Дорога к счастью

Вечерний Люмарис сиял так ярко, будто остров специально решил затмить собой звёзды. Огромная сцена, выстроенная прямо у океана, дрожала от света прожекторов. Музыка гремела по всему побережью, отражаясь от воды и стеклянных фасадов отелей. Тысячи людей заполнили главную площадь острова ещё за несколько часов до начала концерта. Кто-то держал светящиеся браслеты и палочки. Кто-то держал плакаты,с разными пожеланиями, а кто-то уже вёл прямые эфиры со своих телефонов. А над толпой медленно двигались дроны с камерами, транслируя происходящее в интернет и на огромные экраны по всему острову. Люмарис жил этим вечером. Дышал им. За сценой Харви нервно поправил наушник и тяжело выдохнул. — Напомни мне ещё раз, зачем мы согласились на концерт такого масштаба?!- пробормотал он. Хари, стоявший рядом, спокойно застёгивал ремни сценического костюма. — Потому что ты сам сказал «давай сделаем что-нибудь, чтобы интернет взорвался». — Я же тогда шутил. — А наш менеджер в лице меня нет. Харви тихо простонал и запрокинул голову. Из-за сцены снова донёсся оглушительный рёв толпы. — Они нас сожрут!- весело хихикнул Хари — Нет!- Хари наконец посмотрел на брата!- Они нас обожают, а это немного хуже. Харви нервно усмехнулся. Где-то неподалёку сотрудники сцены в последний раз проверяли свет, тросовые системы и пиротехнику. Всё выглядело идеально и максимально безопасно. По крайней мере для обычных людей. Самое главное что никто не должен был узнать правду. По официальной версии финальная часть шоу включала: голограммы, спецэффекты, скрытые тросы, проекционный свет и «инновационные сценические технологии Люмариса». Идеальное объяснение для людей. Особенно в мире, где настоящую магию предпочитали скрывать. Хари бросил быстрый взгляд на брата. — Ты уверен, что сможешь контролировать себя? Улыбка Харви слегка поблекла. Он понял, о чём речь. После прошлого концерта. После голоса. После мёртвого Дурака. — Да!- соврал он. Хари это понял мгновенно, но ничего не сказал. Потому что времени уже не осталось. Свет на сцене резко погас и толпа взревела. А через секунду дикторский голос прокатился над всем островом. — Добро пожаловать на главное шоу Люмариса! Музыка ударила так сильно, что задрожали металлические конструкции сцены. И близнецы вышли под свет прожекторов. Концерт начался идеально. Даже слишком. Толпа буквально сходила с ума от каждого движения, каждого взгляда, каждой строчки песни. Интернет уже захлёбывался клипами и комментариями. На огромных экранах мелькали лица людей: восторг, слёзы, смех, абсолютное восхищение. А Харви чувствовал то, что начинало пугать его всё сильнее. Эту связь. С толпой. Она была почти физической. Будто тысячи взглядов, голосов и эмоций текли прямо через него. Под кожу. В кровь. И чем сильнее люди реагировали, тем сильнее что-то внутри него просыпалось. Высоко над концертной площадкой, на крыше административного корпуса, молча наблюдали циркачи. Сегодня они не участвовали в шоу, это было решение самих близнецов. Люмарис должен был ассоциироваться с ними. Не с монстрами в масках. Арлекин сидел прямо на краю крыши, лениво болтая ногой в воздухе. Пьеро сидел на корточках чуть дальше, скрестив руки. А Шут молча смотрел внимательно на сцену. — ♪Они становятся слишком популярными♪!- весело произнёс Арлекин. — Уже стали!- добавил Пьеро. Внизу толпа снова взорвалась криками. Харви на сцене улыбнулся. И в этот момент Шут слегка нахмурился. Потому что заметил это снова. То самое выражение, ту самую опасную лёгкость, будто Харви начинал растворяться в чужом внимании. Музыка постепенно приближалась к финальной песне. Самой громкой. Самой эмоциональной. И именно её ждал весь остров. Хари почувствовал неладное первым, ещё до того, как это произошло. Он повернул голову к брату и замер. Зрачки Харви снова стали слишком светлыми. Почти серебряными в лучах прожекторов. — Харви…!- тихо произнёс он так чтобы не его шопот не уловил микрофон. Но музыка уже нарастала, толпа кричала, а океан гремел волнами где-то за вдалике. В следующую секунду Харви сорвался в пение полностью. Слишком сильно. Слишком глубоко. Голос ударил по концертной площадке так, будто сам воздух начал вибрировать. Толпа мгновенно затихла. Не полностью. Но достаточно, чтобы Хари почувствовал холод. Опять. Только теперь хуже. Намного хуже чем было до этого. Потому что людей было слишком много. Тысячи. Десятки тысяч. А камеры продолжали вести прямой эфир. — Чёрт…!- едва слышно выдохнул Хари. Он увидел, как люди в первых рядах снова перестают двигаться. Как медленно поднимают головы. Как смотрят только на Харви. Только на него. Будто больше ничего в мире не существовало. И именно в этот момент Хари понял — если он сейчас ничего не сделает, всё повторится. Только уже перед десятками тысяч людей. И в прямом эфире на весь мир. Он резко шагнул ближе к брату, продолжая петь вместе с музыкой так, чтобы со стороны это выглядело частью выступления. Их голоса переплелись, ударяясь друг о друга волнами. Но Харви почти не реагировал. Его взгляд снова стал расфокусированным. Опасно пустым. Толпа всё сильнее затихала. Люди медленно поднимали телефоны, будто забывая зачем вообще их держат. Кто-то плакал. Кто-то улыбался. Некоторые начинали покачиваться в такт музыке слишком синхронно. Как один организм. Высоко над сценой дроны продолжали снимать концерт крупными планами. В прямом эфире, в чате люди уже сходили с ума. «ПОЧЕМУ МНЕ ТАК СТРАННО» «У МЕНЯ МУРАШКИ ПО ВСЕМУ ТЕЛУ» «ИХ ГОЛОС КАК БУДТО В ГОЛОВЕ» «ЭТО ЛУЧШИЙ КОНЦЕРТ В МОЕЙ ЖИЗНИ» Хари сжал зубы. Плохо. Очень плохо. Музыка приближалась к кульминации песни, самому опасному моменту. Харви вдохнул глубже, и воздух вокруг будто дрогнул. Свет прожекторов неожиданно начал мерцать серебром. Ткань его сценического плаща дёрнулась от поднявшегося ветра. А потом Хари сделал то, чего от него никто не ожидал. Он запел громче, даже не пытаясь остановить брата. Наоборот. Подхватывая его. Толпа ахнула, когда их голоса соединились идеально. Будто две части одной невозможной мелодии наконец встали на место. И в следующую секунду за спиной Хари вспыхнул ослепительно белый свет. Огромные крылья раскрылись резко и мощно. Почти одновременно с крыльями Харви. Два огромных силуэта вспыхнули над сценой в лучах прожекторов. Белоснежные перья с серебристым отливом. Живые. Настоящие. Толпа взорвалась криками теперь уже окончательно. Люди сходили с ума от восторга. Кто-то падал на колени, рыдая от переполняющих эмоций. Кто-то кричал так громко, что срывал голос. Весь интернет в ту же секунду утонул в сообщениях. «ЭТО ЛУЧШЕЕ ШОУ В ИСТОРИИ» «КАК ОНИ СДЕЛАЛИ ЭТО?!» «КРЫЛЬЯ ДВИГАЮТСЯ!» «ЭТО ТОЧНО ГРАФИКА?!» Но наверху, на крыше административного корпуса, повисла совершенно другая тишина. Арлекин медленно опустил ногу с края крыши. Пьеро застыл с таким выражением лица, будто впервые в жизни не понимал происходящего. А Шут… Шут не двигался вообще. Его фиолетовые глаза были прикованы к сцене. К крыльям. К близнецам. К тому, как идеально их голоса резонировали друг с другом. И именно тогда он понял самое страшное. Хари не просто мог остановить Харви. Он был частью этой силы. Внизу музыка достигла пика. Океанский ветер резко ударил в сцену, растрепав волосы близнецов. Их крылья раскрылись ещё шире, отбрасывая огромные тени на толпу. И на секунду всё выглядело почти нереально. Слишком красиво. Слишком идеально. Как что-то, чего вообще не должно существовать в человеческом мире. Арлекин первым нарушил тишину. — ♪…ладно… вот теперь мне реально страшно♪. Пьеро нервно сглотнул. — Люди думают, что это спецэффекты… — Ага!- очень тихо ответил Арлекин!- Вот только это нихрена не спецэффекты. Шут продолжал молчать. А потом вдруг едва заметно улыбнулся. Очень странно. И как-то… почти обречённо. — ♪Так вот кто вы такие…!- тихо произнёс он. В этот момент Харви внизу резко повернул голову. Будто услышал. Их взгляды будто встретились через огромное расстояние. Улыбка Шута исчезла мгновенно, а зрачки сузились. Харви замер всего на секунду, но этой секунды Шуту хватило, чтобы понять — он действительно услышал его. Не слова. Не голос. Само понимание. Будто между ними на мгновение натянулась невидимая нить. Внизу толпа продолжала кричать от восторга, ничего не замечая. Музыка всё ещё гремела над островом, прожекторы резали ночное небо, а миллионы зрителей по всему миру продолжали смотреть прямой эфир, уверенные, что перед ними просто идеально поставленное шоу. Только вот для циркачей всё уже перестало быть «просто шоу». Хари первым отвернулся. Резко. Будто специально разорвал этот зрительный контакт. Он снова повернулся к толпе и подхватил следующую строчку песни, удерживая голос ровным. Контролируемым. Потому что чувствовал, что Харви снова начинает уходить слишком глубоко. Рядом с ним брат продолжал петь, и серебристый свет в его глазах становился ярче с каждой секундой. Крылья за его спиной медленно двигались в такт музыке. Слишком естественно. Слишком живо. Хари незаметно сжал его запястье. Крепко. И только тогда Харви едва заметно вздрогнул, будто очнувшись. Музыка начала приближаться к финалу. Толпа снова ожила, начиная кричать и подпевать. Давление, возникшее несколькими минутами раньше, постепенно рассеивалось. Люди воспринимали происходящее уже не как странное наваждение, а как невероятный эмоциональный подъём. И именно этого Хари добивался. Не дать им провалиться глубже. На крыше административного корпуса Пьеро наконец шумно выдохнул, чем-то поражённый. — Мне одному кажется, что мы сейчас наблюдаем что-то очень плохое? — Нет, не одному!- тихо ответил Арлекин, не отрывая взгляда от сцены. Шут всё ещё молчал. Он смотрел только на близнецов. Особенно на то, как Хари удерживал Харви. Как будто делал это уже не впервые. И это беспокоило Джестера даже сильнее самих крыльев. Потому что теперь всё вставало на свои места. Странная реакция людей. Голос. Зависимость. Тот Дурак. Зеркала. Идеальный резонанс двух голосов. Шут медленно прищурился. — Они даже сами не понимают, чем являются!- произнёс он. Арлекин перевёл на него взгляд. — Ты понял кто они? — Кажется да. — И кто же? Шут не ответил, потому что внизу концерт внезапно достиг последней кульминации. Музыка оборвалась почти полностью, оставляя только голоса близнецов. Чистые. Сильные. Невозможные. Хари почувствовал опасность слишком поздно. Толпа снова начала затихать. Нет. Не толпа. Весь остров. Люди медленно поднимали головы к сцене. Экраны продолжали транслировать их лица крупным планом: восхищение, восторг, почти болезненное обожание. И Харви опять начал теряться в этом. Хари резко повернул голову к брату. — Харви, достаточно. Тот не ответил. Серебристое свечение в его глазах стало почти белым. Плохо. Очень плохо. Хари понял это мгновенно. Если сейчас голос Харви снова сорвётся в полную силу — прямой эфир увидит не концерт, а массовый гипноз. И тогда скрывать правду станет невозможно, на них объявят охоту правительство и запрут где-то в лабораториях на изучение. Он быстро шагнул ближе. Настолько, что со стороны это выглядело частью хореографии. Толпа взревела ещё громче, когда Хари неожиданно схватил брата за лицо, заставляя посмотреть на себя. И в этот момент он запел один. Без Харви. Резко меняя мелодию. Ломая ритм. Их голоса впервые за весь концерт разделились. Эффект оказался мгновенным. Воздух будто дёрнулся. Харви резко вдохнул, приходя в себя, а давление над толпой наконец исчезло окончательно. Люди шумно закричали, даже не понимая, что только что произошло. Для них это выглядело как эмоциональная часть шоу. Как идеально поставленная сцена. Но циркачи наверху видели правду. Арлекин медленно выдохнул. — …он реально может вытаскивать его обратно. Пьеро нервно потёр шею. — Это уже начинает пугать даже меня. Шут наконец отвёл взгляд от сцены. И впервые за долгое время выглядел не довольным происходящим, а очень напряжённым. Потому что впервые за всё его существование, появились существа, которых даже он не понимал до конца.