Загадка рун

      Когда Эден только-только приручил Вай-Зивер — совсем как в старых сказках! — ему казалось, что вот-вот случится нечто чудесное, и волшебная лошадь понесёт его через другие миры.       Но сперва создание из легенд вообще ничем, кроме внешности, не выделялось. Вай-Зивер вела себя, как самая обычная лошадь, и не делала ничего такого. Со временем, однако, она стала заметно умнее, и через несколько лет как будто даже начала понимать, о чём с ней разговаривают, и реагировать «впопад». А недавно и вовсе продемонстрировала нечто удивительное.       В отряде недавно появился новенький, пришедший на смену погибшему Бертрану — Говард Фаул. Он тоже был мастером плетений со специализацией на защитных заклинаниях, однако манера колдовства у него отличалась — в том числе и особенности щитов, которыми он окружал лагерь. Заклятия Говарда путали мысли, отворачивали прочь, не давали найти защищённое место. Тёмные однажды даже выпихнули Оскара за границы лагеря, чтобы посмотреть, как это работает, и потом радовались, как дети, когда замороченный парень показывал оскорбительные жесты вообще куда-то не в ту сторону.       Только на Вай-Зивер эти барьеры работали не совсем правильно. Кобыла успешно сбивалась с курса, но потом всё равно наводилась на своего хозяина, как по компасу, вызвав немалое удивление Говарда и остальных специалистов. Кажется, только сейчас, спустя столько лет, тёмные маги начали верить, что Вай-Зивер — не просто лошадь.       Это случилось, когда отряд закончил патруль и вернулся на базу. Эден как следует вычистил Вай-Зивер, похлопал её по шее — и оказался в другом, незнакомом месте. Там Ройду и его проводнику пришлось выдержать настоящее испытание, но, кажется, они справились. Спустя много часов путешествия, пройдя через неказистую дверь посреди ничего, Эден снова очутился в сарайчике, переоборудованном под конюшню, и рядом как ни в чём не бывало стояла Вай-Зивер. Выглянув на улицу, Эден прикинул, что, похоже, здесь не прошло и часа. Всё ещё был вечер, и нигде поблизости не наблюдалось толпы испуганных пропажей куратора тёмных.       Может, привиделось?       Эден на всякий случай ощупал себя. В карманах что-то было. Ройд точно помнил, что опустошил карманы незадолго до этого, поэтому доставал неизвестное нечто не без затаённого опасения.       Это оказалось два предмета. Шарик, как будто стеклянный, который засветился мягким жёлтым светом, стоило сжать его в руке, и серый камешек, похожий на наконечник стрелы, с несколькими выцарапанными линиями, которые складывались в какое-то подобие буквы. Вай-Зивер неожиданно заинтересовалась камушком, толкнула его носом, потом очень внимательно посмотрела на Эдена. Как будто чего-то ждала.       — Это тебе нужно? — Эден протянул камушек на ладони, кобыла пошуршала по нему губой, как будто хотела съесть, но не взяла и снова взглянула хозяину в лицо. И Эден вспомнил.       Этот камушек был не первым. Ранее, несколько лет назад, Эдену попались странные деревянные щепочки с похожими царапинами-буквами. Сейчас они хранились на полочке среди коллекции других необычных и непонятных мелочей, которые Ройд находил в болотах и которые были признаны безопасными и не представляющими научного интереса. Об этом сходстве стоило подумать. Как и о том, откуда взялся камушек, если Эден его туда не клал.       Ещё немного пошарив по карманам, Эден достал и другие вещицы. А вот эти он помнил, так как лично их добыл в том странном приключении. Десять тонких золотых пластинок и аккуратно завёрнутый в носовой платок золотой катышек навоза, который произвела Вай-Зивер. Кобыла потянулась к платку носом, потом, будто унюхав что-то неприятное, отшатнулась и недовольно зафыркала.       — Твоё, между прочим, — улыбнулся Эден, прибрал вещи обратно по карманам и, похлопав проводника по шее, вышел на улицу.       На базе было тихо — специалисты так настрадались в патруле, что теперь про их существование можно было на сутки-двое забыть. Тёмных сейчас никакие блага не заставят вылезти из горячей ванной или мягкой постели. Эден был не настолько жесток, чтобы беспокоить подопечных, приводящих душевное равновесие в порядок, поэтому решил рассказать про своё приключение попозже, когда специалисты хотя бы немного очнутся. А пока странный камешек занял место на полке рядом с двумя щепочками.

***

      Рано или поздно отдых должен был наскучить даже самым ленивым тёмным, и они понемногу начали выбираться из своих убежищ. Дождавшись, пока подопечные начнут более активно подавать признаки жизни, Эден вышел к гаражу — оттуда было удобнее их вылавливать.       Первым «попался» Рихард, который заметил, что куратор чем-то подозрительно шуршит, подошёл ближе и получил маленькую золотую пластинку. Осмотрев пластинку, тёмный осторожно попробовал её на зуб. Почти сразу подскочили Чес и Рен. Эден и им вручил по сувениру, и маги тут же затеяли шутливую свару, выясняя, кому досталась штучка покрасивее. Осторожно приблизился Оскар, заинтересованный тем, что тут происходит. А следом, как снежный ком, к собранию начали «прилипать» и остальные специалисты. И каждый счёл своим долгом немного пожевать полученную пластинку. Эден не был уверен, что тёмные понимают смысл этого действия. Казалось, что они просто проверяют, не откусят ли кусок, не окажется ли «золото» какой-нибудь замаскированной едой.       Одним из последних подошёл новенький, разумеется, Эден и ему сувенирчик дал. Говард воодушевился, тоже куснул пластинку, потом покрутил в руках, любуясь блеском, и задал вопрос, до которого пока не додумался ни один из его коллег, слишком увлечённых безделушками:       — А откуда такие зачётные блестяшки?       Взгляды остальных тёмных тут же скрестились на кураторе. И правда, откуда? Не из деревни же принёс. Из деревни куратор принёс бы пирожки или карбонада там.       — Расскажу чуть попозже, — пообещал Эден, — всем сразу, чтобы два раза не повторять.       Взгляды тут же переместились с куратора на дверь одного из жилых домов. Где там застрял самый опаздывающий? Почему его до сих пор нет? У, морда!       Юджин, который просто хорошо выспался и выбрался наружу на поиски еды, не ожидал, что его встретит девять горящих взглядов. Едва не случилась потасовка, но Эден быстро успокоил подопечных и повёл в столовую, где усадил всех и приступил к рассказу.       Разумеется, некоторые детали были опущены, чтобы не волновать отряд. Эден не упомянул ни эпизод с волшебным колодцем (золотой навоз всё равно стал обычным, и больше такого Вай-Зивер не делала), ни Древо, которое предлагало сделать выбор (тёмные бы только зазря агрессировали из-за осознания, что их личный куратор находился в опасной ситуации, а они никак не могли помочь). Хватило для волнений и того, что Ройд где-то там гулял с посторонним тёмным! Подопечные по несколько раз переспросили, точно ли этот посторонний хрен с горы не обижал их куратора, а Говард помимо этого уточнил, не замёрз ли Эден по тому лесу шататься. Говард вообще вёл себя нехарактерно заботливо, как для тёмного, и Эден поспешил подкрепить хорошее поведение ответной улыбкой и заверениями, что там было совсем не холодно. Этого вполне хватило, чтобы Говард перестал беспокоиться о здоровье куратора и вспомнил о еде. Слушая, как тёмные выясняют, чья очередь готовить, если вчера никто до столовой так и не дошёл, Ройд мысленно улыбался. Его подопечные в своём репертуаре.

***

      Вай-Зивер вела себя необычно. Она норовила заглянуть в лицо, будто чего-то ждала, и Эден далеко не сразу понял, чего именно. Потом сообразил, что точно так же кобыла смотрела после того, как обнюхала странный камень с царапиной. Чтобы проверить свою догадку, Эден сходил к себе в квартиру, забрал камень и заодно две щепочки с похожими на руны царапинами и принёс их Вай-Зивер. Та пришла в заметное возбуждение, задрала губу, мотая головой вверх-вниз.       — Хорошо, я понял, тебе нужны эти вещички, — проговорил Эден вслух. — Тебе их в стойло положить? Или бусики сделать?       Увы, Вай-Зивер была хоть и довольно умной, но всё же лошадью, и внятного ответа от неё вряд ли удалось бы добиться. Ситуацию спас Брайан, отрядный артефактор, который шёл мимо сарайчика в сторону тренировочной площадки.       — Чё делаешь? — поинтересовался тёмный, изменив курс на сближение с куратором. Эден показал Брайану щепочки и камень.       — Пытаюсь понять, что от них нужно Вай-Зивер.       — О, чё за артефакты? — Брайан посмотрел на предметы, потом перевёл взгляд на Эдена. Нахмурился. — Ройдик, ты чё творишь? Зачем подбираешь всякую дрянь? А если б она тебя убила при прикосновении?       Беспокойство тёмного не было необоснованным, учитывая, сколько всяких опасностей можно было встретить в здешних болотах. Эден удивлённо хлопнул ресницами.       — Артефакты? Щепочки я подбирал на проверенных местах, они точно были чистые. И я перед тем, как подобрать, показывал их Оскару, они не представляют археологической ценности.       — Говоришь, не были артефактами? — уточнил Брайан. — А камень?       — Он просто появился у меня в кармане после того приключения, — объяснил Эден. — Наверное, если б он был опасен, я бы уже пострадал?       Тёмный задумался, потёр подбородок.       — Странная хрень.       Он простёр руку над предметами, лежащими на ладони Эдена, нахмурился.       — Ничего вредоносгого правда не вижу, да и полезного ничего не вижу, но тут зачем-то прикручена активация только владельцем. И распознавание по крови. Странная хрень, — повторил Брайан ещё раз.       — Распознавание по крови? — переспросил Эден и посмотрел на Вай-Зивер. — Похоже, она как-то с этими артефактами связана…       Юноша не успел договорить мысль, а в руках тёмного уже сверкнул ритуальный кинжал. Вай-Зивер возмутилась и окрысилась, поджав уши.       — Кажется, она не хочет, — мягко сказал Эден, вставая между Брайаном и проводником.       — Не больно и хотелось, — с независимым видом тёмный отступил, убрал кинжал и, кивнув куратору, удалился по своим, без сомнения, крайне важным делам.       Но главное Брайан уже сделал — заставил Эдена задуматься.

***

      Тем же вечером после ужина, когда тёмные разбрелись по своим квартирам и вряд ли бы покинули их до самого утра, Эден снова навестил Вай-Зивер, взяв с собой странные артефакты и несколько иголок. Хозяину кобыла позволила уколоть себя в ухо, чтобы выступила кровь. Подцепляя красные капли кончиком иглы, Эден осторожно перенёс кровь на рисунки. Но ничего не случилось. Вай-Зивер, казалось, посмотрела на своего человека, как на дурачка. И тогда Эден понял.       Если не кровь проводника, значит, кровь владельца?       В любой другой ситуации Ройд бы тысячу раз подумал и потом бы передумал. Всё-таки жизнь с тёмными магами подразумевает, что технику безопасности ты знаешь на отлично, в том числе пункт «никогда не позволяй своей крови, слюне или ещё чему-нибудь пролиться на магическую вещь, свойства которой ты не знаешь». Но сейчас юношей завладело то же самое ощущение ожившей сказки, что и несколько лет назад, когда он впервые встретил Вай-Зивер.       Уколов палец чистой иголкой, Эден осторожно помазал артефакты кровью. И вот тут кое-что всё же произошло.       Руны осветились изнутри, поднялись в воздух и, издавая еле слышный мелодичный звон, зависли напротив Вай-Зивер. Та совсем не испугалась, потянулась к ним, шумно выдохнув. Сияние стало ярче, оно быстро нарастало, и в какой-то момент Эден, не выдержав, закрыл глаза ладонью. Звон стал громче, выше, глубже, торжественнее — и оборвался, оставив после себя ощущение послегрозовой свежести.       Когда Эден снова взглянул на Вай-Зивер, пред ним предстал настоящий проводник — создание с наполненными магией глазами и мягко сияющими в темноте дополнительными конечностями.       — Ты прекрасна, — прошептал юноша еле слышно, боясь слишком громким возгласом разрушить волшебство момента. Вай-Зивер в ответ нежно фыркнула и «обняла» его своей удивительно гибкой шеей. Эден тихонько рассмеялся, обнимая Вай-Зивер в ответ.       — То-то господа специалисты завтра удивятся. Главное, чтобы случайно не попытались тебя атаковать.       Кобыла как будто ехидно заржала, переступая ногами — и обычными, и волшебными.       — Ну-ну, не будь так скептична, — весело сказал Эден, разжал руки, отступил на шаг. — Они, в конце концов, заботятся о моей безопасности.       Вай-Зивер в ответ пошлёпала губой, что Эден перевёл как «ладно, пусть живут». В этот момент юноша случайно выглянул на улицу и увидел, что уже поздняя ночь. Ритуал занял чуть больше времени, чем он рассчитывал!       — Ой. Мне нужно тебя покинуть, — извиняющимся тоном сказал Эден, чмокнул Вай-Зивер в нос и, не забыв прибрать улики, поспешил к себе. Будильник никто не отменял, и куратор не мог себе позволить проспать, чтобы не подавать подопечным плохой пример. Они с этим и сами прекрасно справятся.