Пламя, которое не гаснет

Я шла по длинному коридору Дурмстранга, от которого всегда веяло мощью и суровой силой. На этот раз я чувствовала холод — нефизический, пробирающий глубже кожи. Дурмстранг — мрачная и строгая на вид школа, выстроенная из тяжёлого серого камня с неожиданно низкими потолками — за эти годы стала мне почти родным домом. Прежде чем войти в холл, чтобы добраться до кабинета Каркарова, я остановилась и машинально коснулась правого запястья. Там, как и всегда, сиял символ яркой звезды с мерцающей луной. Меня по-прежнему удивляли две вещи: почему звезда ощущается горячей, почти обжигающей, а луна, напротив, дарит спокойствие и прохладу? И почему эти символы появились у меня на запястье ещё в младенчестве? Родителей я вовсе не помню. Честно говоря, я почти ничего не помню из того времени. Лишь отрывки. Смутные картины. Я ясно помню Дадли, который обожал придираться ко мне и дразнить, добиваясь моего внимания, хотя я являюсь сестрой Поттера. К Поттеру он относился ужасно. Я всегда пыталась защитить своего брата от обвинений Дурслей, но мои попытки были тщетны. Меня запирали в отдельной комнате за любую попытку встать на сторону Гарри, стараясь "образумить" и отбить желание защищать его. Им ничего не помогало: ни запертые комнаты без еды и воды, ни домашний арест на всё лето, ни "перевоспитательные лагеря" для непослушных детей, ни моральные и даже физические издевательства Дадли со своими дружками. Почти половина наказаний доставалась мне лишь за то, что я защищала брата. Наверное, поэтому я всегда игнорировала Дадли, а он злился и, не выдерживая, тут же жаловался мистеру и миссис Дурсль, выдумывая новые причины для нашего наказания. Это заставляло меня относиться к нему с холодным безразличием. Но я не могла долго быть с ним в ссоре — как-никак он мой брат. Пусть и говнюк. Мистер и миссис Дурсль относились ко мне куда уважительнее, чем к Гарри, и редко наказывали меня по пустякам. По моим догадкам, одной из причин было то, что я нравилась Дадли. Но этого недостаточно. Должна быть и другая причина их странного отношения ко мне. Если бы всё сводилось только к симпатии Дадли, они бы, наоборот, старались держать его подальше, и мне жилось бы хуже, чем Гарри. Они, конечно, проявляли опаску, но их уважительное отношение всё равно вызывало у меня тревогу. За что Гарри заслужил иное обращение? У меня было ощущение, что они что-то скрывают. И это "что-то" казалось мне чрезвычайно важным. Вспомнив главный вопрос — "Почему меня ждёт Каркаров?" — я всю дорогу до его кабинета перебирала возможные причины. —"Неужели я что-то натворила? — думала я, почти вслух. — В последние месяцы я вела себя тихо. Или меня заперли на два месяца именно из-за этого? Какой же отвратительный человек этот Каркаров. Он правда считает, что имеет право держать меня взаперти так долго? И почему совет согласился с его решением об изоляции?" Сердце будто обливалось кровью и бешено колотилось от нахлынувшей ярости. Моя метка вспыхнула такой болью, что я невольно вскрикнула. Жгучий огонь прошёл по коже, заставив меня стиснуть зубы. Приведя себя в порядок, я вошла в кабинет. Кабинет Каркарова был огромным, украшенным железными рыцарями в тяжёлых доспехах. В центре комнаты он восседал на кресле, напоминающем трон. Как всегда, слишком много воображал о себе. На вид он казался злым и расстроенным. Возможно, он и был хорошим окклюментом и умел скрывать эмоции, но я каким-то образом чувствовала его злость и замешательство. Возле него стоял помощник, ожидая малейшего приказа. Напротив сидел пожилой мужчина с мудрым лицом, но его глаза говорили совсем о другом. Светло-голубые, яркие, живые, они сверкали из-под очков с полукруглыми стёклами, подчёркивая проницательный взгляд. Его борода была невероятной длины — такой я никогда прежде не видела. Он казался знакомым, будто я уже видела его, но память ускользала. —"Доброе утро, мисс Поттер!" — произнёс мужчина с мягкой улыбкой. В его глазах плясали искры. — "Меня зовут Альбус Дамблдор. Я директор школы Хогвартс." Поняв, кто передо мной, я подошла и пожала ему руку. —"Рада познакомиться с вами, профессор!" Повернувшись к Каркарову, я задала вопрос, мучивший меня всё утро: —"Я прошу прощения за нетерпение, директор, но могу ли я узнать, что заставило вас вызвать меня к себе?" Дамблдор, видимо решив, что нам стоит поговорить наедине, произнёс прощальные слова, хотя мне совсем не хотелось оставаться с этим человеком. —"Прощай, Игорь. До свидания, юная мисс. Очень надеюсь, что мы вскоре снова встретимся." —"До скорых встреч, сэр. Для меня большая честь пожать руку самому могущественному волшебнику нашего времени." Улыбнувшись, Дамблдор покинул кабинет. Каркаров долго смотрел на меня, затем приказал помощнику выйти. —"Присаживайся", — спокойно произнёс он. Я села и стала ждать. —"Я хотел бы предупредить вас о том, что вы переводитесь в другую школу. Совет долго обсуждал этот вопрос и решил, что так будет лучше." —"В какую? И за что?" — тихо произнесла я. —"В Хогвартс. Профессор Дамблдор решил забрать вас для дальнейшего обучения. Вы идеально окончили четыре курса и полностью освоили программу. По его мнению, вам необходимо развитие в новой среде. К тому же, как он заметил, ваш брат учится там. А когда он узнал о взрыве, который вы устроили в маггловском городе в четыре года, он стал особенно настаивать на вашем переводе. Дамблдор отличается тем, что чрезмерно добр и стремится помочь каждому." Честно говоря, я была счастлива. Новая школа. Я увижу Гарри. Возможно, даже попаду на его факультет. Главное — мы сможем видеться тогда, когда захотим. Я быстро попрощалась с Каркаровым. Он протянул мне лист с письмом: Координаты Хогвартса: 57°23′17.6″N 3°42′43.0″W ; Местоположение: Шотландия, Великобритания; Хогвартс принимает новых учеников в любое время; Учёба/курс начинается 1 сентября (советуется приходить вовремя). "Дорогая мисс Поттер, Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства "Хогвартс"!!!" Обязательные предметы: Трансфигурация, Заклинания, Зельеварение, История магии, Защита от Тёмных искусств, Астрономия, Травология. Предметы по выбору (минимум 2): Прорицания, Нумерология, Древние руны, Уход за магическими существами, Магловедение. Учебники: Список обычно включает новые книги для 5-го курса, необходимые для подготовки к экзаменам Снаряжение: Стандартный набор (котел, палочка, пергамент), который обновляется по мере износа." Если учёба начинается 1 сентября, то я поеду в Хогвартс завтра — 30 августа. Прочитав письмо, я поняла что всё необходимое у меня имелось. Об этом позаботился мой братец. Выйдя из кабинета, я побежала в свою комнату собирать вещи. Я безумно соскучилась по Гарри. Однако… Виктор. Что я скажу ему? Он, вероятно, рассердится, узнав, что я покидаю Дурмстранг. Но мне это необходимо. Мы сможем видеться по выходным, как на четвёртом курсе, когда он участвовал в Турнире Трёх Волшебников. Вернувшись в комнату, я рухнула на кровать и погрузилась в мысли обо всём, что произошло за этот день. * * * Я открываю глаза. На улице всё ещё светло. В комнате тихо, лишь слабый ветер за окном едва слышно касается стекла. Часы показывают пять часов дня. Похоже, я заснула, утонув в собственных мыслях, не заметив, как усталость взяла своё. Мне нужно срочно собираться… и предупредить Виктора. Быстро собрав три чемодана, я уменьшила их заклинанием до размера своей ладони и аккуратно убрала в сумку. Всё происходило почти автоматически, будто тело действовало быстрее разума. Интересно… где сейчас Виктор? Спустившись в холл, я заметила его друга — одного из игроков квиддичной команды. Он стоял, опираясь на колонну, словно никуда не спешил. —"Привет. Ты не знаешь, где Виктор?" —"Перед уходом он сказал, что будет у ближайшей горы." Я сразу поняла, о какой горе идёт речь. Наша дружба началась именно там, много лет назад. С тех пор это место стало для нас чем-то особенным. Мы приходили туда, чтобы поговорить по душам, посмеяться, отвлечься от всего… и, конечно, сражаться. Однажды мы добрались до самой вершины и устроили бой под палящим солнцем. Шесть раз подряд была ничья. И только в седьмой раз победил Виктор. Ну кто станет отрицать его силу и ум? Со временем это место стало для нас не просто укрытием от мира, а настоящей ареной. Местом, где мы проверяли себя. Добравшись до вершины, я увидела его. Виктор стоял, глядя на закат. Небо переливалось тёплыми оттенками, окрашивая его силуэт в золотистый свет. —"Эйй, и что же ты здесь делаешь один?" —"Я тебя ждал, конечно же, пока ты собирала чемоданы," — с лёгкой насмешкой ответил он. — "Давай устроим наш любимый поединок!" —"Хах, ты, как всегда, узнаёшь всё раньше меня. И почему ты в такое время решил устроить поединок с девочкой младше тебя на три года? Ай, как не стыдно, Виктор!" —"Ох, милая, мы с тобой три года тренировались по выходным. И поверь, не скажешь, что ты слабее меня. Ты ведь знаешь, что твои способности превышают даже силу Каркарова. А теперь давай… покажи, на что ты способна. Чему ты научилась за эти грёбанные четыре курса." В его голосе звучал вызов. И доверие. —"Ну, как пожелаешь. Только у меня один вопрос… На этот раз разрешено использовать три запрещённых заклинания?" —"Тебе можно всё, милая." Мы встали в круг диаметром около пяти метров. Пространство словно сжалось вокруг нас. Правила были просты и жестоки: выйдешь за границу — проиграл. Сдашься — проиграл. Умрёшь — тоже проиграл. —"На счёт три начнём. Подготовься." Раз. Два. Три. Заклинания сорвались с наших палочек почти одновременно. —"Экспеллиармус!" — бросила я. —"Конфриго!" — без колебаний ответил он, сразу переходя к серьёзным атакам. —"Протего!" — щит вспыхнул передо мной, отражая удар. —"Петрификус Тоталус!" —"Сектумсемпра!" — отбившись от парализующего заклинания, я резко атаковала в ответ. —"Не думаешь, что эти заклинания слишком лёгкие?" — с широкой улыбкой заметил Виктор. —"Конечно ты прав, дорогой." И в тот же момент всё изменилось. Три "Круциатуса" ударили в меня одновременно. Боль пронзила тело от кончиков пальцев до самой макушки. Она была невыносимой, рвущей, жгучей. Мир на секунду померк. Сразу три. Какой молодец. Но я не сдвинулась с места. Три минуты. Ровно столько длилась эта пытка. И всё это время я держала щит, не позволяя ему нанести новые удары. Я помню свой первый раз. Мне было одиннадцать. Тогда боль длилась три часа. Три бесконечных часа, в которых я мечтала лишь об одном — чтобы это закончилось. Любой ценой. Теперь всё иначе. Теперь я выдерживаю. Как только боль ослабла, я, не теряя ни секунды, атаковала: —"Конфриго!" И следом — один из самых сильных моих "Круциатусов". Он попал. Виктора скрутило от боли. Он упал на колени, забыв о защите. Но даже в таком состоянии он успел произнести: —"Dominus Doloris." Я рухнула. Это было… хуже, чем ад. Одно из самых жестоких заклинаний, созданных в Дурмстранге. Моё тело начало неконтролируемо дрожать. Тёмные вены проступили под кожей, словно пытаясь вырваться наружу. Появились глубокие раны, разрывающие плоть. Но хуже всего было другое. Подчинение. Я чувствовала, как моя воля ломается. Как чужая сила пытается взять надо мной контроль. Мысль о том, что я сейчас сдамся, ударила сильнее любого заклинания. Неужели всё было напрасно? Все эти годы. Все тренировки. Всё, чему я научилась. И меня сломает одно заклинание? В этот момент моё запястье вспыхнуло. Жгучая боль охватила правую руку — там, где сияла звезда. Она загорелась, словно живой огонь, и её сила разлилась по всему телу. По всему… кроме места, где находилась луна. От луны, как и всегда, исходил холод. Резкий контраст. Огонь и лёд. Я встала.Даже истекая кровью. Собрав последние силы, я направила палочку: —"Ardentia Dominare." Заклинание ударило. Виктор рухнул с тяжёлым звуком и закричал. Его голос эхом разнёсся по склону. Я ждала. Ждала, когда он поднимется. Когда сможет сопротивляться, как ждал меня он. Но спустя несколько секунд он хрипло произнёс, что сдаётся. Я сразу вывела его из круга и опустилась рядом, начиная лечить его раны. Это заняло почти полчаса. Медленно, тщательно, возвращая его к нормальному состоянию. Я знала — он бы выдержал. Так же, как он знал, что выдержу я. Эту игру мы создали вместе. Чтобы проверять не силу… а волю. А воля — это и есть настоящая сила волшебника. Он резко поднялся и улыбнулся. Искренне. —"Что тебя так развеселило?" — нахмурилась я. —"Ты молодец, Астелия. Я рад, что ты способна выдержать даже это. Теперь я могу тебя отпустить… Прости, если было больно. Ты ведь понимаешь, что я специально использовал такие заклинания? Я бы не отпустил тебя, если бы ты не справилась." Он крепко обнял меня. —"Спасибо тебе, Крам. А ты, кстати, расслабился. Мой друг никогда так не поступал. Мы ведь только начали поединок! Он длился всего два часа. Помнишь, как мы сражались восемь часов подряд? Да, с перерывами… но это было лучшее время. И, кстати, прости, если тебе было больно. Я тоже делала это намеренно!" — с лёгкой усмешкой сказала я. —"Ты не представляешь, как я буду скучать по тебе, моя милая," — тихо произнёс он. —"Я тоже. Обещай, что будешь писать." —"Обещаю." —"Мне пора. Пока…" Слова дались тяжело. Слёзы сами покатились по щекам. Он подошёл и мягко обнял меня, стараясь успокоить. —"Мы ещё увидимся. По выходным. Как раньше." Я лишь кивнула, не в силах сказать ни слова. —"Пока, моё солнце." - это были последние слова Крама в тот день. Придя в свою комнату, я рухнула на свою постель и погрузилась в глубокий сон, ведь завтра день тяжёлый...