Тан-дара-рай или Фантазии старой попаданки

Тревога Элин была вполне оправданной, но даже Иорвет невольно поддался иллюзии, что события сосредоточенны только на них. Точнее, что инициатива каких-либо действий исходит только от них. В принципе, такой взгляд естественен и без фантастического попаданства, ведь для любого человека именно его жизнь является мерилом и точкой отсчета. Однако и весьма активное присутствие Элин, нужно признать, несколько сместило фокус внимания грозного «беличьего» командира. Да и вопросы, которые она поднимала, в самом деле требовали самого серьезного обдумывания. Однако за этими обсуждениями оба упустили из виду, что не только им теперь было о чем крепко поразмыслить. В который раз, после встречи в купальне Геральт не торопился возвращаться во Флотзам. Потому что невзирая на то, что он сказал Трисс, - решения, как поступить с новыми сведениями об Убийцах Королей, у ведьмака еще не было. Казалось бы, что может быть естественнее желания очистить свое имя от ложного обвинения в убийстве? Да еще убийстве коронованной особы! Логично, что для этого нужно поймать Лето, найти другие доказательства вины кого-то иного, а не Геральта из Ривии. Но для этого не обязательно было доносить до Роше новые подробности. Фраза про Нильфгаард уже прозвучала. Слышал Роше собственными ушами и про Аэдирн, и что Убийц королей несколько, и наверняка давно уже сам все для себя уже сопоставил. Просто, как оказалось, что у Роше тоже какие-то заговоры против Хенсельта в Аэдирне, потому лезть в это все еще глубже, чем уже зашло, - ведьмаку не хотелось от слова «совсем». Вообще, хотелось побыстрее закончить со всей этой дурно пахнущей историей и сосредоточиться на личном. На том, что оказывается постоянно скреблось и грызло в закоулках души – Йеннифер. Геральт сегодня не стал ничего спрашивать о ней не потому, что забыл или, скажем, в неловкости из-за присутствия Трисс. Просто еще во время первой встречи Элин предупредила, что о Йен знает немного, а нынче еще и сразу в лоб подтвердила, что ведьмаку больше абсолютно ничего рассказывать не хочет. Вот Геральт наконец-то включил голову и решил, что к следующему разговору он обязательно подготовится. Хотя бы купит все-таки в фактории пресловутое мыло! Хорошее, которое наверняка понравится женщине, и еще каких-нибудь дамских радостей, потому что, судя по непритязательной одежке нильфгаардки, вопрос про расческу не был шуткой. А чтобы там Лютик глубокомысленно не вещал, но ведьмак не был уж совсем дуболомом, знал, что подобные мелочи для женщин очень важны. Кроме того, не помешают снадобья, которые могли бы пригодиться Киарану, про которого так волнуется Элин, а может быть и не только ему. Получился бы тот самый баш на баш, о котором более чем прямо поставила условие женщина. Ведь Иорвет, со всей очевидностью, не собирался их убивать, даже не угрожал, больше того – так же прямо объявил о нейтралитете, и значит, что спокойный разговор еще вполне возможен. Если никто не вмешается опять и не напортачит. Может быть, и о Лето, его планах, лежках и пособниках в результате удастся узнать больше. Но это все значило, что нужно было идти одному, а то методы Роше Геральт себе уже очень хорошо представлял и не только с «белками». Он нисколько не сомневался, что стоит Роше услышать про Ложу, как темерец помчится арестовывать Шеалу. С Трисс еще была возможность убедить спецагента, что чародейка хотя бы об убийствах действительно ничего не знала, и то оставался скользкий момент, что для Роше Ложа и все, что с ней связано, однозначно квалифицируются, как государственная измена. С Шеалой же никаких оговорок в принципе быть не могло, и не то чтобы Геральт реально страдал какой-то особой сентиментальностью по отношению к чародейкам, но… Скажем так, это был тот самый случай, когда Геральт все же искренне хотел бы сохранять пресловутый нейтралитет. Пусть короли делят власть с магами, а он, как Иорвет, постоял бы в сторонке. На первый взгляд, самое мудрое решение. Одна беда, цена у нейтралитета все равно оказывалась мерзкой. Правители уже знали о Ложе и, следовательно, использовали эти сведения, не верить словам Элин причин не было. Таким образом, не предупредить Роше и оставить его одного действовать вслепую в такой опасной ситуации – просто подло. Тем паче, что правда все равно всплывет наружу. Эмгыр и Радовид просто не те люди, которые сядут и договорятся блюсти секрет, не говоря уж о том, что обоим выгодно наоборот, раздуть из существования Ложи скандал, как можно сильнее. Последнее Геральт понимал и без чьих-либо дополнительных объяснений, не вчера родился. И все же он не торопился. Выпил кружку пива с Золтаном, поговорил с Лютиком, заодно поспрашивав их, что друзья слышали о Саскии и мятеже в Долине Понтара, - чтобы самому иметь в голове более ясную картину, что там сейчас на границах Аэдирна происходит. Попросил Лютика использовать свой тонкий вкус и найти в фактории что-то, что сойдет как подарок для приличной, но несколько непредсказуемой дамы, которую нужно задобрить. В процессе, к тому же, выяснилось, что Роше с утра не видели: тот рыскал в порту, а потом со своими «Полосками» тоже ушел куда-то в лес. - Вроде как смеялся, что на «белок» охотится, - крякнул краснолюд. – И когда только Иорвет умудрился ему так сильно на любимую мозоль наступить? Вроде ж даже вчера Полосатый тише был, выпивали культурно. - Иорвет? – удивился и насторожился Геральт. – Странно! Я Иорвета только что видел в старой купальне. Одного и за самым мирным занятием из возможных. - Ты подсматривал за Иорветом? – изумился Золтан. - Нет! Мы… – Геральт похлопал по спине поперхнувшегося элем Лютика. – мы с Трисс пошли за розой памяти, чтобы помочь мне восстановиться. И застали там Иорвета с Элин, но… Они были одни, и мы разошлись мирно. Я не видел следов «Полосок» в лесу сегодня. - Ну, мало ли, - Золтан поскреб бороду и хохотнул. – А Иорвет, надо же, с бабой резвился! Есть еще бубны в бубенцах, значит. А я-то думал, что он как и все остроухие, кислее уксуса и скучнее, чем рецепт от поноса, только гонору за глаза и за уши! - Эльфы – утонченная раса, но, признаю, они не лишены некоторых недостатков… - принялся рассуждать Лютик, но Геральт его не слушал. - Значит, Роше куда-то отлучался, - ведьмак встал с лавки. – А Трисс не знаете где? - Так она же была с тобой? - Сюда она не заходила. Геральт, нахмурившись, кивнул. У него появилось нехорошее предчувствие. Предчувствие себя оправдало: Трисс не появлялась в таверне с утра, Дежурные из «Полосок» - очень удивились на расспросы ведьмака, чародейку они не видели. Геральт даже сбегал к Седрику, - хотя зачем бы? Но Трисс с ним немного общалась, поэтому мало ли что. Нет, Седрик, смирно сидел на лавочке у завалинки и тоскливо перекладывал левой рукой травки для просушки. Получалось у него это даже более пронзительно, чем у тоскующего по своей утраченной невесте Сегерима, который присутствовал здесь же под строгим надзором довольной деловитой Анешки. Чародейку никто из них, понятное дело, в глаза не видывал нынче. И о каких-то происшествиях в лесу знать не знали. Геральт рванул в руины Каэлмеведд, пока еще солнце не зашло, вспомнив про насмешки Элин о Лето из кустов. Кусты в Каэлмеведд ничуть не изменились с утра… Если не считать опаленного следа от портала. Чародейский портал, - тем более выполненный опытным магом, - не оставляет после себя копоти, дыр и прочих разрушений, а легкий запах раздавленной герани быстро развеивается даже в помещении. Как связаны порталы и герань, Геральт не знал, но для него ненавистный способ перемещения еще и пах этими душным запахом сорванного растертого листа. И портал все же мог оставить следы в виде съежившейся, как от жара зелени в месте соприкосновения. Геральт это место нашел, потому что знал, что нужно искать и потому что он ведьмак. Больше в руинах ничего подозрительного не было. Он шел по собственным следам, четко видя, что вот ушли первыми Иорвет и Элин, - следы ее странной обуви вообще ни с чем нельзя было перепутать, - затем ушел он и больше никто, кроме птиц и зверья, в купальне не топтался. Значит, Трисс ушла порталом вслед за ним. Одна. И вот теперь в полный рост вставал вопрос, куда и что с этим делать? Геральт вернулся в факторию, еще раз заглянул в трактир и уточнил у кабатчика про чародейку, на что тот обрушил на ведьмака поток отборной брани, - так достали его эти надменные стервы! - Что-то случилось? – очень терпеливо попытался выяснить Геральт, задействуя и свой вообще-то не самый толстый кошелек, и неявную силу Знаков, и личное обаяние. - Да какая от них польза, кроме вреда! – зло перекосился трактирщик.  – Все они что-то колдуют там! А мне потом стены да перекрытия чини! Лпять, вон, штукатурка обвалилась и трещина с цельный палец под кровлю и по самый фундамент пошла! - Ну, чародейки обычно хорошо платят, - осторожно заметил Геральт. – Ты ходил к ней с претензией? - С протянутой рукой я к этой курве ходил! – чуть не заплакал трактирщик. – А она мне, что если такая халупа и развалится, то ее не жалко! А ведь у меня всегда чисто! У меня все красиво покрашено было, сколько приличных людей останавливались! Никогда тухлятину в похлебку не сую и пиво не разбавляю! Мы с Гарвеной честно свой бизнес держим, а мне эта сука еще и комендантом грозила! - Я понял, - кивнул Геральт, - у тебя конфликт с постоялицей. Сегодня она тоже чего-то наколдовала? - А как же! Вон трещина, плиту перекладывать придется… И в кладовой перебирать, там обрушилось и протекло чего-то точнехонько на мешки с мукой…  - скупые слезы стекли в бороду, по покрасневшему лицу. - А ты к милсдарыне Танкарвиль сегодня ходил? – уточнил Геральт. - Зачем? Разве эта блядища меня послушает? Только разорит да угробит под собственной корышей! - Пойду-ка тогда я спрошу, что там случилось, - определил ведьмак. Может быть, ничего особенного и не произошло. Флотзамская таверна, какие бы дифирамбы не пел ей ее хозяин, представляла собой обычную конструкцию из говна и палок, которую развалить мог даже чих не слишком осторожного чародея. Чары и магические приборы действительно создают излучения и вибрации. И разумеется, Шеале было насрать с высокой башни на проблемы какого-то ничтожества. И все это было уже не в первый раз, но Геральта вело предчувствие чего-то очень нехорошего. В конце концов, Шеала обещала ему помощь с кейраном, поэтому ведьмак ничем не рисковал, заявившись к чародейке… Исключительно ради успокоения души. Увы, успокоения души не получилось. Уже на пороге перед дверью Геральт отчетливо ощутил тот особенный запах, который обычно сопровождает скотобойни, - уже не свежей, начинающей подтухать на жаре, крови и еще менее приятный запах содержимого кишок когда-то живого существа… У Геральта дрогнули ноздри, а меч оказался в руке помимо сознания. Он прислушался. Легонько толкнул дверь одним кончиком пальца, - та скрипнула, но приоткрылась. Тишина. Ни вздоха, ни шороха. Только мухи жужжат и стрекочит жук-точильщик. Геральт перехватил меч и сдвинул дверное полотно до упора. И замер, - небольшая комната от пола до потолка в самом деле оказалась заляпано кровью и ошметками мяса, а у порога лежало мертвое тело.