держась за пепел

’’это история не про спасение. это история про то, как два сломанных человека не дают друг другу окончательно рассыпаться..’’ в тесной комнате пахло пылью и старым деревом. тень от тяжелой фигуры тянулась по полу, ломаясь о ножки стула. артемон не успел увернуться,трость карабаса была намного быстрее.. трость свистнула в воздухе — коротко, зло,больно для щенка. удар пришёлся по ребрам, и он резко втянул воздух, словно его вырвали из груди. пальцы сами сжались, вцепились в собственные ладони. он согнулся, будто пытался стать меньше, исчезнуть, спрятаться внутри себя. ещё удар. в предплечье. артемон дернулся, стиснув зубы, но звук всё равно вырвался — глухой, сорванный. он прижал руки к себе, потом вдруг в отчаянии уткнулся в них лицом и укусил — резко, до боли, словно это могло заглушить всё остальное. карабас же в то время опять поднимал свою трость,которая трещит пошвам. скоро она сломается. о тело артемона. ему невыносимо больно,за счет чего он кусает свои руки,ладони,пальцы. все что будет под рукой. карабаса это не волновало,он сделал новый удар,с новой силой и яростью,в этот момент начав ругаться на «сына» -цц. чертов пес,умеешь только позорить меня на весь город. эта пьеса должна была быть идеальной! а ты даже своих проклятых псов научить роли не смог. какой ты дрессировщик тогда?! тебя даже позорищем назвать язык не поворачивается. слишком не унизительно это прозвище. для тебя. сказав карабас еще раз сделал резкий рывок тростью,слишком унизительный,слишком больной,что аж плакать хочется.. артемон до сих пор кусает себя,чтоб заглушить боль от трости,слишком больной она была. карабас спустя минут 5 взяв артемона за воротник,шепча себе под нос маты,вышвырнул артемона за дверь своего кабинета. артемон уже сам не помнит,сколько валялся возле двери кабинета,но когда он очнулся уже стемнело,он лениво поднялся на ноги ели дыша и хромая направился к фургончику он не хотел,боялся что ребята начнут относиться к нему как карабас,но мальвина и пьеро лишь посмотрели на артемона и вышли из фургочика понимая,что сейчас будет. арлекин спрыгнул,со своей второй полки и его взгяд упал на артемона. он весь раненый,в крови, руки искусаны. он смотрит на это с яростью которая его переполняет. взглядом показывая артемону,чтобы тот разделся,ведь обрабатывать одежду он не собирался. артемону стало страшно,вдруг арлекин,решит сделать,что то, то неправильное,что боялся назвать в слух. он смотрел на арлекина жалобными глазами,в которых читалась боль,грусть и злость на самого себя,потом он тихо сел на свою постель обхвативший свои колени руками и опустив голову. арлекину же не понравилось что артемон ослушился и хотел ударить его так сильно,как не бил карабас,но сдержав себя резко взял руку артемона и начал разглядывать. укусы,сильные.сухие.безжизненные. как будто человек наносящий их был не в своем уме от резкой и невыносимой боли,которую пытался заглушить укусами. арлекину стало невероятно больно за друга,но он не показал это а лишь сказал —раздвевайся. пока я не сделал это за тебя. сказал с сильной и резкой дерзостью арлекин,так же осматривая его руки,тело,лицо. что то его цепляло в артемоне,что же? —я все.. —сказал артемон. он привык,что за грубыми словами идет боль,резкая,тяжелая,будто ожоги по телу. но к его удивлению никакой боли не было. арлекин грубой манерой начал обрабатывать все раны артемону,что артемону не нравилось,ведь без одежды,он был будто без кожи. слишком раздетый,беззащитный и боязливый он был без нее.. после того как арлекин закончил,он грубо кинул одежду артемона в его сторону и пошел на свой верхний ярус,но не отводил взгляд от артемона. артемон же решил завтра постирать свой костюм,а на данный момент он одел ночную рубаху,которая была ему по колено. правда она была вся потрепанная и чутка серая из за старости,но все равно ему это не мешало,чтоб в ней спать. тем более карабас НИКОГДА не купит новую рубаху для такого никчемного актера как артемон. у дрессировщика пробежал холод по спине, и вдруг он спросил: — арлекин, ты что-то хотел?.. артемон был напряжён, готовился к крикам и ударам. боялся — но не показывал. — нет. просто смотрю. нельзя? — арлекин посмотрел на него в ответ, будто спрашивая, но в этом взгляде чувствовалось: он в любой момент может сорваться. он видел, что «друг» боится. это злило. арлекин резко спустился и, не сказав больше ни слова, вышел из фургона, громко закрыв дверь. мальвина и пьеро куда-то ушли — впрочем, арлекину было плевать. его волновал только артемон. и сейчас на его щеках проступил лёгкий румянец. он быстро отвернулся, будто это можно было спрятать. это было его слабое место — и он ненавидел его. когда дыхание наконец выровнялось, он вернулся обратно в фургон и, не раздеваясь, поднялся на второй ярус. сон накрыл его почти сразу. артемон уснул ещё до того, как арлекин зашёл. утром мальвина и пьеро вернулись ночью, пока все спали. когда артемон проснулся, он первым делом посмотрел на время. 4:35. «отлично. успею…» он взял одежду, надел обувь и тихо вышел к реке. до восьми почти четыре часа — вещи точно успеют высохнуть. вода была холодной. руки ныли, тело до сих пор ломило после вчерашнего. пока он стирал, ему всё время казалось, что за ним наблюдают. он не оборачивался. ему было всё равно. спасибо арлекину… стало хотя бы чуть легче. мысли путались. я бы не доверял ему… он странный. грубый. я его боюсь. пауза. …но почему тогда тянет? артемон стиснул губы. это лишнее. так не должно быть. он решил отстраниться. попробует, по крайней мере. когда он вернулся, оставил одежду сушиться и хотел просто лечь… но замер. на его койке лежал арлекин. артемон нахмурился. будить не хотелось, но усталость брала своё. — арлекин… арлекииин… ты чего тут спишь?.. — тихо позвал он. в ответ — тишина. арлекин лишь приоткрыл один глаз, сонный, мутный… и вдруг резко притянул артемона к себе. всё произошло слишком быстро. артемон замер. тело напряглось, дыхание сбилось — он ждал. удара. боли. чего угодно. но ничего не последовало. только чужие руки — тёплые, тяжёлые… и неожиданно аккуратные. объятия. мягкие. артемон не сразу понял это. и от этого стало ещё страннее. через 3 часа арлекин проснулся и не сразу понял, где он. кровать… не его. он нахмурился. в памяти всплывали обрывки: своя койка, резкое чувство тревоги, запах гари… пустота внизу. и почему-то — решение лечь сюда. зачем? он не знал. и разбираться не собирался. проще сделать вид, что ничего не было. ровно в 8 он включил свет и резко, почти слишком громко: — чё спите, сони?! скоро репетиция. и, не дожидаясь ответа, вышел. артемон медленно сел на кровати. кожа неприятно жгла. он молча переоделся, не обращая внимания на боль, и пошёл в гримёрку. как и ожидал — арлекина там не было. тот сидел на краю сцены, свесив ноги, и лениво болтал ими вперёд-назад, как ребёнок. только выглядело это… неправильно. слишком пусто. слишком странно. артемону много не нужно было. он аккуратно подвёл глаз, где не было родимого пятна, чёрным карандашом, на втором — лишь слегка коснулся ресниц белой тушью. закончив, он вышел на сцену и лениво облокотился. тело всё ещё было тяжёлым, как после чего-то, что до конца не прошло. репетиция сцена была душной. свет бил в глаза. артемон стоял чуть сгорбившись, стараясь не смотреть в сторону арлекина. не смотреть. не думать. просто отработать. — ещё раз, — раздражённо бросил карабас. собаки не слушались. движения сбивались. артемон запутался в команде, голос сорвался. одна из собак дернулась не туда. тишина. дрессировщик стиснул зубы. готовился. трость уже поднялась. — бесполезная трата времени, — резко прозвучал голос. — успокойся, отец. в зале будто стало холоднее. артемон замер, глядя в пол. сердце забилось быстрее. — шут… ты думаешь, сможешь указывать мне? — голос карабаса стал ниже. — захочу — при вас раздену и… он не договорил. но всем было понятно. артемон нервно сглотнул. ноги подкосились. трость чуть качнулась в воздухе. шаг. арлекин подошёл ближе. слишком близко. — если ты сейчас его сломаешь, репетицию придётся отменить, — спокойно, почти лениво. — или ты сам будешь бегать с псами? пауза. напряжение сменилось другим — уже между ними. карабас медленно перевёл взгляд на арлекина. — ты его защищаешь? — нет, — коротко. — я не люблю беспорядок. взгляд — холодный. жёсткий. на секунду показалось, что сейчас станет хуже. трость опустилась. не до конца. но достаточно. артемон всё ещё не двигался. — артемон, после ужина ко мне в кабинет, — резко бросил карабас. — арлекин… придёшь по желанию. он развернулся и ушёл, тяжело ступая. тишина осталась висеть в воздухе. артемон не хотел,чтоб наступил ужин,он боялся,очень. все мысли о том что вдруг может произойти в кабинете вызывали тошнотворное чувство,будто он сейчас вырвет,поступал холодный пот и он начинал нервно чихать из за пыли которая висела в воздухе. ее было слишком много.. наступил ужин,артемон не ел лишь водил вилкой по тарелке. арлекин видел его состояние и почти сорвался,но знал,что артемон будет отстраняться,поэтому подавил желание помочь. арлекин не особо хотел идти в кабинет карабаса,позабыв что артемона тоже звали. артемон встал из за стола дрожащий направился к карабасу,но арлекин не понял сразу,что пес туда. артемон аккуратно вошел и встал возле двери,услышав грубый и сухой голос карабаса —подойди ближе. сказал он очень грубым голосом,от которого ноги подкашиваются. но он подошел,через сженние,тошнотворное чувство. он почувствовал много пыли на его столе. карабас резко стал и подошел вплотную к артемону,от чего у пса началось сопротивление.но карабас сильно притянул его,одной рукой держал трость,другой рукой держа артемона. он его поцеловал.грубо.жадно.сухо. артемону было противно,он хотел спрятаться как маленький за кем то или же просто сбежать,он боится того,что будет дальше. таких мыслей не должно быть,почему он об этом думает? карабас же сам ненавидит когда происходит такая связь тела между людьми,но сам же пытается ее воплотить. а артемон весь сжавшийся и сгорбленный боится пошевелиться. ему больно,не физически как всегда,а морально. он молится чтоб кто то сюда зашел,но проходит время и никто не пришел. —твой герой не пришел,видишь ты не так сильно ему нужен) —он начал раздеваться смотря на артемона —давай же,сделай папочке приятно) артемон не знает как реагировать,вместо всего этого он хочет исчезнуть.провалиться. он знает,что его сейчас используют и выбросят. ему страшно. настолько что он не может пошевелиться и стоит как каменный с глазами которые сейчас заплачут. карабас начал раздевать артемона,ему было противно,слишком,было чувство будто он блеванет прям на карабаса. нельзя.нельзя.нельзя. он должен быть хорошим мальчиком,чтобы его отпустили. карабас начинает лапать артемона смотря ему глаза. глаза карабаса полные жестокости и победы? он рад,что арлекин не пришел. как вдруг кто то резко заходит и грубо закрыв дверь смотрит на происходящее. артемон зная,что поддержки не получит,лишь призрение. он же грязный,мерзкий пес. смотрел на дверь,но не на арлекина.он до дрожи в ногах боялся увидеть в его глазах призрение. —арлекин,мальчик мой. я же сказал по желанию. сказал карабас своим мерзким и не выносимым голосом. —желание появилось. отпусти его сказал арлекин,с жестокостью и грубостью,но она была направлена не на артемона,а на карабаса. —с чего бы? мне все нравится и я продолжу) а ты мой друг будешь зрителем,позже скажешь как артемон выполняет обязанности,плохо или хорошо) арлекин резко,без предупреждения выхватывает из рук карабса обнаженного артемона и говорит. —если ты хочешь идеальный театр,в начале начни с себя. хотел арлекин назвать его ублюдком,но не стал. лишь забрал вещи артемона и кинул в него. он несет обнаженного артемона в фургончик,ему страшно за друга,но он молчит. ему нельзя показывать свои чувства и эмоции,это его слабость. пусть спасибо скажет,что он хоть как то пытается защитить друга.хотя нет.он сам не знает зачем он это делает. просто чтоб на душе было хорошо?. он зашел в фургончик,мальвины и пьеро не было. они вернуться под утро. арлекин закрыл на ключ дверь в фургончике. у арлекина была верхняя кровать,над кроватью артемона. он залез на свою кровать взяв необходимые вещи пришел обратно. у артемона не было сил,он смотрел в пол стеклянными глазами и молчал,не мог пошевелиться —я все понимаю,но оденься хотя бы. артемон дрогнул,дрожь пробежалась холодком по телу,но пес даже пошевелиться не может. поэтому арлекин сам надел на артемона ночную рубаху,потом аккуратно положил артемона на кровать хотел подняться за чем то еще,но его остановили. артемон взявшись за ткань его одежды быстро осекся и убрал руку. этот жест уже кричал,на сколько артемону невыносимо.. арлекин просто сел рядом,молча почти без грубости,он сидел на краю кровати артемона и прикрыл глаза. через время артемон уснул,арлекин накрыв его одеялом,пошел к себе на кровать,переодеться в шорты в которых спал,он всегда был без верха в свободное время,ему так комфортнее. потом спустившись на нижний ярус аккуратно прилег к артемону,без дерзости,но с каплей грубости,он не понимал зачем это делает. почему его к нему тянет,но он все равно лежал прижавшись к нему. через какое то время арлекин встал и открыл дверь фургончика с ключа,артемон дрогнул,а арлекин тихонько поглаживает артемона,пытаясь передать ему всю свою грубую поддержку. артемон до сих пор спал,поэтому арлекин смог хоть чуть чуть показал свою слабость. эмоции. ночь. в фургоне темно. артемон не спит. он лежит. глаза открыты. не двигается. слышит дыхание сверху. знает, что арлекин рядом. и всё равно… чувствует себя один. медленно. он садится. движения аккуратные. тихие. он опускает ноги на пол. встаёт. и делает шаг. ещё. останавливается посреди фургона. пальцы сжимаются. разжимаются. и вдруг он тихо говорит: — я сделаю. почти шёпотом. никто не отвечает он делает ещё шаг. подходит ближе к кровати. смотрит вверх. — я всё сделаю правильно… голос ровный. пустой. арлекин просыпается не сразу. но слышит. открывает глаза. смотрит вниз. не понимает. — ты чего… хрипло. артемон поднимает голову. и смотрит. взгляд… не его. — я не буду сопротивляться. тишина. арлекин резко садится. — что? артемон делает шаг ближе. — так быстрее. и начинает… снимать с себя рубаху. руки не дрожат. слишком спокойно. арлекин в секунду оказывается на полу. хватает его за запястье. резко. — ты что делаешь. артемон не вырывается. — ты же этого хотел. тихо. и это удар сильнее любого крика. арлекин замирает. — я буду хорошим. пауза. — не надо злиться. вот здесь ломается уже он. — заткнись. резко. сжимает его руки сильнее. — ты вообще понимаешь, что несёшь?! артемон смотрит. и вдруг чуть наклоняется ближе. — так проще… и пытается продолжить движение. вот тут арлекин срывается. он резко притягивает его к себе. почти грубо. прижимает. — ты не там. жёстко. — слышишь? никакой реакции. — смотри на меня. перехватывает лицо. — это я. пауза. долгая. и вот только сейчас… что-то в глазах артемона дрогнуло. едва. — …арлекин?.. очень тихо. возвращается. и вместе с этим — всё. дыхание сбивается. он резко отталкивается. как будто только сейчас понял, что делает. — нет… нет, нет… руки к себе. сжимается. — я не… голос ломается. — я не это… и вот тут уже настоящий срыв. но поздно. он уже увидел себя таким. и это больнее всего. арлекин смотрит. молчит. потом резко тянет его обратно. — забудь. жёстко. — этого не было. но голос… не такой уверенный, как он хочет. артемон не верит: но цепляется. потому что иначе — провал. и он утыкается в него. сильно. — не говори никому… шёпотом. сломано. — даже мне не говори. коротко отвечает арлекин. и впервые… не отпускает вообще. после этого дня артемон стал более боязливым и отстраненным от арлекино. но на одной репетиции.. —ко мне в кабинет. быстро. сказал карабас с яростью посмотрев на артемона,отец был очень зол.. остальные в труппе продолжали репетировать,но арлекин не мог сосредотачиваться. он боялся за артемона,что там происходит? он не мог ему помочь,ведь если вмешается,его псу будет больнее. в кабинете карабас начал кидать в артемона все что попадалось под руку,вдруг он толкнул его так,что молодой дрессировщик упал. он медленно ставил свою ногу на спину артемону,чтоб тому было еще больнее,он хотел добавить вторую ногу,но ему нужен был артист,для своего удовольствия,ну и для спектакля.. артемону было очень больно,будто ожег растекался по телу,он не чувствовал своей спины,из за того что сильно нервничал и кусал себя,в моменте карабас поднимает артемона и кидает к шкафу с невозможной яростью.. у артемона скрутил живот,болел не выносимо.. и карабас отпустил его. пожалел. тихонька выйдя из кабинета карабаса он сразу отключился. арлекин его искал,но найти не смог,поэтому пошел к карабасу,на удивление он лежал без сознания возле двери.. арлекин быстро подхватил на руки артемона и пошел в фургончик,поставив его на нижний ярус,начал раздевать,чтоб обработать раны и одеть ночную рубаху. как только он закончил и уже застегивал пуговицы проснулся артемон и арлекину опять придется надеть маску грубого и жестокого человека.. —что ты делаешь? - спросил с недоверием артемон —а ты слепой? - с той же дерзостью и грубостью ответил арлекин.он только что закончил застегивать пуговицы. —не- его голос сорвался его перебили —вот и не задавай глупых вопросов. арлекин пошел на свой верхний ярус спать там.