As you wish my darling

***

До дня рождения Хенджин оставалась неделя. Девушка не помнит, когда в последний раз так сильно ждала этот праздник. Наверное, когда-то ещё детстве? С годами праздновать своё взросление становилось все менее веселёлым. Так что же изменилось? В её отношении к этому дню всё тоже самое, но в её жизни уже давно как существует Хан Джисон. Девушка, которую она любит по уши и на которую у неё есть грандиозные планы. Уж в этом году Хенджин явно будет весело. Хенджин, желая "облегчить любимой выбор", предложила свой вариант подарка. "Подари мне себя." Такую просьбу услышала Джисон в случайный вечер. Никаких трудностей с выбором у неё не было, на самом деле подарок уже давно был запакован и спрятан в стенах их общей квартиры. Но разве могла она отказать Хенджин, когда та смотрела на неё так, будто Джисон единственное, что она желает в этот день? Никто ведь не запрещает дарить подарков больше, чем один. "Как пожелаешь, любимая." — ответила тогда Джисон, сделав мысленную пометку купить ленточки.

***

За полсуток до столь ожидаемого дня, Хенджин запретили входить на кухню. Из-за того, что она уж точно знала какой завтра день и девушки жили вместе, Джисон не стала особо скрывать, что собирается испечь ей торт. Однако смотреть на процесс ей все же запретили. Без доступа к своей девушке и кухне, Хенджин заскучала. Слушая шум от миксера, которым Хани, вероятно, взбивает крем, её голову посетила одна идея. Ослушавшись запрета, будущая именниница подкралась к Джисон сзади, объявив о своем присутствии объятьем тонкой талии и поцелуем в затылок. Ей повезло, что миксер был уже выключен, ибо в другом случае их кухня превратилась бы в еще больший хаос, которым итак сейчас и является. Джисон довольно легко напугать, если прервать её во время сосредоточенности на каком-то деле. — Онни, я же просила! Даже стоя за спиной, Хенджин могла видеть надутые губы и щёки младшенькой. Та явно не была рада такому внезапному вторжению. — Извини, милая, но у меня появилась ещё одна просьба. — целуя за ухом, пытаясь усмирить недовольство любимой, Хенджин продолжила — Не могла бы ты не собирать торт?" — Что? Но у меня уже всё готово. Или...? — Онни, если не хочешь есть мой торт, я могу его просто купить... — расстроенно произнесла Джисон, грустно опускаясь в плечах. — О нет, милая, я вовсе не об этом! Дело не в твоём торте, мне просто захотелось собрать его вместе с тобой, понимаешь? Украсить, зажечь свечи, съесть...Можно? — спросила Хенджин, поднимая подбородок младшей и направляя к себе её взгляд, с уже успевшей накопиться влагой. Мягкий поцелуй приземлился чуть ниже, заставив Хани ненадолго сомкнуть глаза. — Можно...но тогда тебе лучше его съесть, если хочешь доказать, что ты не выдумала это все сейчас, в качестве оправдания! Я делала все по рецепту Ликси и у меня даже ничего не сгорело. Только попробуй меня обмануть, я обижусь до конца жизни! — сказала Джисон с наигранной злостью в голосе, но уже более приподнятым настроением. — Уж поверь, я планирую съесть всё до самой крошки. Никакого обмана. — убедительно бросила Хенджин, перед тем как покинуть "запретную" территорию.

***

На часах 23:45. Лежавшая до этого вместе с Хенджин, Джисон покинула комнату, начиная готовить приготовления. Инструменты для сборки и части самого торта расположились на столе, а на голове Джисон бантом была завязана подарочная ленточка. Оставшиеся минуты Джисон размышляла, стоит ли ей надеть новый комплект кружевов или оставить их на вечер. Вероятно, Хенджин захочет оставить всё самое интересное на часть дня после их свидания, а сейчас просто совместно насладиться тортиком. Она ведь сама только это и пожелала. Отложив идею с кружевами, Джисон решила вручить свой изначальный подарок вечером, но оставила купленные ленты рядом с рабочей поверхностью...На всякий случай. В 00:00 Хенджин сама подошла на кухню, в которой Джисон встретила её поздравительной песней и лёгким поцелуем. — Приступим к сборке, да? Я все ещё подозреваю тебя, ибо считаю, что с готовым тортом было бы куда праздничнее, но как пожелаешь. — произнесла младшая, уже собираясь приступить к работе. — Желаю собрать торт с тобой, я же говорила — с улыбкой ответила Хенджин и почему-то остановила движения девушки, схатив её за руку. — Ты хочешь как-то по-другому? С чего начать? — расстерянно спросила Джисон. — Я хочу полностью руководить процессом, поэтому хочу, чтобы ты следовала за моими инструкциями. — дождавшись понятливый кивок от младшей, Хенджин продолжила — Начнём с того, что разложим недостающий элемент на столе. — Ох? О чём ты? Я же вроде всё подготовила. — Джисон принялась проходиться глазами по поверхности, отмечая вымышленной галочкой каждый предмет, в попытках понять чего именно не хватает Хенджин. Не дав найти ответ самостоятельно, её развернули спиной к столу и приподняли, усаживая на краешек. Оставив её в недоумении, Хенджин начала отодвигать предметы, освобождая место для чего-то более крупного. "Ох." До Джисон дошло лишь незадолго до того, как Хенджин принялась расстегивать пуговицы её пижамы. Избавившись от её верхней одежды, младшей ткнули меж голой груди, слегка надавливая и намекая опуститься назад. Под черезчур довольную улыбку, вслед за всеми ингридиентами разложили и Джисон. — А вот теперь приступим к сборке. Ты не против того, как я собираюсь использовать свой главный подарок? Ты ведь не отказываешься вручить мне всю власть над ним на целый день, мм? — скручивая ленту вокруг пальца, спросила Хенджин. В голове Джисон сложились все пазлы. Хенджин собиралась использовать свой подарок по полной. С первых же минут и вероятно до последних она собирается владеть каждой клеткой её тела. Боже. Как она могла её недооценить? — Не соизволит ли мой драгоценный подарок ответить? — надавив на один сосок, спросила старшая, возвращая Джисон в настоящее время. — Агх... Онни может делать со своим подарком все что захочет. — Всё что захочу? — Всё, чего онни пожелает. Удовлетворившись ответом, Хенджин убрала руку с чужой груди и принялась рассматривать подготовленные предметы. Джисон быстро догадалась, на чем конкретно остановился взгляд старшей. Поняв всё заранее, она сложила руки вместе ещё до указаний. Нежно розовая лента обвязала её запястья, а её руки уложили над головой, освобождая нужную для десерта поверхность. — Сони, милая, онни не хочет позволять тебе читать её действия, понимаешь? — проводя по коже живота, спросила Хенджин. После утвердительного кивка, бант с её голову опустился на глаза, перекрывая весь обзор. Джисон оставалось лишь угадывать действия её любимой на слух. Джисон пару минут лежала под бренчание посуды, пока холодный крем резко не коснулся к того же самого соску. От внезапной смены температуры Джисон не могла не вздрогнуть и не застонать. — Онни начнёт с твоего верха, прелесть. Постарайся сильно не мешать. На груди Джисон красовался маленький белый цветок. Хенджин выбрала свою любимую насадку. Вслед за одним цветком , по ореолу образовалась поляна из них. Вторую грудь ожидала та же участь. Хенджин работала с разными промежутками, не давая Джисон предугадать время соприкосновения холода с чувствительной кожей. Некоторые цветы появлялись сразу друг за другом, некоторые спустя пару минут, расположение также выбиралось хаотично. Сменив насадку, Хенджин принялась обводить грудь, создавая подобие контура лифчика. Дорисовав к нему лямки, она отложила мешок, потянувшись к вырезанным из коржей кружочкам. Цветочную поляну накрыло шоколадным слоем, которую снова покрыли точно таким же узором и клубникой по центру. Грудь Джисон была немаленькая, поэтому первый слой крема был нужен только для закрепления коржей. Не то чтобы это сильно помогало. Джисон нужно было стараться не дергаться, дабы не обрушить конструкцию и не продлить ночной перекус её онни. После долгой паузы в работе, Джисон поняла, что верхняя часть была закончена. Остановиться ли Хенджин на этом? Ответ не заставил долго ждать, ибо сразу же за ее вопросом от одежды освободился и её низ. Чёрт. — Вижу пропитка нам не будет нужна — посмеиваясь, Хенджин отбросила намокшие трусы младшей. Хенджин развела её половые губы, не упустив возможность подразнить и лишний раз провести между ними. Тело вздрогнуло в разы сильнее прошлых раз. — Милая, надеюсь ты не испортишь проделанную до этого момента работу, иначе нам придется начать все сначала. — с предупреждением сказала Хенджин. Чёрт. Если её верх довольно быстро привык к смене температур, с её нижней частью нельзя было ожидать того же. Пальцы Хенджин держали её губы раскрытыми, не приступая к работе сразу и позволяя воздуху обдувать её влажную часть. Джисон чувствовала как металлическая насадка нависала над ней, Хенджин томила Джисон в ожидании неизбежного. Понаблюдав за тем, как киска девушки будто молит заполнить её, Хенджин все же приступила к действию, перед этим "непреднамеренно" задев металлическим концом клитор младшей, тем заставив её сильно вздроднуть и слегка расшатать коржи. Слегка потеплевший, но все такой же холодный крем стал заполнять пространство, между пальцами старшей. Джисон неосознанно попыталась закрыть ноги, но столкнулась с препятствием в виде стоявшей между ними онни. — Мне привязать их лентой к ножкам стола? — будто бы предлагая помощь, спросила Хенджин. — Нет..агх...я справлюсь, онни. — Так держать, прелесть. — сказала Хенджин, погладив по внутренней стороне бедра в качестве одобрения. К счастью Джисон, в нижней части много оформлений не требовалось и все закончилось довольно быстро. Хенджин снова что-то делала вокруг стола, пока младшая лежала в недоумении. Едва она успела облегченно выдохнуть, Хенджин вернулась к мини тортикам на её груди, будто бы воткнув в них что-то. "Украсить, зажечь свечи, съесть..." — старые слова Хенджин резко пронеслись в её голове. "Свечи? Она сказала зажечь свечи?!!" Щелчок зажигалки ответил на все её вопросы. На корж слева стояла свеча в виде двойки, а на правой шестерка. Фитили горели, а Хенджин снова не торопясь в действиях, не пыталась их задуть. Кажется Джисон также услышала щелчок камеры. Едва свечи стали плавится, стекая вниз, Хенджин сняла их не позволяя воску соприкоснуться с её тортиками. Вместо этого капля приземлилась возле краев нового лифчика Джисон. Если холодный крем еще можно было терпеть, то не дернуться при соприкосновении с горячим воском было невозможно. — АХ! — прокричала Джисон, пока коржи, кажется, начали сползать с груди. Наконец-то потушив свечи, Хенджин отложила их в сторону, успев подловить скатывающийся десерт. Крем, прилипший к рукам, она размазала по пострадавшей от воска коже, чтобы слегка остудить и успокоить. Дав любимой немного отдышаться, Хенджин наклонилась все к тому же месту и начала тщательно его вылизывать, словно кот ранку. Когда от крема не осталось и капли, она двинулась выше наконец-то приступив к трапезе. Джисон не могла и сосчитать сколько раз язык её онни прошелся по контуру вокруг груди, количество крема было слишком большим, чтобы быть съеденным за раз. Хенджин, даже приподнимала руками грудь, дабы жадно слизать остатки забившиеся под нее. Хенджин казалась голодным зверем, поймавшим добычу впервые за долго время. Коржи она ела от краев, чтобы потом якобы случайно укусить вместе с центром соски, а после не то чтобы просто вылизать, а всосать их и втягивать крем, словно молоко из груди. Когда грудь уже блестела от того, как тщательно ее вычистили, Джисон надеялась что на её низ также как и во время подготовки не уйдет много времени. Конечно же такого не случилось. Опустив руки вниз, Джисон цеплялась за волосы Хенджин, пока та вылизывала каждую складку, где мог бы находиться крем. Хенджин также не могла не уделить особое внимание её клитору, всасывая его и проходясь круговыми движениями. Не смотря на маленький размер "десерта", съесть его было сложнее, ибо крем стекал с Джисон вместе с её "топпингом", пачкая поверхность стола и бедра. Старшая, конечно же, не могла позволить себе такое расточительство и съедала и там. Когда же Хенджин проникла языком во внутрь, будто бы, собираясь осушить источник "натурального топпинга" Джисон, добавился еще один новый крем, которым она даже поделилась, затянув в поцелуй, делясь с Джисон её собственным вкусом.

***

Стоило Джисон немного отойти от их трапезы, Хенджин с улыбкой дьявола напомнила об обещании съесть все до крошки и указала на все ещё наполовину полный мешок с кремом и остатки коржей. К счастью, часть из этого старшая отложила для Джисон, чтобы она поела, по её словам, "лучший в мире торт". А для остальной части, Джисон снова разложили на столе, но уже на живот, чтобы предоставить доступ к другим её двум тортам. Кажется, после Джисон пообещала себе печь только бенто.