Кассета

--- Нилу пришло сообщение: «—31». Нил только понял серьезность ситуации. Сперва он думал, что всё это розыгрыш, но теперь это уже не казалось шуткой. Нил понимал, что ему осталось мало. Его время истекало. --- Он решил, что хочет провести время с лисами. Хотя бы две недели, до того как он их начнёт игнорировать. Он понимал, что всё это неправильно. Сперва он с ними искренне, как никогда, а потом резко грубость. Он хотел одновременно приносить им радость, насколько сможет, и одновременно хотел, чтобы его смерть не приносила им боль. --- С Дэн и Мэттом он решил, что хочет смотреть популярные фильмы и сериалы, которые он ещё не смотрел. — Хэй, ребята, а давайте посмотрим какой-нибудь популярный сериал. Вы же про какой-то рассказывали… Дэн и Мэтт удивлённо переглянулись. Нил с ними обычно смотрел фильмы, но только тогда, когда они сами предлагали. И то в то время, когда Нилу нечего было делать. А тут он сам решил предложить. Да ещё и сериал. — Да… да… конечно, сейчас я включу… — ответил Мэтт. — А я как раз приготовлю попкорн. Нил, достань с верхнего шкафа чипсы и напитки! Они как раз там валялись. Пришло время их наконец-то съесть. Через час с лишним они уже были на третьей серии. — Как это вообще работает? — То есть, когда он нормально мог бы подойти и поговорить, он решил, что им и так хорошо без него? И прикол в том, что он пришёл в тот момент, когда они впервые пришли в себя после его якобы смерти. Серьёзно? Что вообще придумывают режиссёры, лишь бы тянуть сериал? Мэтт, давай переключай на другую серию быстро! Нил ещё так бурно не реагировал на сериалы, которые он смотрел. Особенно рядом с ними. — А почему он записки предсмертные пишет? — спросил Нил. — Ну… может быть, некоторые люди до смерти что-то хотят сказать своим близким. Некоторые люди из-за обстоятельств не могут им напрямую сказать перед своей смертью, поэтому так доносят свои последние слова. А некоторые просто не способны открыто говорить, — объяснила Дэн. После просмотров они ещё обсуждали сюжет, а также насчёт выхода второго сезона, который выйдет в следующем году. --- С Элисон и Рене он решил пойти на покупку одежды. Элисон всегда ему утверждала , чтобы он пошёл вместе с ней на шопинг, потому что больше не может видеть его в таком виде. А Рене присоединилась к компании. Нил всё еще чувствовал себя как на иголках. Поэтому и хотел хотя бы немного исправить ситуацию. В торговом центре они прошли чуть ли не все магазины. Элисон подбирала одежду Нилу, Нил примерял её, а Рене оценивала. — А ну-ка повернись, — фыркнула Элисон. Нил раздражённо уже крутился пятый раз. — Ну, отлично сидит. Он отлично подчёркивает тебя. Боже, да все же с ума сойдут от тебя! На этот комментарий Нил закатил глаза. — Рене, а ты как думаешь? Ему подходит? Рене с ног до головы и обратно посмотрела. Она на каждый его наряд находила правильные комментарии. — По мне, он очень хорошо подчёркивает его голубые глаза и рыжие волосы. Он будто сияет в этом? Ответ Рене его немного напряг. Он всё еще не мог смотреть на зеркала. Каждый раз избегал их. Он не хотел, чтобы шрамы были заметны. Может быть, когда-нибудь он мог бы их принять, но точно не за эти три недели. — Тогда мы это точно не берём. — Нет, Нил, хватит. Ты должен это взять. Это самый прекрасный наряд, который ты сегодня надел и который я подбирала. Ты не можешь со мной так поступить! — Элисон, если он не хочет, мы не можем его заставить… — Нет, мы это точно должны купить. Нил, не разбивай девушке сердце. Нил, не разбивай мне сердце! Будь Нил в другой ситуации, он бы точно отказался, но он согласился. После покупок они пошли в кафе попить кофе. Нил смог уговорить Элисон купить не так много одежды. Но, смотря на пакетики, ему казалось, что всё-таки она купила весь магазин. Как только Элисон отошла сделать заказы, Рене выдала: — Нил, последнее время ты счастлив и искренен. Я рада, что у тебя всё хорошо. Надеюсь, со временем ты перестанешь чувствовать сильное напряжение рядом со мной? Нил немного вздрогнул. По его душе прошлась тяжёлая волна, которая задела его сердце. Он быстро собрался и сказал: — Честно, всё еще чувствую, но со временем проходит, — сказал он с улыбкой. --- С Ники он ходил в магазин, чтобы купить его прихоти. Он также отвечал на его сообщения, на которые раньше не отвечал. Слушал его разговоры насчёт Эрика и о том, как он скучает по нему. — Нил, прикинь, он пошёл на выставку. Там так прикольно. Если бы я тоже был рядом с ним! — Нил, когда-нибудь вы должны познакомиться. Ты бы знал, какой он красавчик, какой он сильный! Фотки, которые я показывал, даже не передают его красоту, харизму хоть на процент. — Нил, я так скучаю по нему. Я так хочу его поцеловать, я так хочу его обнять. Могу я тебя обнять, пожалуйста, вместо него? Нил сдержанно кивнул, и Ники крепко его обнял. — Нил, какой ты добрый. Когда я уже начинаю рассказывать, то Аарон уходит… Так Кевин вообще всегда смотрит свои матчи либо пьёт. Что бы я делал без тебя? И тогда Нил слабо, но тоже его обнял. — Ладно, Ники, отпусти, пожалуйста. Ты сейчас меня задушишь… --- С Кевином свои ночные тренировки он не отменял, а даже тренировался ещё усерднее. Он хотел наслаждаться экси, пока есть возможность. Хотел отдавать все свои силы, которые у него были. Очередная их ночная тренировка закончилась. Кевин хотел уходить с поля, как Нил сказал: — Кевин, пообещай, что станешь настолько сильным, что сможешь победить Рико. Пообещай, что сможешь победить свои страхи. Пообещай, что станешь настолько сильным, что на поле тебя будут бояться. Твоё имя станет известным на весь мир. Пообещай, что сможешь стать настолько сильным, насколько ты сможешь. Кевин выгнул бровь и нахмурился. — Нил, ты че ёбнулся? Мяч в голову много попал? — Просто пообещай. — Нил. — Пообещай. Кевин немного помолчал. Было видно, Нил не отстанет от него. Кевин замялся. Он не понимал, с чего вдруг Нил такие вещи говорит. Особенно такое обещание просит. — Я не знаю, что в тебе нашлось сегодня, что говоришь такие странные вещи. Лучше соберись быстрее и пойдём уже. Кевин, не взглянув на него, просто ушёл с поля. Нил хотя и услышал слова, но всё равно немного запоздало собирал мячи. Он хотел ещё оставаться на корте. Он смотрел на корт и вспомнил свои первые дни здесь. Свою первую тренировку. Больше он не сможет поиграть с лисами. Он больше не сможет тренироваться с Кевином по ночам. Он больше не сможет быть на поле с Эндрю. Лишь последний раз. --- В выходные он сумел воссоединить команду и вместе пойти в «Райские сумерки», а потом ещё вместе со старшекурсниками поиграть в настольные игры. — Мне кажется, среди нас точно кто-то жульничает, — сказала Дэн. — Да? По мне, вы не умеете играть… — Ого, какое совпадение, что вы уже с Нилом выигрываете седьмой раз! — Ну да. Для нас играть в эту игру — как семечки щёлкать, — поддержал Нил Элисон. — Вы вообще покажите свои рукава! У вас точно там собралась вторая колода. С каждым разом карт всё меньше! — крикнул Мэтт. В конце игры Нил и Элисон выиграли по сто баксов. Они всё равно не смогли доказать, что Нил и Элисон жульничали. — Хорошая командная работа, Нил. --- Эндрю. С Эндрю всё было иначе. Их поцелуй на крыше всё перевернул в Ниле. С Эндрю он ощущал то, что ни с кем в своей жизни никогда не ощущал. Эти прикосновения были совсем иными. На его плечо Мэтт мог поставить руку, его мог обнять Ники, но прикосновения других вызывали не такие бурные эмоции, как с ним. Даже от самых лёгких в нём просыпались чувства. Он запоминал все моменты с Эндрю. Как он дотронулся до него, как он поцеловал его, как он посмотрел на него. Его запах, его мягкие и светлые волосы и ощущение, когда до них дотрагиваешься. Особенно он запомнил, как Эндрю доверился ему. Доверился и поэтому разрешил ему касаться себя. Нил не пользовался этим. Он разрешал себе чувствовать. Чувствовать безопасность, доверие. Их посиделки для Нила стали такими уютными, что он не хотел с ними расставаться. Он был готов сидеть здесь бесконечно с Эндрю. Без разницы, разговаривали они или молчали. И то и другое доставляло ему чувство комфорта и уюта. Но время не бесконечно. Время очень быстро движется. Всё когда-нибудь заканчивается. --- Две недели прошли. Эти две недели были для Нила как бальзам на душу. Он не сдержал себя, пытался открыться настолько, насколько мог. Ему не было тяжко ни в один из этих дней. Но Нилу осталась лишь неделя. Возможно, да, он мог бы потратить её так же, как прошлые две недели, но нет. Он хотел, чтобы за такой промежуток времени лисы перестали питать к нему тёплые чувства. Первые два дня он начал всех игнорировать, а потом грубить. --- Сперва начал с Дэн и Мэтт. — Дружище, что с тобой? — Со мной всё в порядке. Отстань от меня. — Нил, хватит врать. Если мы тебя обидели, так и скажи. — Я же сказал, со мной всё в порядке, так что отъебись от меня. — Нил, — начала Дэн, — мы же хотим для тебя лучшего. Мы хотим тебе помочь. — Помочь? — Да что вы вообще знаете. Со своей помощью идите куда подальше. Я не нуждаюсь в вашей помощи или жалости. Без вас тоже справлюсь. С этими словами Нил вышел из комнаты и захлопнул дверь. Дэн и Мэтт лишь огорчённо переглянулись. Нил остановился около двери. Он вправду не хотел им говорить грубые слова. Он вправду не понимал, хорошая ли это идея. Смогут ли они за неделю перестать испытывать тёплые чувства? --- С Ники он перестал ходить в магазин и на каждую просьбу отвечал: — Иди сам. Не мои проблемы. На его сообщения он не отвечал, а потом и заблокировал. Когда Ники, несмотря на это, начинал разговор, он просто уходил из комнаты. Последний их разговор закончился словами Нила: — Ники, если ты думаешь, что мне интересны твои разговоры об Эрике, то ты глубоко ошибаешься. Мне абсолютно плевать. Твои разговоры никому не интересны. Ну, наверно, кроме Роланда. И то лишь чтобы тебя не обидеть. --- С Кевином в последнюю неделю он прекратил свои ночные тренировки. Несмотря на все недовольные комментарии и претензии Кевина, он всё равно перестал ходить. Последние два дня он вообще ни с кем не общался. За это время он всех обидел, нагрубил. Кто-то был опечален, кто-то сильно обижен. Нил в общежитие приходил только вечером, лишь чтобы поспать. В остальное время он или бегал, или был на крыше. Где угодно, лишь бы не попасться на глаза лисам. --- 9 марта. Последний день. День, когда отсчет кончится. Сегодня его последний матч. Он зашёл в автобус, и все взгляды переместились либо в окно, либо в телефон. Можно даже пялиться на кресло впереди, но лишь бы не на него. Когда он шёл по автобусу, он замечал взгляды. То ли обиженные, то ли огорчённые, а то ли презрение. Сел он перед Эндрю. Всю первую часть дороги он был в размышлениях. Ему было печально. Он сильно привязался к лисам. И ему, возможно, плохо, что он всё так закончил. Он не знал. Он не знал, сделал он хорошее или нет? Он просто не хотел, чтобы они хотя бы немного огорчились из-за него. Будь его мать здесь, она сильно поругала бы его. Но её всё равно нет здесь. Да и какая разница, если сегодня он уже рядом с ней будет. Ему было больно не от того, что он умрёт. Он давно привык к смерти, и смерть его ничуть не пугает. Ему больно от того, что он больше не будет здесь. Рядом с людьми, с которыми он чувствовал счастье. Рядом с людьми, которые стали ему домом. Ему было больно, что он больше не сможет быть рядом с Эндрю. Чувствовать его доверие, его дыхание, его губы, прикосновение, кожу, взгляд. Лишь в последнюю неделю он не отдалился от Эндрю. Какая разница, если Эндрю влечёт к нему физически? Для Эндрю его смерть ничего не будет значить. Сегодня же он должен сделать так, чтобы Эндрю отказался от обещаний. --- После перерыва все сели впереди и общались между собой. Кевин объяснял тактику противника, а остальные его слушали внимательно и задавали вопросы для уточнения. Нил перевернулся назад, чтобы взглянуть на Эндрю. — Хватит. — Что? — Хватит так смотреть. — Как смотреть? Эндрю лишь перевёл своё внимание на окно. Но тут же задал вопрос. — А что вдруг за неделю изменился? Сперва был таким ангелом, а вдруг начал грубить? Нил знал, что ему нечего на это ответить. Поэтому решил просто сделать своё задуманное. — Эндрю, освободи меня от обещания. — Зачем? — Мне больше нечего тебе предложить. Кевин сам решил остаться, а я должен научиться сам себя защищать. — Я придумаю что-то. — Не надо придумывать. Эндрю уже смотрел на него. Эндрю пытался… понять его? — Я подумаю. Остальную часть дороги они между собой говорили. Нил говорил, а Эндрю внимательно его слушал. Этот разговор убрал тяжесть с Нила. Тяжесть, которую он чувствовал всю неделю. Тяжесть в груди, что мешала ему спать по ночам. Иногда тяжесть становилась легче и можно было не обращать на нее внимание, а иногда сердце билось чаще и становилось больнее. Он смотрел на Эндрю. На его карие глаза. На его светлое лицо. Пытался запомнить каждую клетку. Смотрел и наслаждался его красотой. Как всё сложилось, будь он не в такой ситуации? Как всё сложилось, будь эта жизнь не настолько тяжёлой? --- Сообщение. Звонок. Бунт. Всё случилось после матча очень быстро. Нил ничего не понимал. После выхода он даже не смог ничего сказать Эндрю. Лишь успел скинуть свой рюкзак, где были его вещи и клюшка. --- К вечеру уже лисы были в больнице после бунта. Дэн наносила Мэтту мазь, Рене держала лёд для Элисон. Ники, Аарон и Кевин сидели в стороне. Эндрю вообще не был виден. На всю громкость в больнице работал телевизор. Шли скучные новости. — А где Эндрю? — спросил Аарон. — Наверняка с Ваймаком, — сказал Ники. В это время как раз пришёл Ваймак. — В общем, ребята, послушайте. Во-первых, надеюсь, все в порядке и никто серьёзно не ранен? На вопрос Ваймака никто не ответил, и он принял это за «да». — Во-вторых, хочу вам сказать, что насчёт Нила никаких новостей не… Разговор Ваймака прервали новости из телевизора. — «Экстренные новости. Был убит серийный убийца по прозвищу «Балтиморский Мясник», а также известный как Натан Веснински». Все с недоумением смотрели на новости. Глаза Кевина были раскрыты на все сто, и он резко встал с места. Внимание Эндрю было приковано лишь к телевизору. Он знал имя отца Нила. — «Также удалось выяснить, что Натан Веснински перед своей смертью убил своего сына Натаниэля Веснински». В телевизоре уже был видна его фотография. Фотография Нила. Из рук Дэн упала мазь. Ники закрыл рот рукой от удивления. Рене медленно опустила лёд и смотрит на Эндрю. Аарон хмурится от такой новости и ничего не может сделать, как и Элисон. Ничего не было слышно. Для лис — лишь гул телевизора. А для Эндрю даже этого не было. Он не плакал. Он лишь стоял и смотрел в одну точку. В его лице не дрогнуло ничего. Если до этого его глаза испытывали пустоту, то сейчас был абсолютный вакуум. Как чёрная дыра, всё поглощающая и за собой не оставляющая даже атома. В его груди образовалась та самая чёрная дыра. Если раньше в его груди горела маленькая свеча и что-то освещала, то сейчас там была темнота. И тишина. Больше не был слышен звук горения свечи. Он сильно сжал свои кулаки до побледнения костяшек. Он хотел всё сокрушить и уничтожить. Он злился на Нила. На его ложь. Он злился на себя. Ведь он не смог сдержать своё обещание. Впервые в жизни он не смог сдержать своё обещание. --- Прошёл ровно год со смерти Нила. Его похоронили. И записали его не как «Натаниэль Веснински», а как «Нил Джостен». После его смерти лисы пытались привести себя в порядок. Месяц, два? Со временем их боль утихла. Но они никогда не забудут. Эндрю не ходил на похороны. И на могилу тоже. После последней игры их дисквалифицировали из-за нехватки игроков. К ним пришли новые игроки. Новые нападающие. Эндрю не запомнил их имён и даже слышать не хотел. Они ему не интересны. Лисы не смогли выиграть в прошлом году, зато выиграли в этом. Эту победу они посвятили Нилу. Кевин наконец-то смог преодолеть свой страх. Переделал своё тату и смог выиграть у Рико. Под толчок он вспомнил слова Нила, которые тот говорил на их тренировке. Вещи Нила со временем убрали. Лишь нетронутым оставался его рюкзак. Именно в этот день, в день его смерти, Эндрю всё-таки решил разобрать его рюкзак. Но не думал найти ничего интересного. Лишь захотел… вспомнить? Но в рюкзаке Нила он нашёл три кассеты с названиями «Для старшекурсников», «Для монстров» и «Для Эндрю». В этот день все собрались в комнате Мэтта. В комнату Эндрю зашёл резко, так что все вздрогнули. Он кинул две кассеты в их сторону. — Что это? — спросил Ники. — Включайте, — лишь сухо сказал Эндрю. Они быстро решили включить первую кассету с названием «Для старшекурсников». Видеокассета началась. Все внимательно смотрят. На ней изображён Нил, который первые десять секунд пытается наладить камеру. «Чёрт, да как её исправить вообще? Вот, наконец-то получилось. Хм… сегодня 7 марта. До отсчета осталось два дня. То есть мне осталось мало. Эту… эту кассету я посвящаю старшекурсникам. Если вы её смотрите, то наверняка я уже умер. Помните, Дэн и Мэтт, мы смотрели сериал. Там же герой писал предсмертные записки. Так вот, я вместо записок решил записать кассету. Сперва я хотел бы извиниться перед вами за то, что я вам грубил последнюю неделю. Знаю, немного странно, что сперва я был таким счастливым, а потом грубым. Я не хотел, чтобы моя смерть причинила вам боль. Всё время, что я с вами провёл, было для меня одним из самых счастливых и радостных времен. Мне реально было весело с вами играть, ходить на покупку одежды, смотреть с вами и обсуждать сериалы. Дэн и Мэтт. Надеюсь, в следующем году без меня посмотрите второй сезон сериала. И надеюсь, вы будете счастливы в будущем. Я вправду восхищаюсь вашей добротой. Рене и Элисон. Элисон, ты реально очень красивая девушка. Ты так женственна выглядишь и хрупка, но в то же время такая сильная. Вы все девушки очень сильные. И у каждой из вас есть свои сильные стороны, что меня восхищает. Рене, надеюсь, я тебя не обижал сильно своим напряжением. Проблема была не в тебе. Просто ты как зеркало. Сейчас ты другой человек, но, несмотря на это, ты не скрываешь своё прошлое. Ну… в общем. Надеюсь, с вами всё будет хорошо. И я верю, что вы, лисы, и без меня сможете выиграть». Последнее предложение Нил сказал со своей искренней улыбкой. Дэн, прижимаясь к плечу Мэтта, рыдала, в то время как Мэтт сдерживал себя . — Зачем ты всё за нас решил, Нил? — тихо сказал Мэтт. Элисон плакала, а Рене рядом с ней обнимала её и успокаивала. — Какой ты придурок, Нил! — выдала Элисон. У Ники уже слезились глаза. Эндрю, не досмотрев до конца, вышел из комнаты. Вторую кассету включил Ники после того, как все немного успокоились. «Боже, серьёзно, что с этой камерой не так? Почему мне приходится мучиться над этим? Ладно, всё. Как будет, так и будет. Хм.. хм.. эту кассету я посвящаю Ники, Кевину и… Аарону — тоже мне есть что сказать. Ники, извини, я тебе тоже грубил в последнее время. Знаешь, в первое время ты мне не очень сильно нравился, но всё равно потом я понял, что ты тоже какой-то свой свет приносишь. Приносишь команде свет и радость. Насчет Эрика. Надеюсь, ты уже наконец-то с ним поженишься и будешь счастлив. Ничего страшного, что я не смогу присутствовать. Я всё равно буду знать. Кевин, я не знаю, когда ты это смотришь, сразу ли после моей смерти или нет, но знай. Может быть, я был лишь вспышкой, но именно ты — история экси. Ты должен быть на первом месте. На своём достойном первом месте. Все будут знать тебя как легенду этого спорта. И да… сделай так, чтобы Рико кусал свои локти хоть там, хоть в аду. Аарон, мы с тобой не были друзьями и не являемся, поэтому мне и сказать тебе особо нечего. Но хочу сказать вот что. Разуй свои глаза и начни замечать то, что ты просто игнорируешь. Всё, пока». Видео выключилось. Была абсолютная тишина, которую прервал Ники со своим рыданием. На этот раз все успокаивали Ники. Кевин всё еще смотрел в выключенный телевизор. — Нет, Нил, ты не был вспышкой. Ты был теплым светом, который оставил след в наших душах, — тихо сказал Кевин себе под нос и, встав с дивана, вышел из комнаты. --- Эндрю ушёл к себе в комнату. Он держал в руке кассету. Что он хотел с ней сделать? Выбросить? Разломать и кинуть в стену? Он сидел на диване десять минут и пялился на кассету. Сделав выдох, он решил для себя, что включит её. Любопытство взяло верх. Видео включилось. Сперва кадр дрожит, потом всё стабилизируется. Здесь освещение было другим. На первой кассете был день, а сейчас вечер. Нил налаживает камеру и садится на кровать, так было удобнее. Нил выглядит уставшим и печальным. Он смотрит на камеру, поджав губы. Потом аккуратно начинает. «Эндрю, надеюсь, ты смотришь эту видеокассету. Может быть, в колких фразах, да, но в… таких словах… не знаю, хорош ли я. Не знаю, как я мог бы это назвать. Ты… ты перевернул во мне всё. Все эти моменты с тобой… они настолько мне дороги. Я сделал бы всё, чтобы пережить эти моменты ещё раз. Как я хотел бы, чтобы это длилось вечно, — с улыбкой сказал Нил. Посиделки на крыше, разговоры, уютное молчание, твои поцелуи, чувства, которые ты мне даёшь. Я отдал бы всё, чтобы оказаться рядом с тобой. Я помню, как ты при первой встрече ударил меня клюшкой. Интересное первое знакомство. Помню, как ты разрешил мне остаться, подарил чувство дома, согласился защитить меня. Знаешь… я не боюсь смерти. Но я не хочу умирать. Я хотел бы быть вместе с вами. Вместе с тобой, Эндрю. Спасибо тебе за всё. За эти дорогие моменты. Они у меня запомнились в душе. Даже после смерти эти воспоминания у меня останутся. Ты был великолепен». ——— Эндрю сидел на краю крыши. Одна нога висела, а другая была поджата под себя. Рука была поставлена на колено и держала сигарету. Каково было Эндрю целый год в отсутствие Нила? Как ему доставляла боль, когда он вспоминал, как не смог защитить его в тот день? Каково ему было заново услышать голос Нила, но уже не рядом с ним, а на видео? На видео. Целый год он испытывал чувство пустоты, как раньше. Такое же чувство он испытывал до своих таблеток. Ничего не интересовало и никто не привлекал. Иногда связи, которые не вызывали никаких чувств. Потом таблетки. А потом он. Когда Эндрю был под таблетками, он думал, что все чувства, которые вызывает Нил, были побочками от таблеток. Но со временем они становились всё сильнее и сильнее. А в трезвом состоянии он всё осознал. И из-за этого начал ненавидеть его. С каждым днем всё сильнее и сильнее. Эндрю согласился на сделку с Кевином просто так. Ему было интересно смотреть на попытки Кевина, как он пытался сделать экси смыслом жизни Эндрю. Он не думал, что Кевин сможет выполнить свою часть сделки. Да не только Эндрю, сам Кевин даже не думал, когда привел Нила в команду совершенно случайно. А теперь его смысла жизни нет. Эндрю лишь проживает срок своей жизни. Эндрю смотрел на закат. На яркий закат, в котором присутствовал рыжий цвет. Как оттенок его волос. С его смерти он каждый раз наблюдал за закатом или рассветом. Они напоминали о нем. — Какой сегодня красивый закат, правда ведь? Эндрю замер. Голос. Его голос. Он звучит рядом с ним. Не где-то в экране. А рядом с ним. Как настоящий… Он повернул голову. Нил сидел рядом, смотря на закат. — Нил. Нил повернул голову и смотрел прямо в карие глаза. По его телу прошлась некомфортная волна. Эндрю испытал чувство, которое не объяснить никакими словами, когда посмотрел на голубые глаза. На те самые голубые глаза, которые снились в его мечтах и кошмарах. На тот самый оттенок, который стал его любимым цветом. — Да, — сказал Нил. Эндрю ничего не мог говорить. Он ничего не соображал. Он не хотел сделать что-то лишнее, лишь бы он не пропал. — Что ты здесь делаешь? — мягко спросил Эндрю. — Я захотел увидеть тебя, — сказал он с мягкой и искренней улыбкой. — Почему раньше не приходил? — Нельзя.Почему ты ко мне не пришел? — Не хочу верить. Пусть ты останешься в моих мечтах, как я и раньше думал. — Вы очень хорошо сыграли позавчера. Особенно ты. Ты даже ни одного мяча не пропустил. — Ты наблюдал? — Конечно наблюдал. Я всегда рядом с тобой, Эндрю, даже если ты этого не замечаешь. И всегда буду, пока ты меня не забудешь. — Я никогда не забуду тебя, Нил. Даже если и мечтаю об этом. Нил улыбнулся еще сильнее, чем ранее, и мягко коснулся руки Эндрю. Эндрю теперь точно был уверен, что сошел с ума. Ведь он чувствует тепло рук Нила. — Позволь пойти с тобой, Нил. — Нет, — резко сказал Нил. — Я не позволю тебе этого сделать и сделаю все возможное, чтобы этого не случилось. Ты можешь пойти после университета в сборную вместе с Кевином. Ты будешь великим вратарем. Будешь выигрывать. Хоть не для себя, но хотя бы ради меня. Я всегда буду наблюдать за твоими играми. — Какой в этом смысл, если тебя рядом нет? — Неважно, что ты меня не видишь. Я всегда буду рядом с тобой. Эндрю на это ничего не ответил. Он не хотел расстраивать Нила. — Ты еще придешь, Нил? — Я все равно рядом с тобой, Эндрю. Но ты приходи ко мне. Хотя бы очень редко, но приходи. Приходи и скажи одно слово — и мне достаточно. Можешь даже ничего не сказать. Можешь просто минуту постоять и уйти. Но лишь бы приходи. А я приду на твои матчи. Даже если ты этого не знаешь. — А я тебя увижу? Нил промолчал и лишь смотрел на закат. — Нил? — Эндрю… я могу явиться к тебе лишь раз. Ты меня увидишь, но только тогда, когда придет твое время. А потом мы с тобой будем навсегда. — Я не хочу еще раз расставаться с тобой, Нил, — огорченно сказал Эндрю. — Эндрю, посмотри, как сияет солнце! — сказал Нил, глядя на уже садившееся солнце. Эндрю повернул голову в сторону туда, куда указал Нил. И в тот момент тепло из рук исчезло. Повернув обратно, он увидел, что его больше нет. Если раньше в груди находилась боль, которая медленно сжигала его, то теперь она его полностью уничтожила. Впервые после долгого периода Эндрю находился перед срывом. — Да, так же, как ты… Нил.