Перезвоню зимой

«Мамочка... Я не хочу сюда... Не нужно, я не хочу!» — вспомнились крики ребенка, пока мать безжалостно уезжала подальше, оставив родного сына на пороге детского дома с одним жалким портфелем, в котором была записка и игрушка. Джона передёрнуло. Он резко закашлялся от чувства обволакивающего сигаретного дыма в легких. Переведя взгляд на соседнюю кровать, он снова увидел своего соседа. Линч опять просто смотрел в потолок, будто бы не моргая, лишь изредка жалобно вздыхая, будто блуждая среди темного леса собственных мыслей, желая понять зачем он тут. Когда там приехал его сосед? Кажется неделю назад... Шатен начал глазеть на него. Линч был похож на мертвую рыбу. Вот которую только что убили, всадив нож в склизкие жабры, когда она еще пыталась двигаться и дышать. — Ты че там разглядел? Спросил Джон, потушив сигарету о тумбочку возле кровати, бросив ее куда-то в угол комнаты, к паукам и прочей живности. — Там же вон... Рисунок девушки. Ответил Линч, сверля облезлый потолок скептичным взглядом. Джон поднял взгляд на потолок над кроватью Егора, но там ничего не было. Он даже прищурился, попытавшись разобрать, где там этот чудик разглядел девушку. — Там нет ничего. Сказал Джон, скрестив руки на груди, тяжело вздохнув. — Ну как нет? Вон же голова, волосы длинные... Он начал тыкать пальцем вверх, водя им в воздухе, что-то изображая. Джон второй раз даже смотреть не стал. — Говорю же, там нет ничего. Линч после его слов нахмурился, а после засуетился, лицо прошиб холодный пот. Взгляд стал нервным и неловким. — Ой... Я, кажется, таблетки забыл принять... Черноволосый плюхнулся с кровати на пол, начиная рыться в своей тумбочке, сидя на коленках. — Что за таблетки? Поинтересовался Джон скорее по привычке, в неохотной попытке поддержать диалог, нежели из реального любопытства. — От апофинии. Ответил Линч, найдя нужную белую упаковочку с шуршащими внутри таблетками. — Ммм. Протянул Джон, явно не особо стремясь уточнять, что это такое. *** Ночь. Джон комкал постель мокрыми пальцами. В груди сжимался ком тревожности. Грудь тяжело вздымалась. Он резко сел на кровать, широко распахнув глаза, дыша через рот. Парень судорожно вздохнул, не желая вспоминать то, как мать уезжала. «Нет, не хочу» — подумал подросток. Он повернул голову в сторону Линча. Сосед мирно спал, сжавшись в комочек. Джон, не особо сдерживаясь от вредной привычки, достал помятую пачку сигарет из под матраса и зажигалку. Зажав фильтр сигареты между губ, он чиркнул большим пальцем по колесику зажигалки, появилась лишь искорка, которая потухла через секунду. Горючего почти не осталось, но Джон не сдался и упорно продолжил насиловать колёсико зажигалки до подпаления верхнего слоя кожи. Наконец показался огонек. Он подпалил другой конец сигареты, забитый табаком. Сигарета пошла с легкостью, но подросток закашлялся, когда белый табачный дым проник в легкие, обжигая горло. Парень бросил ледяной взгляд на настенные пыльные часы, которые даже не издавали звука тиканья. Вовремя, однако, его разбудил кошмар. Время было 07:18. Через 12 минут уже нужно быть готовым к «мероприятию». По крайней мере так эти мучительные 20 минут в актовом зале называли воспитательницы. Спустя минуту паренек затушил злощастную сигарету, выдыхая остатки белого узорчатого дыма в шершавый потолок. Подняв голову на Джона что-то упало. Он посмотрел на свои колени. Несколько опарышей судорожно ползали и крутились на его коленях. Парень проморгался, а после бешенно вскочил со скрипучей кровати, стряхивая их. Подавив насекомых он задумался... «А откуда тут вообще опарыши? Они же появляются только в гнилой еде или на кухне... Ну ладно на кухне, могут еще в ванной, но как тут то?» Все это было весьма странным. Самое обидное и мерзкое было то, что они сыпались прямо из потолка над его кроватью. Нужно будет переставить кровать в другое место. Выдохнув парень быстро засобирался. Натянув мягкий свитер на худое тело, Джона опутали воспоминания... Он сидел в своей комнате за небольшим рабочим столом и писал что-то в тетрадку, слушая музыку в спутанных проводных наушниках. Черная ручка будто бы сама придумывала короткие истории или стихотворения, параллельно пририсовывая к ним небольшие корявые рисуночки. Джон тепло улыбнулся, помяв кремовый рукав кофты. Постояв так еще с минуту он глянул на Линча. Тот продолжал дрыхнуть, как убитый, но лишь изредка вздрагивал от холода. «Сам виноват, если получит наказание» — без привычного милого дружелюбия подумал шатен, глядя на того сверху вниз. С первых дней он ему не понравился. Вечно указывал что да как, а спустя пять дней после того, как его родаки сбагрили его сюда и вовсе сдулся. Выйдя из комнаты, он спустился на первый этаж, в актовый зал. Довольно просторное помещение с обшарпанными стенами и грязным кафельным полом, на котором местами уже были трещины. Джон сел на стул в первом ряду и глянул на воспитательниц. В основном это были женщины за 40, но там была еще одна девушка. На ней был белый халат, под которым была рубашка и белые штаны, бежевые туфли и ярко-красная помада на губах, что контрастно выделялась, по сравнению с бледной кожей. На вид ей было лет 20-28, может быть новенькая медсестра? Впрочем, Джона это не особо волновало. Он скрестил руки на груди и откинул голову назад, уставившись в потолок. Сразу же вспомнился момент из комнаты. Брр... Кого кого, а вот насекомых он терпеть не мог всей душой. Парень вздрогнул при мысли о них, чуть не свалившись со стула назад. Вдруг дверь в актовый зал распахивается и врывается растерянный и запыханный Линч. Одна из воспитательниц, Грейс Фоер, злобно глянула на него и кивком указала тому сесть. Не успел Линч и шага сделать, как запутался в собственных ногах и упал прямо на пол. Джон закрыл глаза рукой, тяжело вздыхая и хихикая, вместе с другими ребятами. Подросток с изумрудными глазами тем временем судорожно сел на пол, потирая нос, которым ударился. На пальцах почувствовалась влага. Нахмурившись, он посмотрел на свои подушечки пальцев. Все они были перепачканы липкой кровью, которая местами доходили аж до половины второй фаланги. Неловкость гудела в голове, перекрывая здравые мысли. Такое происходило довольно часто, ведь у Егора всегда были проблемы со здоровьем. Природа наградила его слабыми кровиносными сосудами в носовой области, из-за чего от любого резкого движения или случайным задеванием носа могла пойти кровь. Но сколько бы паренек не наблюдал подобного, это его все время сбивало с толку. Он ее боялся. Кровь и подобные кровавые сцены ему не нравились до жути. Линч вздрогнул, пока алые пятна проявлялись на полу. Никто из воспитательниц не обращал на него внимания, лишь медсестра обеспокоенно глядела на него. Девушка глянула прямо на Джона, а после умоляюще посмотрела на него и кивнула сначала в сторону сидящего на полу, а после и в сторону медкабинета прямо напротив актового зала. Джон недоумевающе зыркнул на нее исподлобья и закатывая глаза все же отпросился у воспитательниц проводить Линча к мед кабинету. Те нехотя его отпустили ровно на пару минут. Джон выдохнул и протянув руку Линчу сказал: — вставай. Линч молча продолжал сидеть на кафеле, никак не реагируя. Шатен недоуменно проморгался, метнув взгляд к медсестре. Та лишь торопливо кивнула в сторону выхода. Очкастый все же чуть приподнял Егора за шкирку, подхватив его под руку. Зеленоглазый вздрогнул, но поддался помощи. Дотащив его до медпункта он подтолкнул парня к кушетке, а сам молча облокотился на стену рядом с дверью. — ты чего не идешь обратно? Спросил Линч, глазея на своего соседа. — я не хочу туда идти. Коротко отчитался Джон, поправив за дужку съехавшие на кончик носа очки. Больше подросток не решился что-либо спрашивать... *** По окончанию утреннего «мероприятия» в медпункт зашла та самая молодая девушка. Ее рыжие кудряшки свисали с плеч. Она ловко достала из небольшого холодильника холодную колбочку с каким-то лекарством и прижала к переносице, параллельно зажав ему крылья носа. — дыши ртом. Сказала она, а спустя пару секунд добавила: — меня зовут Амелия, ко мне на «ты» можно. Девчушка тепло улыбнулась, пока Линч ссутулившись сидел на кушетке. — аа... Хорошо. Он глянул на Джона, но сразу же отвёл взгляд куда-то в сторону металлического столика с лекарствами, разглядывая названия на этикетках, приклеянных к стеклянным баночкам с лекарствами. Паренек в очках нетерпеливо открыл дверь, но его остановил женский голос: — Джон, подожди его. Вы же соседи, должны выручать друг друга. Помоги ему до комнаты дойти, а то еще свалится по пути. Джон хотел уже начать возмущаться, как вдруг он замечает ее строгий взгляд. Не в силах ослушаться, он нехотя кивнул, кусая нижнюю губу. Когда ребята вышли, то Джон заметил, что его чуть покачивает из стороны в сторону, видимо, у соседа и вправду не всё так уж и сладко со здоровьем. На несколько секунд его стало даже жаль, но очкастый достаточно быстро подавил это чувство. Наконец, дойдя до комнаты, Джон отпустил его, усадив на кровать, а сам принялся передвигать свое спальное место, которое явно не желало этого делать и мерзко скрипело в знак протеста. Поскольку места было не так уж и много, то на первое время он пододвинул кровать ближе к Линчу, пока тот вопросительно глядел на него. — Джон, чего кровать двигаешь? Нахмуренно поинтересовался подросток, глядя на него. — Там дырка в потолке какая-то... И из нее жуки сыпятся. На первое время так передвину, а после попрошу переселить. Процитировал Джон, стараясь придвинуть кровать не слишком близко, пока Линч рассматривал потолок. Спустя пару минут он тихо сказал: — Аэ... Там нет ничего... Джон моргнул, а после поднял голову вверх. И вправду... Ничего нет. «Просто показалось», — оправдал себя сероглазый, отодвигая кровать обратно. На минуту комнату заполнило неловкое молчание, вперемешку с периодическими переглядками подростков. Джон почесал затылок. Линч отвел взгляд.