Bedtime activities

Странно, что Чифую так легко позволил Баджи-сану завладеть всеми его мыслями. Несколько коротких разговоров о правописании и о чем только не было, и вот уже блондин влюблён в другого. А после того, как Баджи-сан так быстро пришел ему на помощь во дворе, ну... он просто не смог удержаться и бросился в омут с головой. Чифую был более чем готов отдать всего себя Баджи-сану, поддержать его во всех начинаниях, но... Он не был первым. Этот факт стал очевиден, как только Баджи-сан познакомил его со своими друзьями. Кадзутора двигался, как дикий огонь, его невозможно было обуздать или сдержать. Он действовал не раздумывая, наслаждаясь хаосом, в который его ввергал Баджи-сан. Эта парочка всегда посмеивалась над своими нелепыми выходками, даже когда их отчитывал Доракен, да ещё кто! Он тоже пытался, но вскоре перестал, когда над ним слишком часто смеялись. Он не мог вынести этих зеркальных взглядов, полных беспокойства, но в тоже время насмешливых. Чифую не мог отрицать того, что так явно демонстрировалось перед ним. Они были до тошноты идеальны друг для друга, словно были созданы друг для друга. О том, как Кадзутора гладил его по волосам, когда рядом не было никого важного — когда Чифую мог лицезреть Баджи-сана в таком расслабленном состоянии, пока они втроем смотрели какое-нибудь дурацкое шоу, которое им советовала Пе-ян. конечно, все заканчивалось тем, что Баджи-сан оказывался на коленях у Кадзуторы, а его руки надежно обнимали его за талию. Он оставался на своем привычном месте по другую сторону дивана и украдкой поглядывал на эту парочку, стараясь, чтобы его не застукали. Эти взгляды повторялись каждый раз, когда он ложился спать — в одиночестве, размышляя о том, что Баджи-сан вряд ли даст ему шанс. ——— Неудивительно, что через несколько недель после того, как Баджи-сану исполнилось пятнадцать, эта парочка снова появилась с одинаковыми брачными метками. Метки были повсюду на шее Баджи-сана, как будто ему было мало того, что от него пахло Кадзуторой. На шее Кадзуторы было не лучше, а может, даже хуже. В завершении ко всему, из-за их КПК находиться рядом с ними стало невыносимо. Их идеально сочетающиеся ароматы преследовали его повсюду; он чувствовал их запах, даже не находясь рядом с ними, на диване, на котором они раньше веселились, а теперь насмехались над ним при каждом удобном случае. Видеть их счастливыми, видеть счастливым Баджи-сана — без него — было невыносимо. ——— Иногда Чифую задавался вопросом, не была ли вся его жизнь огромной шуткой. Его взгляд следил за длинноволосым мужчиной, который, пошатываясь, вошел в дом под кайфом от чего бы то ни было, что ему дал Казутора. Количество наркотиков, которыми в последнее время балуется Баджи-сан, поражает, даже пугает. Он знает, что может за себя постоять, но вместо этого принимает неверные решения ради того, чтобы "повеселиться". Чифую бы не позволил Баджи-сану так рисковать, он бы защитил его, как и должен делать альфа. "Ты опоздал" — пробормотал Чифую, не успев себя остановить, не в силах сдержать горечь, которая сквозила в его словах. "Хватит ныть, я по дороге купил нам якисобу"— Баджи пожал плечами и бросил коробку с едой на их столик. Нас. Так давно не было никого, кроме них двоих. "Эй, земля вызывает Чифую. Ты там?" — фыркнул Баджи, прежде чем занять свое место рядом с блондином, может быть, на несколько миллиметров ближе, чем обычно — "Ты там?" "Да, да, я здесь", с трудом сказал Чифую. "Лучше бы ты не сожрал всю эту гребаную лапшу, как обычно" — фыркнул блондин, открывая коробку с едой и обнаруживая, что в ней осталась ровно половина. "Я был хорошим хоть раз, а теперь отвали"— Баджи-сан ухмыльнулся, как будто его слова не произвели такого эффекта на Чифую. Блондин лишь презрительно фыркнул в ответ и плюхнулся на пол прямо перед кофейным столиком. Блондин решил, что безопаснее всего будет заесть лапшой, чтобы не позориться еще больше. ——— Всё шло хорошо, пока Баджи-сан не уснул. Длинноволосый парень был просто красавцем, длинные стройные ноги аккуратно скрещены, руки небрежно закинуты за голову. Его грудь вздымалась медленно, почти слишком медленно для обычного дыхания, пока Чифую не вспомнил, насколько крепко тот спит, особенно когда находится под действием чего-угодно на самом деле. Тонкий указательный палец коснулся щеки Баджи-сана, чтобы еще раз проверить, действительно ли тот спит — все в порядке. Красивый. Шум телевизора стал едва различимым. Пальцы Чифую скользнули ему под пояс, и он ощутил мягкость. Ничего? Постойте, когда он успел так близко подойти? Баджи-сан пришел к нему домой без нижнего белья? Он был с ним до того, как пришел к нему домой? От одной этой мысли брови блондина нахмурились от гнева? Ревности? С его губ сорвалось раздраженное восклицание, а пальцы скользнули еще на дюйм ниже. Где-то в глубине сознания Чифую звучал голос, который велел ему остановиться, развернуться и сделать вид, что ничего не произошло, но... Он просто не мог. Предоставится ли ему когда-нибудь еще такая возможность? Он не мог просто так взять и упустить... Сейчас или никогда. Баджи-сан был практически без сознания, и единственным признаком жизни было ритмичное вздымание и опускание его груди. Все будет хорошо. Один палец скользнул ниже, к промежности Баджи-сана, а затем еще ниже, к его складкам — мокрый, он мокрый, хотя еще ничего не сделал. Аромат возбуждения наполнил маленькую комнату. Он не знал, исходит ли он от него самого или от Баджи-сана, и ему было всё равно, пока его палец скользил по чувствительному бугорку. Сверху по-прежнему ни единого движения. С ним все в порядке, все хорошо. Он чувствовал, что Кадзутора был с ним слишком груб, его клитор набух, из него постоянно текла смазка, но он чувствовал, что его дырочка все еще набухшая — чёрт. Баджи-сану, наверное, это нравилось, он никогда не осознавал, что он чего-то стоит, что он не просто дырка, которую Кадзутора использует по своему усмотрению. Скорее всего, у симпатичного омеги просто никогда не было возможности почувствовать, что его ценят, — он бы это исправил. Чифую показал бы ему, насколько он важен. после двух нежных круговых движений вокруг клитора Чифую снова почувствовал, как его пальцы скользят вниз по промежности Баджи-сана к его набухшему отверстию. Он на секунду замешкался, но тут же почувствовал, как его дырочка раскрылась — в этом не было необходимости. Баджи-сан хотел его, хотел, чтобы он это сделал, иначе он бы сейчас не тёк, не подставлялась бы так. Если бы только он мог сейчас видеть свою промежность. Он чувствовал, что его возбуждение становится все более заметным под спортивными штанами, но ему было все равно. Он хотел позаботиться о своем омеге и показать ему, как его нужно любить. Не теряя ни секунды, Чифую аккуратно ввел указательный палец в его течное отверстие, наслаждаясь ощущением того, как его влагалище сжимается от новых вторжений. Как только его палец коснулся точки G его омеги, Чифую резко повернул голову в ту сторону, где лежала его омега, брови Баджи слегка нахмурились, но тут же снова разгладились. Он должен остановиться, это было слишком близко, чтобы Чифую мог это проигнорировать, но... Он просто не может. Ему нужно кончить, он должен кончить, это ради Баджи-сана, чтобы тот знал, каково это — когда тебя ценят и любят, а не просто используют как какую-то шлюху. Он был достоен большего, чем просто это. Прирожденный лидер, который руководил своим подразделением так, будто в этом не было ничего особенного, и даже если он был непредсказуем, у него всегда была цель. Его преданность Майки и Томану не знала границ. Его вторичный пол никогда не был проблемой, потому что Баджи-сан избивал всех, кто пытался бросить ему вызов из-за этого. Он был просто сильным, казалось, ничто не могло его сломить. Чифую глубоко вдохнул и ввел еще один палец в его влагалище, направив его прямо в точку G Баджи-сана. Он наслаждался процессом и понимал это по тому, как с каждой секундой все больше смазки облегчало скольжение его пальцев. Время для Чифую ничего не значило, и он начал наращивать темп, потирая клитор ладонью. Боже, как бы он хотел видеть, как Баджи-сан сжимается вокруг его пальцев, как смазка буквально стекает по его пальцам. Однажды — однажды он сможет увидеть, как именно выглядит Баджи-сан, когда кончает. Будет ли он кричать? Или будет молчать? Сморщится ли его лицо? Задрожит ли его тело в момент оргазма? На мгновение он опешил, когда Баджи-сан сжал его пальцы, словно тисками, и его бедра слегка приподнялись в судорожных движениях, когда поток жидкости выплеснулся из вагины над отступающими пальцами Чифую. Чёрт, он только что заставил Баджи-сана кончить — "чёрт, чёрт, чёрт" — Чифую как можно осторожнее вытащил мокрую руку из штанов Баджи и засунул ее прямо в свои боксеры, обхватив член. Как только его скользкая от смазки рука коснулась члена, он понял, что скоро кончит. Еще несколько движений — и сперма потекла по ткани боксеров и его руке. Чифую глубоко вздохнул, чтобы отдышаться. Прошло несколько мгновений, прежде чем он осознал, что натворил сегодня вечером. Голос в его голове снова зазвучал, и его охватило чувство вины, но Чифую быстро взял себя в руки. Он сделал это по веской причине, ради Баджи-сана. В конце концов, все разрешится само собой.