Чай с молоком

– И уборка всë равно остаëтся на тебе, потому что сегодня пятница, а по пятницам убираешься ты. – Артëм скинул со своего стула чужую футболку и открыл ноутбук, чтобы спокойно поработать. Но не тут-то было.       По баллистической траектории ему в затылок прилетел использованный пакетик чая. – Хренушки. Я за тебя вчера посуду мыл, значит ты сегодня убираешься.       Ожидалось, что жить с лучшим другом — это весело и классно. А по факту они препирались по любому поводу, начиная от разделения обязанностей и доходя до того, кто что пить будет.       Сначала ещë было ничего: немножко спорили, но находили компромисс, оставаясь правда каждый при своëм мнении. Потом становилось хуже — то вещи не там лежат, то еда не так приготовлена и посуда не так вымыта. – Ты так посуду моешь, что я потом еë перемываю по два раза. И вообще, хоть вещи свои убери, мне надоело спотыкаться об одежду, которая валяется, на секундочку, везде!       Ваня что-то там пробубнил и отвернулся, утыкаясь в спинку дивана. Ему было как-то всë равно и он демонстративно показывал, насколько же не собирается выполнять любую из своих обязанностей. И именно это Артëма вымораживало больше всего — сколько с ним не ругайся, всë без толку.       Ощущая больше подступающей злости, он постарался подавить еë, забирая пустую чайную кружку и удаляясь на кухню. Ведь что может быть лучше, чем вкусный и ароматный чай, только заваренный и с ложечкой сахара? Да ничего лучше не может быть.       Кухня, тоже успевшая превратиться в царство хаоса, приветствовала его пустой коробкой из-под пиццы на столе и горой "помытой" посуды рядом с раковиной. Вздыхая, он поставил кружку на стол и стал греть воду в электрическом чайнике. Возникавшие там пузырьки сильно успокаивали нервы, позволяя смотретьна них и ни о чëм не думать. Правда, длилось это не столь долго. – Эй, Тëмыч, может фильм хочешь посмотреть? – раздавшийся за спиной голос заставил его вздрогнуть и обернуться. – Фильм... Наверное, не знаю. У меня нет идей, что смотреть.       Тут же его плеч коснулись тëплые ладони, а знакомое горячее дыхание опалило затылок. От такого на лице даже мелкий румянец возник, заставляя чуток опустить голову. – Как насчëт "Реальных упырей"? Неплохое кино. – Не знаю, я не смотрел.       Слыша щелчок выключения от чайника и одëргиваясь от касаний, Артëм взял это хранилище кипятка в руки, наливая воду в кружку, а после опуская туда пакетик чая. Желтовато-зелëный цвет тут же стал окрашивать прозрачную жидкость, ещë и источая приятный травяной аромат. Ну а его сосед, только фыркая на это, подошëл к холодильнику, доставая оттуда коробку с молоком и делая глоток прям с неë. – Вот значит и посмотришь. Кстати, может тебе разбавить эту горечь зелëную? А то это ж пить невозможно. – Что тебе невозможно, тем я наслаждаюсь. – усмехаясь, он сделал глоток, всë-таки на мгновение морщась от жëсткого вкуса без крупинки сахара. – По тебе прям видно это наслаждение.       Тут же послышались приближающиеся шаги, а затем в кружку, из которой мгновение назад исчез заварившийся пакетик, плеснулось молоко. Сразу ставшие мягче запах и цвет, по правде, хозяина тары и напитка впечатлили мало. Он даже допустил мысль выплеснуть напиток в чужое лицо, но сдержался. – Ну и зачем? – Так вкуснее будет. Как это... Калмыцкий чай, ну почти.       Вздохнув, Артëм только приподнял брови, не меняя своего критично-пофигистичного взгляда, в котором читался лишь вопрос "действительно?". Но всë-таки, раздражение понемногу отступило, заставив его даже чутка улыбнуться. – Иди уже и ищи своих упырей. Я через минуту приду.       И уже несколько секунд спустя он остался на кухне один. Взгляд вновь опустился на кружку. Мысли о смеси любимого чая с чем-то молочным не вселяли надежд на нечто вкусное. Но, отбросив сомнения, он сделал небольшой глоток.       Вкус был мягким, чуть тягучим, с нотками трав и без прежней горечи. Такой лëгкий, ненавячивый, как сладкий аромат духов, остающийся шлейфом и сразу таящий в воздухе. – Ладно... Это и правда вкусно.