Wild Gravity

Ночной Лос-Анджелес за пределами кампуса превращался в электрический океан. Меган стояла перед зеркалом в своей спальне, и тишина квартиры давила на нее сильнее, чем гул в амфитеатре. Фин привез ее домой час назад, оставив у двери с долгим, заботливым поцелуем в лоб и обещанием, что «завтра всё будет иначе». Он был воплощением безопасности. С ним жизнь была предсказуемой, как сценарий классической драмы. Но внутри Меган что-то отчаянно требовало импровизации. Она скинула домашний халат и вытащила из глубины шкафа то, что обычно не надевала в университет: узкие кожаные брюки, облегающие бедра как вторая кожа, и короткий топ, открывающий полоску живота. На ноги — грубые ботинки на платформе. Макияж она сделала непривычно резким: густая черная подводка превратила ее глаза в два бездонных озера, в которых застыл вызов. — Прости, Фин, — прошептала она, накидывая на плечи куртку и выходя через черный ход, чтобы не встретить консьержа, который обязательно доложил бы её отцу или Фину о ночных прогулках. Она вызвала такси за два квартала. Водитель, старый латиноамериканец, косо посмотрел на нее, когда она назвала координаты на Малхолланд-драйв. — Там сегодня жарко, дочка. Уверена, что тебе туда надо? — Уверена, — отрезала Меган, глядя в окно на мелькающие огни города. Каньон гудел. Еще на подъезде стал слышен тяжелый бас хип-хопа и рев форсированных двигателей. Сотни машин выстроились вдоль обрыва, их фары прорезали тьму, создавая сюрреалистичное световое шоу. Пахло жженой резиной, высокооктановым топливом и адреналином. Когда Меган вышла из такси, толпа на мгновение расступилась. Она выглядела здесь чужой и одновременно самой органичной деталью пейзажа. Том стоял у своей Audi, прислонившись спиной к капоту. Он был без куртки, в одной безразмерной майке, открывающей татуированные руки. В пальцах дымилась неизменная сигарета. Рядом с ним крутились те самые парни из студии, но как только он увидел Меган, мир для него сузился до одной точки. Он медленно оттолкнулся от машины и пошел ей навстречу. Его походка была хищной, а взгляд скользил по ее новому образу с нескрываемым аппетитом. — Я знал, что ты придешь, — произнес он, останавливаясь в шаге от нее. — Ты слишком любопытна для «хорошей девочки», Меган. — Я пришла посмотреть, как ты проиграешь, — соврала она, чувствуя, как сердце колотится о ребра. — И чтобы ты закрыл свой счет по «аренде». Том хрипло рассмеялся, обдав ее запахом табака и мяты. — Проигрыш — это не про меня. Но раз уж ты здесь... — он внезапно схватил ее за руку, выше запястья. Его пальцы были горячими и сильными. — Ты поедешь со мной. — Что? Нет! — Меган попыталась вырваться, но он держал крепко, не причиняя боли, но и не оставляя шанса на побег. — Боишься? — он прищурился, заглядывая ей в глаза. — Думаешь, твой адвокат защитит тебя от скорости? Здесь нет правил, Мег. Только ты, я и триста лошадей под капотом. В этот момент из толпы вырвался свет фар другого автомобиля. Серебристый BMW затормозил так резко, что пыль поднялась столбом. Из машины выскочил Фин. Его лицо было искажено смесью ярости и ужаса. Он метался по кампусу, не найдя Меган дома, и приехал сюда, движимый худшими подозрениями. — Отпусти её, Каулитц! — крикнул Фин, сокращая расстояние. — Меган, немедленно в машину! Ты не понимаешь, во что ввязываешься! Том даже не обернулся. Он продолжал смотреть на Меган, и в его глазах плясали бесята. — Ну что, детка? Выберешь безопасную поездку домой в кожаном салоне с подогревом? Или рискнешь почувствовать себя живой? Фин уже был рядом, он схватил Меган за другую руку, пытаясь оттащить ее от Тома. — Она едет со мной, — отрезал Фин, глядя на Тома с ненавистью. — Ты — грязь, Том. И ты не коснешься её больше ни разу. Том медленно повернул голову к Фину. Его лицо стало ледяным. — Она — не твоя собственность, юрист. Хотя... — он снова перевел взгляд на Меган, и его голос стал вкрадчивым, — сейчас она сама решит, чья она. Меган смотрела на двоих мужчин. Один предлагал ей стабильность и уважение. Другой — бездну, хаос и искры, от которых горела кожа. Рев толпы требовал начала гонки. — Отпустите меня. Оба, — твердо сказала Меган. Она вырвала руки. Посмотрела на Фина — в его глазах была мольба. Посмотрела на Тома — в его глазах был вызов. — Фин, езжай домой, — тихо произнесла она. — Я должна это сделать. Сама. Фин замер, словно его ударили под дых. А Том победно ухмыльнулся, открывая перед Меган пассажирскую дверь Audi. — Садись, — скомандовал он. — И пристегнись покрепче. Тебе это понадобится. Когда Меган захлопнула дверь, мир вокруг исчез. Остался только запах Тома, кожаные сиденья и рокот двигателя, который вибрировал прямо у нее в позвоночнике. Том сел на водительское место, включил передачу и посмотрел на нее в последний раз перед стартом. — Знаешь, Меган... — он придвинулся к ней так близко, что она почувствовала жар его тела. — Ревность — плохое чувство. Но смотреть на то, как ты бросаешь этого святошу ради меня... это лучше любого кокаина. Он нажал на газ, и машина прыгнула вперед, в темноту каньона, оставляя позади кричащего Фина и огни цивилизации. Мир за стеклом Audi превратился в размытые полосы неона и густую черноту калифорнийской ночи. Том переключил передачу, и машина взревела, словно раненый зверь, вжимая Меган в глубокое кожаное кресло. — Ты сумасшедший! — крикнула Меган, хватаясь за поручень, когда машина вошла в крутой вираж на скорости, которая казалась физически невозможной для этого серпантина. Том не ответил. Его пальцы, унизанные кольцами, крепко сжимали руль, костяшки побелели. В тусклом свете приборной панели его лицо казалось высеченным из камня — сосредоточенное, хищное, лишенное всякого страха. Он ловил каждый миллиметр трассы, чувствуя машину как продолжение собственного тела. Сзади, ослепляя их дальним светом, не отставал черный «Мустанг» — местный заправила гонок решил, что сегодня Каулитц отдаст свою корону. — Пригнись! — внезапно скомандовал Том. — Что?! Впереди был «Гребень Дьявола» — узкий участок дороги, где с одной стороны была отвесная скала, а с другой — обрыв в несколько сотен метров. «Мустанг» пошел на таран, пытаясь прижать Audi к скале. Раздался оглушительный скрежет металла о металл. Искры брызнули в окно Меган, освещая её бледное лицо. Том выругался на немецком, его глаза сузились до щелок. Вместо того чтобы затормозить, он резко ударил по газу и крутанул руль в сторону противника. — Что ты творишь?! Мы разобьемся! — голос Меган сорвался на крик, но внутри неё, вопреки ужасу, забился первобытный восторг. Она видела смерть в десяти сантиметрах от двери, и эта близость была самым острым чувством в её жизни. — Доверься мне, Фокс! — рыкнул Том. Он поймал момент, когда дорога расширилась на пару дюймов, и дернул ручной тормоз, пуская машину в контролируемый занос. Audi проскользила по самому краю обрыва — заднее колесо на мгновение зависло над пустотой, выбивая камни в бездну. Меган зажмурилась, ожидая падения. Но в следующую секунду двигатель взвыл, шины вгрызлись в асфальт, и Том выстрелил вперед, оставляя «Мустанг» далеко позади, окутанным дымом от сожженной резины. Через пять минут бешеной скачки Том свернул на заброшенную смотровую площадку, скрытую за густыми зарослями эвкалипта. Машина остановилась, двигатель недовольно ворчал, остывая. В салоне воцарилась тишина, нарушаемая только их тяжелым, рваным дыханием. Меган сидела неподвижно, её пальцы всё еще судорожно сжимали обивку кресла. Том заглушил мотор. Он медленно повернулся к ней. На его лбу блестели капли пота, а прядь дредов выбилась из узла, падая на глаза. — Живая? — его голос был низким, почти шепотом, лишенным прежнего сарказма. Меган повернула голову. Её зрачки были расширены, губы полуоткрыты. Она посмотрела на его руки — они всё еще подрагивали от переизбытка адреналина. — Я ненавижу тебя, — выдохнула она, но в этом «ненавижу» было больше страсти, чем в любом признании Фина. — Ты мог нас убить. Ты... ты просто больной на голову. — Но ты не отвернулась, — Том придвинулся ближе. В замкнутом пространстве машины его присутствие стало удушающим. — Ты смотрела в обрыв вместе со мной. Твой «золотой мальчик» обделался бы еще на первом повороте. Он протянул руку. Его пальцы, пахнущие кожей и порохом дорог, коснулись её скулы, медленно спускаясь к шее, где бешено бился пульс. Меган вздрогнула, но не отстранилась. Электричество, которое копилось между ними весь день, теперь искрило, заполняя салон. — Зачем ты это делаешь, Том? Зачем я тебе? В кампусе сотни девушек, которые упадут к тебе в постель по первому щелчку. Том усмехнулся, его большой палец накрыл её нижнюю губу, слегка оттягивая её вниз. Его взгляд стал темным, собственническим. — Они — декорации, Меган. Красивые, пустые куклы. А ты... в тебе есть тьма, которую ты так старательно прячешь за своими учебниками и правильными друзьями. Но сегодня в каньоне я видел её. Она откликнулась на мою. Он наклонился еще ближе. Расстояние между их губами сократилось до ничтожного. Меган чувствовала его горячее дыхание. — Ты — моя, Фокс. Ты просто еще не поняла этого. И никакой адвокатишка это не изменит. Я заберу тебя у него по частям, если придется. Он не поцеловал её — он просто замер в миллиметре от её губ, заставляя её желать этого поцелуя больше всего на свете. Это была его игра. Его способ контроля. Меган хотела ударить его, выскочить из машины, убежать к Фину... но вместо этого она потянулась навстречу. Меган чувствовала, как салон автомобиля сжимается до размеров их двоих. В этой густой, наэлектризованной тишине звук остывающего двигателя казался ударами огромного сердца. Том не двигался, он замер, давая ей возможность оттолкнуть его, закричать или уйти. Но Меган, вопреки всем своим принципам, сделала вдох, втягивая в легкие его запах — смесь дорогого табака, ночного каньона и чистой, концентрированной опасности. Её рука, дрожащая от адреналина, медленно поднялась и легла ему на затылок, пальцы запутались в жестких узлах дредов. Том ответил на это движение гортанным звуком, похожим на рык, и, наконец, преодолел эти жалкие миллиметры. Поцелуй не был нежным. Это было продолжение гонки: столкновение, борьба, попытка забрать себе весь кислород в легких другого. Его губы, проколотые холодным металлом пирсинга, обжигали. Том целовал её так, словно заявлял права собственности на каждую клетку её тела, притягивая её к себе за талию так сильно, что Меган чувствовала жесткую пряжку его ремня. — Фокс... — выдохнул он ей в губы, отрываясь лишь на секунду, чтобы взглянуть в её затуманенные глаза. — Ты чертов пожар. Его рука скользнула под её короткий топ, обжигая кожу ладонью. Меган выгнулась навстречу, теряя связь с реальностью, забывая о том, кто она и где находится. В этот момент не было ни университета, ни будущего актрисы, ни правильной жизни. Был только этот парень с темной душой и его Audi на краю обрыва. И тут тишину каньона разрезал резкий, визгливый звук. Телефон Меган, брошенный на приборную панель, взорвался вибрацией и мелодией, которая в этой обстановке прозвучала как сирена воздушной тревоги. На экране крупными буквами светилось: «ФИН». Том замер. Его рука на её талии напряглась, пальцы впились в кожу. Он не отстранился, а лишь медленно повернул голову к телефону, и на его лице проступила та самая ядовитая усмешка, которую Меган видела в амфитеатре. — Твой рыцарь потерял свою принцессу, — прошептал Том, глядя прямо в экран, словно Фин мог его видеть. — Ответишь? Или мне сделать это за тебя? Меган тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. Реальность ворвалась в салон вместе со светом экрана. Она потянулась к телефону, но Том перехватил её руку, удерживая её на весу. — Не надо, Мег. Пусть помучается. Пусть поймет, что ты сейчас не с ним. Телефон затих на секунду, но тут же зазвонил снова. И снова. Фин был в ярости — это чувствовалось даже по настойчивости вызова. Меган резко вырвала руку и схватила трубку, нажав на «принять». — Меган?! Где ты, черт возьми?! — голос Фина буквально гремел из динамика, срываясь на крик. В нем не было и следа его обычного спокойствия. — Я всё еще в каньоне, я видел, как этот психопат чуть не сбросил вас с обрыва! Если он тронул тебя хоть пальцем, я клянусь, я его уничтожу! Меган, ответь мне! Меган посмотрела на Тома. Тот спокойно достал из пачки новую сигарету и, не сводя с неё глаз, щелкнул зажигалкой. Огонек на мгновение осветил его торжествующее лицо. Он намеренно сделал глубокую затяжку и выпустил облако дыма прямо в сторону телефона. — Фин, я... я в порядке, — голос Меган подвел её, он звучал хрипло и надломленно. — В порядке?! — Фин почти рычал. — Я еду за тобой. Где вы? Сбрось мне локацию! Я вызываю полицию, если ты сейчас же не скажешь, где этот ублюдок тебя держит! Том внезапно подался вперед, выхватил телефон из рук Меган и поднес его к своим губам. — Послушай меня, адвокатишка, — голос Тома был тихим, вкрадчивым и бесконечно опасным. — Она там, где хочет быть. И ей здесь очень... жарко. Так что перестань обрывать линию, ты портишь нам момент. — Каулитц, ты... — начал Фин, но Том просто нажал на отбой и с силой швырнул телефон на заднее сиденье. — Зачем ты это сделал?! — Меган уставилась на него, чувствуя, как внутри закипает ответная злость. — Он с ума сойдет! Он приедет сюда! — Пусть приезжает, — Том равнодушно пожал плечами и снова откинулся на спинку сиденья. — Мне плевать на него. Мне не плевать только на то, что ты сейчас дрожишь. И это не от холода, Меган. Он завел двигатель. — Поехали. Я отвезу тебя к твоему дому. Но не надейся, что завтра всё будет как прежде. Сегодня ты выбрала сторону.