Где ты

Стеклянная башня в деловом центре столицы принадлежала ему, как и многое другое. Рокэ Алва, генеральный директор корпорации «Алва-Холдинг», сидел в кресле с видом на город и чувствовал пустоту. После перерождения он помнил всё. Благо, все воспоминания приходили постепенно, что не позволяло сойти с ума. В процессе своей карьеры Рокэ сталкивался с персонажами прошлой жизни. Он даже нашёл старших Савиньяков. В отличие от самого Алвы, у близнецов почти не осталось чётких воспоминаний, но тем не менее это не помешало им сработаться также легко. Лионель стал его заместителем, а Эмиль вёл юридический отдел. И казалось бы вот он счастье: вино есть, деньги есть, эпатаж есть. Всё как он любил. Но очень сильно нехватало ещё одной любимой детали. Ричарда Окделла. Рокэ помнил всё. Каждую деталь их совместной жизни. Тот день на площади Святого Фабиана, когда он выбрал этого хрупкого, нелепого мальчишку. Его светлые волосы, вечно падающие на лоб. Его серо-голубые глаза, которые смотрели на мир с такой открытостью, что сердце сжималось. Его улыбку — редкую, но такую ценную. Рокэ делал всё что мог, искал его везде. Нанимал детективов, проверял базы данных, мониторил соцсети. Ничего. Словно Ричарда никогда не существовало в этом мире. Осознание собственной беспомощности убивало. Он, привыкший всё контролировать, не мог найти одного-единственного человека. Того, ради которого стоило возвращаться в этот мир. Того, кто делал мир ярче даже в самый хмурый день. Того, чья искренняя вера в добро поражала настолько, что разубеждать и разбивать наивные идеалы, было очень неприятно. Почта пиликнула на экране. Рокэ нехотя повернулся к монитору. Настроения работать не было, а вот початая бутылка кассеры призывно сверкала бочком. И всё же должность обязывала. «Росио, — писал Лионель. — Тут один человечек хочет устроиться к нам в отдел аналитики. Мне прислали резюме, и знаешь, мне кажется, тебе будет интересно. Посмотри файл во вложении. P.S. это должно привести тебя в тонус)». Рокэ открыл вложение. И замер. Фотография. Он слишком хорошо знал этого человека. Светлые волосы, аккуратно зачёсанные, но всё равно норовящие упасть на лоб. Серые глаза, которые на фото казались почти голубыми. Знакомая, до боли родная линия губ в лёгкой улыбке. «Ричард Окделл, 22 года, выпускник экономического факультета». Рокэ смотрел на экран, боясь моргнуть. Боясь, что это мираж, что сейчас он исчезнет, как исчезал в каждый раз при попытке найти. Но фото не исчезало. Через десять минут секретарша сообщила, что юноша прибыл на собеседование. Рокэ слышал свой голос как сквозь вату, отдавая распоряжение пропустить. Необходимо было собраться с силами. Дверь открылась. И вошёл ОН. Такой же. Такой же, как в тот день на площади. Худой, хрупкий, с непослушными светлыми волосами и огромными серо-голубыми глазами. В нелепом, чуть великоватом пиджаке, сжимающий в руках папку с документами так, будто это было его единственное спасение. Бедный запуганный ребёнок, пытающийся казаться старше. Алва поспешил сморгнуть непрошенную влагу. Не хватало ещё ему — директору компании — плакать при виде нового сотрудника (разговоров потом не оберешься, так что не стоит создавать прецеденты). Всё такой же, но взгляд другой. Ричард смотрел на него без ненависти. Без презрения. Без того яда, который Рокэ помнил по первым месяцам их знакомства. Он смотрел как на незнакомца. И от этого почему-то было больнее, чем от любой ненависти. — Здравствуйте, — голос был таким же. Лёгким, родным, чуть срывающимся от волнения. — Я Ричард Окделл. У меня назначено собеседование. Рокэ смотрел на него, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Сколько лет он ждал этого момента? Сколько ночей провёл, перебирая воспоминания, вглядываясь в лица прохожих в надежде увидеть эти глаза? Сколько времени утекло с последнего раза, когда он видел это невозможное, до боли любимое существо. — Проходите, присаживайтесь, — голос прозвучал ровно, только чудом. Рокэ указал на кресло напротив. — Я Рокэ Алва. Генеральный директор. Ричард сел, аккуратно положив папку на колени. Его руки чуть заметно дрожали, и Рокэ узнал эту дрожь — ту самую, которую он видел в день дуэли, в день карточного проигрыша, в день первого серьёзного разговора. Мальчик нервничал. Сильно. Важно было не позволить ему упасть духом. «Держись, родной, я знаю, ты сильнее чем кажешься» — Расскажите о себе, — сказал Рокэ, хотя знал о Ричарде больше, чем тот сам о себе помнил в этой жизни. — Я закончил университет в этом году, специализация — финансовый анализ. Проходил практику в небольшой фирме, но хотел бы... — Ричард запнулся, поднимая глаза. — Я хотел бы работать у Вас. В корпорации «Алва-Холдинг». Это моя мечта. — Почему? — спросил Рокэ, и в его голосе появилась знакомая, чуть насмешливая нотка. Та самая, которой он всегда дразнил своего вепрёныша. Так хотелось вновь поязвить и услышать заветное «Да как Вы смеете?!».— Почему именно наша компания? Ричард покраснел. Замечательно, восхитительно покраснел — от кончиков ушей до ворота рубашки. — Я... я много слышал о Вас. О том, как Вы построили бизнес с нуля. О Ваших методах. О том, как Вы относитесь к сотрудникам. — Он говорил всё быстрее, путаясь в словах. — И ещё... мне кажется, я должен здесь быть. Не знаю почему. Просто... когда я увидел вакансию, у меня внутри всё перевернулось. Будто... будто я забыл нечто важное, и мне необходимо это вспомнить. И именно здесь я смогу найти разгадку. Рокэ смотрел на него, и где-то глубоко внутри железный засов, сковывавший сердце все эти годы, начал ломаться. — Вы знаете, Окделл, — сказал он, вставая из-за стола и подходя к окну. — У меня есть одно правило. Я не беру на работу людей, которых не знаю лично. Но для Вас я сделаю исключение. Ричард поднял на него глаза, и в них вспыхнула такая надежда, что у Рокэ перехватило дыхание. — Правда? — Правда. — Рокэ обернулся. — Вы приняты. Приступаете в понедельник. Лионель Савиньяк введёт Вас в курс дела. — Спасибо! — Ричард вскочил, уронив папку. — Спасибо огромное! Обещаю, я Вас не подведу! — Я знаю, — тихо сказал Рокэ. — Не подведёте. Ричард уже был у двери, когда Рокэ окликнул его. — Окделл. — Да? — Добро пожаловать. — Рокэ сделал паузу, глядя в эти глаза, которые он искал целую жизнь. — Добро пожаловать, юноша. Ричард замер на секунду, словно это прозвище что-то задело в глубине его памяти. Потом улыбнулся — той самой улыбкой, светлой, неуверенной, от которой у Рокэ замирало сердце — и вышел. Дверь закрылась. Рокэ остался один. Он медленно опустился в кресло, провёл рукой по лицу, чувствуя, как дрожат пальцы. — Я так долго тебя ждал, — прошептал он в пустоту кабинета. — Так долго, mi amor. Он посмотрел на монитор, где всё ещё было открыто резюме. Фотография. Имя. Телефон. Телефон. Рокэ набрал номер, даже не сверяясь с экраном — он запомнил его с первого взгляда. — Алло? — голос на том конце был удивлённым. — Эр Алва? — Дикон, Вы забыли свои вещи. В кресле осталась папка. — Ой! Я сейчас вернусь! — Не нужно. — Рокэ позволил себе улыбнуться. — Я сам принесу. И заодно приглашу Вас на обед. Отметим Ваше назначение. — Но... разве так принято? — Со мной — принято. Ждите внизу, я спущусь через пять минут. Рокэ положил трубку. Взял со стола папку, которую Ричард действительно забыл на кресле. На обложке, в уголке, был нарисован маленький ворон. Небрежно, шариковой ручкой, словно автоматически. Рокэ провёл пальцем по рисунку. — Всё правильно, — сказал он себе. — Ты нашёл меня. Теперь моя очередь — сделать так, чтобы ты больше никогда не потерялся. Я не позволю больше никому нас разлучить. Это будет под моим личным контролем. Он вышел из кабинета, направляясь к лифту. Внизу, в холле, его ждало красивое светлое будущее. Невероятно симпатичное и неловкое, но безумно любимое.