Вечер после

Обычный вечер после очередного изнурительного дня будущих лучших бомбардиров Японии в Блю Лок. Рин, как всегда, задержался дольше всех. Ему нравилась тишина, которая наступала в корпусе, когда все уже укладывались и спали без задних ног. Его любимое занятие — медитация. Она приносила умиротворение и в какой-то степени помогала отвлечься от всего вокруг. Но был один человек, который вместе с ним тоже не спал. И это его самый ненавистный соперник — Исаги Ёити. Рина ужасно раздражало, как тот всё точно рассчитывал: всегда знал, что и куда отдать, всегда был уверен, что именно Рин окажется в нужном месте в нужное время и забьёт очередной гол. Сегодняшняя последняя тренировка перед финальным матчем между молодёжной сборной Японии и игроками Блю Лока выдалась особенно жёсткой. Выдохлись все. Кто-то уже спал прямо в душе, кто-то засыпал за ужином прямо в тарелке, а некоторые сразу легли и отключились. Но только не эти двое (ну, или так думал поначалу Рин). Закончив свою традиционную медитацию, он уже собирался ложиться. В конце концов, хороший сон — лучший способ заставить мозг работать на полную. Но, проходя мимо комнаты для просмотра матчей, он заметил знакомую до злости макушку. Конечно, это был Исаги, который единственный остался, чтобы проанализировать предыдущие игры соперников и собрать новые пазлы для свежей стратегии. Рину захотелось зайти и посмотреть, что же тот успел увидеть. Но, к его удивлению, он столкнулся с тем, чего никак не ожидал. Исаги мирно спал с пультом в руке прямо на пуфике. — И как этот идиот вообще может спать сидя? — подумал Рин. Конечно, он понимал: после такой тренировки все были вымотаны. Но чтобы уснуть сидя? Он медленно, почти не дыша, подошёл к сопернику и присмотрелся. Спящий Исаги, на удивление, выглядел довольно мило? От подобной мысли Рина аж перекосило. Встряхнув головой, он начал обдумывать, что делать. — Ну, с одной стороны, сам виноват, что уснул здесь. А с другой... Рин не самый заботливый человек, и все это знали. Никто и представить не мог, чтобы он сам, по своей воле, о ком-то позаботился. Разве что речь шла о его брате. Но что-то проснулось в сердце Рина. То, что он ещё долго не осознает, но сможет изменить и растопить его вечно холодный взгляд, позволяя увидеть мир под другим углом. — Нет, если он из-за этого заболеет, наша командная игра упадёт на шестьдесят процентов. Я не могу этого допустить. Тем более завтра, в игре против брата. Найдя логическое оправдание (по крайней мере, так он считал), Рин максимально аккуратно и тихо взял пульт из рук Исаги, выключил телевизор, а самого соперника поднял на руки. Несмотря на внутренние противоречия, он, возможно, был даже рад такой возможности? Уложив Исаги, он лёг на свой футон. Ему ещё долго не забыть этот вечер и те чувства , которые он испытал сегодня