...
24 марта 2026 г., 00:33
Была то ночь,
И шелест листьев тихий
Звучал так ласково, желая уволочь.
И жар прошёл, внезапно охвативший.
Звучало где-то ржание коня,
И пенье где-то тихо раздавалось.
На небе была полная луна,
И чувство страшной тайны создавалось.
А ты не спал. Молитвенник держал,
Но строчки пред глазами расплывались.
Не Божий образ пред тобой стоял,
А грешный лик соблазна в виде дамы.
"Миледи", как ты нежно обращался,
"Пусть ваш поступок Бог благословит",
И каждый раз, когда её касался
Сердечко юное ведь делало кульбит.
И стоя у постели на коленях
О ней молился, Бог ее простит.
И о себе молился в искупленье
Искушенья, что посмел впустить.
Но вдруг ты силуэт в окне заметил,
И всё благословение прошло.
И полы рясы подобрав ты эти,
Походкой тихой ближе подошёл.
О Боже! Как была она одета
И сколько неприкрытой наготы,
В сорочке белой, что ярче была света,
И обнажала стройные чреслы́
И волосы струилися каскадом,
Как тёмная прокля́тая вода,
Вниз с плеч они стекали водопадом,
Кружась у напряжённого соска.
Нагая, беззащитная миледи,
Куда идете вы в столь поздний час одна?
Реальность уморительней комедий,
Куда зовёт вас дикий лес без сна?
На улице не бы́ло ни души,
Деревня вся уснула сладким сном,
Миледи растворялася в глуши,
Где тварей, жутких бесов было сонм.
И ноги уж не слушались тебя,
Порывом побежали они к две́ри,
Всю веру, что построил ты, губя
И домом карточным разру́шивая цели.
Ты Богу жизнь хотел свою отдать,
И проповедь алтарную вести ты,
Хотел у грешных исповедь принять,
Простить всем людям страхи и обиды.
Но вот как одержимый ты бежишь
По следу странной барышни в сорочке,
И шумно крестик бьётся на груди,
Напомнить словно хочет он о почве.
Густятся листья веток над тобою,
Земля словно уходит из под ног.
И стало видеть лик ее нуждою,
Ты чарам возразить ее не мог.
И вот стоишь у озера большого,
Луна сияет полная над ним,
В прозрачной глади зеркало кривое
И в нем ты искаженный видишь лик.
Улыбка на ее устах смешная,
Румянец яркий видишь ты на них,
И зе́лени очей ее шальная
Мечта и бездна штучек колдовских.
И вот ты обернулся как безумец,
Сам Бог твою решимость проверял,
И думал, будешь ли благоразумец,
Иль грешником, что веру всю отдал?
И пляшет дикой пляскою миледи,
И видишь ты, что ведьма ведь она,
Из тех она, что предали запрету,
Гореть от инквизитора должна.
Но смех ее так звонок и прекрасен,
За танцем ты следишь, от ее ног
Чей ритм и сгиб был сладостно опасен,
Движенья сделать лишнего не мог.
Кружилась она будто мотылёчек,
И там была, и тут была, везде.
Ты руку протянул - ещё чуточек,
И смог бы провести к ее руке.
Но ведьма не даётся ведь так просто,
Ты сердце растопить должен её,
И знал ты лучше всех, это возможно,
Ты сможешь опалить холодный лёд.
Была то ночь, и звёзды так светили,
И время замерло́ для них двоих,
Стоят они - и ведьма, и священник,
В объятиях сладко нежных и простых.
И шепчет он, "Миледи, не сдавайтесь",
И медленно угас проклятья дар,
И женское "Прошу вас, оставайтесь",
Так замерли они, без власти чар.
То не было минутным наважденьем,
То чувство было, вовсе не плотским.
И то, что нам казалось искушеньем,
Внутри открылось чутким и больным.
✝️
