Маски сброшены

- Друг, ты еле на ногах держишься. Давай я понесу её, а ты передохнешь немного, - Вейрон кладет руку на плечо идущему рядом Ашриэлю. Брюнет выглядит действительно не очень: множественные ссадины и порезы украшают бледную кожу лица и шеи, на скуле красуется огромная гематома с рассечением. Возможно, ещё сломаны пару ребер, и точно парочка пальцев руки, но внешне Карн никак не показывает слабость, задвигая боль к дальней стенке сознания. Сейчас важнее добраться до Раэля, пока не поздно, пока у Аверрис есть шанс прийти в себя. С чего Ашриэль взял, что она может не очнуться, он и сам не знал, но дурное предчувствие скоблило изнутри. - «Нужно спешить! У меня нет выбора, а у неё нет времени.» - Я в порядке. А вот тебе стоит придумать легенду понадежнее и поправдоподобнее. Судя по пятну и отверстию в ткани, в твоей брюшине должна быть брешь, но ты очень даже живой и слишком энергичный, - Ашриэль дергает плечом скидывая руку. - Прибавляем темп, - Карн оборачивается и бросает через плечо двум вязнущим в грязи девушкам.  Рона помогала шагать Селесте, явно не привыкшей к таким прогулкам, ноги медиума то и дело глубоко уходили в ил либо спотыкались о раскиданные коряги. Поэтому девушка вцепилась в свою приятельницу мертвой хваткой.  - По степени упертости вы с Аверрис делите пьедестал, выше только мулы, - Сайлен недовольно ворчит и носком поддевает ржавый пласт, откидывает его в сторону. - Как же меня вдохновляют наши променады посреди грязи и упадка, очень поэтично. Дамы, вы не находите? - блондин задорно оборачивается, обращаясь к бредущим чуть позади. Парень картинно разводит руки в сторону и задирает подбородок. - Ну разве не чудо? Единение природы и пример того, что нет ничего вечного, - его взгляд скользит по мертвым гигантам, некогда бороздившим моря, а ныне гниющим под мрачными задымленными небесами. Придя в себя после нападения, Селеста обнаружила, что её перетащили на задний дворик, любовно уложив на настил из сена, рядом лежала бледная Лирен. Девушек перенесли в наиболее защищенную часть двора. Сюда не проникнуть с улицы, а прорываться к ним двоим через стены с помощью взрывчатки противник не станет - обе девушки нужны в лабораториях живыми. - «Живыми». На секунду испуганно замерев, медиум была уверена, что капитан мертва, но вовремя заметила, как тихо дрожат темные ресницы Аверрис. Селеста выдохнула, она не готова была хоронить ту, кто первая поняла её, и на ком так же лежит отпечаток смерти. Да, пусть капитан и не слышит их голоса, но она чувствует их тяжесть. Нежно проведя когтистой рукой по почти бескровному лицу подруги, Селеста прислушалась к внутренним голосам мертвецов. Сейчас гул в груди Лирен перекрывал любые звуки, доносившиеся в округе. Десятки голосов выли и скулили, сложно было разобрать слова, всё звучало вразнобой. - «Как же тебе непросто, баронесса.» Но проходит ещё несколько минут и неровный строй голосов, неожиданно начинает ловить гармонию, словно кто-то подкрутил радиолу, настроив нужную волну, выдает: - «Раз и два, скоро дома окажусь я…». Рона шла и озиралась, одной рукой придерживая тяжелую спутницу, второй — сжимая клинок. Впереди уверено шли мужчины, Ашриэль нес тело Аверрис, нежно придерживая голову капитана. Златоглазый паренек, спасший ей сегодня жизнь, шел чуть впереди, расчищая от мусора и ржавых останков дорогу.  - «Во что же ты нас всех втянул?» - сверлит взглядом широкую спину бывшего члена Магистериума. Рона не может всецело во всех несчастьях винить только этого хмурого мужика, но видят боги, если Лирен не оклемается, то этого блатного стратега по кускам в море вылавливать будут. - «Так, необходимо успокоится. Не надо хоронить ни Аверрис, ни Карна, ни себя раньше времени» - Рона пытается унять злобу и бессилие, хочется разрыдаться и выкурить половину пачки сигарет, а то и целую, давясь слезами и дымом. – Сколько еще идти? - черноволосая подает голос. – Нам нужно дойти до дальней бухты, - Сайлен кивает куда-то за остовы ржавых судов. - Почти пришли. Уже на песчанике процессия замедляется. Карн укладывает Лирен на расстеленный плащ, сам садится рядом и достает из кармана пульт, нажимает и напряженно ждёт, всматриваясь в горизонт. Темные свинцовые тучи зависают над волнами, ветер нагоняет их всё больше и больше, море перестает быть спокойным, нужно торопиться и добраться до корабля раньше грозы. – Никто не хочет ножки окунуть в чудесные воды почти безмазутной прибрежной линии? - Вейрон направляет плоский камень в воду, пуская с десяток кругов. - Ого, да я сегодня в ударе. – Принц полоумных, ты можешь не мельтешить перед глазами? И вообще, давай показывай брюхо. Ты когда меня собой закрыл, я видела, как тебя насквозь этот урод пронзил, - черноволосая девушка недовольно встает с песка, отряхивает брюки и направляется к блондину. – Я боюсь не могу похвастаться рельефом мышц как у нашего дорогого начальника, поэтому заведомо не хочу такого позора. Покажу свой живот лишь после интенсивной тренировки, предварительно обмазав маслами, а пока имею право поскромничать, – Вейрон, паясничая, запахивает плащ, кутаясь как в кокон. - На корабле есть чудесная Эл, она, если надо, меня подлатает. И вообще, тебе показалось, красотка, наши новые друзья из Магистериума не отличались меткостью. Или мне так повезло, но этот увалень лишь продырявил кожу, не задев жизненно важных органов. Иначе, дорогая сеньорита, я бы перед тобой тут не скакал, - Рона подозрительно щурится, но гоняться за огромной летучей мышью с белобрысой макушкой она не собирается. Ашриэль молча сидит, не реагируя на внешние раздражители в лице шумных спутников и пронизывающего холодного ветра, несущего соленую влагу. Взгляд внимательно пробегается, в очередной раз убеждаясь, что капитан жива и ей не стало хуже. - «Болван, тянул время. Полагался на благоразумие Магистериума? Идиот, сам же знаешь, какие методы им предпочтительны…» - в голове помимо анализа произошедшего проносятся все возможные развития событий. - «Стоит нанести визит своим старым добрым коллегам». Проходит чуть меньше получаса и наконец где-то в дали виднеется приближающаяся лодка. Рона удивленно рассматривает плавучее средство с крыльями как у стрекозы и блестящие, будто чешуйчатые, бока корпуса. Селеста совершенно спокойно реагирует на шлюпку, лишь нежно поглаживает детали корпуса носовой части, чудо-лодка ритмично вибрирует от ласки медиума. Сален помогает занять девушкам места, после принимает из рук Ашриэля завернутую в плащ теоретика Аверрис и аккуратно укладывает в лодку. Снимает свой плащ и, сложив на манеру подушки, подкладывает под голову девушки для большего комфорта. А после переводит взгляд на своего мрачного начальника. Карн медлит. – Ты же не собираешься вернуться? - вопрос блондина звучит тревожно. - Ашриэль, что ты задумал?  - Мне нужно закончить одно дело, - цедит сквозь зубы Карн. Он четко решил вернуться в Верхний город и совершить расправу над теми, кто решил, что они легкая добыча. - Это самоубийство! - Вейрон пытается переубедить командира от безумной затеи. - При том, когда зверюга придет в себя и не обнаружит тебя на судне… я не знаю, её это явно не обрадует. Послушай, ты нужен ей здесь, рядом, - последний аргумент, который может сейчас произнести картограф, кажется, сеет сомнение в решительности Ашриэля. Мужчина стоит молча, сжимая кулаки, ведет внутри себя молчаливую битву между желанием отомстить и собственными чувствами. Карн вздыхает, трет уставшее лицо ладонями и все-таки запрыгивает на борт шлюпки. - Я на веслах. У тебя руки и так забились, ты нес Аверрис всю дорогу. Отдохни, - Сайлен перехватывает управление и начинает грести. Блондин ловит сосредоточенный взгляд Роны. Она изучает его тело, пытается понять, как он выжил после ранения. Девушка явно не поверила в его отговорки про пустяковую травму. Сейчас не время вскрывать все карты, поэтому позже картограф придумает более убедительную ложь. - Соскучилась, моя маленькая. - нежно гладит большими пальцами рукоятки весел, задабривая тем самым транспорт. - Кто это были? Чьи это люди? - Селеста задает вопрос, откидывая влажные от морского ветра и брызг кудрявые прядки. - Это из-за Лирен? - Головорезы из Внутреннего контроля, - Карн не смотрит ни на кого, коротко кивает. Голова мужчины опущена, плечи напряжены. - Нас недооценили, прислали лишь троих. - Но у них была взрывчатка, - Рона буравит взглядом командира. - Ты говорил, что мы теперь под колпаком, но одно дело тихо прирезать в подворотне, другое — раскидать кусками мяса по Нижнему городу. - Решили не мелочиться, - Ашриэль взъерошил волосы. - Президиум устали ждать. При том свидетелей их бесчинств в этом районе все равно нет. Пустой квартал развязал им руки. - И что они хотели сделать с ней? - медиум кивает на бледную девушку, лежащую на дне лодки. - Опыты. Они узнали об аномалии. Такими ценными образцами не разбрасываются, заперли бы до конца её дней в своей стерильной лаборатории и разбирали бы медленно по кусочкам, - Сайлен говорит непривычно холодным тоном. Карн вновь кивает головой в знак согласия. - Смотрите, корабль, - Рона указывает на приближающуюся точку на горизонте. Ей больше не хотелось слушать о том, что могут или могли сделать с её подругой горстка обезумевших от власти мудаков, поэтому девушка старается быстро переключиться. - Это ремезарский? Карн вскидывает голову и следит в указанном направлении. Но, узнав судно Хранителя, расслабляется: - Да. Это корабль Лиссана. - То есть они в открытую пошли на твою ликвидацию, без всяких расшаркиваний и красивых отговорок? - Раэль меряет шагами кают-компанию. - Опьяненные властью слепцы и гордецы. Уставший и явно нездоровый бывший член Магистериума стоит, прислонившись спиной к переборке, молча кивает. Усталось и грызущая тревога выбили из него всякое желание лишний раз развернуто отвечать, потому Карн ограничивается невербальным знаком согласия. Примерно пару часов назад они взошли на живое судно ремезаров, Селесту и Рону как менее пострадавших отправили на ужин, Сайлен, отбиваясь от Элеонор, попытался скрыться в каюте. А Карн и Лиссан уединились для серьезного разговора, вначале в каюте, которую выделили для капитана Аверрис, а после, когда Элеонор выгнала их под предлогом полного осмотра пострадавшей девушки, теоретик и Хранитель закрылись в кают-компании. - Ты сможешь её исцелить? - голос Ашриэля тихий и твердый. - Нам опять нужно в бухту? Говори что нужно, я помогу. - Не обязательно. Я уже видел, что организм Лирен спокойно реагирует на мою чистую кровь без проводников. Так что её я могу подлатать и на корабле. А вот тебя я бы, конечно, отвел… - Хранитель не успевает закончить свое предложение, Карн перебивает: - Мне это не нужно. В приоритете сеньорита Аверрис. - Что-ж, думаю, Элеонор уже закончила осмотр и я могу приступать. Ты, как я понял, захочешь присутствовать? - Раэль внимательно смотрит на помятого уставшего мужчину. Сейчас в том нет былой искры ревности, но Раэль хочет чуть встряхнуть бедолагу. - Безусловно, - сухой кивок и Ашриэль отталкивается от стены. - Не уверен, что хочу оставлять тебя с ней вдвоем после ваших ночных ритуалов, - Хранитель хмыкает, хорошо, что Ашриэль переводит все в шутку. Он понимает, что за ехидством теоретика Старого света Карн прячет переживания за жизнь дорогого ему человека. Хранитель заметил, что Карн давно уже пересек черту по отношению к капитану, которая стала некой константой в его жизни. Элеонор тихо поправляет подушку, фиксируя голову Аверрис. Она осмотрела капитана и отметила, что, кроме незначительных порезов, перелома руки, вывиха ноги и контузии, более серьезных внутренних травм не обнаружено, ни кровотечений, ни разрывов. Но по всем показателям тело Лирен сильно истощенно. Не зная про аномалию, Эл спокойно приняла бы капитана за покойницу: температура тела двадцать пять градусов, пульс еле прослушивается, дыхание прерывистое, местами на бледной коже проступают темные венки. Хоть сейчас в гроб клади. - Держись, Аверрис! Ты нужна нам! Я никогда не признаюсь, но без тебя теперь мне будет скучно. Я готова терпеть глупую болтовню и ужасное чувство юмора… Поэтому прошу, выживи, - Элеонор берет холодную руку капитана и сжимает, тихо шепотом повторяет как молитву: - Выживи, только выживи. Девушка не успевает отстраниться и разжать хватку рук, когда в каюту залетает грозовой тучей её начальник и сопровождающий его Хранитель. - Я предлагаю вам, Элеонор, осмотреть пока сеньора Карна. А я займусь сеньоритой Аверрис, - Лиссан усаживается рядом с постелью, бегло осматривая лежащую без сознания девушку. Элеонор постаралась смыть кровь с волос и тела Лирен, также переодев ту в подобие сорочки. Брюнетка отгоняла от себя мысль, что именно так она, будучи коронером готовила к тела к встрече с вечностью. - «Прекрати раскисать, она живая!» Сейчас капитан выглядела как фарфоровая кукла, чье лицо украшали трещинки мелких царапин. Серое лицо с темными кругами под глазами, щеки впалые с крупными тенями. Гротескная красота увядающего девичьего лика. Хранитель, подходит ближе и не мешкая, делает тонким клинком надрез на запястье, прислоняет к полуоткрытым губам Аверрис. Струйки крови стекают от уголков губ, впитываясь в наволочку. Ничего не происходит, ремезар чувствует, что ранка уже затягивается, а должного эффекта не происходит. Карн, отмахнувшийся от попыток Элеонор ему помочь, замирает и внимательно следит за малейшим изменением состояния капитана. Ждёт, медленно отсчитывая секунды в голове. Он мысленно молится, чтобы Аверрис открыла глаза, выдала очередную дурную шутку или просто улыбнулась своей коронной безумной улыбкой, что угодно, но только не это восковое подобие бледной маски. Ашриэль не готов её потерять, не готов вновь впустить в себя это мерзкое сосущее чувство одиночества, как темный дым обволакивающее все нутро. - «Очнись! Ну же! Прошу, ты нужна мне!» Ничего не происходит. Раэль снова делает надрез и буквально начинает заливать кровь в рот Лирен. Движения выверенные, но не лишенные нервозности. Если не сработает и в этот раз, надежды на восстановление быть не может. Секунда-другая и капитан наконец делает глоток. Кажется, вздох облегчения всех троих присутствующих звучит в унисон. Лежащая на постели девушка начинает дышать ровнее. - Теперь остается ждать, - хранитель нежно убирает прилипший ко лбу Аверрис локон. - Полагаю, вы оба сегодня ночуете рядом с Лирен? - он переводит взгляд с Ашриэля на Элеонор. Оба молча кивают. - Хорошо, добрых снов, если сеньорита Аверрис придет в себя ночью, прошу, отправьте за мной кого нибудь. Мне крайне любопытно узнать о том, как она стала Мастером плоти.  - Кем? - Эл кривит лицо. - Это опять эти ваши непопулярные религии? - Мастера плоти — утерянный орден. Его адепты могли управлять телом человека, и судя по тому, что мне рассказал сеньор Карн, то, как Аверрис «растопила словно свечки» троих убийц, очень похоже на их умения. Они могли заставить плоть сползать, оголяя скелет, или, напротив, наращивали новую кожу на месте ожогов, даже увечья в виде потери конечностей не были для них проблемой. Могущественный культ, но как и любой другой могущественный орден, столкнулись с проблемой чистоты крови. Иными словами они выродились, последующие поколения становились все слабее и в наши дни, уже не осталось никого, кто мог бы назвать себя Мастером плоти. - Мне кажется, управляла она не плотью. Аверрис будто распаляла пространство, саму эфемерность. Нагревала воздух и все то, что находилось в непосредственной близости, - Карн рассказывает о своих наблюдениях, медленно усаживаясь на край кровати. - Пока её глаз светился красным, мое тело будто опаляло пламя. Её паразит будто создал завесу. Я явственно чувствовал, как закипает кровь и кожа, как глазные яблоки буквально запекались как каштаны. Это больше походило на то, что она меняет саму материю естества вокруг, - слова Ашриэля заставляют Хранителя серьезно задуматься. Он сейчас же решает отправится в свою библиотеку на поиски книги, где подобные способности описывались, но то, кому они принадлежали, не мог существовать, по крайней мере иметь физическое воплощение. - Вынужден вас покинуть, доброй ночи, друзья, - хранитель торопится, огромная фигура Раэля скрывается из виду. - Как это произошло? - в тихом голосе Элеонор нет больше прежней напускной строгости, к которой все давно привыкли. - Около полудня после собрания в гостиной находились только мы вдвоем, Сайлен и дамы успели покинуть помещение. Когда прогремел взрыв, нас с капитаном отбросило к дальней стене. Пока мы лежали в отключке, трое Внутренних проникли в дом. Двое попытались избавится от свидетелей, а их главный решил добить меня и захватить Аверрис. Но она вовремя пришла в себя и активировала аномалию. А дальше ты знаешь, - Карн решил не вдаваться в детали. - Ты сказал, что она расплавила их, будто инфернальным огнем. - Именно. Как-то ей удалось направить силы и точено уничтожить нападавших. Никто из нас не пострадал. Но никакого пламени, только жар. Инфернальный. Если бы Ад существовал. - Ты не боишься, что она не сможет контролировать ту гадость, что в ней сидит? - брюнетка беспокойно осматривает безмятежно лежащую девушку, к лицу которой медленно возвращались краски. Кажется, девушке становилось гораздо лучше, регенерация делала свое дело, рука, вправленная после перелома, утратила синеву и даже спала припухлость. - Нет. Я в ней уверен, - твердо заявляет командир. - Я не сомневаюсь ни в ее силе, ни в правильности своего выбора. И думаю, правильнее теперь считать, что внутри сеньориты Аверрис не «паразит», питающийся её болью, а вполне себе полезный «пассажир», заботящийся о сохранности хозяйки. Элеонор неоднозначно качает головой. Ей все равно на формулировку. Пока она не поймёт природу аномалии, сидящей внутри капитана, она будет считать это угрозой. - Ты можешь идти, я сам с ней посижу, - бледный измученный, но все еще собранный Карн, кивает на дверь, намекая, что хочет остаться один. - Но твоё лицо. У тебя глаз заплыл и глубокое рассечение, - Элеонор пытается вразумить начальника. - Давай я сделаю хотя бы примочку и зашью. Еще нужно осмотреть тело, возможно, после удара о стену у тебя могут быть внутренние разрывы или переломы. Мне, честно говоря, все равно, будь мы в других обстоятельствах, но завтра нам грозит отправка к Разлому, потому бессознательный полутруп с «пассажиром» и изувеченный руководитель, похожий на отбивную — не самая подходящая компания. - Хорошо, - короткий кивок. Сил сейчас спорить у стратега не осталось. Быстрее начнет — быстрее закончит. - Тогда вставай и снимай одежду. Я пока подготовлю все необходимое. Когда Эл поворачивается, то видит, что весь корпус командира украшают огромные черные кровоподтеки, местами из кожи торчат осколки дерева и стекла. Да уж, примерно с дюжину новых шрамов поприбавится. - Боги! Ашриэль, и ты все это время молчал? Да тебя латать всю ночь придется! Ты смерти моей и своей хочешь? - брюнетка злобно сверлит Карна глазами. - Вот уж точно вы с ней идеальный дуэт. Два мазохиста из Нижнего города, - женщина кивает в сторону Аверрис. - Сиди смирно, займусь осколками, - Эл берет пинцет и начинает доставать из ран застрявший мусор, попутно обрабатывая раны спиртом. Когда попадаются особо глубокие занозы, Ашриэль закусывает щеку, будто боясь потревожить Лирен даже тихим шипением. Мужчина замирает, неотрывно глядя на капитана, пытаясь уловить хоть незначительные улучшения. По прошествие часа торс и руки Карна были забинтованы почти полностью. На лице уже красовался тонкий шов. Еще один шрам портил или напротив украшал. Благодаря странно пахнущей мази отек с глаза спал. Даже цвет превратился из фиолетово-черного в светло-зеленый. Ремезарские травы творят чудеса. - У тебя три ребра сломаны. Воздержись от нагрузок. Не мальчик уже, - усталый голос Эл выдает её. - Спасибо. Отправляйся к себе, Элеонор. Тебе тоже нужно отдохнуть, - Карн пропускает мимо ушей замечание. - Настаивать не буду, но постарайся не засиживаться. В отличии от неё, у тебя нет такой регенерации. Предпочитаю работать на живых людей. Доброй ночи, - тихо выскользнув из каюты, Эл уходит. Боль и тугие бинты сковывают движения, Ашриэль осторожно наклоняется и гладит лицо Лирен, пальцы едва касаются теплой кожи. Заметно бьется жилка на шее, выдавая ровный пульс. Сейчас Аверрис выглядит просто как крепко спящий человек, нет испарины на лбу, пропали тени под глазами и исчезла серость кожи. Мужчина аккуратно целует в порозовевшие губы капитана и неспешно отстраняется, продолжая нежно гладить лоб и волосы девушки. Он не замечает, как в его ранку у уголка губ попадает капля крови Хранителя. Но едва подмечает, как зудящее тепло осторожно проходит по телу. Медленно растекающееся, как патока, по венам, тепло, проникает во все сосуды и клеточки. Начинает клонить в сон, организм дает понять, что предел почти достигнут. Карн садится на пол рядом с постелью и, не разжимая руки, держащей ладонь Лирен, засыпает.  Красные всполохи мелькают молниями, рассекая жуткое неестественное небо. Аверрис идет к тому самому обрыву, где впервые встретила Элиана после шторма. Сейчас он пуст. Внизу бушуют исполинские волны, а из пасти Разлома веет жаром. Лицо опаляет будто огнем, но Аверрис уверено приближается к краю, она видит изнанку Разлома. - «Не такая уж и дыра. Вот запечатанное дно, я его вижу. Что же все это значит?» - Капитан судорожно прикидывает варианты взаимодействия с природой аномалии. Необходимо понять, как ей самой воздействовать на явление, как закрыть этот уродливый шрам на теле моря. Ветер треплет волосы, прядки больно хлещут по лицу, странная тяжесть чувствуется в каждой частице воздуха, даже одежда висит теперь как многокилограммовая броня, ломя спину и плечи. Внезапно все стихло, будто выключили все звуки - от ритма сердца, до звуков дыхания. Оглушающая тишина резко прервалась детской считалочкой: - Раз и два, скоро дома окажусь я… - Три, четыре, успокою душу свою в соленом эфире… - Пять, шесть, ничто не сможет меня съесть… - Семь и восемь, горячий ужин у мамы попросим… - Аверрис до последнего не хотела оборачиваться на голос.  - Чем дольше будешь смотреть в бездну, тем больше вероятность того, что бездна посмотрит в тебя, - это был не Элиан, нет, голос принадлежал ребенку, скорее всего девочке, и от осознания кем был этот самый ребенок волоски на теле капитана встали дыбом. - Ну здравствуй, Лирен…