Первый и единственный

— Галина Сергеевна, ты уверенна, что хочешь этого? Да, у меня давно расписан план совместной жизни с Полежайкиным на годы вперед. Согласно ему, это должно было случиться через девять лет, когда у меня уже будет стабильная работа и репутация следователя с отличной раскрываемостью, но я недооценила интенсивность гормонов в пубертатный период. В последнее время я часто думаю о сексе и ничего не могу поделать. Не могу как следует сосредоточиться на учебе. Тяжелее всего приходиться ночью, когда эти мысли прорываются с края сознания в фазу активного сна. Я просыпаюсь вся мокрая, щеки пылают от стыда и страха: вдруг я стонала или говорила что-то не подходящее для ушей маленькой Пуговки, хоть и спящей? Я решаю дать невербальный ответ. Встаю на кровать, оказываясь на голову выше и снимаю китель парадной формы, расстегиваю белую рубашку и распускаю волосы. Пытаюсь выровнять дыхание. Он смотрит на меня с таким восхищением, будто я наикрасивейшая девушка в мире. Во многом я развила свой интеллект до — не стану скромничать — значений гениальности, чтобы на меня обратили внимание. Но такого внимания и обожания, как в глазах у Полежайкина мне не получить больше ни от кого на свете. Он подходит на шаг ближе и целует меня. По животу разливается волна возбуждения, те самые бабочки в животе.Хочется еще и никогда не отрываться от него. Но все же приходится прервать поцелуй, чтобы разделить его. Илья неловко возиться с застежкой лифчика, я остаюсь в одних трусиках, когда он подхватывает меня с кровати на руки. Я прижимаюсь к нему всем телом, обхватывая руками и ногами. Потом он садиться на кровать, держа меня на коленях.Жадно целую губы, шею. Резкий запах одеколона его отца не заставляет остановиться, а вот тот факт, мы чуть не забыли про презерватив, отрезвляет. Член в состоянии эрекции твердый и горячий. раньше я знала это просто, как факт, теперь знаю и как чувство под пальцами. Я вся истекаю смазкой, что выделяется Купертиновыми железами. Презерватив надет точно, как в инструкции, которую я изучила по дороге домой к Полежайкину. Секунда и он медленно проникает в меня. — Тебе не больно? — голос мягкий, робкий. — Чуть — чуть, но так у всех в первый раз. Мне приятно, продолжай. За пять минут поступательных доведений мое тело напрягается, сердечный ритм учещается и невыносимо. Все как в энциклопедии в разделе «Цикл сексуальных реакций человека», но вот все резко обрывается. Тело от кончиков пальцев до головы становится, как вата и на контрасте с этим сила сокращения мышц влагалища едва не доводит меня до обморока. Как же я ошибалась, когда думала, что ничего не может быть лучше только что полученные пятёрки! Я крепче обнимаю своего парня, своего мужчину и когда толчки прекращаются, зарываюсь пальцами в каштановые волосы до плеч.В комнате усиливается солёный запах. Мы усталые валимся на кровать и засыпаем. Но прежде, чем проваливаться в крепкий сон, я говорю: — Ты всегда будешь со мной. Ты мой первый и единственный.