Он был так прекрасен

Он был так прекрасен, что у Гарри не было слов. Едва не белые волосы, столь бледен, что практически прозрачен, а паутинки синих венок проглядывались под тонкой кожей вокруг глаз. Аристократических повадок не оставил, пусть и лишился всего. Костюм, сильно напоминавший тот, что Драко уже надевал, очевидно, сидел великолепно. Белая рубашка с рукавами-епископами, французский галстук, повязанный на манер банта, строгий фрачный жилет, до миллиметра подходящий в области талии, удлиненные брюки каррот и обилие серебряных аксессуаров с дорогими камнями (изумруды, в основном) – то, как Гарри его запомнил в школьные годы. Сейчас Драко выглядел так, будто ничего не изменилось и вовсе не произошло. Кажется, Гарри не видел его целую вечность, но с окончания войны прошло всего три года, а суды над пожирателями завершились буквально пару месяцев назад. Конечно, Гарри защищал семью Драко едва ли не так, будто она была его собственной. По крайней мере Нарциссу и самого Драко. Сейчас, смотря на Драко, Гарри оказался в школе. Вокруг танцевали волшебники и волшебницы, Поттеру снова четырнадцать и все его мысли заняты Малфоем. «Любовь моя!» – Здравствуй, Драко, – Гарри улыбался так, будто был счастливее каждого в этом зале. Ничего ужасающего не произошло, никто не умер, Волан-Де-Морт никогда не возвращался, а всё, о чём мечтал тот маленький мальчик стало вдруг возможным. – Здравствуй, Гарри, – Драко улыбался так, будто был несчастнее каждого в этом зале. Papa в тюрьме, mama едва справляется со всем, что навалилось на неё по окончанию расследований и судов, а всё, о чём мечтал тот маленький мальчик разрушилось много лет назад. – Глядя на тебя, мне хочется с тобой выпить и пригласить на вальс, – улыбка Гарри, может, и была заразительной, но, кажется, сегодня был не его день. – Потрясающе выглядишь. – Не лезь, чтобы потом не жалеть, – редкая улыбка покинула прекрасное лицо Драко, оставив лишь печаль в глазах. – Я не боюсь смерти, потому что я и есть смерть. Гарри не знал, что и думать. Он испугался, паника накрыла ледяной волной, резко сменяясь жаром. Он не хотел, не мог и не желал вспоминать. - Дорогой? – Драко подходит со спины, обнимет за талию и кладёт подбородок на плечо Гарри. – Ты такой задумчивый, что случилось? – Драко покрывает тихими лёгкими поцелуями шею и щеку Гарри. Любовь. Гарри разрывает на части. - Я должен уйти, – Драко отскакивает так, будто Гарри стал раскалённым металлом за секунды, но Гарри не позволяет отдалиться. – На свете и не такое есть, – Драко нежно накрыл ладонь Гарри своей холодной рукой. Мурашки покрыли не только ладонь, направившись во все стороны. Драко развернулся, направляясь на балкон, усеянный огнями свечей. – Не смей обо мне скорбеть. Скорее всего он надеялся спокойно покинуть зал, скорее всего думал, что Гарри легко его отпустит, скорее всего в голове Драко не появилось ни одной мысли, что появились в голове Гарри. – Нет, – Гарри схватил Драко под локоть, медленно опуская ладонь к другой, ледяной ладони. – Нет, Драко. Прости, но нет. В этот раз – нет, в любой последующий раз – тоже нет, – Тёплая, даже горячая ладонь Гарри крепко держала холодную, даже ледяную ладонь Драко. – Драко, в этот раз ты не уйдешь от меня. Может быть в тот раз я отпустил тебя легче, чем ты полагал, может быть в тот раз я допустил самую огромную ошибку в своей жизни, но сегодня, сейчас, у меня есть шанс всё исправить и изменить. Сделать мой мир таким, каким он должен быть. Сделать твой мир таким, каким он должен быть, – Гарри опустил взгляд. – Если ты позволишь мне. – Дорогой, – Гарри вскинулся, не зная, что чувствует. Драко смотрел на него так тепло, что сердце затрепетало, забилось, защемило. – Твои слова, Гарри, это твои слова. Что изменилось с того раза? Горячие объятия, нежные поцелуи, взгляды украдкой. Никто не должен знать, замечать, видеть. «Драко, я не боюсь смерти. Я и есть смерть». «Дорогой…». – Всё закончилось. Драко, всё закончилось. Ты знаешь, ты ведь понимаешь… – Гарри возвел очи горе, смаргивая слёзы, но передумал, уверенно переводя взгляд точно в глаза Драко. – Ты знаешь, почему это было сказано. Зачем сделано. Драко покачал головой, печально вглядываясь в глаза напротив. Его нижняя губа дрожала, но он пытался это скрыть. На глаза наворачивались слёзы. «Дорогой, пожалуйста…». А смотрит так, будто режут наживую. «Пожалуйста…» – Я должен был поступить так. Я защищал волшебный мир, защищал Хогвартс, друзей, профессоров, невиновных и не имеющих к этому отношения. Но… любовь моя, прежде всего я шел на смерть, войну и каждую битву за тебя, – Гарри покачал головой. – На первом месте всегда был ты. Ещё до первых взглядов, слов, объятий и поцелуев. Всегда был только ты, – Заканчивал он уже шёпотом. Затхлый запах сырости и плесени, тёмный коридор – один из тех, где никогда не бывает учеников. Гарри идёт прямиком за Драко. Кажется, Драко снова что-то задумал. А может, Гарри просто хотел посмотреть на него чуть дольше. Но Драко оборачивается ровно в тот момент, когда Гарри беззастенчиво пялится, нисколько не скрываясь. Значит, второй вариант. – Я не говорил, но сейчас… Сейчас скажу. Тогда, в первый раз целуя тебя, я уже любил, – Вокруг всё ещё танцевали, играла музыка. Печальная мелодия вальса медленными капельками вливалась в шумный поток, нарастая. Гарри взял Драко под локоть, ведя к танцевальному кругу в сердце зала. – Я любил тебя едва ли не с первого взгляда, – Гарри медленно кружил Драко, потакая музыке. – Я любил тебя каждую секунду своей жизни после того, как увидел. Я знал, что это неправильно. Я знал, что ничего не получится. Но я любил тебя. Каждую. Секунду. Гарри кружится в танце, обнимая Парвати, обращая внимание совсем не на неё. Драко, придерживает Панси за талию, что-то шепчет ей на ухо. Панси смотрит на Гарри, ласково отвечая другу. Другу? - А сейчас? – Драко робко поднял глаза. Гарри не знал, что и думать. Не сошёл ли Драко с ума? – Mama сказала: «Не верь глазам, в них начнёт темнеть». – И, обняв Гарри за плечо, вернул свою уверенность. Даже будучи ведомым в танце, он отчасти оставался ведущим. - Мой Драко, - Глаза Гарри засверкали. Прямо как драгоценные камни на запонках Драко. – И сейчас. - Почему ты носишь исключительно изумруды? Цвет факультета? – Гарри поглаживал тонкое запястье Драко. - Думаешь? – Медленно подняв руку, Драко тронул мягкую кожу под глазами любимого. - Дорогой, - Слова не нужны. Достаточно взгляда, секунды, вспышки. Драко понял, что mama оказалась неправа. Счастье вскружило голову, в глазах плясал огонь. Казалось, весь свет в зале был направлен в одну сторону. В сторону Гарри. Самая счастливая улыбка, лучики вокруг глаз. Солнце. - Можно поцеловать тебя? Прямо сейчас, – Драко кивнул незамедлительно. Но Гарри не торопился. Медленно остановил Драко прямо среди танцующих, поднял руки к его лицу, мягко обхватывая скулы. Большие пальцы рисовали кружочки на лице. – Я не могу, – Драко отступил на один широкий шаг, едва не задев незнакомого волшебника. Растерянность и страх явно читались на его лице. Гарри шагнул за ним моментально, притягивая к себе за талию. – Я хочу. Очень. Мне страшно, Драко, милый. Хочешь ли этого ты? По-настоящему, – Так и удерживая любимого за талию двумя руками, Гарри смотрел с искренним страхом и сожалением. – Всё изменится. После этого всё изменится. Я хочу жить с тобой, хочу разделять каждый день. Но если ты этого не хочешь… Маленькая ниша за статуей безымянного рыцаря. Драко смотрит прямо в глаза, с вызовом. Гарри это бесконечно нравится. Драко ждал его здесь, он знает. Зелёные запонки блестят ничуть не хуже, чем там, на танцполе Большого зала. Без слов и вопросов происходит невозможно мягкий, тёплый и сладкий поцелуй, который должен был быть яростным. В нём столько неожиданной любви и тоски. Первый поцелуй. Но Драко отталкивает, убегая, не оглядываясь. - Думаешь, я стал бы просто стоять и ждать твоего поцелуя? Это унизительно, Поттер. Мне ведь не четырнадцать, - Горький смешок вырвался с губ Драко. – Я осознаю, что мир для нас обоих изменится. Я осознаю, что всё может стать сложнее, а может легче. Не знаю, что ждёт нас впереди, но если мне будет позволено говорить «мы», имея ввиду нас с тобой, Гарри, я готов на что угодно, - Несмотря на серьезный тон, тонкие пальцы Драко танцевали на шее Гарри, поднимаясь к лицу. – Целуй. Сейчас. Гарри повиновался. Он не мог иначе. Такой долгожданный поцелуй вызвал миллион сложных эмоций, сердце разрывалось, а на глазах выступили слёзы. В следующую секунду Гарри, плача, опустился на колени, удерживая Драко в объятиях. - Любовь моя, - Гарри покрывал лицо Драко сотнями поцелуев. Возможность целовать любовь всей жизни опьяняла сильнее любого алкоголя. – Драко, я люблю тебя, - Десятки поцелуев. – Я люблю тебя.