Учитель на замену

Тони сидел в школьном туалете на подоконнике. Он открыл створку небольшого окна и выпускал белый дым, пока шёл учебный процесс. От этой пагубной привычки хотелось избавиться уже давно. Но как говориться: и сила есть, и воля есть, а силы воли нет. Так что, когда выпадала свободная минутка, рука всегда инстинктивно тянулась к очередной сигарете. — Ага, дымишь! От неожиданного голоса сигарета моментально улетела в приоткрытое окно, на улицу, а затяжку, которую Тони сделал в этот момент, пришлось с усилием выпустить. Получилось не очень хорошо, он закашлялся, а на глазах выступили слёзы. — Ну нельзя же так людей пугать! — Испугался он! Ты посмотри на него! Тони протёр глаза от слёз и наконец-то рассмотрел того, кто помешал ему с наслаждением наполнять лёгкие белым дымом. Это был высокий, черноволосый мужчина лет 36-ти, подтянутый, широкоплечий. Его атлетическое тело обтягивал спортивный костюм, светло-синего цвета, который прекрасно гармонировал с цветом его синих глаз. Это очевидно был учитель физкультуры. — Ты знаешь, что на территории школы, а особенно в помещении курить запрещено! Первое и последнее китайское предупреждение! В следующий раз окажешься в кабинете директора! И куда только твои родители смотрят?! — Родители? — переспросил Тони, спрыгивая с подоконника и поправляя свой пиджак. — Да им плевать, причём уже давно. Физрук удивлённо уставился на парня, а потом продолжил своим чуть хрипловатым голосом: — Ладно, иди уже, и что б я тебя здесь больше не видел! — Спасибо, — Тони растянулся в ехидной улыбочке, — а по своим делам я могу сюда приходить? — Это по каким ещё? — Ну по маленьким и большим… Мужчина на мгновение подвис, а потом понял, о чём говорил Тони. — Аааа, ну да, только по этим делам и можно. — Спасибо, вы прямо спасли меня, а то пришлось бы под дерево ходить. — Шутник, я вижу ты! — Ага, есть такое. Тони подошёл ближе к мужчине. Физрук был почти на голову выше парня. — Зовут то тебя как? — Тони. — Я тебя раньше не видел. Ты вероятно новенький? — Новенький, новенький, — усмехнулся Тони выходя из туалета, — к одиннадцатому классу меня приставили. Физрук хотел возможно ещё что-то сказать вдогонку, но прозвенел звонок. Из классов, словно муравьи, высыпали школьники, заполняя собою широкий коридор. Шум, гам, крики, смех, голоса, одним словом — перемена. Тони подошёл к двери с надписью «Секретариат» и постучал. Секретарша — женщина неопределённого возраста, с пучком волос на голове, стянутым в тугой узел и в очках, в роговой оправе, объявила, что директор — Семён Семёнович и завуч Наталья Фёдоровна сейчас в местном министерстве образования, приедут позднее, нужно обождать. — Ну что ж, подождём. Тони пристроился в углу на одном из мягких стульев. Под тихое тиканье настенных часов и неспешное стучание пальцев секретарши по клавиатуре он погрузился в свои мысли. Почему-то вспомнился недавний инцидент в туалете, перед взором возник высокий физрук. Губ Тони коснулась лёгкая улыбка. — Он явно принял меня за школьника. Смешно! Хотя в свои 32 Тони действительно выглядел как молоденький парнишка. Стройный, чуть худощавый, светловолосый, с серо-голубыми глазами, с выразительными чертами лица, на котором по какой-то причине щетина практически не росла, и кожа была словно у младенца. В магазинах продавщицы с недоверием на него всегда смотрели, когда он покупал сигареты и иногда выпивку. Требовали документы и потом с изумлением продавали товар. Всю свою сознательную жизнь Тони провёл практически в доме бабушки. Родители абсолютно не занимались его воспитанием. Отец прыгал из койки в койку и никак не мог определиться с выбором. Мать тоже не далеко ушла, мужчин меняла чаще, чем перчатки в холодную погоду. Подобие отношений между родителями длилось почти до окончания парнем школы. В конечном итоге родители развелись, разменяли квартиру, а сын остался один, словно ненужная вещь у обочины. Бабушка единственная кто протянула руку помощи. Ну как же она могла оставить любимого внука без поддержки, без любви и понимания. Тони смог спокойно закончить школу, поступить в престижный университет и закончить физико-математический факультет. Молодой мужчина решил себя посвятить педагогике. И как-то так получилось, что он стал учителем на замену. Если где-нибудь в какой-нибудь школе требовался учитель на полгода, на год, Тони приступал к своим обязанностям. Ему нравилось работать именно так. Работа не надоедает: новые люди, новые лица, новая обстановка. А ещё он часто работал со студентами, которым требовалась помощь в написании курсовых и дипломных работ. Так что скучать не приходилось. И вот теперь он сидел здесь, в этой школе, где совсем скоро станет учителем физики и математики, а ещё будет классным руководителем одиннадцатиклассников. Дверь секретариата скрипнула и в неё вошли двое. Сначала вошла небольшого роста, миловидная брюнетка чуть больше 55 лет, потом вошёл статный, седовласый мужчина 60-ти лет. Это были завуч и директор школы. После приветствия и не долгого разговора Тони оказался в учительской, где директор его представил будущим коллегам. — Уважаемые коллеги, — начал Семён Семёнович, — как вы все знаете наш учитель физики и математики Виталий Андреевич, сейчас находится в больнице. Сколько продлиться его лечение не известно, но как вы все понимаете учебный процесс идёт и без замены мы не можем быть. Поэтому временно его будет замещать ни менее опытный преподаватель Звягинцев Антон Сергеевич. Прошу любить и жаловать. Тони поднялся, чтобы поприветствовать всех. Его взгляд скользнул по лицам, собравшихся в учительской. Он заметил, что коллектив здесь преимущественно женский, если не считать директора. Большинство присутствующих дам выглядели старше пятидесяти, и лишь две учительницы, судя по всему, недавно отметили свой сороковой день рождения. Позже он узнает, что это были англичанка и учительница химии. Когда Тони снова занял свое место, его охватило странное ощущение — будто кого-то или чего-то здесь не хватает. — Извините за опоздание, — дверь учительской широко открылась и в неё вошёл высокий мужчина в спортивном костюме, — привезли новый инвентарь для спортзала, надо было всё проверить. — Ничего страшного, мы только начали, — сказал Семён Семёнович, — проходи Руслан Евгеньевич, знакомься с новым коллегой.

***

— Так этот пацан — учитель! — подумал Руслан, пожимая новому коллеге руку. — А я-то принял его за школьника, тайком курящего в туалете. Молодой мужчина посмотрел на англичанку и химичку, которых звали Оля и Люба, они явно заинтересовались новым учителем. — Вот же ж! — Руслан покачал головой и мысленно хмыкнул. — Чувствует моё сердце, будет весело! Эти две особи противоположного пола, как их называл мужчина, были в постоянном поиске нового кавалера. Он и сам был удостоен их пристальным вниманием, как только появился в стенах этой школы. Руслан был прямым, как паркетная доска и популярно объяснил дамочкам, что да как. И англичанка, и химичка обозвали его грубияном и мужланом, но зато теперь к нему не подходят на пушечный выстрел. Несколько лет назад Руслан жил в большом мегаполисе, работал в фитнес-центре — тренером. Всё изменилось в один миг, когда он застал жену с другим. И не просто с каким-то левым мужиком, а с ближайшим другом, которого знал сто лет, с которым работал вместе, которому доверял… Жена чуть ли не в ногах валялась, просила простить, мол бес попутал. Но Руслан не простил, просто переступил и пошёл дальше, оставляя за спиной бывшую жену и бывшего друга. Несмотря на то, что жена так с ним поступила Руслан оставил всё: и квартиру, и машину. Бросил работу, перекантовывался на квартирах у разных знакомых. После месяца скитаний решил, что нужно что-то делать, всё менять, потому что так не может длиться вечно. Он вспомнил о своём дипломе учителя физкультуры, который пылился на полке и теперь дождался своего звёздного часа. Работа подвернулась довольно быстро, а сборы были ещё быстрее. И вот уже несколько лет он работает в школе и живёт спокойной и размеренной жизнью. Заинтересованность слабым полом отошла на второй план и когда она снова возобновиться неизвестно. Уж очень сильно жена за шиворот налила ему разгорячённого масла. Как и предполагал Руслан англичанка с химичкой стали оккупировать нового учителя разными способами. То выпечка, то приглашения на чай или кофе или походы в кино. Две учительницы надеялись, что бастион падёт и чаша весов перевесит в ту или иную сторону. Но парень был непреклонен, а дамы настойчивы. И тут случилось то, что никто никак не ожидал. Бастион действительно рухнул и превратился в руины, которые восстановлению не подлежали. — А вы слышали последние новости, — сказала учительница истории, дама тучная, напоминающая черепаху Тортилу, — оказывается наш новый учитель — гей! От услышанного у Руслана даже ручка выпала. Но он постарался лицо держать невозмутимым, делая вид, что чем-то увлечённо занят, перелистывая школьный журнал. — Да что вы! — воскликнула худая и длинная учительница географии, похожая на тонкую указку. Дамы продолжили сплетничать. Оказалось, что англичанка и химичка в очередной раз подкатили к молодому учителю, а тот взял, да и сказал, что женский пол его не интересует. — Дожили! — подумал Руслан. — Совсем бедного парня довели, что ему геем пришлось притвориться! Огромный ком сплетен вокруг нового учителя достиг своего апогея. Старшеклассники переглядывались, педагоги перешёптывались. Руслан только диву давался, как парень так себя может спокойно вести, когда вокруг его персоны такое происходит. Но казалось Тони совершенно это не беспокоило. Первым не выдержал директор школы и собрал внеочередное заседание педагогического коллектива, когда молодой учитель вместе со своим одиннадцатым классом ездил на экскурсию. Семён Семёнович встал со своего места. Ему сегодня предстояло поговорить на щекотливую тему и урезонить в край распоясавшихся учительниц. Вся эта история с молодым учителем, слухи о котором облетели школу, заставила его задуматься. Даже если всё это правда, Семён Семёнович прекрасно понимал, какой нелегкий путь приходится проходить таким людям, и как часто общество оказывается к ним безжалостным. Он невольно вспомнил своего сына, который уже несколько лет живет в Норвегии. Страна, где можно жить спокойно, не опасаясь осуждения за свою ориентацию. — Дорогие коллеги, — начал говорить директор школы, — думаю не для кого не секрет по какому поводу мы здесь все собрались. Мне очень жаль, что вокруг хорошего педагога стали ходить слухи, обсуждают его персону не только педагогический состав, но и школьники. Это не допустимо! Мужчина невольно устремил свой взгляд в сторону двух учительниц. Англичанка и химичка опустили головы. Руслан тоже посмотрел на двух женщин. — Докаркались! Вот же ж две курицы! — мысленно выругался молодой мужчина, а Семён Семёнович продолжил свою речь. — Даже если это и так у нас нет никакого права влезать в личную жизнь Антона Сергеевича. За несколько месяцев, что он работает у нас в школе, он показал себя с лучшей стороны, как педагог и просто как хороший человек. Поэтому прошу прекратить всякие обсуждения по поводу возникшей ситуации, а также буду настаивать, чтобы вы, как педагоги и классные руководители, пресекали любые разговоры учеников на эту тему. Надеюсь на вашу толерантность и взаимопонимание. Впервые педагогический состав выходил из собрания молча. — Дааа, бабский коллектив — это ещё тот террариум! — думал Руслан, садясь в свою машину. — Надо бы как-нибудь с парнем поговорить, поддержать что ли. А то только «добрый день» и «до свидания».

***

После экскурсии, которая, к слову, оказалась действительно увлекательной, Тони начал замечать, что атмосфера среди коллег как-то изменилась. Раньше, как только он закрывал дверь, сразу же слышались тихие разговоры за спиной. Честно говоря, ему было всё равно. Он давно принял и смирился с тем, что, если люди узнают о его особенностях, они ведут себя именно так. Кто-то относится хуже, кто-то более терпимо. Он никогда никого не уговаривал и не навязывал свои взгляды, а если речь заходила о близости, то только при взаимном согласии. Когда же он откровенно сказал Оле и Любе — англичанке и учительнице химии, что они его не привлекают в этом плане, реакция была бурной. А вот кто действительно мог бы его заинтересовать — так это учитель физкультуры. Но Руслан, похоже, был натуралом до глубины души, и вряд ли подобные отношения могли бы быть для него приемлемы. Сегодня была пятница и по расписанию должен был быть классный час. А так как Тони был не только временным учителем, но и классным руководителем, он должен был провести разъяснительную работу среди своих учеников. Ему надлежало рассказать о вреде курения, алкоголя и наркотических средствах. И как это всё влияет на подрастающий организм. — Думаю, смысла рассказывать об этом совершенно нет, — начал говорить Тони, — вы и так знаете об их пагубности и начав однажды очень тяжело спрыгнуть. — Ну вы-то ведь курите! — сказал кто-то из учеников. — Курю, — честно ответил Тони. Скрывать что-то смысла нет. Да и строить из себя белого и пушистого тоже. Эти дети, сидящие в классе, отлично видят фальшь. — Курю, — снова повторил молодой учитель, — и хочу от этого избавиться, но никак не получается. — А когда первый раз закурили? — вопросы стали доноситься из разных углов класса. — Первый раз? — Тони задумался. — Кажется в 16. Помню тошнило до безумия. Долго после этого не притрагивался к сигаретам. — А когда попробовали алкоголь? — Ну тогда я уже был постарше, учился на втором курсе, — Тони усмехнулся, вспоминая студенческую жизнь, — сосед по комнате устроил вечеринку, отмечал день рождения. Вот тогда-то я познал все прелести алкоголя, стоя на коленях и обнимая унитаз… Ученики засмеялись. — Да! Так что моё первое знакомство с сигаретами и алкоголем было не очень удачным. Конкретно я подсел на сигареты, когда мне уже было 21 и я был тогда в армии. Ну и алкоголь тогда же пробовал, в пределах разумного. — А наркотики? — Вот что-что, а это нет! Даже не тянуло к такому. — Антон Сергеевич! — обратилась миловидная девушка, сидящая на первой парте. Это была староста класса. — А можно вас о кое-чём спросить? — Да, Яна, что ты хотела? — А это правда, что о вас говорят? — Что именно? — Ну… что вы любите мужчин? И… как вы относитесь к нетрадиционной ориентации? — Тони усмехнулся, а в классе воцарилась гробовая тишина. — Люблю мужчин, — спокойно ответил молодой мужчина, — но и женщин тоже. Я вообще всех людей люблю. У меня к ним нет неприязни. Да, мы все разные. У нас может быть разный цвет кожи, вероисповедание, ориентация, но это не значит, что мы должны относиться друг к другу как-то по-другому. С ненавистью или ещё как-то, потому что кто-то не такой. Одинаковых людей нет. Даже у близнецов отпечатки пальцев разные. А то, с кем и как быть, каждый человек должен сам для себя решить. Это дело индивидуальное. Тони посмотрел на наручные часы. — Ещё 20 минут до конца урока, Яна раздай брошюрки о вреде алкоголя, курения и наркотических средств. Пока староста ходила между рядами и помещала на каждую парту небольшие листы бумаги, Тони продолжил: — Со всей информацией вы можете ознакомиться дома, а пока есть время, можете тихонько посидеть в телефонах. Яна закончила раздавать брошюры, а оставшиеся вернула на стол учителя. — Антон Сергеевич, — стала говорить девушка, почти шепотом, — простите, что задала вам эти вопросы… — Яна, у тебя что-то случилось? — Я… вы можете… — девушка не знала, как начать разговор. — Тебя что-то беспокоит? Староста класса махнула головой. — Приходи сюда в класс после уроков, я буду ждать тебя. — Хорошо, спасибо… После уроков, когда школьная жизнь стала угасать, а коридоры практически опустели, Тони вошёл в класс и стал ждать свою ученицу. Молодой мужчина ждал терпеливо. Прошло почти двадцать минут, старосты класса не было. — Может передумала? — вздохнул Тони. — Ну подожду ещё десять минут и домой. Классная дверь осторожно отворилась и в неё нерешительно вошла девушка. — Можно? — Конечно можно, проходи. — Простите, Антон Сергеевич, за опоздание — оправдывалась Яна — меня учительница географии задержала. — Ничего страшного. Садись. Девушка села за одну из парт. Тони подошёл и тоже сел рядом. — Ну так что у тебя случилось? — Яна выдохнула, собираясь с силами. — Я не знаю, как начать разговор, просто… У меня есть брат. Ему 19. Недавно он признался мне… ну… что он гей. Он рассказал об этом ещё маме. Папа не знает. Брат хочет рассказать ему, но боится. Боится, что тот его возненавидит за это. — Ну знаешь, — сказал Тони — сделать каминг-аут, — это большой шаг. Ведь если он скажет, дороги назад не будет. — А как вы это сделали? Как вы признались родителям? — У меня никогда не было доверительных отношений с родителями, — чуть с натяжкой улыбнулся молодой учитель, — да и, честно говоря, они и за сына меня не считали. А вот бабушке я признался практически сразу. Она восприняла всё спокойно, поддержала меня. Твоему брату очень тяжело. Хорошо, что у него есть твоя поддержка и поддержка твоей мамы. Если ему будет совсем невмоготу, есть служба поддержки. Там работают отличные специалисты, психологи, всё анонимно. Я дам тебе номер телефона, а твой брат пусть сам решает, что ему делать. Моим друзьям это помогло. Ты хорошая сестра. — Спасибо. Мне стало легче. Спасибо, что позволили выговориться. — Яна, я уверен, что всё будет хорошо, — улыбнулся Тони, — и чтобы не случилось ты ведь поддержишь брата? — В этом можете не сомневаться! Тони вытянул телефон со своей сумки. — Записывай номер службы поддержки. — Угу! — Яна тоже вытянула из рюкзака телефон и стала вводить цифры, которые ей диктовал молодой учитель. — Спасибо. — Да не за что, будут вопросы обращайся. — Угу! — девушка махнула головой. — Ну, а теперь по домам!

***

Руслан, задержавшись в спортзале, уже собирался отправиться домой. Стоя у своей машины, он заметил, как из школы выходят молодой преподаватель и одна из его учениц. Они о чем-то беседовали, и учитель, казалось, был в хорошем настроении, слегка улыбался. Эта картина почему-то вызвала у Руслана неприятное чувство. Девушка, к слову, была весьма привлекательной. — Неужели его на молоденьких потянуло? Но она ведь девушка? А как же те все слухи? — промелькнувшие мысли тут же были отброшены. — Какое мне вообще дело? Тем не менее, какое-то беспокойство не давало покоя. Руслан не мог понять, что именно его так задело. Молодой учитель, в общем-то, симпатичный парень. А в последнее время Руслан ловил себя на том, что невольно выискивает взглядом лицо этого парня среди толпы школьников. И когда их взгляды случайно встречались, Руслан тут же отводил глаза и спешил уйти. Это казалось глупым, но он не мог объяснить, почему так происходит. Ведь раньше его никогда не привлекали мужчины. Может быть, это связано с недавними событиями, которые привлекли к молодому учителю столько внимания? Руслан видел, как Тони попрощавшись с ученицей разошлись в разные стороны.

***

— Подвезти? — Тони услышал голос за спиной. Этот голос он запомнил ещё с первой их встречи. — Руслан Евгеньевич? Вы тоже ещё не ушли? — Да нет, немного пришлось задержаться — ответил учитель физкультуры. — Понятно. Тони слегка улыбнулся, а в душе у Руслана стало пробиваться какое-то странное чувство. Ведь этот парень улыбается ему, именно ему и от этого было так приятно. — Ну так что? Подвести? — Ну можно. Не откажусь. Спасибо вам, Руслан Евгеньевич. — Слушайте может перейдём на «ты»? Сколько вам лет? — 32. — ответил Тони, а Руслан в изумлении переспросил: — 32? А я думал ты совсем молоденький. Ты всего лишь на пару лет за меня моложе. Выглядишь так словно только вчера школьную скамью покинул. — Спасибо за комплимент, Руслан. — Говори свой адрес, Антон. — Тони, — поправил молодой учитель. — Тони, — повторил физрук и усмехнулся. Оба мужчины сели в небольшой, цвета мокрого асфальта, микроавтобус марки Хендай. Комфортная машина с просторным салоном и мягкими сидениями. — Хорошая машина. — одобрительно сказал Тони, пристёгиваясь ремнём безопасности. — Мне тоже нравится, — улыбнулся Руслан и следуя примеру молодого учителя, тоже пристегнулся, — удобная и вместительная. Если нужно что-то привезти или кого-то, в хозяйстве просто незаменимая. Совсем скоро микроавтобус выехал на главную дорогу, оставляя позади школу. По дороге мужчины нашли каких-то пару общих тем и расстояние к дому Тони показалось совсем коротким. — Так ты живёшь в доме поэта Лединского? — с удивлением в голосе сказал Руслан, когда его машина подъехала к дому старой постройки. — Да, — подтвердил Тони, — жил здесь когда-то такой поэт. Я ещё когда был мелким видел его однажды. Он был тучным и грузным мужчиной, напоминавший такого аля Уинстона Черчилля. Меня бабушка как-то к нему в гости привела. Она была дружна с женой поэта, очень красивой женщиной. Я хотя был и маленьким, но почему-то они, их лица, в памяти отпечатались хорошо. В этом доме вообще много известных людей жило. Писатели, художники, актёры, драматурги. Такой себе «богэмный» дом! — молодой учитель явно специально произнёс слово через «э», чтобы показать его значимость. — Сейчас уже он не тот. Давно уже нет всех людей, которые тут жили, всё осталось в прошлом. Словно с их уходом ушла целая эпоха. Хорошее было время. — Да, — вздохнул Руслан, — иногда хорошее остаётся только в воспоминаниях. — Не хочешь зайти на чашечку кофе за то, что подвёз меня? — вдруг предложил Тони. — Кофе? — физрук удивлённо уставился на молодого учителя. — Ну я ведь должен как-нибудь тебя отблагодарить за то, что ты меня подвёз. — Я… ну… — Руслан замялся. — Я… мне просто ещё надо по делам съездить. — Аааа, ну понятно. Ну тогда спасибо. Может быть в следующий раз. Может быть… Молодой учитель улыбнулся на прощание и выскользнул из машины, а физрук провёл его долгим взглядом, пока стройная фигура не исчезла за дверями подъезда. — Руслан, ты идиот! — молодой мужчина усмехнулся. — Вот уж поистине… и хочется, и колется, и мама не велит! Чёрт! Его тянуло к этому парню, он это прекрасно понимал. Каждое их пересечение, каждый взгляд, каждое слово — всё это лишь усиливало притяжение, которое он чувствовал. Но вместе с этим, внутри него рос и другой, куда более сильный монстр — страх. И это был не тот страх, что заставляет оглядываться по сторонам, опасаясь осуждающих взглядов или перешёптываний. Нет, ему было абсолютно плевать на чужое мнение. Его страх был глубже, он сидел внутри него самого. Он боялся себя. Боялся своих желаний, которые, словно дикие звери, вырывались из клетки с каждым днём, становясь всё сильнее и настойчивее. Он чувствовал, как они растут, как набирают мощь, и это пугало его до дрожи. Он не мог пересилить себя, не мог сделать шаг навстречу этому притяжению, потому что боялся того, что произойдёт, если он даст волю этим чувствам. Боялся того, кем он станет, если позволит себе желать так сильно. Но именно с тех пор Руслан понял, что совсем скоро он не сможет себя удержать и желание пересилит страх. Больше на едине Руслан и Тони не оставались, да и не было такой возможности, каждый был занят своим. Они пересекались только во время учебного процесса, здоровались. Тони всегда легко, почти незаметно улыбался, а у Руслана всё от этого почему-то трепетало внутри. Ему казалось, что он похож на влюблённого школьника. Влюблённого? Нет, этого не может быть! Но если так разобраться, он никогда не испытывал такого чувства, даже со своею бывшей женой. Это было дикое, почти животное желание и от этого в голове крутились странные мысли. Вначале весенних каникул педагогический коллектив во главе с Семён Семёновичем отправились на пикник. Это была своего рода традиция. Директор отмечал своё день рождение в кругу своих коллег, на природе, а не в каком-нибудь душном и шумном ресторане. Свежий воздух, шашлыки и песни под гитару у костра. Тони это напомнило студенческие походы с однокурсниками и это навеяло небольшую ностальгию. А ещё он поймал себя на мысли, что ему впервые в жизни не хочется уходить с этой работы, от этого коллектива. Все эти люди очень хорошие несмотря на то, что случилось недавно, весь тот небольшой скандал. Их педагогический коллектив был маленькой, дружной ячейкой, в которой хотелось быть её частью. А ещё хотелось быть возле Руслана. Он ведь видел, как учитель физкультуры в последнее время бросает на него взгляды. И в них читался не просто интерес, а что-то большее. — А вы Антон Сергеевич, не музицируете? — спросил Семён Семёнович. Директор школы уже исполнил несколько песен под гитару и довольно неплохо. — Да, в студенческие годы было немного, — честно признался Тони. — Может попробуете? — Семён Семёнович протянул гитару, а все присутствующие уставились на молодого учителя. — Ну я попробую, — усмехнулся Тони беря гитару, — только за мои вокальные данные прошу извинить. Молодой мужчина провёл пару раз пальцами по струнам, словно давая им привыкнуть. А потом зазвучала приятная мелодия и голос: нежный, красивый, пронзительный, мягкий. У Руслана даже дыхание перехватило от этого. Виноградную косточку в теплую землю зарою, И лозу поцелую и спелые гроздья сорву, И друзей созову, на любовь свое сердце настрою. А иначе зачем на земле этой вечной живу? Это была песня Булата Окуджавы «Виноградная косточка» и Тони исполнял её так, что все на мгновение застыли. Не было ничего, только красивый голос и нежная мелодия, которую издавала гитара. Руслан не мог оторвать глаз от этого, просто невероятного парня. Сидящие рядом англичанка и химичка стали шептаться, но мужчина их услышал. — Как жаль, что такой парень пропадает — со вздохом сказала Оля. — Почему жаль, — усмехнулась Люба, — наверное кому-то такое счастье достанется. — Ну уж явно не вам! — хотел сказать Руслан, но промолчал. Тони закончил петь, а все вокруг с восторгом захлопали. Молодой учитель скромно отдал гитару директору и в этот момент что-то вдали грохнуло и озарило ночное небо. — Ох, боже ж ты мой! — кто-то из женщин испуганно крикнул. — Это что такое? — Гроза! — определил Семён Семёнович. — Надо срочно ставить палатки! — Боюсь, что мы не успеем, — предположил Руслан, — предлагаю нашим дамам эту ночь провести в небольшой сторожке, где мы всегда храним наши вещи, когда приезжаем сюда. Там чисто и довольно уютно. Вы Семён Семёнович ляжете у себя в машине, а мы с Антоном Сергеевичем переночуем у меня в бусе. На том и порешили. Сборы были быстрыми, но чертовски эффективными. Весь педагогический коллектив буквально в последнюю секунду успел нырнуть, каждый под свою крышу, прежде чем утонуть в ливне. — Ну и погодка! — усмехнулся Тони. По его волосам стекали первые капли дождя, а тонкая ткань футболки прилипла к стройному телу, очерчивая каждую мышцу. Руслан на мгновение застыл, разглядывая молодого учителя, потом сразу же отвёл глаза. Он наклонился к своему рюкзаку и вытянул рубашку. — Тебе надо переодеться, а то ещё простынешь. — молодой мужчина вытянул для себя запасную футболку. — А ты я вижу предусмотрительный. — усмехнулся Тони беря из рук физрука рубашку. — Приходится, мы ведь не первый раз уже так празднуем день рождение Семёна Семёновича. — Руслан отвернулся, чтобы не смотреть как учитель математики стал стягивать с себя мокрую футболку. — Понятно, — сказал Тони застёгивая рубашку и краем глаза посматривая на Руслана. У молодого мужчины действительно было красивое тело. Кубики пресса, сильная спина, накаченные руки. Где-то грохнуло совсем рядом и Тони вздрогнул. — Испугался? — засмеялся Руслан, смотря на реакцию парня. — Немного. Это было неожиданно. — усмехнулся Тони. — Ну что, будем готовиться ко сну? — Давай, — согласился Тони. Мужчины быстро приспособили сиденья, превратив салон машины в подобие уютной кровати. Руслан укрыл молодого учителя одеялом, и, пожелав друг другу спокойной ночи, они улеглись. Под мерный стук дождя Тони быстро погрузился в сон. А вот Руслану не спалось. Он лежал рядом с тем, кого не мог забыть, чувствуя его дыхание всего в нескольких сантиметрах. Даже бушующий ливень не мог заглушить бешеное биение его собственного сердца. Странное, незнакомое чувство охватило его, вызывая не страх, а какой-то трепет, пробуждая то, что казалось навсегда замерло в груди. Как и когда Руслан уснул он не помнил, но его разбудило что-то мягкое и тёплое, прижатое к груди. Он медленно открыл глаза и понял, что молодой учитель лежит в его объятиях. Мужчина застыл. Он не знал, как поступить. Отодвинуться, но он может проснуться или продолжать так дальше лежать, притворяясь, что ещё спит. Пока Руслан решал, что да как, спящий на нём Тони стал просыпаться. Парень удовлетворённо потянулся и поднял голову. — Доброе утро, — серо-голубые глаза были совсем рядом. — Доброе… — чуть с хрипотой в голосе сказал Руслан. Он не мог оторвать глаз от молодого мужчины. — Давно дождь прошёл? — Давно… ещё ночью. — Я давно так не высыпался, прости, что, наверное, тебе всё отлежал. — Да нет… просто, — Руслан инстинктивно потянулся рукой к лицу парня и провёл пальцами по его щеке и по подбородку, — у тебя совсем не растёт щетина, такая гладкая кожа… Большой палец скользнул по красиво очерченным губам Тони. Молодой учитель не отстранился, а словно ожидал, что будет дальше. Руслан приподнялся, ещё немного и их губы соединились бы в поцелуе, но… Послышались женские голоса и голос директора школы. — Пора, — прошептал Тони, легонько улыбнувшись и отстранившись, выскользнул из сильных объятий, а потом покинул машину. — Чёёёрт! — прорычал Руслан. — Я просто идиот! Когда он, немного успокоившись, наконец-то вышел из машины, то заметил, как рядом стоит Тони, опёршись на капот. Он курил, выпуская струи белого дыма. Его затяжки были глубокими. Молодой учитель поднял голову вверх и даже немного прикрыл глаза, словно этот процесс доставлял ему удовольствие. — Ты бы немного меньше курил, — сказал Руслан. Он вытянул из машины одеяло, под которым они сегодня ютились, — для здоровья, знаешь ли, вредно. — Знаю, — Тони выпустил очередную струйку белого дыма, — не могу сам бросить, может ты мне поможешь? Руслан замер, уставившись на парня, и в его глазах читалось неподдельное удивление. Тони, заметив это, мягко улыбнулся. Возможно, они так и продолжали бы смотреть друг на друга, пытаясь понять что-то в этом молчаливом обмене взглядами, но их переглядывание прервал голос подошедшей женщины. — Ну как мальчики, выспались? — спросила завуч школы. — Да, спасибо, Наталья Фёдоровна. — ответил за двоих Руслан. — Тогда ещё кофейку и бутербродов перед дорожкой. Женщина положила небольшой свёрток на капот, там явно были бутерброды, потом поставила две чашки и налила из термоса горячий, ароматный напиток. — Наслаждайтесь. — Спасибо большое, — поблагодарил Тони, а за ним и Руслан. Утренний завтрак прошёл почти за полным молчанием. Мужчины были погружены в свои мысли, словно чувствовали, что в воздухе повисло что-то важное, что-то, что еще не было сказано, и от этого нарастала какая-то неопределенность. Совсем скоро педагогический состав школы загрузился в две машины и покинул прекрасный уголок природы. Тони сидел сзади, а Руслан то и дело поглядывал в зеркало заднего вида посматривая на молодого учителя. Часть учителей развёз по домам Семён Семёнович, а остальных развозил Руслан. Последней из женской половины, которую физрук завёз домой, была учительница географии. Женщина, поблагодарив и попрощавшись вышла из машины. В салоне остались только Тони и Руслан. Спрашивать адрес молодого учителя смысла не было. Машина вскорости добралась к точке назначения. — Спасибо, — поблагодарил Тони и стал вылезать из машины, а потом на мгновение остановился. — Руслан, не хочешь выпить кофе? Или у тебя опять планы? — Нет!.. У меня нет планов! Довольно быстро мужчины оказались в квартире Тони. — Снимай обувь и проходи. Молодой учитель снял кроссовки, а за ним и Руслан освободил свои ноги от обуви. — Тони… — Что? — Может к чёрту кофе! — Почему? Молодой мужчина уставился на учителя физкультуры, а тот просто сгрёб стройное тело в свои объятья и поцеловал. Сильно, грубо, нежно, сладко… — Оттолкни меня... — шептал Руслан, углубляя свой поцелуй. — Зачем? — удивился Тони, отвечая на ласки мужчины. — Чёрт! — прорычал мужчина, подхватывая под ягодицы молодого учителя. — Где? — Там, — лишь смог сказать Тони. «Там» нашлось довольно быстро, и они оказались на кровати. Одежда снималась с такой скоростью, что казалось, что если произойдёт маленькая задержка, то они что-то потеряют… Руслан потерял голову, и это было очевидно. Вся его прошлая жизнь, где не было места отношениям с парнями, казалась теперь далекой и неважной. Он был одержим молодым учителем, и это чувство разгоралось еще сильнее, когда Тони, отвечая на его порывы, тихо стонал и целовал в ответ. — Я так хочу тебя, — простонал Руслан, продолжая целовать и оставлять лёгкие отметины на стройном теле, — что это сводит меня с ума. Хочу тебя до умопомрачения, до дрожи на кончиках пальцев… Позволь мне быть с тобой! Тони не ответил, лишь едва заметно кивнул. В тот миг, когда их тела соединились впервые, когда произошло это первое, невероятное проникновение, Руслана охватило такое ощущение, будто легкие перестали работать. Его тело будто расплавилось, стекая горячей, обжигающей лавиной. Это было настолько восхитительно, настолько крышесносно, настолько божественно и прекрасно, что молодому мужчине показалось, будто он попал в рай. Он пропал, исчез и на мгновение умер в этих нежных объятиях. Тони постанывал от каждого глубокого проникновения, его тело дрожало и отвечало на все движения Руслана. Их тела двигались в одном ритме, словно слаженный механизм чего-то целого и больше неделимого. Пик наслаждения озарился яркой вспышкой и громкими, одновременными стонами. — Мне ещё никогда и ни с кем не было так хорошо! — прохрипел Руслан, прижимаясь своим мокрым лбом ко влажному лбу парня. — Мне… тоже… — лишь смог сказать Тони, всё ещё подрагивая в посторгазме и постепенно приходя в себя. После их первой близости Руслан словно расцвел. В нём проснулась какая-то невероятная легкость, энергия, которой он не чувствовал, казалось, целую вечность. И все это благодаря Тони. Он давно не ощущал себя таким живым, таким полным сил. А может, и никогда не ощущал? В его голове роились вопросы: любил ли он кого-то так сильно раньше? Ведь то, что это была любовь, а не просто мимолетное увлечение или банальный секс, он понимал это каждый раз, когда они оставались наедине. И это было взаимно. Тони отвечал ему тем же, и в его глазах Руслан видел отражение своих собственных чувств. Это было что-то настоящее, глубокое, и это наполняло его до краев. Тони утонул в отношениях с Русланом. Это было похоже на медленное, затяжное погружение, где каждый день не был похож на предыдущий. Он и представить себе не мог, что однажды, придя на работу, он встретит мужчину, который не просто ответит ему взаимностью, но и окажется его коллегой. Это было как глоток свежего воздуха, как внезапный луч солнца, пробившийся сквозь тучи. Сначала Тони не мог поверить своему счастью. Он привык к тому, что любовь — это борьба, это компромиссы, это постоянные попытки доказать свою ценность. А тут… тут все было легко, естественно, словно они знали друг друга всю жизнь. Как долго продлятся их отношения, Тони не знал. Он не хотел загадывать, не хотел портить это волшебное ощущение мыслями о будущем. Но ему очень хотелось, чтобы это продлилось как можно дольше. Ведь он, кажется, стал испытывать нечто, что раньше не испытывал ни к кому. Это было не просто влечение, не просто симпатия. Это было что-то глубокое, теплое, обволакивающее, что заставляло его сердце биться быстрее, а душу — петь. Возможно, это была ещё не любовь, которую описывают в книгах, но это было нечто новое, неизведанное, которое обещало ему счастье, о котором он раньше мог только мечтать. Дни сменяли друг друга, а их отношения продолжались, оставаясь для всех вокруг лишь коллегами. Но стоило им остаться наедине, как вся эта игра в притворство рушилась. Не нужно было больше сдерживать себя, ловить друг друга взглядами исподтишка, опасаясь разоблачения. Только в уединении, за закрытыми дверями, они могли быть собой — настоящими возлюбленными. И тогда весь внешний мир, со всей его важностью и значимостью, просто переставал существовать, растворяясь в их собственном, интимном пространстве. Оставалось лишь пару недель до окончания учебного года. Школа была погружена в свою обычною суматоху: контрольные работы, самостоятельные, зачёты, сдачи, пересдачи и выпускные экзамены… За всем этим Тони даже не успел поделиться новостью с Русланом о том, что учитель математики и физики — Виталий Андреевич, больше не будет работать в школе и ему предлагают занять его место на постоянной основе. Он решил сделать это после уроков, когда они останутся одни, но не успел. — А что вы это Антон Сергеевич не делитесь с нами новостью? — сказала англичанка. — Да, да! — подтвердила учительница химии. — О чём вы? — удивился молодой учитель и уставился на молодых женщин. Руслан, сидевший в дальнем углу учительской, напрягся, прислушиваясь к разговору. — Ну то, что вам предлагают остаться на постоянке в качестве учителя математики и физики! — не унимались дамы. — А вы об этом, — улыбнулся Тони, — это ещё вилами по воде. Ещё ничего не ясно. Просто… Остальные слова молодого мужчины были прерваны громким звуком отодвигающегося стула, шаги и сильно захлопывающаяся дверь. — Ну вот! — Тони лишь вздохнул. — Надо с ним поговорить. До конца учебного процесса Руслан так и не появился в учительской. Но Тони знал расписание и знал, что в некоторых классах ещё идут уроки физкультуры. Он решил подождать молодого мужчину в подсобке, где лежит спортивный инвентарь и здесь часто бывает Руслан. В ожидании молодой учитель погрузился в воспоминания. Недавно, выходя из учительской, он столкнулся с Яной, своей ученицей. Девушка поделилась новостью: её брат всё рассказал отцу, и тот отреагировал на ориентацию сына с пониманием. Более того, отцу предложили перспективную работу в Амстердаме, и вся семья, возможно, скоро переедет. Яна с надеждой говорила о новой жизни, особенно для брата, где он сможет быть самим собой, не опасаясь осуждения. Тони искренне порадовался за них, понимая, как важна поддержка семьи. Он был уверен, что у них всё сложится наилучшим образом. В коридоре послышались шаги, прерывая мысли молодого учителя. В дверях появился физрук с двумя футбольными мячами. Что ты здесь делаешь? — чуть грубо сказал Руслан, бросая мячи в большую корзину. — Мне надо кое-что тебе сказать? — Да что ты! И когда ты мне хотел рассказать? Через месяц? Через два? Или просто поставить перед фактом! Мне казалось, то, что между нами… это не просто какой-то перепихон. Я имел право знать первым, но, возможно, тебе не важно, да и я, наверное, не очень важен! Влюбился в тебя как дурак! И теперь чувствую себя полным идиотом! — Что?! — Что слышал! — Ты влюблён в меня? — А что, разве не видно! — Руслан, — начал говорить Тони, — наши отношения мне очень дороги, как и ты мне. Я хотел тебе рассказать обо всём сегодня, но… Не знаю откуда Оля и Люба об этом узнали. Прости… — Это ты прости, — голос Руслана вдруг смягчился, он тяжело вздохнул, — новость новостью, но почему возле тебя опять крутятся эти две курицы. Просто я от любви к тебе стал ужасным собственником и ревнивцем. Такое ощущение, что я скоро буду ревновать тебя к любому столбу! — Поехали! — Куда? — Туда, где ты меня не будешь ревновать, и мы останемся только одни. И я покажу, как я тоже тебя очень люблю. Эпилог Отгремел школьный звонок. Закончились экзамены. Прошёл выпускной. Школьные коридоры опустели. Для учителей скоро начнётся полноценный отпуск. Оля и Люба не договариваясь встретились в небольшом коридорчике, который вёл к подсобке, где хранился спортивный инвентарь. Учительница химии держала мяч, а англичанка — две скакалки. — Что тоже перед отпуском решила всё прошерстить? — спросила Оля. — Ага! — подтвердила Люба. — Надо отнести! Ты ведь знаешь как Руслан ревностно относится к инвентарю. — Точно, точно! — усмехнувшись, согласилась Оля. — От греха подальше! — утвердительно махнула головой Люба. Молодые женщины тихо приоткрыли двери подсобки и на мгновение замерли, наблюдая происходящее внутри. Руслан нежно обнимал Тони, а тот ему улыбался. Учитель физкультуры коснулся кончиком своего носа, носа молодого учителя и что-то тихо шептал ему прямо в губы. В тот же момент двери плавно закрылись, скрывая эту трогательную сцену от посторонних глаз. — Ты это тоже видела? — спросила Оля у подруги. — Мда, Штирлиц ещё никогда не был так близок к провалу! — Люба тихо захихикала. — Так они оба геи… — Похоже на то. — А мы-то бисер перед ними метали! — Угу! — Слушай, Люба пошли отсюда, а то, не ровен час, увидят, что мы тут, — предложила Оля. — Сделаем вид, что мы ничего не знаем. Это их дело. — Согласна, пойдём отсюда, — одобрительно покачала головой Люба. — Только вот что нам с мячом и скакалками делать? — Давай оставим здесь, в уголочке, думаю Руслан потом их сам найдёт. Молодые женщины оставили спортивный инвентарь на одном из стульев и тихо удалились. — Я соскучился! — Руслан нежно обнимал молодого мужчину. — Мы только вчера вечером с тобой распрощались, — усмехнулся Тони. — Это было вчера, не хочу выпускать тебя из своих объятий! — Руслан крепче прижал к себе любимого. — Ты уже решил что-то по поводу работы? — Я не знаю, — честно ответил Тони, — я никогда так долго не работал на одном месте. — Соглашайся! — почти со стоном в голосе сказал Руслан и посмотрел в серо-голубые глаза. — Хочу и на работе тебя видеть! Какие у тебя планы на летние каникулы? — Выспаться! — Тони легонько засмеялся. — Давай вместе высыпаться, вместе провожать закаты и встречать рассветы. — Это что предложение? — Да! И хочу, чтобы ты увидел мой новый дом. Я только недавно там всё доделал. Мебели почти нет. Но есть широкая, почти огромная кровать! — Заманчиво! — Тони многозначительно зашевелил бровями. — Ну поехали, опробуем её! — Надеюсь, ножки на кровати надёжные! — засмеялся Руслан, а за ним и его любимый. КОНЕЦ