Как же трудно бывает «признаться»

      Дверь вбивается в проём. Тяжёлые шаги начали выжимать свой путь. Усталые, кажется красные от недосыпа, глаза увлажняются и пытаются привыкнуть к свету. Несмотря на силу, приложенную к каждому движению, парень оступался, от этого бил ногой в несколько раз сильнее, что-то рыча. Довольно пугающе; если увидеть такое зрелище в коридоре своего дома — вам скорее всего придётся задрать нос и кинуть пару неодобрительных взглядов.        Задумавшись о реакции общественности, он окончательно возвращается на землю, ведь что можно ненавидеть больше чем неловкие ситуации — быть причиной неловких ситуаций. Хотя, наверно наш человек ненавидел себя, за то и бил пол, что ненавидел ситуации… Или пол, короче, думать в такие моменты сложно.        Стоп, в какие моменты? А, точно, он направлялся к своему объекту обожания, то есть, он его любил. Именно в моменты влюблённости тяжело. Возможно, тяготит, что привязался, будто в ловушке — а возможно, что одинок и ни с кем не обсудишь подобного — а может, потому что ты просто бессилен, не зависимо от обстоятельств. В общем, когда мы влюбленны, обычно нас это очень сильно волнует, как и нашего героя: у него в голове уже неделями крутиться одно действие неуважительного характера. Он же знает своего возлюбленного, и, конечно, уверен, что знает, как эмоционально тот ответит на признание. Мысль о таком заставляет его пьянеть по-чёрному, хочется сразу вырвать.        Ну, смотрите сами, вы любите кого-то с кем вы уверены, у вас нет и шанса, и даже не из-за вас самих, и даже не из-за второго человека. И, кого винить? Да, и как же обидно, что возможно у тебя был шанс, возможно даже мнимый, но был же! Ты же чувствовал, ты же был так близок, это ставило тебя на вершину, и вдруг ать-пать, и правда оказывается быстрее.        Ах, эта ваша правда, знаете, что он бы с ней сделал? Знайте, что он чувствовал себя прекрасно, он чувствовал себя влюблённым и был любим, у него была возможность!        Наверное, он так себя утешал. Всё-таки надо же найти себе чем гордиться. Я же говорил, что влюблённые обычно очень сильно волнуются… о себе.        Он открывает железные двери подъезда, погода: капли, листья, ветер. Вода заставляет его нахмуриться, непонятно о чём он думает. Пытаясь уравновеситься, он постепенно привыкает к нагрузкам ходьбы. Он собирается увидеться с ним, и вдруг начинает бормотать: «Как так? Дубина, тупица, — шипение, шаги становятся немного чаще, — слушай, задумайся, ну, разве тебе действительно хочется унижаться? Я без понятия, — его бормотание становилось чётче, — просто иду, я просто сделаю это, не думаю, я не думаю, сбрось мысли. Замолчи!», следующим темпом уже будет бег, поняв это, он просто начинает бежать. Из-за того перестаёт говорить, а за одно и думать, он просто наблюдает за домами, в голове до сих пор тяжело.       Ясно было одно, сегодня что-то изменится, и от этого чувства ему хотелось разгоняться. Будто бы оно неостановимо, при этом до сих пор хочется убежать, он же сам ведёт к этому. То есть, он же сам хочет признаться, он не обязан, зачем тогда признаваться? Что меняет признание? Три слова, ничего не могут сделать, лично я считаю, что признаются люди, только потому что надеются на взаимность. Думаешь, что они тебя не любят? У тебя нет и шанса? Но твои ноги всё равно несутся, а мозги плавятся, думая о признании. Ты готов рискнуть даже в полную рулетку — почему? Это так нелогично. Хочется быстрее узнать, что зря ты переживал, хотя от такой надежды, ты переживаешь ещё больше.       А, может всё же твои мысли не правы? Может смысла нет? Может ты идиот? Хотя в любом случае ты будешь выставлен таковым. И причина даже не в том, что влюблённые ведут себя, как идиоты — а в том, что ты разрешил себе стать влюблённым. Ты был унижен с самого начала. Но наш герой влюбился по глупости или по наивности?        Довериться другому это сложно. Разве ты можешь влюбиться в человека, которому ты даже не можешь рассказать о своих чувствах? Его ходьба и туман в мыслях были так бессмысленны, и от этого ещё убийственны. Он понимал это, хотя чего тут вообще можно понять.        Какая чушь ваши чувства! А зачем чувства? Действительно, зачем нашему герою надо было влюбляться, ну понятно, что незачем, раз уж он сожалеет. И правда. Кто желает бежать под дождём по городу, ещё и дурацкие машины? Пешеход. Автомобиль! Он отбегает от машины, что чуть не сбила его и теперь сигналит. В коктейль его эмоций, только адреналина не хватало. Как отвратительно, как ужасно, как, боже, ему бы даже не хотелось говорить. Стыдно. Не смотрит. Ладно забыл, забыл. Существуют дела намного важнее.        Так на чём мы? Ах, зачем же он влюбился? Ответ скорее зависит от того, с каким углом подходить; то есть, природа. Например, ей нужно чтобы ты размножался… Ладно! Плохой пример.       Он проходил вдоль сердца города, без того суматоха давила на персонажа, так под дождём, ещё и в жёлтом освещении фонарей казалась невыносимой. Он с силой натягивал капюшон, из которого уже можно было жать воду. Каждый человек создавал препятствие, которое было сложно обходить, от стольких манёвров кружилась голова. Он обгонял людей, идущих вровень; слышал голоса и разговоры; он не понимал, кто говорил мужчина или женщина; вид идущих одиноких людей заставлял его думать о себе. Кажется, он пытался искать себя в любом, но сканировать толпу было утомительно.        Всё-таки кто понимает любовь? Да, чёрт с ней — кто понимает разницу между всеми вашими высокими ощущениями? Он смотрит, и каждый камень излучает упакованную в розовый любовь, каждый фильм, сериал, видео, книга, вывеска, и сколько же у нас любви! Сколько дней мы тратим на мысли об этом, ведь он же нашёл своего человека. Это, как что-то что знают все, используют все, но попроси дать определение, никто не скажет, или повторит что-то философское за более умным, как будто мы все смиренны и запросто глотаем любую чушь. Он ненавидел, что никто не понимает любви, и что она везде. И, по сути, каждый, кто говорит — уверен, что его чувства определённо верные. О какой любви мы мечтаем? Чего мы вообще хотим? Всё настолько неестественно и странно, но почему-то считается нормальным.        От такой нагрузки, он встаёт, втиснулся в асфальт, и пара человек сзади, опешив, начали обходить его, пока поток не привык. О чём думать? Мысли и голова тянут его на дно. Эмоциональная нищета. Кто бы дал ему местной валюты, чтобы тот мог перестать унижаться? Сколько всего он наделал… И ведь молод, чувства, пожар, флюиды, как люди любят говорить. Но, разве к ним спускается Бог в определённый день, дабы сказать, что наш молодой человек должен любить так, не говорить вот так, не падать в грязь, ибо кто ещё, ибо почему все считают, что они уже всё знают?        Там далеко, он замечает дом, тот самый дом. Сейчас он хочет только, чтобы его вылюбленный вышел куда-то в магазин, стоял в своём дождевике и оглядывался. Парень уже приблизился, смотрит вдоль дома. «Я так его люблю, — он шептал, его глаза слезились, он замкнул рот, будто к этому больше нечего добавить, наверное оправдывался, — я, — он бьёт себя по голове нижней частью кулака, его слово переходит в хриплый крик, — за что…» — стыдно, ему стыдно, зачем он чувствует это. Если признание — необходимость, то всё равно; если же нет, если нет? Если нет, то это же смерть. Это же он умрёт, это же нельзя допустить. Вода из глаз, какой же стресс, он просто не хочет так пролететь.        На тротуаре под его ногами хрустит битое стекло от выброшенной бутылки.         Это может быть нелогичным, может быть странным, но он просто не может признаться, он просто чувствует панику, она невыносима, сердце хочет выкатиться, будто шары для бильярда выдавливают и рвут стенки внутри горла. Руки холодеют, неужто он затрусил? Понимал же на какую пытку пойдёт и нёсся же! Смотрите, стоит и ноет, а ведь он даже не увидел его. И почему? Потому что влюблён и оказался в этой ловушке, где нельзя показать на виноватых, и где каждое твоё действие готово пронзить тебя, где непонятно, что будет дальше. Игра в шахматы, где неважно делать ходы или нет, возможно ты умрёшь, а возможно нет. И как можно так жить? Поэтому он стоит тут, он делает ход, и ждёт наказания. За то, что влюбился, за то, что не может понять, что это, за то, что глуп.        Ладони жмутся, он не может навести дыхание, он поднимает глаза на дверь и ему становится хуже. Он уже у двери, куда его несёт? Он бьётся о дверь. Тогда боль физическая напоминала ему, что сейчас происходит. Боль эмоциональная это грусть, а он грустит. Наверное, грустит, а от чего грустят, потому что у нас в мозгу не хватает мелатонина? А может просто напиться, ничего же не почувствуешь, ещё приятнее была мысль, что он вдруг убьётся пьяным.       Нет! Нет! Нет! Нет! Признаться нельзя, это самоубийство, конечно, герой делает шаги назад. Он так растерянно смотрит на дверь, зрачки сужаются, капли на лице больше не чувствовались. Его просто давило в сторону от двери. Он такой отвратительный, что может даже думать, что это взаимно, ведь какая вещь его тащила сюда? Теперь ему хотелось наказания, чувствовал себя животным.        Заборчик сзади. Грязь. Падение. Свет из открывающейся двери. Грудь просто пульсировала от стуков, на адреналине он забегает в ближайший куст. По его лицу прошлись царапающие ветки, и ему было, знаете, приятно. Это было наслаждением падать в лужи за кустом, грязным, поцарапанным, в этот же момент он поворачивается, начиная следить за выходящим.       Молния! освещает всё вокруг, голова окончательно раскололась. Герой падает на землю спиной, как же он устал, ладонь гладит грязь. Хочется кричать. Думать нельзя. Думать больно. Зачем нам вообще мозги? Голос сверху нарушает момент истерики: «Прекращай плакать, быстро, — в недоумении, он вытирает себе слёзы, по прежнему сильно сжимая глаза, руки второго берут руки, — и почему ты такой идиот? Почему ты никогда не говоришь мне, когда тебе плохо, — хватка ослабляется, — зачем ты так убиваешься? Расскажи мне, признайся уже, разве я тебе не нравлюсь? Почему ты скрываешься? Смотри, как я люблю тебя», — но никого не было. Наш человек поднимает руку вверх беря воздух. Он отскакивает. Будто рвота, отвратительно, его голова отвратительна. Бред. Показалось. Что это было?        Не было в нём больше желания кричать, эмоционально он закончился, ему не нужно было это слышать. Душ с неба усиливался, парень поворачивает голову наверх, пришмыгивает. Его захватило безразличие, но его тело всё ещё горело от эмоций. «Что же я услышал»? Такие тёплые слова вызывают в нём невероятное негодование. Тоска. Медленно он встаёт. Только стоило ему начать выбираться, как его цель покинула свой дом. Он застыл, наблюдая: всё-таки тот был не плох, в жёлтом дождевике, походка была спокойной, взгляд не бегал, по тому казался отстранённым, даже отталкивающим…       Почему?