Стратег в теле бога

     Я не стал звать их из зала управления.      Они не солдаты и не сотрудники. И точно не те, кому бросают короткое сообщение: «Срочно явиться».      Сначала я полетел на юг.      Кандак встретил меня сухим ветром и золотистым светом, который ложился на купола дворца так, будто их специально полировали для заката. Я опустился во внутреннем дворе — без грохота, без демонстративной силы. Стража заметила меня, но не двинулась. Они уже знали, что я не прихожу по пустякам.      Адам вышел сам.      Без плаща, без короны, в тёмной форме, которая выглядела почти скромно на фоне мрамора и золота. Он остановился в нескольких шагах от меня, изучая лицо.      — Мы ещё не воевали вместе, — сказал он спокойно.      — Именно поэтому я здесь лично, — ответил я.      Я кратко изложил факты. Без преувеличений, без лишних эпитетов. Глубина залегания. Скорость адаптации. Вероятная траектория к густонаселённой зоне.      Он слушал, не перебивая.      — Это не магия, — добавил я. — Но магическое воздействие может дать нам окно. Короткое.      Адам кивнул.      — Ты хочешь убить его быстро.      — Да.      — И если не получится?      — Он станет сильнее.      В его взгляде не было страха. Только оценка.      — Когда?      — Менее чем через двое суток.      Он посмотрел в сторону города, на крыши, где начинали зажигаться огни.      — Я прилечу сам, — произнёс он. — Координаты пришли.      Я кивнул.      Второй визит был сложнее.      Я нашёл Артура на побережье — он стоял по щиколотку в воде, разговаривая с рыбаками, которые спорили о новом участке ловли. Трезубец лежал на песке рядом, будто обычная палка, а не древний артефакт.      Он заметил меня раньше, чем я опустился.      — Если ты пришёл за солью для ванны, — крикнул он, — придётся подождать.      Я подошёл ближе.      — Нам нужен разговор.      Он уловил тон сразу. Рыбаки отошли без слов.      Мы отошли к линии прибоя. Ветер трепал его волосы, волны били о камни, и всё это выглядело слишком мирно для того, что я собирался сказать.      Я объяснил.      Без театра. Без «спасения мира».      — Он идёт к городу? — спросил Артур.      — Да.      — И ты уверен, что это не одна из твоих «интересных задач», которые можно решить аккуратно?      — Нет.      Он усмехнулся, но без радости.      — Тогда почему я?      — Потому что твой трезубец пробивает то, что не пробивают мои удары, — ответил я. — И потому что ты держишь удар лучше, чем большинство.      Он наклонился, поднял трезубец и провернул его в руке, будто взвешивая решение.      — И как я доберусь до твоей сельской идиллии? — спросил он. — На дельфине?      — Самолёт уже готов, — сказал я. — Без маркировки. Он доставит тебя в центр управления.      Артур посмотрел на меня внимательно.      — Ты всё просчитал.      — Я стараюсь.      Он фыркнул.      — Ладно. Только без твоих тридцатисекундных вдохновляющих речей.      — Обещаю.

***

     Кандакский разряд появился над комплексом поздно вечером. Адам приземлился на площадке без лишней демонстрации силы и вошёл внутрь так, будто это был ещё один зал его дворца.      Через час реактивный самолёт без опознавательных знаков коснулся полосы. Артур вышел из него, раздражённо щурясь от сухого воздуха и оглядывая бетонные стены.      — Ненавижу самолёты, — пробормотал он, подходя ко мне. — Они слишком шумные.      — Ты привыкнешь, — ответил я.      — Не собираюсь.      В зале управления карта уже была выведена на центральный экран. Лекс стоял у панели, работая сразу с несколькими потоками данных. Он кивнул Адаму и Артуру — не как начальник, а как партнёр, который понимает, кто перед ним.      — Эвакуация завершена на девяносто восемь процентов, — сказал он. — Дороги перекрыты под видом аварийных работ. Частные спутники ослеплены. Региональный трафик перегружен обновлениями.      Он говорил сухо, но пальцы двигались быстро — он дирижировал не оркестром, а целым театром.      Я подошёл к столу у стены, где лежал костюм.      Чёрный, без символов. Плотный, эластичный. Закрывает всё тело и лицо. Не броня в привычном смысле — он не должен защищать меня от удара. Он должен выдержать среду, в которой удары будут происходить.      Я надел его молча.      Материал лёг плотно, не мешая движениям. Маска закрыла лицо, оставив только узкую линию обзора.      Артур наблюдал.      — Ты теперь выглядишь слишком зловеще, — сказал он.      — Это комплимент? — спросил я.      — Скорее предупреждение.      Я активировал внутренний канал.      — Есть ещё один момент, — сказал я. — Я предупредил Шазама.      Артур вскинул брови.      — И?      — Он будет на расстоянии. Наблюдать.      Адам посмотрел на меня.      — Он согласился?      — Он не рвался в бой, — ответил я. — И это правильно.      Я помнил интонацию Гарольда — попытку говорить взрослым голосом, за которой всё равно прятался ребёнок. Если уж я счёл нужным предупредить его, значит, риск ощутим. И он это понял.      Я повернулся к карте.      Серый вектор двигался к востоку.      — План простой, — произнёс я. — Входим одновременно. Бьём без пауз. Концентрированная атака. Если мы убиваем его быстро — адаптация не успевает выйти на новый уровень.      — А если нет? — спросил Артур.      Я посмотрел на обоих.      — Тогда он станет сильнее. И нам придётся работать жёстче.      В зале повисла тишина. Не тяжёлая — собранная.      Лекс поднял взгляд от панели.      — Информационный вакуум держится, — сказал он. — Если всё пойдёт по плану, мир увидит только последствия.      — Хорошо, — ответил я.      Я перевёл взгляд на Адама и Артура.      Они не были здесь по приказу. Они пришли потому, что приняли решение.      — Время, — сказал я.      И мы вышли к ночи, где в стороне от городов серое тело уже приближалось к точке, которую я выбрал для попытки остановить его.