Первое апреля в Identity V

      Тонкие пальцы в коричневых кожаных перчатках подрагивали, но уверенно работали с устройством. Настроить, подключить и связать два генератора. Минус, плюс, провода на месте, ток дан, все получилось. Дело привычное, но под нарастающим страхом оказаться обнаруженным все идет труднее и медленнее. Услышав где-то рядом звук шагов, шатен спрятался, усердно стараясь быть похожим на стену, куст травы или часть от каменной статуи. Высокая фигура с посохом неспешно прошлась мимо генератора в поисках следов. Охотник знал свою жертву, знал, чих это рук дело, ведь причудливый механизм сдал своего создателя одним лишь видом. С негромким ворчанием Альва раздавил передатчик, яркие искры появились в миг и так же скоро исчезли. Он тихо выдохнул, надеясь встретить его. Парня с ясным умом, но неосуществимой мечтой о вечном двигателе. Что-то в его теле слабо встрепенулось, будто проснувшаяся от блеклого света бабочка.       Лука не терял настойчивости, он помогал настраивать генераторы, связывать их. Где-то запустился первый генератор. Как вдруг партнер по выживанию ошибся. Механизм, над которым Бальза трудился вместе с союзником, шумно загудел, подпрыгнул на месте и постарался убежать от неумелых рук.       "Ненавижу этот день", - с горечью подумал шатен.       Словно по какому-то злому року все шло наперекосяк, а теперь еще и генераторы убегают, тем самым раскрывая позицию охотнику и опасно подставляя выживающих. Понимая, что скоро за ним придут, догонят, убьют, он вновь скрылся где-то в руинах. Одновременно с сигналом второй готовой машинки были слышны и крики первой жертвы.       Альва действовал методично, в своем стиле. Вычислял, преследовал, настигал. Его навыки и умения оставляли мало шансов на спасение крысам в этой клетке. Заприметив очередную тушку, на которой ярко светилась его метка, он не медлил.       Вновь подключив механизм, и доведя до ума уже третью машинку, Лука постарался оценить ситуацию. Заметив рядом с собой красный сундук, содержимое которого может помочь кому-то из команды, он прикинул, что лучше открыть его сейчас и тем сэкономить время другим. Однако что-то с этим сундуком было не так, но заметил шатен слишком поздно. Из створок вытянулись острые зубы, на руки накинулись и закрутились тонкие и прочные ленты, утянувшие парнишку ровно наполовину и надежно зафиксировавшие в таком положении. Он пытался выбраться, вырваться из мертвой хватки, его колени были не подъемны от земли, а все инструменты остались в заднем кармане джинс, которые торчали снаружи. Еще одна лента накинулась на шею Луки, видимо, чтобы точно не сбежал.       Тихо, слишком тихо. Альве осталось найти последнего. Того, из-за кого сердце щипало тоской. Он осмотрелся, прислушался. Есть. Слабое копошение возле одной готовой машинки. Ловкий и моментальный телепорт доставил его точно к цели. К цели, которая беспомощно барахталась, застряв в проклятом сундуке и крутя задом, будто это помогло бы ему спастись. Альва тихо хохотнул.       - Я ведь предупреждал: любопытствовать надо с осторожностью, - не очень тактично подтрунивал мужчина. Сердце Луки пропустило удар от одного лишь звука до боли знакомого и родного голоса.       Он помнил. Они оба помнили. Те светлые дни с совместными прогулками, многочисленные вечера за кружкой чая и парой чертежей, те бесконечно долгие объятия в мягком кресле у камина и те безумно жаркие ночи. В их отношениях было все, кроме возможности спокойно решить конфликт и не попасть в лапы неисправимо жестокой судьбы.       Лука замер, ощутив крепкую руку на своей пояснице. Тело пробило дрожью. Не столько от страха, сколько от нагрянувших воспоминаний и подступившего возбуждения.       Альва нарочито медленно провел рукой выше, задирая полосатую кофту, насколько могла позволить зубастая хватка сундука. Пара родинок в привычных местах и такая соблазнительная ложбинка вдоль позвоночника. Парень не сопротивлялся, он терпеливо ждал и страстно жаждал вновь ощутить родное тепло внутри себя. С тихим довольным смешком Альва ловкими пальцами расстегнул и снял неказистые джинсы с упругой плоти. Дразняще провел пальцами меж ягодиц, слегка надавив и помассировав узкое кольцо мышц. Он осыпал шатена поцелуями от поясницы и до самого сладкого места, после чего вторгся в его нутро своим длинным языком. Из сундука послышался сдавленный стон, мелкое дрожание в теле было тем, что мужчина любил в этом процессе. Невероятно чувственный и отзывчивый к любым касаниям, он опьянял светловолосого. Лука не мог реагировать иначе. Каждое касание и движение вызывало в нем новый импульс удовольствия, растекавшийся по телу россыпью мурашек. Перетянутые лентой шея и руки лишь добавляли похоти. Он явно ощущал влагу между ягодицами, как умелый язык зализывает нежное пространство и проникает внутрь. Стоны срывались беспрепятственно с приоткрытых губ. Мягкость и гибкость языка сменилась на более твердое проникновение - глубже, отчетливее. Один палец, второй... Добавились ощущения поглаживания его члена, сначала плавные и мягкие, потом настойчивые. Мокрое тепло окутало набухший орган Луки, оказавшись обхваченным тонкими губами Альвы. Теперь язык, вращаясь по часовой стрелке, играючи ласкал розовую головку. Стоны усиливались, становились громче, вылетая в непроглядную тьму сундука, который все еще удерживал парня в своей хватке.       Облизнув уголок губ, Лоренц освободил себя от сковывающей одежды. Он приставил головку члена к тугому проходу шатена. Слегка надавив, размазав влагу, затем неспешно проникнув в парня. Он хотел быть грубым и жестким, как это было в их привычной жизни, но прелюдии доставляли им двоим особый вид наслаждения. Заполнив Луку, Альва на миг замер от тесноты и жара внутри. Кошачий зрачок сузился. С тихим выдохом, он проник лишь наполовину своей длины, все еще оставаясь аккуратным. Упругий зад парня дернулся навстречу, будто прося больше, глубже, а протестующий стон подтвердил догадку.       Как же тут откажешь...       Лука с замиранием сердца и, поражаемый удовольствием, тяжело дышал. Его тело помнило все, с радостью и любовью принимало Альву. Дрожало от тепла его рук на бедрах. Медленные, изучающие толчки постепенно ускорились, сменились более жесткими и выбивающими стоны один за другим.       Похоже, сундуку надоело быть соучастником, он разжал пасть и выпустил жертву, позволив ей полностью насадиться на массивный член Альвы. Подхватив Луку и развернув лицом к себе, Лоренц вновь проник внутрь. Шатен, обвив руками крепкую шею, старался не потеряться в этом удовольствии. Горячий поцелуй в губы лишь больше дурманил, пока крепкие руки насаживали его раз за разом, все сильнее и увереннее.       С громким стоном Лука прыснул на рельефный бледный живот белой жидкостью, а через пару толчков услышал над своим ухом тихий рык и ощутил разливающееся тепло внутри себя. Пульсация еще недолго дразнила его чувствительное тело, пока надежная хватка шрамированных рук не приподняла его, сняв с члена.       Тихий шепот, слышный лишь им двоим, был поглощен шумом листвы окружающих деревьев.