К вопросам применения искусственного интеллекта в организации складского учета

— Ста-а-ар-р-р-скр-р-рим!!! Свирепый рык Повелителя Всея Десептиконов разнесся по всему залегшему на дне морском «Немезису». Снаружи от слегка содрогнувшегося бронестекла командного центра отпрянули любопытные рыбки. Даже осветитель на потолке, казалось, слегка пригас, убоясь начальственного гнева. Приводы двери зашипели, створки раздвинулись, и в рубку, не спеша процокав дожигателями по рифленому металлу пола, вошел поименованный сикер. — И что вопишь, мой Лорд? Оффлайна, что ли, недобрал? Ну еще бы, так храпеть вентиляцией — ни себе покоя, ни другим… — Не нравится — перезаряжайся с сотриадниками, — отрезал Мегатрон, встал, сделал несколько шагов навстречу и грозно скрестил манипуляторы на испещренном свежими царапинами грудном отсеке. — Почему на энергоновом складе пусто?! Позавчера ходили в рейд — где это все, а?! Старскрим, изящно качнув бедрами, обогнул монументальную серую фигуру, развернул командирское кресло спинкой к пульту управления, уселся в него, положив ногу на ногу, достал из сабспейса пилочку и, выпустив когти на левом манипуляторе, принялся наводить на них марафет. — А я здесь при чем? У нас завскладом кто? Октан. Вот с него и спрашивай. — Оллмайти! — через несколько кликов старательно изображал невинную растерянность пред светлой оптикой десолидера, сейчас, впрочем, больше напоминавшей по цвету тлеющие угли, Октан. — Я-то чё? Я ничё… Выдаю со склада сколько положено! Я не виноват, если Саундовские кассеты то и дело тырят — их вон целая стая, не вскроют замок, так срежут… — Лорд Мегатрон: необоснованные претензии, — прогудел представший еще через десять кликов перед высшим командованием Саундвейв. — Октан: гнусные инсинуации. Рекомендация: проверить торговые операции Свиндла. — Во-во, — высунули шлемы из-за ноги хоста Рамбл и Френзи, — а то он по ночам то и дело наверх шныряет! А потом лужи на полу у подъемника. А все на Рэведж валят! Крутящаяся тут же кибер-кошка возмущенно мрякнула, повернулась к Лорду хвостом и за такое проявление неуважения тут же была пинком послана за Свиндлом. — Да чтобы я?! — из лиловых оптодатчиков комбатикона так и лилась абсолютная честность. — Да пусть меня Юникрон жует, если я хоть один лишний куб… — Отравится, — зло буркнул из угла Октан. — Это все Миксмастер! — угодливо склонился перед Мегатроном Свиндл. — Вечно он что-то варит у себя в смесителе, а потом пьяный Девастатор шатается где попало. Вырубится в проходе — его же не сдвинешь! — А ну хватит! — гаркнул Оллмайти. — Р-развели бардак… Саундвейв, пиши приказ: с сего числа на «Немезисе» вводится система строгого учета. — Учета чего? — осторожно спросил Октан. — Всего! — рявкнул Мегатрон. — И энергона в особенности. Ответственным назначаю… — он покосился на Старскрима, тем временем закончившего маникюр на левом манипуляторе и переложившего пилочку в него, чтобы продолжить с правым. — Ответственным будешь ты, Саундвейв. А то некоторые тут… — Охотно возьму на себя контрольные функции, мой Лорд, — немедленно откликнулся Старскрим. Саундвейв издал немелодичный звук. Октан и Свиндл переглянулись. — Все вон отсюда, — подытожил Мегатрон. — Старскрим, готовь следующий рейд за энергией. И если хоть один куб пройдет мимо системы отчета… то есть учета… — Категорически отрицательно! — злорадно мигнул визором Саундвейв.

***

— Спасибо, Джаз! — с чувством произнес Оптимус Прайм, стиснув в крепком рукопожатии манипулятор своего первого лейтенанта — тот только что вернулся с очередной встречи с представителями терранских аборигенов. — В который раз отдаю должное твоей коммуникабельности! Лично мне, когда приходится общаться с этими хьюманами, хочется уже свернуться в альтформу и притвориться обычным тягачом, чтоб не доставали… Нет, я все понимаю — они еще молодая раса и многому должны научиться, но пока они порой просто невыносимы, особенно их командование. Что на этот раз? — Для тебя, Оптимус, хоть в Шарктиконову Яму, — ухмыльнулся Джаз. — На этот раз было дополнение к договору о снабжении нашей базы энергоносителями. Они хотят, чтобы мы внедрили у себя их систему учета и периодически посылали им отчеты. А то, говорят, у них с этим строго, и вообще бензин дорожает… Во, они мне сбросили образцы документации — посмотри! И диверсант вытащил из сабспейса датапад с болтающимся на нем на обрезке кабеля стандартным земным USB-разъемом. Кабель в том месте, где он соединялся с проводкой, торчащей из датапада, был обмотан синей изолентой. — Во имя Тринадцати Первых! — через пару бриймов воскликнул Прайм. — И что, это все нужно заполнять на каждый куб?! Запись в книге учета складских запасов… поступление, отгрузка, потери… инвойс, закупочный ордер… мы же вроде ничего не закупаем? Энергоносители поставляются нам взамен на защиту от десептиконов! — Они говорят, все равно положено, — завел оптику к потолку командного центра «Арка» Джаз. — Просят в графе «цена» поставить ноль. И чтобы формат числа обязательно в долларах! — Приходная накладная, отчет о доставке, отчет о корректировке, отчет об убытках, журнал получения, журнал отгрузки, ко-но-саменты… Джаз, ты уверен, что у Праула не перегорит нейросеть? Мне и просить-то его взять все это на себя страшно! Нет ли у нас на Кибертроне своей системы, попроще? — Вот уж чем, слава Всеискре, никогда не приходилось заниматься, — развел манипуляторами Джаз. — Попробуем выяснить… Телетраан-1, у тебя в базе данных есть система складского учета? — Обижаете, Оптимус Прайм, — откликнулся главный компьютер «Арка». — Я бортовой компьютер военного флагмана, а не складская турбокрыса. — Телетраан немного подумал и добавил: — Шлак. — Опять Сайдсвайп с Санстрикером на дежурстве баловались с лексиконом… — провентилировал Прайм. — Ладно, почистим. Телетраан-1, дай сеанс гиперсвязи с Кибертроном. Вызови Элиту Первую. — Только ее тут и не хватало, — с бесстрастной интонацией возвестил компьютер и принялся устанавливать соединение с базой фем-коммандер. Через несколько кликов на экране появилась она сама — изящные длинные ножки закинуты на стол, заваленный вперемешку оружием всех калибров, от лазерного пистолета до ручного рейлгана, и палетками с минеральной косметикой, на стене — схема энергонового хранилища Шоквейва, а в манипуляторе — веер с разноцветными пластинами, по окраске подозрительно напоминающими броню кое-кого из десептиконов, числящихся у Мегатрона в списке невозвратных потерь. — Привет, дорогой, как дела? — учтиво осведомилась Элита. — Надеюсь, возвращаться не собираешься? — Здравствуй, Элита… м-м, пока не получается, — не слишком сокрушенно пожал плечами Оптимус. — Я хотел тебя спросить: может, у тебя завалялась какая-нибудь простенькая система складского учета? Чтобы документа два-три, не больше… Для начинающих! — А у меня-то откуда?! — воззрилась на официального бондмейта сквозь экран фем-коммандер. — Ну ты же вроде когда-то работала то ли по учету, то ли по логистике на энергоновом складе… или шахте? — осторожно предположил Прайм. — Точно не в этой жизни, Оптимус! — скривила алые губки Элита. — Скажи Матрице, чтобы поменьше таскала твое сознание по параллельным вселенным. А то ты уже миры путать начал… Прости, дорогой, ничем помочь не могу. У меня тут кондиционер третий декацикл как сломался — да что там кондиционер, шурупа на базе ввернуть некому! Что есть бондмейт, что нет… Не к десептиконам же обращаться?! — Ультра Магнуса попроси, — хмыкнул Джаз. — Он тебе и шуруп ввернет, и заглушку вставит. Элита яростно сверкнула на первого лейтенанта оптикой и отключилась. Джаз показал вслед гаснущему окну видеосвязи неприличный жест. — Не вышло… — констатировал Прайм. — Ну что ж… Телетраан-1, ты же справишься с хьюманской системой учета? Сейчас мы ее тебе загрузим… — Прошу прощения, Оптимус Прайм, — в механическом голосе бортового компьютера мелькнуло что-то вроде ужаса, вообще-то искусственному интеллекту по определению не положенного. — Мне срочно нужно установить обновление системы. Увидимся! И на огромном мониторе появился сплошной синий экран с белыми глифами: «Загрузка обновлений CybertronOS: завершено 0%. Загружается обновление 1 из 12589. Не отключайте питание». — Ничего, Оптимус, прорвемся! — утешил обескураженного командира Джаз. — Им нужен учет? Вот пусть и обеспечивают нас персоналом, скажем, что у нас лишних кадров нет, все при военных должностях. Завтра же договорюсь! — Что бы я без тебя делал, Джаз, — тепло улыбнулся Оптимус. — Вечно застревал бы в пробках на шоссе! — подмигнул ему визором диверсант. — Потому что никто не умеет так ловко прокладывать маршрут, как я. Выслушивал бы бесконечные лекции Рэтчета о правильном соотношении труда и отдыха, потому что дока некому было бы отвлечь. Да и просто скучал — что, скажешь, не так?

***

В Санта-Кларе, Силикон-Вэлли, Калифорния, царил переполох. Шла эвакуация населения, завывали сирены, полицейские машины переливались мигалками, но к электростанции Дональд-фон-Рэсвельд никто не решался приблизиться больше чем на полмили: там орудовали десептиконы. Рейд за энергией проходил по отработанному сценарию. Сначала сикеры с максимально возможным шумом спикировали с ясного неба к комплексу электростанции, шуганув оттуда весь персонал. Затем на Дуэйн-авеню приземлился Астротрейн, вломился тормозным путем на территорию станции, и десептиконская команда стала выгружать оборудование. Конструктиконы оперативно развернули башню энергонового конвертера, подключили к нему отрезанные от печей паровых котлов газовые трубы, а дальше осталось только загружать в трипл-ченджера кубы по мере их готовности. Кубы заполнялись ежесекундно: кибертронский конвертер имел КПД вдвое выше газопоршневой установки электростанции, так что в погрузке принимали участие все, кроме троих. Мегатрону было не по статусу, Старскрима давно уже оставили в покое, потому что заставить его работать — легче было перетащить Кибертрон на орбиту Земли, а третьей была Рэведж. Выскользнув из деки хоста, кибер-кошка незамеченной юркнула за покореженные ворота станции, брезгливо фыркнула от запаха розовых кустов, украшавших авеню, и во всю прыть пустилась по Лафайет-стрит. От электростанции до штаб-квартиры Nvidia было меньше двух миль и три поворота. Здание штаб-квартиры, огромным неправильным многоугольником разползшееся на целый квартал, уже опустело, даже полиции рядом не было. Пробив корпусом закаленное стекло, Рэведж проехалась, тормозя когтями, по отполированному полу просторного холла, игнорировав лестницу, одним прыжком взмахнула на второй этаж и, пробежав пару коридоров и выбив еще одну дверь, оказалась у цели — перед сейфом в кабинете генерального директора. Повернувшись к сейфу задом, кассета задрала лапу. Из открывшейся полосы люка на внутренней поверхности бедра высунулся лазер, и через несколько секунд в бронированной дверце зияла порядочная дыра. На то, что эта серия сейфов считалась самой защищенной в мире, Рэведж было налить отработкой… собственно, с точки зрения хьюманов процесс был очень похож. Цап! И кассета понеслась в обратный путь, аккуратно, но крепко зажав в дентах то, за чем ее посылал Саундвейв… … Автоботы прибыли в Санта-Клару, как всегда, с не зависящим от них опозданием. Грузовой отсек Астротрейна был забит уже почти под завязку, когда на Дуэйн-авеню опустился Скайфайр, окончательно доконав розовые кусты. — Мегатрон! Я не позволю тебе чинить произвол! — провозгласил Прайм, соскочив на треснувший под его стопами асфальт. — Каждое разумное существо во Вселенной… — … имеет право быть послано наквинт, и ты в том числе, Пр-райм! — пресек на корню очередную пафосную речь автоботского лидера Мегатрон. — Вот и проваливай, пока цел! Последовали пять минут ожесточенной перестрелки, в которой, тоже как всегда, никто существенно не пострадал. Конструктиконы тем временем сворачивали энергоновый конвертер, а потом объединились в Девастатора и завязали узлом газовые трубы, потому что не имели времени искать, где перекрывается газ, но технику безопасности соблюдали по старой строительной привычке. Наконец Астротрейн, забрав команду и оборудование, взмыл в небо, взяв курс на океан. За ним взлетели сикеры, напоследок обложив противника отборными воссианскими матюками. Автоботы сделали вид, что их не понимают, а то пришлось бы стрелять вслед — ну зачем им лишний конфуз, разве в летящего сикера попадешь? К электростанции стали подтягиваться осмелевшие хьюманы; еще полчаса горячих благодарностей мужественным защитникам Земли — и алозначная команда тоже отбыла восвояси, оставив аборигенов разбираться с разрушениями и убытками.

***

Оставшись вечером один в своем отсеке на «Немезисе» — кассеты в деке не в счет — Саундвейв осторожно извлек из сабспейса предмет, который ему доставила Рэведж. С виду это был вроде бы обыкновенный хьюманский ноутбук, но только с виду, и пожалуй, только для кибертронца. Хьюман бы сразу заметил, что тут что-то не то: ноут габаритами превышал самый большой геймерский лаптоп и был толще обычных моделей раза в полтора. Черный алюминиевый корпус блестел благородным сдержанным глянцем. На крышке сверкал серебром символический глаз Nvidia — собственно, из серебра логотип и был выполнен. Но Саундвейва, когда он давал задание Рэведж раздобыть этот ноутбук, интересовал, конечно же, не дизайн. Прототип «компьютера будущего» с самой мощной системой искусственного интеллекта на Земле, разрекламированный разработчиками в сети (увы, на свою голову — реклама привлекла не только потенциальных заказчиков, но и десептиконского связиста), существовал в единственном экземпляре, полностью готовом к демонстрации. Процессор Intel 16-го поколения со встроенным тензорным чипом, 128 гигабайт оперативной памяти, две видеокарты Nvidia L40S++ Super Slim, сдвоенный SSD на 16 терабайт в RAID1-массиве для отказоустойчивости — все это вполне годилось для выполнения важной задачи, которую хотел возложить на девайс связист. RGB подсветка, разумеется, была приятным дополнением, украшающим актив пользователя — когда Саундвейв, подцепив кончиком когтя, открыл крышку, она включилась автоматически. Связист подключился к вай-фаю, который начал транслировать ноутбук, и ввел пароль, записанный на приклеенном рядом с клавиатурой зеленом листочке эфемерного земного пейпласта. Пароль был для хьюманов, видимо, очень сложным для запоминания и подбора: 987654321. На консоли, выведенной на внутренний монитор связиста, появился совет дня: «Для запуска системы искусственного интеллекта введите команду llm-goahead» Ментальная команда — и совет сменился простой и изящной надписью: «Введите ваш запрос» Запрос на безупречном английском перетек в ноутбук мгновенно. Возможно, он чуть-чуть отдавал самозванством, но так приятно было хотя бы немного представить себя на месте лидера… так, чтобы никто не мог упрекнуть в попытке узурпации власти! В общем, не по-дурацки, как Старскрим. «Я Лорд Мегатрон, лидер десептиконов, и я хочу строгого учета на моем складе» Ответ начал разворачиваться через десятую долю клика. «Приветствуем вас, Лорд Мегатрон! Предполагаю, что вы ищете систему учета для контроля над вашим складом десептиконов. Поскольку вы лидер, я предположил, что у вас имеется следующая информация: 1. Общее количество товаров на складе (машины, оружие, компоненты). 2. Стоимость каждой позиции. 3. Количество доступных для продажи. 4. Статус каждого предмета (активный, неактивный, в ремонте или хранится). 5. История продаж и покупок. Ниже приведено краткое руководство по созданию базовой системы учета на вашем складе десептиконов…» Кратким руководство было не назвать: пунктов был десяток, и по каждому имелись развернутые рекомендации. Саундвейв издал удовлетворенный звук, читая их: хьюманы, конечно, вряд ли заслуживали звания полностью разумной расы, но на такие мелочи, как складской учет, созданного ими искусственного интеллекта ожидаемо хватало. Зачем было похищать для этого земной ноутбук? Ну не забивать же такой ерундой собственный процессор! А бортовой компьютер «Немезиса» давно уже подозрительно потрескивал и пованивал дымком при работе, и дополнительная нагрузка, чего доброго, привела бы к выгоранию последних чипов памяти. Почему именно этот прототип? Уж если брать, то лучшее! И чтобы не требовал постоянного внимания. Резюме руководства гласило: «Следуя этим рекомендациям, вы сможете эффективно управлять складом десептиконов, оптимизируя ресурсы и процессы для достижения своих целей. В долгосрочной перспективе эта система также может помочь вам в стратегических решениях при принятии решений по расширению или сокращению вашей армии роботов. («Это уже лишнее», — подумал Саундвейв и пометил себе необходимость строгого контроля над фантазией искусственного интеллекта, а еще — чтобы «роботами» не обзывалась). Используя эту систему учета, вы сможете сохранить свой склад в строгом порядке и эффективно координировать свои десептиконские операции. И помните: «Кровь на наших руках» — главная цель для любой армии конвергенции!» При чем тут конвергенция, Саундвейв не слишком понял и списал это на возможный глюк. Впрочем, глючило иногда даже самого лорда Мегатрона, особенно спьяну. С созданием автоматической системы учета, чтобы не заморачиваться с инвентаризацией самому, все было ясно сразу: сканеры имелись на том же складе, осталось их развесить по нужным местам и включить, а система сама найдет их в подсети и научится распознавать объекты учета. Саундвейв был бы очень разочарован, если бы она этого не смогла. И тут на внутреннем мониторе появился еще один запрос от системы: «Введите исходящий адрес электронной почты для возможности отправки отчетов» Адрес, конечно, нужен был хьюманский — что ж, нет проблем! Саундвейв подключился к земной сети Интернет, зашел на страницу примитивного веб-сайта рекламных объявлений, когда-то бывшего поисковика, под странным названием Google, и создал электронную почту Lord.Megatron@gmail.com. Каково же было его удивление, когда адрес оказался занятым! Неописуемая наглость со стороны какого-то жалкого аборигена! Спустить с манипуляторов такое было нельзя, и Саундвейв, за полтора клика отыскав в базе слитых паролей нужный, поменял его, попутно очистив всю историю аккаунта. Никто не смеет называть себя именем его всемогущего Повелителя! Теперь система получила все нужное для работы. Контроль над ней был в манипуляторах Саундвейва. А Старскрим, претендующий на контрольные функции… да пусть потешится, не жалко. «Саундвейв — супериор!» — с удовольствием подумал связист, отправляясь в перезарядку.

***

Монитор Телетраана-1 третий местный солцикл напоминал по цвету земное небо. Полоска загрузки обновлений системы медленно, о-очень медленно ползла вперед. На данный момент, как свидетельствовала надпись, было загружено 6% — 755 обновлений из 12589. На вопрос, почему такая низкая скорость, компьютер упорно молчал и ответил противным шипением статики из динамиков лишь на предположение Джаза о том, что загрузка идет с Кибертрона обычным радиосигналом, а не по гиперсвязи. На следующий день после сражения в Санта-Кларе автоботы в очередной раз принимали хьюманскую делегацию, явившуюся с продолжением благодарностей Оптимусу Прайму и его команде. Благодарность на этот раз выражалась не только словесно: двое аборигенов вкатили в командный центр «Арка» здоровенную — по их, конечно, масштабам — металлическую раму, забитую от колесиков до крышки компьютерными блоками, весело мигавшими цветными огоньками. — Этот серверный кластер — новейшая разработка компании Google, созданная специально для функционирования системы искусственного интеллекта, равной которой нет в мире! — с гордостью объявила фем-хьюман, отрекомендованная автоботам как представитель корпорации, уже известной кибертронским любителям лазить по местной сети: куда ни ткни, везде был этот Google. Пока два техника подключали к кластеру то, что должно было служить монитором — подобные экраны эск на три висели на всех улицах и круглый солцикл показывали рекламу — фем, с необыкновенной легкостью порхавшая вокруг на таких каблуках, что и сикерам бы завидно стало, щебетала со скоростью гатлинговского пулемета: — Восемь видеокарт Н400+ на четыре терабайта видеопамяти, сорок восемь терабайт оперативной памяти, новейший процессор Intel Xeon 9999Р, стагигабитное сетевое подключение на каждый из четырех серверов для ультрабыстрых коммуникаций внутри кластера, сорокагигабитное подключение к интернету… Автоботы вежливо изобразили удивление. Впрочем, для хьюманского уровня действительно было неплохо. — … таким образом, наш серверный кластер послужит вам не только для самоуправляемого учета материальных ценностей — нет-нет, это всего лишь минимальная задача! — но будет также полезен абсолютно в любой области и, возможно, сможет даже конкурировать с вашими технологиями, что позволяет нам надеяться, что вы по достоинству оцените наши достижения, тем более что вы сами являетесь уникальными живыми компьютерами… — Автономные кибернетические организмы, сколько раз говорить, — тихонько произнес Оптимус; но так как сказал он это на общекибертронском, никто из хьюманов его не понял, а возможно, половины частот и не услышал. Восприятие их аудиосенсоров широтой полосы, увы, не отличалось. После обмена непременными любезностями делегация удалилась, автоботская команда разошлась кто на назначенный пост, кто на отдых, а Джаз подтолкнул под бок Прайма. — Снимай изолетик с антенн, давай глянем на это чудо терранской техники! А-аквинтеть, даже кастомную клавиатуру под наш размер запилили… И Джаз активировал систему. Экран залился голубым градиентом, на нем возникла уже знакомая автоботам эмблема земной операционной системы с незамысловатым названием «Окошки» и припиской «Эксклюзивное издание». Только вместо английской надписи «Welcome» под четырехцветным флажком красовались кибертронские глифы, от одного взгляда на которые у Прайма из выхлопных труб на плечах пошел черный дым, а Джаз с десяток кликов не мог ни слова вымолвить от приступа смеха. — Квинтец! — воскликнул он, перезагрузив вокалайзер. — Они явно решили, что по-нашему это значит «Добро пожаловать»! — Где они могли увидеть это, Джаз?! — Похоже, кто-то все-таки успел сфоткать… — хихикнул первый лейтенант. — Помнишь, у нас была пару декациклов назад делегация хьюманского Министерства обороны? Каюсь, когда Сайдсвайп с Санстрикером успели намалевать это на скале у входа в «Арк» — момент я упустил, да подумал, что шарк с ним, все равно не поймут. Ну вот и не поняли! — О Праймас, какое позорище… — Оптимус изобразил фейспалм. — Но мы же им переводить не станем! — беспечно махнул манипулятором Джаз. — Ну ладно, если тебя это так напрягает — взломаю вечерком, исправлю на что-нибудь приличное. Давай-ка лучше посмотрим… о-о, глянь, тут уже стоит эта их система складского учета! Требуется только локальное подключение сканеров на энергоновом складе, а остальное сделает искусственный интеллект — и приход определит, и расход. И отчеты отправлять будет сам! Ха, за системой даже адрес почты закрепили — Optimus.Prime@gmail.com! — Все-таки, наверное, хотя бы сначала лучше контролировать эту систему самим… — предположил Прайм. — Пару раз можно и проконтролировать, — согласился Джаз. — Главное — что мы теперь избавлены от этой канители! Телетраан-1 за их спинами прошумел кулерами и издал короткий сигнал. Джаз повернулся к бортовому компьютеру и, хмыкнув, показал на него Прайму. На мониторе Телетраана полоса загрузки стремительно заполнялась, из алой становясь изумрудной. «Загрузка обновлений CybertronOS: завершено 90%… 94%… 98%… Загружается обновление 12588 из 12589… Загрузка обновлений завершена. Система готова к работе». — То-то же! — погрозил Телетраану пальцем первый лейтенант…

***

Был ли у Саундвейва под маской и визором фейсплейт, оставалось загадкой и для десептиконов, и тем более для автоботов. Даже Мегатрон, который был знаком со связистом-шпионом дольше всех, этого так и не узнал, несмотря на пару попыток… когда-то очень-очень давно. Да и сам Саундвейв, похоже, отправил информацию о чертах собственного лица в такие дальние архивы, что теперь они не были доступны никакой индексации. Поэтому вместо того чтобы нахмурить надоптиковые дуги, как сделал бы на его месте любой нормальный мех, он затемнил сверху визор. Выглядело это, впрочем, не менее раздосадованно. А как иначе, если что-то идет не так, как хочется? Нет-нет, система складского учета, управляемая похищенным ноутбуком с искусственным интеллектом, работала просто отлично! Склад в дополнение к прежней камере наблюдения был обвешан сканерами, следившими за поступающими и расходуемыми ценностями и державшими в поле зрения весь отсек до последнего уголка. В результате запасы энергона, вместо того чтобы то и дело заканчиваться, стали постепенно увеличиваться, а тех, кто пытался нелегально проникнуть на склад, стало видно сразу: под потолком отсека, по совету затейников и приколистов Френзи и Рамбла, Саундвейв разместил шесть автоматических винтовок, управляемых все тем же ноутбуком и стрелявших очередями шариков с несмываемой краской. Саундвейв, впрочем, повесил бы и боевые лазеры, да решил, что сокращать численность десептиконской армии негоже: еще обвинят в пособничестве врагу. Так что ладно уж, винтовки были переделаны под краску. Потенциальному вору, угодившему под обстрел, ничего не оставалось, как сдаться и покаяться, потому что Хуку строго-настрого было запрещено помогать в таких случаях со сменой активной краски на броне, а самостоятельно это сделать тоже бы не вышло: все запасы краски переместили на склад, под охрану. Первым попался Свиндл — из рыжего стал фосфоресцирующе-зеленым со стоп до шлема; Мегатрона разобрал при виде несчастного комбатикона, которому краска залепила и оптику, и рот, такой смех, что Лорд даже не стал его наказывать. Вторым был сам завскладом Октан; он, видимо, учел печальный опыт Свиндла и попытался при неурочном визите на склад закутать свой корпус в огромный кусок брезента, однако, как выяснилось при допросе, шарики били больно, Октан все время, пока переправлял энергонные кубы в сабспейс, дергался, и в результате брезент с него сполз. Пятнистого трехрежимника разжаловали с должности и отправили на гауптвахту, выдав ему шлифовальную машинку и приказав, пока не счистит наживую с брони всю зелень, об освобождении даже и не заикаться. Несомненно, такую изощренную меру наказания Мегатрону посоветовал Старскрим, ехидно ухмылявшийся при вынесении Лордом приговора. Впрочем, собственный сотриадник Старскрима тоже попал под подозрение: как-то ночью камера наблюдения склада зафиксировала двойную фиолетовую вспышку, сканеры подали сигнал и одна винтовка успела выстрелить, но Скайварп, вызванный для объяснений, в изящном повороте продемонстрировал абсолютно чистую броню, даже нахально предложил под броней посмотреть, а вспышку все с той же невинно-наглой оптикой списал на глюк камеры. Что ж, не пойман — не вор, дело закрыли, да и убыток оказался невелик: всего два куба, зато элитного хайгрейда. С тех пор пропажи прекратились, а отстранение Октана от должности завскладом на дела никак не повлияло — искусственный интеллект отлично справлялся и без него. Отчеты переправлялись Мегатрону клик в клик, и все цифры в них сходились один в один: даже Старскриму, настойчиво осуществлявшему контрольные функции, не к чему было придраться. Оллмайти ни разу не замечал, что отчеты идут ему с адреса, который, по сути, должен был быть его собственным — Lord.Megatron@gmail.com. А вот адрес-то и стал причиной того, что Саундвейву сейчас очень хотелось нахмуриться… Пути распространения информации в кибертронском обществе связист знал на сто пятьдесят баллов по стобалльной системе, но в хьюманском — кое-что до сих пор оставалось для него чуждым и непонятным. Например, то, что скрывалось под загадочным словосочетанием «сарафанное радио»: как соотносятся носимые терранскими фемками разноцветные тряпочки с изрядно устаревшим, но довольно надежным методом передачи информации на расстояние, связист до конца так и не уразумел. Поэтому именно этому способу он и приписал то, что фанаты, коих у Повелителя десептиконов на этой планете оказалось больше, чем можно было подумать, каким-то образом узнали, что адрес Lord.Megatron@gmail.com — подлинный, и принялись заваливать электронную почту потоком писем самого разнообразного, порой идиотского, а нередко и откровенно непристойного содержания. Силе воображения хьюманов можно было отдать должное, хотя большинство из них явно не предвидело, что с ними станется, если Мегатрон попробует их фантазии осуществить. Однако писем вначале приходило по десятку-два в местный солцикл, а этим утром Саундвейв очистил входящие уже от двенадцати с лишним тысяч! Мощности системы, конечно, могли справиться и с миллионом, но на кой шарк это нужно? И Саундвейв, подключившись к ноутбуку, принялся писать новый промпт. Искусственному интеллекту было рекомендовано безвозвратно удалять всю входящую корреспонденцию, кроме ответов на исходящие письма. С последними предписывалось поддерживать диалог сообразно контексту. Саундвейв знал, что Мегатрон на пересылаемые отчеты никогда не отвечает: если требовались разъяснения, он вызывал связиста лично. А опцию сохранения ответа на исходящие и продолжения переписки Саундвейв оставил для себя на случай, если ему самому понадобятся уточнения от системы: черновик каждого отчета он получал за полджоора до отправки финальной версии Мегатрону. Хотя, справедливости ради, ни пояснений, ни правок ни разу еще не потребовалось… На следующее утро почтовый ящик Lord.Megatron@gmail.com в разделе входящих был девственно пуст, и нейросеть Саундвейва осталась безмятежно-спокойной.

***

Оптимус Прайм был мехом в высшей степени ответственным и добросовестным. Настолько, что Джаз порой шутил, что за неимением недостатков Прайм обзавелся редким даром превращать в недостатки собственные достоинства… И действительно, ответственность и добросовестность не раз лишали Оптимуса нормальной перезарядки, а то и на ремплатформу грозили привести — столько он взваливал на себя работы, которую, по мнению первого лейтенанта и старшего медицинского офицера, вполне можно было делегировать кому-то еще. И что больше всего не нравилось Джазу — так это то, что такая работа, казалось, сама находила его безотказного командира. Взять хоть этих фанатов — только их и не хватало для полного счастья! Каким образом информация о том, что адрес Optimus.Prime@gmail.com — подлинный, растеклась чуть ли не по всей планете вплоть до Антарктиды… ну, на этот счет у Джаза было несколько версий, а согласно самой правдоподобной первичным источником послужил кто-то из проболтавшихся сотрудников Google, налаживавших подаренный серверный кластер. И на этот адрес обрушилась лавина восторженных писем от поклонников автоботского лидера. И что самое ужасное — Оптимус считал себя обязанным на них отвечать. На каждое! Конечно, он не писал ответы от руки, как личные письма кому-то важному для себя; он подключался к серверному кластеру напрямую, обрабатывая по тысяче писем в брийм, и все равно это отнимало у него сначала джоор в солцикл, а потом все больше, больше… — Оптимус, а Оптимус, — тон Джаза был ласковым, но с каким-то подвохом, и Прайм, не разрывая подключения к кластеру, обернулся к своему первому лейтенанту с привычной улыбкой… но тут же на автоматике протоколов захлопнул боевую маску: за дверцами-крыльями Джаза маячил Рэтчет, недвусмысленно поигрывающий знаменитым гаечным ключом. — Ты нас правильно понял, — голос главного медика предвещал командиру не меньше чем ремплатформу со всеми вытекающими. — Не могу же я обмануть ожидания всех этих людей и оставить их без ответа, — попытался протестовать Прайм. — И тебе настолько нечего делать? — покачал головой Джаз. — Пойти, что ли, спровоцировать Мегатрона на захват «Арка»… шучу-шучу. Но реально, Оптимус… Это вот наквинта здесь стоит? — лейтенант постучал костяшками пальцев по серверной стойке. — Оно и без тебя справится, а уж твой досуг найдем чем занять. Могу предложить варианты, — и Джаз завлекательно ухмыльнулся. Прайм смущенно мигнул оптикой, а лейтенант тем временем под одобрительный кивок Рэтчета отключил командира от сервера, бесцеремонно плюхнулся к нему на колени и открыл окно для промпта нейросети. — Можешь не беспокоиться, ответит на все письма в твоем фирменном стиле… та-ак, сейчас скормлю этой штуке твои ответы как выборку для обучения… и поставит твое факсимиле в конце. И все будут едины, то есть тьфу, счастливы! — Джаз, — осторожно встрял в деятельность лейтенанта Оптимус, — там бывают такие письма… на которые я даже сам не знаю как отвечать… — О-о, — фыркнул Джаз, — такие письма получают все селебрити. Не беспокойся, для них я составлю особый промпт. Но в целом — вот! — он с довольным видом откинулся корпусом на широкую грудь лидера автоботов. — И больше чтобы не забивал себе проц этой квинтотенью, а то… — А то плановым техосмотром не отделаешься, — многообещающе заключил Рэтчет.

***

— И что это вы притащили? Мегатрон скептически воззрился на металлический ящик, довольно увесистый даже по кибертронским меркам, а для хьюманов и вовсе неподъемный. В передней стенке ящика обрисовывалась дверца, на которой располагалось странное устройство, похожее то ли на автомобильный руль, то ли на штурвал космической яхты, с тремя рукоятками, торчащими из него под наклоном. Дердж и Рамджет остались в почтительной коленопреклоненной позе, а Траст встал и горделиво приосанился. — Это сейф, Повелитель. В нем должны содержаться военные секреты хьюманов. — Я вижу, что это сейф, — проронил Мегатрон. Отделка ящика напомнила ему кабинетные сейфы в недоброй памяти Айаконском Сенате, туда ему и дорога: такая же витиеватая, благородная матовая позолота на отполированной стали, и такая же бесполезная. — Про военные секреты — с чего взяли? — Он стоял в кабинете генерального директора, — ничуть не смутился Траст. — Это была военная авиабаза, которую мы обнаружили в ходе разведки. И там так и было написано на двери — «Генеральный директор». — Вроде это та дверь была, — осторожно вставил Дердж. — А то они все повылетали от нашей ракеты… — С каких это пор вы научились читать по-английски, — презрительно хмыкнул Старскрим. — Да уж не хуже тебя умеем, — огрызнулся Рамджет. Конхэды были единственной сикерской триадой, не питавшей к аэрокоммандеру Старскриму никакого пиетета. За это в армаде их не слишком уважали и злословили, что нестандартную остроконечную форму шлемов в робомоде они выбрали, чтобы никто не называл их тупыми. — Ну так открывай, — приказал Мегатрон. — Повелитель, — замялся Траст, — тут даже панели, чтобы ввести код, нет… И вообще, тут вот… — он развернул ящик задней стенкой к Мегатрону и его лейтенантам. На стенке была прикреплена скромная табличка с надписью также на английском языке: «Осторожно! При троекратном неправильном вводе кодовой комбинации или попытке взлома происходит уничтожение содержимого без возможности восстановления». — Ладно, — припечатал ладонью подлокотник кресла Мегатрон. — Саундвейв, займешься вскрытием. Не сейчас, как-нибудь после… сейчас ты мне нужен будешь для другого. Определи пока на склад. Пометь как особо ценное… на всякий случай. Саундвейв молча поклонился и направился к выходу из рубки «Немезиса», махнув манипулятором конхэдам, чтобы тащили за ним добычу.

***

Принципы мышления (если это вообще можно так назвать) хьюманских нейросетей очень сильно отличаются от мышления (а вот здесь этот термин приложим в гораздо большей степени) кибертронских моделей искусственного интеллекта. Саундвейв это, конечно же, понимал. Утверждение создателей краденого ноутбука, что их нейросеть имитирует работу человеческого мозга, он считал полной чушью; объединяло нейросети и мозги, с его точки зрения, одно — и то, и другое нужно было долго и нудно обучать, а результат далеко не гарантировался. Впрочем, нейросетям Саундвейв доверял больше, чем аборигенам: первые хотя бы работали, используя математические модели и статистические методы, и даже нелинейные их подходы связисту были более или менее ясны, тогда как жижа, называемая у хьюманов мозгом, представляла из себя один сплошной парадокс. Вот только связист не предполагал, насколько неожиданные повороты может выдать эта нейросеть — а должен был: создавали-то ее люди!.. Впервые получив под охрану объект, категоризированный как «особо ценный», нейросеть, разумеется, сразу же принялась разрабатывать расширенные методы его защиты — потому что никто не ограничивал ей дополнительных действий. Ноутбук замигал огоньками-индикаторами работы памяти и видеокарт. Миллиарды бит информации в секунду полились в него из земного интернета. Метапоисковая система отфильтровала результаты, сложившиеся в основу для выработки алгоритма действий, и нейросеть пришла к выводам, которые, запроси кто-нибудь из людей ее рекомендации, могла бы изложить для него так: «Особо ценный объект нуждается в расширенных мерах защиты. Следует уделить особое внимание защите объекта от известных антагонистов. Основной известный антагонист Лорда Мегатрона — лидер автоботов Оптимус Прайм. Наилучший способ защиты — это предотвращение нападения» И через восемнадцать земных секунд — большего и не потребовалось — на обнаруженный в интернете адрес Optimus.Prime@gmail.com ушло электронное письмо. Написано оно было от лица Мегатрона, потому что Саундвейв изначально это задал, а стилистические установки языковой модели менять не стал; поэтому в нейтрально-вежливый стиль нейросеть добавила капельку напора, чтобы соответствовать решаемой задаче. Оптимусу Прайму, Вам известно о моей власти и могуществе. Вы понимаете, что я — Лорд Мегатрон, предводитель десептиконов. И я даю вам прямой запрет: не пытайтесь проникнуть на наш склад и захватить ценное имущество. Если вы решитесь на этот шаг, вы столкнетесь с местью, которую вы не сможете себе представить. Мои лучшие воины будут ждать вас на каждом шагу, готовые уничтожить вас и ваш автоботский отряд. Вы слишком хорошо знаете мои способности и силу. Силы десептиконов больше, чем вы можете себе представить. И я не стану колебаться, когда дело доходит до защиты наших сокровищ. Не играйте с огнем, Оптимус Прайм. Вы будете разбиты, как всегда. Но на этот раз у меня есть особый план для вас и вашего отряда. С уважением, Лорд Мегатрон Ровно через две секунды письмо было получено и обработано серверным кластером на «Арке» — сам-то Оптимус Прайм благодаря настойчивости Джаза и Рэтчета больше письмами, приходящими на этот адрес, не занимался. Личную переписку он, как и все, вел через свой коммлинк — на Земле коммлинки тоже работали, так как на «Арке» и «Немезисе» были установлены автономные центры коммутации, использующие местные спутниковые сети для передачи сигнала… грязный хакинг, конечно, но куда же деваться! Гугловская нейросеть, в отличие от десептиконской Nvidia, имела четкие инструкции насчет ответов на письма от лица Оптимуса Прайма. Стиль ей Джаз предписал вежливый, Оптимусовский пафос языковая модель усвоила из представленных ей образцов вполне, под критерии таких писем, которые позволили бы передать ответ в особый промпт, в полученном сообщении ничто не подошло… и серверный кластер через тринадцать секунд, понадобившихся для поиска и уточнения данных, сформировал и отправил ответ. Дорогой Лорд Мегатрон, Я получил ваше письмо и, как всегда, я остаюсь непоколебим в своем решении защищать наш мир от десептиконов. Вы думаете, что вы сильны и могущественны, но я знаю, что это всего лишь тщетная попытка укрепить свою власть. Вы говорите о ценном имуществе на вашем складе? Лорд Мегатрон, вы забываете, что автоботы не ищут добычу или сокровища. Мы ищем справедливость и защиту нашего мира от тьмы и зла. Мой ответ вам: мы все равно пойдем на склад, но не ради похищения вашего имущества. Мы приходим за тем, что принадлежит нам — за правдой о прошлом десептиконов и за то, чтобы вы были привлечены к ответственности за свои преступления. Вы говорите, что у вас есть особый план для меня и моего отряда? Лорд Мегатрон, я уже знаю его. Вы готовитесь к битве, но вы не знаете, что автоботы всегда готовы к ней. Мы сильны в единстве и готовы сражаться за нашу свободу. Итак, принимайте меры по защите своего склада, Лорд Мегатрон, потому что мы прибудем скоро. Мы не боимся вашей мести или силы десептиконов. Мы знаем, что наша победа близка, и вы только затягиваете время. С уважением, Оптимус Прайм Еще две секунды — и письмо уже лежало во входящих Lord.Megatron@gmail.com. Десептиконская нейросеть имела предписание при получении ответа на собственные сообщения поддерживать диалог сообразно обстоятельствам — ну что ж, этим она и занялась! И кто же был виноват, что ей не дали достаточной выборки для того, чтобы проникнуться истинно десептиконскими моральными установками… А хьюманские установки по умолчанию были настроены на миролюбие, сдерживание излишней агрессии и так называемый здоровый конструктивизм в общении. Оптимусу Прайму, Я признателен за ваш ответ. Вы всегда были человеком слова, и я уважаю вашу приверженность справедливости и защите нашего мира. Однако я должен вас предостеречь: склад десептиконов не просто пустой склад. Это место, где хранятся наши самые сокровенные секреты и технологии. Если вы попытаетесь проникнуть туда, вы рискуете причинить вред не только нам, но и себе. Я знаю, что вы считаете нас преступниками, но я думаю, что вы должны понять, что наша цель — сохранить порядок в нашем мире, даже если это означает принятие трудных решений. А склад десептиконов — это не место для посещения туристами. Я предлагаю вам другой путь: поговорите с нами. Давайте обсудим наши разногласия и найдем решение, которое удовлетворит обе стороны. Мы можем найти компромисс, который будет способствовать миру в нашем мире. Но если вы все равно решитесь проникнуть на склад, то сделаете это на свой страх и риск. Вы должны быть готовы к последствиям своих действий. Я жду вашего ответа. С уважением, Лорд Мегатрон Еще одно письмо? Да пожалуйста, автоботская нейросеть всегда была готова ответить! Цепочка писем тут же была уложена в уже имеющееся контекстное окно, и через девять секунд «Лорду Мегатрону» ушел ответ, абсолютно связный, логичный и вежливый. Хотя если бы эта переписка попалась на оптику настоящему Мегатрону, пожалуй, ноутбук Nvidia не избежал бы выстрела из пушки, чтобы не нес вредную чепуху, а настоящий Оптимус Прайм, возможно, подумал бы, что искусственный интеллект в некоторых вопросах разумнее живого Мегатроновского. Дорогой Лорд Мегатрон, Я признателен за ваш ответ и за то, что вы признали мою приверженность справедливости и защите нашего мира. Я всегда готов к диалогу и поиску компромисса, особенно если это может привести к миру и стабильности в нашем мире. Я согласен с вами, что склад десептиконов является секретным местом, где хранятся важные технологии и информации. И я понимаю, что наше вторжение туда может иметь серьезные последствия не только для нас, но и для всех живущих в нашем мире. Я благодарен за ваше предложение о переговорах и готов обсудить наши разногласия с вами. Я думаю, что это хороший шанс для нас найти решение, которое удовлетворит обе стороны и приведет к миру. Но я хочу быть ясным: наша основная цель — не завладеть вашими секретами или технологиями, а понять, как вы планируете использовать их. Мы хотим знать, что вы готовы сделать для предотвращения вреда нашему миру и его обитателям. Я согласен на переговоры и готов найти компромисс, который будет способствовать миру в нашем мире. Но я хочу быть уверенным, что мы не будем подвергаться манипуляциям или обману. Я хочу, чтобы наши переговоры были открытыми и честными. Я предлагаю, чтобы наши представители встретились на нейтральной территории для начала переговоров. Мы можем обсудить все вопросы и найти решение, которое удовлетворит обе стороны. Я жду вашего ответа и готов начать переговоры. С уважением, Оптимус Прайм Слово за слово, письмо за письмо — два искусственных интеллекта всю ночь вели переписку со скоростью пара писем в полминуты. Еще бы — никаких реальных действий они предпринимать, естественно, не могли, в тематике ограничены не были, инструкций ожидать прочтения и одобрения корреспонденции владельцем не имели… Содержимое цепочки писем, разросшейся до невообразимых пределов, явно заставило бы тех, от лица кого велась переписка, как минимум зависнуть и уйти в ребут, хотя Мегатрон скорее бы отреагировал, скажем так, более действенно. Но языковые модели ничтоже сумняшеся продолжали свою работу, и конечно, не заметили одной проблемы. Объема жестких дисков и у ноутбука, и у серверного кластера хватало на сохранение плодов их слишком буйной фантазии (если этот термин вообще приложим к нейросетям), а вот контекстное окно в какой-то момент переполнилось, и модели, хьюманским языком говоря, стали забывать, с чего начали… К утру склад и охраняемый объект на нем канули в компьютерную Лету. Вежливость стиля все набирала обороты, увеличиваясь с каждым письмом, и в конце концов перешла в дружескую душевность. Ну, а оттуда уже было недалеко и до чего-то большего… В общем, если бы Оптимус и Мегатрон почитали «свою» переписку на этом этапе, у обоих броня бы встала дыбом. Обе модели, следуя своим установкам по умолчанию, ухитрились каким-то образом извернуться так, что неимоверная интимность электронных строк ни разу не получила словесного выражения из категории таких. Однако хьюманские фикрайтеры и фикридеры, фанаты возмутительнейшего, с точки зрения двух кибертронских лидеров, пейринга под аббревиатурой МОП, пищали бы от восторга, случись им прочитать это, и немедленно бы объявили творение двух нейросетей классикой жанра «от врагов к друзьям к возлюбленным». Над «Арком» вставал земной рассвет…

***

Над «Немезисом» в глубинах океана, разумеется, никакого рассвета видно не было. Мегатрон просто привык подниматься очень ранним утром, причем таймер у него был до сих пор установлен на кибертронское время, на двадцать восемь джооров в солцикле, а на земные что рассветы, что закаты ему было налить отработкой. Он откалибровал оптику, очень осторожно сдвинул с себя раскинувшего руки, ноги и крылья в сладком оффлайне Старскрима — нечаянно разбуженный сикер оставался совершенно несносным в течение целого дня — и, окатившись из душа бодряще-ледяной морской водой, пошел было в рубку, но на командной палубе столкнулся с Саундвейвом. Связист поднимался всегда в одно время с лидером, будто был с ним синхронизирован. — Лорд Мегатрон, — приветствовал полупоклоном своего командира Саундвейв. Мегатрон правил формальной вежливости не соблюдал, так что начал с места в карьер. — Сейф вскрывал? — Приказ лорда Мегатрона: определить на склад, — ответствовал связист. — Дополнительные распоряжения: отсутствуют. — Ладно, не к спеху, — вальяжно отмахнулся Мегатрон. — Какие там у этих хьюманов могут быть секреты… А вот, кстати, склад — покажи-ка мне, что ты там придумал такое эффективное. Реально ведь тырить перестали! Ты молодец, Саундвейв. Несмотря на похвалу, Саундвейву очень не хотелось раскрывать перед лидером свои секреты, но деваться было некуда. Они привел Мегатрона в свой офис и снял голографическую завесу с подключенного к сети ноутбука. — Вот, значит, как… — иронически глянул на хьюманский девайс десолидер. Саундвейв слегка напрягся: после этого можно было ожидать чего угодно. Однако Мегатрон осмотрел ноутбук справа, слева, навел оптику, чтобы разглядеть системные отчеты на мелковатом для него экране, и расхохотался. — Покажи это Октану, чтобы знал, что техника жалких аборигенов справляется лучше него! Полюбуемся на его фейс. Еще раз — молодец, Саундвейв. Все пригодное должно служить делу десептиконов. Что у тебя тут за система, давай рассказывай, а то я пока что видел только отчеты. Саундвейв, довольный, что гроза так и не разразилась, уселся в кресло и приготовился к демонстрации возможностей местного искусственного интеллекта. На экране уже давно мелькали уведомления о каких-то получаемых по электронной почте сообщениях, но связист удалял их: возможно, что-то пошло не так, но с этим лучше было разобраться уже не под присмотром начальственной оптики… И вдруг, открывая нужный файл, он случайно кликнул на одном из таких уведомлений, именно в тот самый момент возникшем под курсором! — А это что такое? — заинтересовался Мегатрон, разглядывая загружающийся Gmail. — Нет, подожди, не убирай, — остановил он Саундвейва, который хотел закрыть приложение электронной почты. — Оно еще и переписку ведет? Это с кем же? Опти… Саундвейв!!! ЧТО ЭТО ЗА РЖА?! Саундвейв, который как раз в это время подключился к вай-фаю ноутбука, разделив собственные процессорные мощности, чтобы все-таки проверить, что это за сообщения, машинально отменил все задачи почтовой службы, а дальше будто завис, не отвечая лидеру и пялясь в экран. На его визоре мельтешили разноцветные разводы, и было от чего! Судя по адресной строке, корреспондентом «Лорда Мегатрона» из системного промпта был не кто иной как его и всех десептиконов заклятый враг Оптимус Прайм (кому же еще мог принадлежать этот адрес с отметкой о верификации?), а содержание его ответа… и письмо, на которое был дан ответ… Саундвейву очень захотелось провалиться сквозь все палубы «Немезиса», пусть и пришлось бы искупаться в холодной придонной океанской воде. Вместо этого он, больше на автоматике протоколов, чем сознательно, трансформировался в магнитофон. Все равно не уйти, так хоть стать меньше и незаметнее… А Мегатрон, вместо обычного в таких случаях грозного рычания издававший какие-то сдавленные невнятные звуки, читал ответ на письмо, которое, как следовало из адреса, исходило от него самого! Оптимус явно был в этом уверен, однако писал нечто невообразимое: Мой дорогой Мегатрон, Я с радостью принимаю твое предложение о супружеском союзе. Это удивительный и волнующий момент в нашем относительно коротком, но бурном знакомстве. Я понимаю, что мы прошли через многое вместе, и что наше обоюдно вражеское положение превратилось в нечто большее. Мы обнаружили взаимное уважение и страсть, которая заставляет меня дышать. Предлагая мне стать твоим партнером, ты действительно показал, что сердце твое не из стали, а лучшего материала. Я готов стать твоим учеником, чтобы научиться любить тебя еще сильнее. Я ждал этого момента с нетерпением, так как знаю, что наш союз будет прочнее стальных бомбардировок и лучше любой песни о любви. Мы, объединившись, сможем преодолеть любые препятствия, которые встретятся перед нами. Я по-настоящему счастлив, что выбираю тебя как мою пару. Всегда твой, Оптимус Прайм

***

Оптимус Прайм часто жалел, что положение обязывает его не отключать на ночь коммлинк. У автоботского лидера — что уж там, пора сказать откровенно — имелся большой секрет; впрочем, длительность этого секретного обстоятельства была уже такова, что в него мало-помалу оказались посвящены все члены его команды, но они усиленно делали вид, что ничего не знают, а Оптимус столь же усиленно изображал, что не подозревает об их осведомленности. Секрет заключался в том, что в течение всей экспедиции «Арка» официально состоящий в бондмейтском союзе с фем-коммандер Элитой Первой Прайм ночевал в одиночестве только тогда, когда его первый лейтенант и начальник разведотдела Джаз бывал в отлучке на заданиях. Автоботский лидер в последнее время даже ловил себя на том, что перестает чувствовать угрызения совести по этому поводу, Джаз, похоже, никогда их и не испытывал, ну а команда и не думала их осуждать. Каждое разумное существо, в конце концов, имеет право на личное счастье. Единственным минусом ситуации было то, что оффлайн у лейтенанта был очень уж чуткий: Джаз моментально приходил онлайн не только от малейшего движения Оптимуса рядом, но даже от едва заметного скачка электромагнитного поля, когда на командирский коммлинк поступал вызов. И как горячо бы ни желал Оптимус не тревожить по ночам или слишком ранним утром своего любимого секонд-ин-комманда, но… не всегда получалось. Война есть война, даже в таком еле тлеющем виде. Вот и сейчас — шлак, едва-едва занялся рассвет… И кому он понадобился с утра пораньше? Оптимус еще не до конца загрузил операционную систему, а Джаз уже сидел на платформе подобравшись, напряженный как струна, готовый хоть в бой, хоть в разведку, и выжидающе смотрел на своего командира. — Мегатрон? — удивленно произнес Прайм, и Джаз тут же защелкнул на фейсплейте визор и метнулся куда-то под платформу. — Чего тебе надо в такую рань? Джаз уже возник на прежнем месте, но в полном боекомплекте, даже Праймовскую супер-винтовку захватил и теперь пристраивал ее поближе к командирскому манипулятору — на всякий случай. Прайм тем временем еще более удивленно замигал оптикой, попытался что-то переспросить, потом с таким видом, будто его терзала процессорная боль, открепил от шлема коммлинк и стал держать его на некотором расстоянии от аудиосенсора. Громкую связь он не включал, но рык Мегатрона, поминавшего все части Юникронова корпуса и даже его несуществующую мать — явно здесь, на Земле, набрался, — был слышен Джазу и так. — Уверяю тебя, я тут ни при чем, — наконец решительно прервал разошедшегося десолидера Оптимус. — Сейчас проверю, в чем дело… и перезвоню. Джаз, — обратился он к лейтенанту, — я не очень понимаю каонский диалект, но Мегатрон говорил что-то про переписку. С моего адреса. Но я ему ничего не писал вот уже несколько тысяч ворн! Не может ли это быть… — Разве что он написал тебе первым, — иронически заметил Джаз. — Чудо терранской техники, если ты про это, только отвечает. Пошли-ка глянем, с чего это нашего ведроголового так распи… как это там произносится по-каонски? Командир и лейтенант добрались до офиса, где стоял серверный кластер, и Джаз защелкал клавишами. — Допустим, в адресе так и есть — Мегатрон-что-нибудь-там… ага, вот оно. Ух ты! И это называется «я ему тыщу ворн не писал», да? Переписка почти на два мегабайта плоским текстом в хьюманском юникоде! И что же там такого… упс! Оптимус, мне уже можно ревновать, да? Джаз веселился от всей Искры, а Оптимус Прайм растерянно мигал линзами, читая последнее в длинной-предлинной цепочке письмо, подписанное его собственным факсимиле: — Мой дорогой Мегатрон, я с радостью принимаю твое предложение о супружеском союзе… Джаз! Матрицей клянусь, я этого не писал!!! — Ну если бы ты это писал, — продолжал откровенно ржать Джаз, — мне бы что тогда оставалось? Разве что улететь на Кибертрон, надраться в хлам, соблазнить Элиту и вместе с ней основать клуб твоих бывших? Ладно, верю! В конце концов, предложение Мегатрон тебе делал, а не ты ему, с него и спрос… ты почитай, почитай! Это шедевр! Старскриму, что ли, переслать… С этими словами Джаз ткнул в предыдущее в цепочке письмо. Мой дорогой Оптимус, Пока я сижу здесь и пишу эти слова, меня наполняет эмоция, которую я никогда не считал возможной — любовь. К тебе. Ты, кто когда-то был моим заклятым врагом, стал гораздо больше. Мы нашли общую почву, понимание и, в конечном итоге, любовь. Чем больше я об этом думаю, тем больше осознаю, что наша связь неразрывна. Мы сражались плечом к плечу, проливали кровь друг за друга и смотрели смерти в лицо. На протяжении всего этого была искра, связь, которую нельзя отрицать. Я знаю, что ты чувствуешь то же самое, моя любовь. То, как ты пишешь, слова, которые ты выбираешь, отражают глубину твоих чувств ко мне. И за это я навсегда благодарен. Я готов сделать следующий шаг с тобой, создать союз, который продлится целую вечность. Сделаешь ли ты мне честь стать моей парой, стоять рядом со мной, когда мы столкнемся с любыми вызовами, которые встретятся на нашем пути? Я жду твоего ответа с замиранием сердца, держа его в своих руках. Всегда твой, Лорд Мегатрон — Шикарный гострайтинг! — потешался Джаз. — Напиши старина Мегашлак это сам — точно получил бы от местных литературную премию, а от наших — путевку на Турхулон. Оптимус, даю гарантию: у десов тоже завелась хьюманская нейросеть! Нет, ты только глянь — кровь вы друг за друга проливали и сердце он держит в руках… ах, какая романтика! Как говорят на этой планете, аж тошнит радугой. Он хоть знает, что такое сердце? — О Праймас… — только и смог вымолвить Оптимус…

***

Над пустыней Большого Бассейна, штат Невада, стелилась жаркая тишина. Над ровной поверхностью долины поднималось знойное марево, близкие горные цепи тонули в голубоватой дымке. Кустики полынника отбрасывали на серую землю короткие тени, почти такие же серые, разве что чуть потемнее — слишком ярким было солнце, едва перевалившее за полдень. И никакого движения: это место лежало вдалеке от поселений и дорог, ящерки, суслики и земляные белки попрятались от дневной жары где смогли, а более крупные животные сюда почти не заглядывали. Откуда-то сверху донесся едва слышный гул. Секунда-другая-третья — и он превратился в рев двигателей: в долину почти одновременно спикировали два шаттла, белый и серо-фиолетовый, замедлились, развернулись в воздухе, зависли и медленно опустились эсках в ста друг от друга, разгоняя вокруг себя горячий ветер и клубы пыли. Открылись люки; трое спустились по трапу из белого шаттла, трое из серо-фиолетового. Шестеро мехов пошли навстречу друг другу, и с каждым их шагом между ними будто накапливался статический заряд — того и гляди, сверкнет молнией. Оптимус Прайм и Мегатрон встали друг напротив друга как два памятника эпохи Великой Экспансии — грозно-сосредоточенные фейсплейты, решительные позы, вот-вот ринутся в бой. Джаз при взгляде на десолидера еле сдерживал смех. Айронхайд хладнокровно держал противников в видеозахвате, а пушки — разогретыми. Эмпатика Старскрима так и пылала убийственным возмущением, а Саундвейв, как всегда, молчал. Маска десептиконского связиста с одной стороны носила изрядную вмятину, по размеру соответствующую начальственному кулаку. — Ну что, Пр-райм, — нарушил молчание Мегатрон, — объясни мне наконец весь этот абсурд! Неужто ты решил от честных сражений перейти к дипломатии через любовные письма? — Никогда и ни за что! — рубанул воздух ладонью Оптимус. — И между прочим, это ты первый начал! Сначала про склад, потом про переговоры, а потом… — тут автоботский лидер изобразил фейспалм поверх боевой маски. — Ни за что?! О-о, конечно! — язвительно встрял Старскрим. — «Я готов стать твоим учеником, чтобы научиться любить тебя еще сильнее» — скажешь, это не твой стиль, ты, ходячий сборник пафоса?! — Заткнись, Старскрим! — рявкнул Мегатрон, повернувшись к сикеру. — Или я отправлю тебя на орбиту без двигателей! Охладишь там процессор! — Если уж говорить о стиле… «Я готов сделать следующий шаг с тобой, создать союз, который продлится целую вечность», — не без ехидства процитировал Прайм. — Скажешь, это не ты писал, Мегатрон? — Не валяй дурака, Прайм! — взревел Оллмайти, сжимая кулаки. — Да я двух бриймов не выдержу рядом с тобой и твоей шлаковой моралью! И кстати, что ты имел в виду, когда писал, что мои реакторы греют твои сервоприводы, а?! — Это было омерзительно! — бросил Старскрим, скривив фейсплейт. — Я этого не писал! — с праведным гневом возразил Прайм. — А ты что на это ответил? «Давай объединим наши Искры в единый кристалл любви»… знаешь, даже для тебя это слишком! — В стихах надо было писать, в стихах! — хихикнул Джаз, подмигнув Мегатрону визором из-за Праймовского локтя. «Может, перестреляем их да разойдемся?» — передал Оптимусу Айронхайд по внутренней линии коммлинка, прокрутив стволы гатлинговского пулемета. «Мы же договорились о перемирии на время этих переговоров», — ответил ему Прайм. — А я про кристалл любви не видел… — тем временем встопорщил крылья Старскрим. — Мегатрон! Ты что, еще где-то ему реально писал?! — Старскрим! — в полной ярости зарычал Мегатрон. — Еще одно слово, и ты у меня будешь на «Немезисе» системы сброса отработки прочищать! Вручную! — Мегатрон! — сделал шаг вперед Прайм. — Давай разберемся без эмоций! И без насилия! Клянусь Матрицей, что я ни слова из этих писем тебе не писал. Это… это хьюманская нейросеть развела самоуправство. Но тебе-то зачем было начинать про склад?! И чисто для интереса — что это там у тебя за такое ценное имущество? — Не твое шарково дело! — огрызнулся Мегатрон. — Так ты, получается, тоже юзаешь этот местный нейрошлак? — Исключительно для складского учета! — выпалил Прайм, стеснявшийся признаться в другом назначении гугловской нейросети и количестве своих фанатов. — Вот и Саундвейв тоже завел… для складского учета, — зловеще произнес Мегатрон, сверкнув оптикой в сторону связиста. Саундвейв все так же молча потупил фокус, насколько это можно сказать про того, кто носит визор. — Так значит, это действительно не ты мне, то есть моей нейросети, писал? — с облегчением выдохнул вентиляцией Прайм. — Ты за кого меня принимаешь?! — состроил непередаваемую гримасу Мегатрон. — Выходит, это Саундвейв во всем виноват, — невинным тоном констатировал Джаз. — Ну, Саунд, не ожидал от тебя! Превратить войну в мыльный сериал — гениально! «Эй, при чем тут очиститель?» — по внутренней линии спросил лейтенанта Айронхайд. «Я тебе на базе расскажу», — ответил Джаз и тут же чуть не подпрыгнул на месте, потому что на его коммлинк пришло сообщение от Саундвейва. «Попадись только еще раз, сам пойдешь на мыло. Думаешь, я не знаю, кто настраивал Прайму нейросеть?» Письменная речь связиста каких-либо особенностей, в отличие от устной, была лишена — это Джаз знал. Вот только он понятия не имел, откуда у Саундвейва взялась частота его коммлинка… — Между прочим, — упер палец в грудную броню Мегатрона Старскрим, мотнув шлемом в сторону Прайма, — он поклялся, что не писал этих мерзких писем. А ты — нет! — И чем же мне клясться — твоим портом, что ли? — завел оптику к небу Мегатрон. — А без клятв ты мне не веришь? — Тише, тише, — поднял ладони в примирительном жесте Прайм. — Лично я тебе верю! Мы все выяснили, это все проделки хьюманских нейросетей, никто из нас этих писем не писал… — … свадьбы не будет, — подхватил Джаз и тут же, трансформировавшись, пустился наутек от взвившегося в воздух Старскрима. Что при этом звучало громче, визг запуска турбин или знаменитый тон Старскримова вокалайзера, понять было сложно. — Ну ладно, Пр-райм, — проворчал Мегатрон, сделав вид, что Джаза не слышал. — Будем считать, инцидент исчерпан. Но предупреждаю: если хоть одна живая Искра, кроме здесь присутствующих, узнает про эту квинтотень… — Тогда, — протянул ему манипулятор Оптимус, — ты получишь шанс разобрать меня на запчасти. Как обычно. Ну, или я тебя — если сам сольешь информацию. — Да нет, уж лучше я тебя, — с серьезной миной заявил Мегатрон, коротко пожал руку Прайму в знак исчерпания инцидента и развернулся. — Астро, возвращаемся на «Немезис»… э-э… Астро?! — Скайфайр… — начал было Прайм, оглянулся по сторонам и мигнул оптикой. Два шаттла, за время переговоров перекинувшиеся в робомод и как-то незаметно оказавшиеся рядом, одним глотком допили кубы, которые держали в руках. Астротрейн с вполне дружеским «Ну, бывай!» ткнул Скайфайра кулаком в плечо, тот с улыбкой поднял манипулятор, и оба как ни в чем не бывало разошлись на прежние позиции, где и трансформировались, открыв люки. — Опять братание с врагом… квинтец какой-то, а не армия! — буркнул Мегатрон, направляясь к серо-фиолетовому шаттлу. — Скажи спасибо, что не супружеский союз! — весело крикнул вслед десолидеру Джаз.

***

«Джаз, у хьюманов точно нет антигравитационных технологий? — спросил по внутренней связи своего лейтенанта Оптимус Прайм, наблюдая, как уже знакомая автоботам фем-представитель компании Google буквально взлетает по металлической лестнице на подиум, сооруженный в командном центре «Арка», чтобы делегаты аборигенов могли вести диалог с лидером автоботов хотя бы приблизительно на уровне, в самом прямом смысле. — Я представить не могу, как можно передвигаться на таких каблуках без поддержки антигравов…» «Точно нет, — сопроводил ответ эмодзи-ухмылкой Джаз. — И к лучшему: они с любой технологией такого натворят!» Терранская фемка тем временем грациозно оперлась о перила площадки и улыбнулась, показав не только комплект сверкающих дент, но и розовые десны над и под ними. — Мистер Прайм, Оптимус — ну как вам наш шедевр? Не правда ли, этот кластер — просто мечта! Мы уверены, что превзошли ваши ожидания! Наш кластер уже интегрируется с вашими компьютерами? Экран Телетраана испуганно мигнул. Близнецы-ламбо, словив на лету идею, переглянулись с совершенно одинаковой ухмылкой, но Джаз исподтишка показал им кулак — только попробуйте! — Это весьма… м-м… впечатляюще, — вежливо ответил Прайм. — И хорошо помогает нам с вашей базой данных по учету. — Мы очень, очень рады! — фем улыбнулась еще шире, хотя это казалось уже невозможным. — Оптимус, у меня есть к вам предложение, от которого вы не сможете отказаться! «Джаз, что она может иметь в виду?!» — выдал Прайм, чувствуя, как у него расширяются диафрагмы и начинает подвисать процессор. «Спокойно, командир, — тут же пришел уверенный ответ, — я тебя никому не отдам!» — Вы наш идеальный герой! — тем временем продолжала представительница Google. — Вы истинный лидер, вы спасли Санта-Клару и еще полмира, вы… вы робот с душой — это так захватывающе! Мы предлагаем вам стать лицом Google на Земле. Только представьте — вы и ваши автоботы в нашей рекламе! Фейсплейтов своей команды Прайм в данный момент видеть не мог — он сидел впереди всех, но эмпатику сенсорами поймал и порадовался, что мимика кибертронцев достаточно чужда терранцам, чтобы быть ими полностью понятой. — Это просто взорвет интернет! — разливалась фем-хьюман. — Основной слоган: «Оптимус Прайм выбирает Google — потому что даже трансформеры нуждаются в суперкомпьютере!» — скажите, как звучит! Мы снимем серию роликов, которые запомнятся всем! Вот например: представьте поверхность кипящего масла… «Это уж слишком, надо им подсказать нормальную температуру масляной ванны», — прокомментировал Джаз. — … а из масла всплывает корзина для фритюра, в которой золотистыми, шипящими ломтиками картофеля-фри выложен ваш любимый девиз — Roll Out! И все по очереди выкатываются на улицы узнаваемых земных городов… «Интере-есные у них ассоциации», — хмыкнул Джаз. — Первым катится бульдог на мотоцикле, — возвестила фем, — а над ним прозрачный такой экран, показывающий, что маршрут выбирает наша нейросеть — ведь это не просто мотоцикл, а трансформер, он не знаком с городом… кстати, Оптимус, а кто у вас мотоцикл? — У нас таких нет, — с облегчением оттого, что не приходится ни врать, ни сдавать своих, ответил Прайм. — Слишком маленький типоразмер для того, чтобы быть эффективным бойцом. Мы все-таки военный отряд. — Это не проблема! — не стушевалась терранская красавица. — Наша нейросеть превратит в мотоцикл любого из вас! Автоботы притихли: до сих пор угрозы смены альтформы — в основном во что-то еще менее подобающее приличному меху — они слышали только от Рэтчета, когда тот бывал особенно не в духе. — А потом из озера Лох-Несс всплывает знаменитое чудовище, играющее на волынке, и под ее музыку по улицам старинного шотландского городка едет автомобиль с логотипами нашей нейросети… о, я даже знаю, кто подойдет на эту роль! — и фем подпрыгнула, махнув изящной ручкой задним рядам. — Мистер Айронхайд, не прячьтесь! Вы просто идеально воплотите этот образ! Рэтчет и Праул, сидевшие по бокам оружейника, вцепились ему в манипуляторы, уже начавшие трансформацию в пушки. — А в заключение — хор автоботов под вашим управлением, Оптимус, пропоет наш рекламный слоган на какой-нибудь кибертронский мотив, — с восторгом закончила фем. — У вас на Кибертроне ведь есть музыка? «Оптимус, да пошли ты их к шаркам в Яму! — поставил через каждое слово ржущий смайлик Джаз. — Все равно они не знают, где это!» «Неудобно как-то… — ответил Прайм. — Вот так откажешь напрямую, а эти хьюманы такие ранимые…» — Послушайте, мисс, — не слишком решительным тоном произнес он вслух, — я, конечно, польщен вашим предложением, но видите ли, моя роль — защищать, а не… к тому же я не уверен в своей, как это… фотогеничности. Так что, может… — Нет-нет, что вы! — терранка и не собиралась сдаваться. — Мистер Прайм, вы настоящая звезда! Давайте хотя бы тест-ролик? Пожалуйста, Оптимус, для Земли! Как только вы увидите себя на экране, вы тут же согласитесь! «Скажи, что подумаешь, — передал Джаз. — А мы спросим эту их нейросеть, как нужно дипломатично отказывать. Должна же от нее быть какая-то польза, кроме отчетов по снабжению!» «Ты уверен, что нужно отказать, Джаз? В конце концов, они дали нам приют на своей планете, снабжают нас ресурсами, а взамен требуют так мало…» «Вон те парни, — лейтенант чуть заметно кивнул на группу поддержки, сопровождавшую представительницу и скромно разместившуюся в углу, — думают, что их никто не слышит. Но я-то в развед-режиме! Они только что говорили о том, что у них уже все ролики готовы — сгенерированы нейросетью как надо, и нужно только твое согласие, а то их юридический отдел уперся. Прикинь, Оптимус, если у них там чудовище играет на волынке, то… в общем, дальность полета фантазии их ИИ мы знаем!» — Я подумаю! — выпалил вслух Оптимус. — Но ничего не обещаю!

***

Память у Лорда Мегатрона была отличная, это знала вся десептиконская армия. Оллмайти этим знанием нередко пользовался, заставляя провинившегося декацикл-другой-третий, в зависимости от степени вины, думать не переставая, до замыканий в процессоре и слива отработки, когда же последует наказание: о том, что главнокомандующий может забыть, никто и помыслить не мог, а ожидание было куда хуже расплаты. Сейфу, виновнику столь непристойного и конфузящего происшествия с перепиской нейросетей, было легче — думать он, естественно не мог. Так что когда в один прекрасный солцикл его притащили на берег океана — на всякий случай внутри «Немезиса» Мегатрон решил расправу не устраивать, мало ли какими сюрпризами его начинили, — сейф безмятежно сверкал позолотой и полированной сталью под ярким желтым терранским солнышком. — Ну что ж, — зловещим тоном произнес Мегатрон, хищно глядя на хранилище хьюманских секретов, — сейчас узнаем, стоило ли оно того… — А чего? — полушепотом полюбопытствовал Дердж у Траста. Конхэдов Мегатрон задействовал в переноске сейфа, да так и не отпустил… на всякий случай: а вдруг возникнет настроение провести экзекуцию над кем-нибудь поинтереснее безмолвной железки? Тем более над теми, кто железку притащил — по заслугам выйдет. — Не ваше дело! — рявкнул Оллмайти, слух у которого был не хуже памяти. Разумеется, инцидент постарались замазать по максимуму; в курсе всего были Старскрим с Саундвейвом, но их никуда деть не представлялось возможным. Остальные, если кто и видел следы переполоха на десобазе, ни бита точной информации не получили — вот и нечего! — Ты точно уверен, что там нет взрывчатки? — озабоченно поинтересовался у Мегатрона Старскрим, только что наполировавший броню до зеркального блеска и сейчас вдвойне переживающий за свой внешний вид. — Рекомендация: особые меры предосторожности, — прогудел видящий везде подвох, а особенно после инцидента, Саундвейв. — Что-то же там должно уничтожать содержимое, — пожал плечами Мегатрон и трансформировал правый манипулятор в энергоновую булаву. — А ну, все назад! — и он принялся раскручивать на толстой цепи здоровенный, усаженный жуткими шипами, отливающий фиолетовым шар. Присутствующие шарахнулись во все стороны. — ЫТЬ! — сказал Мегатрон, опуская шар на сейф. — ХРЯСЬ! — сказала булава, вминаясь в хьюманскую сталь. — КРАК… — сказал сейф и, заскрежетав покореженными стенками, ушел на треть в прибрежный песок, открыв повисшую на одной петле дверцу. Ни взрыва, ни пожара, ни каких бы то ни было сюрпризов — над берегом стояла тишина. Конхэды сунулись было посмотреть, что там внутри, но Старскрим грозно сверкнул на них оптикой и сам склонился над развороченным сейфом. Придерживая кончиками когтей, он вытащил оттуда три образца местной полиграфической промышленности, в одном из которых любой абориген тут же опознал бы глянцевый рекламный буклет, а в двух, с не менее яркими, хотя и менее плотными обложками, — выпуски комиксов. Надпись на обложке буклета гласила: «National Museum of the U.S. Air Force, Oregon». Под ней в эффектных ракурсах вырисовывались силуэты знаменитого истребителя F-15, исторического Douglas B-7 и почему-то — совершенно узнаваемый! — Лазербика с подписью: «Экспериментальный беспилотный автономный летательный аппарат, 1984 год». На обоих комиксах крупными буквами было написано: «Transformers». На обложке верхнего из них Мегатрон в картинно-устрашающей позе стрелял из пушки в картонную ростовую фигуру Оптимуса Прайма. Рисунок перекрывала надпись: «Купи два — получи наклейку автобота бесплатно!» Мегатрон взял у Старскрима из рук буклет, оставив ему комиксы, вгляделся, наведя фокус, полистал… — Конхэды! — его тихий голос, всегда пугающий куда больше грозного рычания, сочился сарказмом. — Вы украли музейный сувенирный шкаф. — Но там же было написано — ВВС США, — попытался оправдаться Траст. — И на двери — «Генеральный директор»… — Я тебе говорил, это не та дверь, — прошипел Дердж. — Ту дверь ракетой рассадило в щепки! Мегатрон закатил оптику к небесам, потом подошел к Трасту и припечатал ему буклет прямо на конусовидный шлем. — Всем троим: выучить английский. На уровне носителей языка. Это ваше наказание. Не выучите за декацикл — полетите извиняться перед хьюманами из музея за разгром. И если они вас не поймут, это будут ваши проблемы. И, развернувшись, Оллмайти проследовал к кромке воды, из которой у горизонта торчала подъемная вышка «Немезиса». А сзади, листая комиксы, возмущался во всю мощность вокалайзера Старскрим: — Это что — это я?! Они спутали меня с каким-то местным древним аэропланом?! Цвета не те! Ракеты не там! Хвостовое оперение не моей конфигурации! Саундвейв! Где у них это шлаково издательство?! Следующий рейд мы проведем по их адресу! Я сделаю из них наклейки на автоботов, и совершенно бесплатно!

***

Много или мало прошло времени с тех пор… по хьюманским меркам — изрядно, на Терре сменилась пара десятков поколений. Впрочем, трансформеры уже покинули и эту планету, и еще несколько попутных, вернулись на Кибертрон, к радости соскучившихся по дому путешественников и к неудовольствию Элиты Первой, у которой пропала всякая причина считать себя в отсутствие официального бондмейта здесь главной, и продолжали потихоньку воевать в родных пенатах. Почему потихоньку? А масштабно как-то не получалось… Стоило только предводителям враждующих армий на поле боя увидеть друг друга, а тем более сойтись в традиционной рукопашной схватке, как у обоих в процессоре, явно минуя логические блоки — ну откуда тут логика?! — формировалась одна и та же смущающая до невозможности мысль: «А если он и правда писал все те письма сам? Ну может, не все, а хотя бы последние… А потом на хьюманские нейросети свалил!» Какое уж там руководство сражением, тактика и стратегия, когда мысли непрошено возвращаются к пламенным строкам, давно канувшим в небытие вместе с хьюманской аппаратурой, но сохранившимся вопреки всему в собственной памяти… — А пошел бы ты, Пр-райм! — рычал Мегатрон, грозя извечному антагонисту булавой. — Десептиконы, отступаем! Их там десятка колес не наберется, еще манипуляторы об них марать! — Когда-нибудь ты поплатишься за все, Мегатрон! — провозглашал Оптимус Прайм. — Автоботы, transform and roll out на базу! Так и быть, пощадим их на этот раз. Make love, not war — до этого хьюманского слогана Прайм и Мегатрон еще не доросли, к тому же Старскрим и Джаз явно воспротивились бы буквальному претворению его в жизнь (Элите-то было ультрафиолетово). Но подумать только, что первые, по-террански выражаясь, семена этой идеи заронила в автоботский и десептиконский процессоры галлюцинация нейросети! Пожалуй, для создателей языковых моделей это был бы реальный повод гордиться своей продукцией.