. В голове... всё слишком громко. Это был сенсорный перегруз — последствие тех наркотиков, которые ему вкололи в тюрьме. Нервная система, доведенная до предела, начала давать сбои. Шерлок зажмурился, его лицо исказилось от боли. Он судорожно потянулся к Джону и, как и в самые тяжелые моменты, мертвой хваткой вцепился в его запястья. — Держи меня... — прошептал он, его ногти почти впивались в кожу Джона. — Не дай мне... рассыпаться. Джон сел на пол, притягивая Шерлока к себе. Он обнял его со спины, создавая своего рода защитный кокон. — Я здесь, Шерлок. Я держу. Слушай мое дыхание. Оно медленное. Давай вместе. Вдох... выдох... Шерлок замер, прижавшись затылком к плечу Джона. Его била крупная дрожь. Он по-прежнему крепко держал руки Ватсона, словно проверяя, не исчезнет ли его «якорь». — Ты... ты такой предсказуемый, Джон, — пробормотал Шерлок через несколько минут, когда дрожь начала утихать. — Твой пульс... семьдесят два удара в минуту. Стабильность в мире хаоса. Это... это успокаивает. — Рад быть полезным, — тихо ответил Джон, не выпуская его из объятий. — А теперь — спать. Без обсуждений. Ты довел себя до предела. Шерлок не стал спорить. У него просто не осталось сил на язвительность. Он позволил Джону поднять себя и довести до дивана. Когда Джон укрыл его пледом, Шерлок снова нащупал его руку. — Джон? — Да? — Завтра... когда я проснусь... алгоритм будет закончен. Но сегодня... — он сделал паузу, его пальцы судорожно сжали ладонь Джона. — Сегодня ты победил. Твоя биологическая настойчивость... оказалась сильнее моего интеллекта. — Спи уже, гений, — улыбнулся Джон. Шерлок закрыл глаза, но так и не отпустил руку Джона. Он спал беспокойно, периодически вздрагивая, и в эти моменты его хватка на пальцах Джона становилась еще крепче. Джон сидел на полу у дивана до самого рассвета. Его рука затекла, спина ныла, но он не шелохнулся. Он смотрел на Шерлока — этого удивительного, сломанного человека, который мог просчитать движения целой преступной империи, но не мог справиться с собственным телом без посторонней помощи. К утру Шерлок наконец-то расслабился. Его дыхание стало ровным. Когда первые лучи солнца осветили гостиную, он открыл глаза и увидел Джона, всё еще сидящего рядом. Шерлок медленно разжал пальцы, отпуская руку друга. Он выглядел изможденным, но его взгляд был ясным и... благодарным. — Чай? — негромко спросил Шерлок, его голос был хриплым. — Чай, — согласился Джон, поднимаясь и разминая затекшие пл ечи. — И тост. С маслом. И ты его съешь. Шерлок слабо усмехнулся и поправил халат. — Ладно, Джон. Сегодня я буду... послушным пациентом. Но только до тех пор, пока не приедет Лестрейд. У него в участке есть один файл, который мне жизненно необходим... Джон покачал головой, идя на кухню. Шерлок Холмс вернулся. Невыносимый, одержимый и абсолютно невозможный. Но в этот раз Джон знал: что бы ни случилось дальше, как бы Шерлок ни испытывал его терпение, их связь — эта странная смесь боли, вины и абсолютной преданности — выдержит любой шторм. И никакая змея, даже самая хитрая, не сможет её разорвать.