Букет сирени

Апрельский воздух, ещё не прогретый, но уже обещавший тепло, трепетал предчувствием. Утро окуталось пеленой серой, мягкой дымки, лишив мир резких граней и звуков. Небо, словно прикрытое тончайшим серой тканью, приглушило краски, наделив всё вокруг покоем и тишиной. Вероника шла в школу, погружённая в привычный ритм шагов и мыслей. Дорога была знакома, как собственная ладонь. Но вдруг, словно спохватившись, она замедлила шаг, втягивая воздух глубже. Сирень. Едва уловимый аромат, невесомый, как прикосновение крыла. Слишком рано. Конец марта, а может, уже и не март вовсе… Ника провела пальцами по ремешку сумки, но ощущение лёгкости, предвестие чего-то не совсем обычного, осталось с ней.

***

Второй урок, как и все предыдущие, тянулся ровно и скучно. Учитель, излагая материал у доски, одноклассники, погружённые в тетради, обрывки тихих разговоров – всё это сливалось в монотонную симфонию школьной рутины. Вероника, опустив голову ниже обычного, взглядом скользила по светящемуся экрану телефона, спрятанного под партой. Вадим. «Проспал. На второй не успею». Лёгкая, почти незаметная улыбка тронула её губы. Быстрый ответ: «Так не приходи вообще». Почти мгновенное подтверждение: «Легко». Вероника тихо выдохнула, едва сдерживая усмешку. — Конечно, — прошептала она себе под нос. — Вероника, вы что-то сказали? — голос учителя, внезапно прозвучавший совсем близко, заставил её вздрогнуть. Она спокойно подняла глаза. — Нет. Он коротко кивнул и отвернулся. Вероника снова уткнулась в телефон. Сообщение, короткое, но цепкое, не отпускало. Её взгляд скользнул к окну. Там, среди голых ветвей, уже проглядывали робкие сиреневые пятна. Мысль, внезапная и навязчивая, оформилась в решение. Она закрыла тетрадь. Соседка по парте удивлённо обернулась. — Ты куда? Вероника лишь пожала плечами: — Скучно тут. Спокойствие её тона погасило дальнейшие вопросы. Она встала, вышла из класса, прошла по пустому коридору. И только когда школьная дверь осталась позади, позволила себе остановиться. Вероника достала телефон. «Ты где?» Ответ пришёл через минуту: «Иду. А ты?» Она посмотрела на экран, затем на ворота школы перед собой. И написала: «Жду».

***

Вадим появился не сразу, минут через десять. Вероника успела несколько раз пройтись взад-вперёд, взглянуть на дорогу и снова вдохнуть этот странный, усиливающийся запах сирени. Когда он подошёл, она сразу его узнала. Косматая русая чёлка, будто её никогда и не пытались уложить. Светлые, слишком живые для только что проснувшегося человека глаза. И эта лёгкая, почти привычная небрежность во всём облике. — Ник… — он остановился напротив, чуть прищурившись. — Ты серьёзно отсюда свалила? Вероника скрестила руки. — А ты серьёзно проспал, мудак? Он хмыкнул. — Ладно, по-честному. Она едва заметно улыбнулась. — Вот и я по-честному. Он на секунду бросил взгляд на школу за её спиной, потом снова на неё. — Тебя не спалят? — Скорее всего— нет. — Отличный план, блять. — У тебя лучше был? — Нет, — признался он. — Поэтому я тут. Вероника кивнула, словно это было самым очевидным. — Куда пойдём? Вадим огляделся, потом кивнул в сторону улицы. — Там магазин есть. Пойдём? — Зачем? — Хочу зайти. Вероника вздохнула, но без раздражения. — Ладно. Только быстро. — Ой, не нуди. Они пошли рядом. Не слишком близко, но и не на расстоянии – так, будто это уже давно стало их обычной дистанцией. — Ты часто так делаешь? — спросила Вероника, глядя вперёд. — Как? — Прогуливаешь. Он усмехнулся. — Иногда. — Иногда — это сколько? — Когда лень. — Честно. — Я стараюсь. Он посмотрел на неё. — А ты? Вероника задумалась на мгновение. — Когда скучно. Но особо... никогда. — До сегодня? Она кивнула. — До сегодня. Вадим тихо усмехнулся. — Плохая компания. — Очевидно. – Испортили меня. – Она "страдальчески" приложила руку ко лбу – Ну спасибо, блин. Подожди здесь, — сказал он, останавливаясь у магазина. Вероника посмотрела на дверь, потом на него. — Я быстро Он улыбнулся и зашёл внутрь. Вероника осталась у входа. В стекле отражалась улица, редкие прохожие и кусты сирени вдоль забора. Теперь их было видно лучше — цвет становился насыщеннее, живее. Она подошла ближе, рассматривая ветки. — Рано ещё… — тихо сказала она. — Для чего? Вероника обернулась. Вадим уже стоял рядом. — Ты тихо отойдешь. — Это талант, — ответил он. Он протянул ей руку. — Держи. На ладони лежала барбариска. Вероника посмотрела на неё, потом на него. — Серьёзно? — Спасибо, что подождала. Она взяла конфету, развернула фантик. — Это подкуп. — Это вежливость. — Разница есть? — Конечно. Вероника усмехнулась и закинула конфету в рот. — Какая-то дешёвая вежливость... Ладно. Засчитано. Но в следующий раз шоколадка! – Ещё чего! Я тебе что, миллиардер? Они посмеялись и снова пошли вперёд, уже не спеша. Разговор то появлялся, то затихал – и в этом не было ничего неловкого. За углом Вадим остановился. Достал пачку сигарет, щёлкнул зажигалкой. Вероника посмотрела на него с лёгким недоумением. — Ты же спортсмен. Он пожал плечами, выдыхая дым. — И что? Он протянул пачку в её сторону. — Будешь? Вероника посмотрела на сигареты, потом на него – и фыркнула. — Да дурень ты, Ебалай Ебалаевич. Сказано было легко, почти с улыбкой. Она на секунду замолчала, потом вдруг посмотрела куда-то в сторону, за забор. — Вадим… пойдём сирень рвать? Он приподнял бровь. — Серьёзно? А сама? — Ты выше, не ной. Он вздохнул, закатив глаза, но улыбка всё равно осталась. — Ладно, Ника. Пойдём. Но если нас поймают... – Если нас поймают, а я скажу что я не знаю того идиота, который рвал сирень И они, смеясь, свернули во двор.