Божественная хворь

Сотни маленьких звезд на Небосводе из далека мягко его освещали. Флегонт в то время была совсем маленькой. Созвездий было всего четверо, включая и отца — Атерона. Он с любовью воспитывал каждого из них и каждую ночь перед сном рассказывал сказку. Сказку о том, как несправедлив мир. О том, как они родились, чтобы бороться с этой несправедливостью. Атерон всегда держал немного звездной энергии у каждой обители созвездия. Он создавал из этой энергии ночник, чтобы детям было не так страшно одним, в ожидании отца, пока он рассказывает сказку другому созвездию. Флегонт в детстве всегда смотрела на этот ночник и представляла, что этот лучик звезда. Точнее, мать всех созвездий. Флегонт представляла, как Атерон защищает ее, бережно хранит и всегда носит с собой ее частичку. У отца возможно где-то там, где никто не видит, есть свой маленький ночник. Наконец в коридоре послышались шаги. Атерон зашел к Флегонт. Настала ее очередь слушать сказку и засыпать... Небосвод. Наши дни. В небе, не считая миллионов маленьких звезд в далеке, сияет огромная звезда практически вплотную к измерению, где живут созвездия. Она навязывает свой белый свет, попадая в поле зрения, куда бы не был направлен взгляд. Если бы это была настоящая звезда, а не крупный осколок звездной энергии, то Небосвод бы сгорел дотла. Этот осколок освещает каждый уголок Небосвода, словно огромный прожектор над хирургическим столом. Созвездия уже привыкли к такому освещению. Флегонт бродила по бесконечным коридорам, что из-за своей запутанности напоминали лабиринт. Кёрли все еще ходил за ней, только во втором пространстве. Она переместила свое сердце туда, чтобы он понимал куда идти. Оно продолжает биться, не теряет крови, не падает на пол. Просто висит в воздухе, подключенное к артериям между мирами. Кёрли бы мог ударить его. Но не стал. Скорее из страха. Уж слишком она сильная, возможно, даже прямо удар по сердцу ее совсем не ранит. А если и убьет, он останется в логове врага. Совершенно чужом мире, наполненном такими же жутко сильными как Флегонт. Вдруг, он оказался в реальном мире рядом с Флегонт. — Хотел в него тыкнуть, я права? Хуй тебе. — С издевкой прохихикала Флегонт. Она пробралась мимо прохода, что ведет в главный зал. Кёрли боковым зрением увидел то, что хотел бы забыть. Бог. Огромное существо на таком же огромном троне. Серая, старая кожа, что имеет трещины в некоторых местах. Множество нимбов над головой, таких же красных, как глаза Флегонт. Закрытые веки и проекции глаз перед ними. Через них он за всеми наблюдает? Он видел Кёрли еще во время битвы с инквизитором. Он даже не встал с трона, когда его дочь убивали. Даже сейчас он сидит совсем без движений, будто статуя. Когда все зрачки со всех проекций глаз двинулись и посмотрели на Кёрли, тот закричал от ужаса. Двенадцать глаз, что свысока смотрят на смертного. Флегонт утащила Кёрли в свою обитель. Закрыла за собой дверь. Парень упал на колени, закрыл руками рот. Сердце быстро бьется. Также быстро, как он сейчас дышит. Кёрли посмотрел на Флегонт. Прямо перед ее глазом появилась та самая проекция. Школьник зарыдал. Прямо сейчас на него смотрит всесильный бог. Прямо через глаза ее "подруги". От его взгляда не спрятаться. От него не спастись. Тем более, что Кёрли буквально зашел к нему в гости! Но... Кёрли смахнул слезы. Брови нахмурились. Он закричал. — ЗАЧЕМ ВЫ УБИВАЕТЕ ЛЮДЕЙ?! Флегонт удивилась. Даже чуть опустилась, под тяжестью крика. Будто кричали на нее. Хоть он и был направлен на Атерона. Кёрли все равно смотрел ей в глаза, сквозь проекцию. Проекция молча развеялась в воздухе. Кёрли остался сидеть без ответа, пытаясь восстановить ритм дыхания. Он осмотрелся. Обитель огромна. Помимо постели неподалеку от двери, почти все то колоссальное пространство занимают... Черепа. Они сбиты в одну большую кучу, вместе с нашивками карателей. Флегонт достала нашивку и кинула ее в эту кучу. По пути обратно к Кёрли, она подошла к небольшой тумбочке у кровати. Там горел ночник. Она показала его Кёрли. — Вот зачем мы их убиваем. Флегонт посмотрела наверх. Свет самого большого осколка ослеплял даже ее. Созвездия обычно не смотрят вверх. Глазам больно от испускаемого сильного света. Кёрли не особо понял ее метафору. Он все ещё вопросительно на нее смотрел. Этот ночник для него ничего не значит. А вот для Флегонт он является всем.