Серебряная луна./ Silver Moon.

       Поселение, в котором родился Уилл, часто называли вольным: они ни на кого не нападали, и так же у них была свобода. Они занимали довольно большую часть леса, из-за чего у них часто были перепалки с другими поселениями, особенно с Кровавыми Волками. Их так прозвали из-за стереотипа: убивать всё, что мешает им на пути. И, конечно же, племя, в котором Уилл был, не обошлось стороной. Хоть они и были быстрыми, но от таких хищников никто не мог убежать, и союз они так и не заключили ни с кем. Из-за чего их взяли силой и окружением. К сожалению, половина поселения не смогла обороняться, так как только закончился период размножения. И многие были уставшие, им бы не хватило сил. Почти всех мужчин убили, оставили только детей и женщин, не для того чтобы съесть, а чтобы продолжить род, так как в клане волков были одни альфы, а омеги были редкостью. Им пришлось прибегнуть к такому, к тому же они получили большую территорию. Уилл с самого рождения являлся омегой, это и спасло его в ту ночь. Его с матерью отвели в отдельное место, отгороженное от других. Там уже собрались некоторые из их поселения. Джойс оставила Уилла рядом с другими детьми, сказав ему, чтобы тот никуда не ходил, пока она поговорит с другими. Уилл лишь кивнул, пока фигура его матери удалялась. Он сидел рядом у забора, там была мини-песочница. Детей почти не было, так как им такое неинтересно. Раскапывая очередную горку песка, он наткнулся на что-то мягкое. Это была игрушка, вся в песке, игрушка маленького волчонка, а на его шее висел... Уилл аккуратно встряхнул его. А потом за его спиной послышался шелест листьев и звук ломающейся палки, а потом тонкий голосок, но с ноткой власти. — Верни, это моё! — послышался голос из-за забора. Уилл подошёл ближе. Перед ним стоял мальчик чуть выше него. На его плечах висел плащик из шкурки зайца, а тело было закрыто лёгкой тёмной тканью, а на шее красовалось ожерелье из клыков. Уилл немного опешил, а потом протянул руку с игрушкой через забор. Его голос немного дрожал, он впервые видел хищника перед собой. — Держи, прости, я не хотел его брать, он валялся в песке, меня Уилл зовут, а... Но не успев Уилл досказать и слово, как почувствовал резкую боль в руке, мальчик поцарапал его. Мальчик напротив стоял с обнажёнными руками, в глазах его читался страх, а в уголках скопилась влага. Он быстро пробормотал. — Прости меня, пожалуйста, я не хотел, у меня инстинкты сработали, я не хотел тебя ранить. Но Уилл уже начал отходить назад, руки его дрожали, а из глаз текла влага, а на руке была царапина, из которой тонкой струйкой текла кровь. Уилл закрыл глаза, чтобы прийти в себя. Когда он их открыл, около забора уже не было того мальчика. Он осторожно попятился к маме, насчёт этой ситуации он не стал ей рассказывать, только постарался закрыть царапину. С того случая прошла ровно неделя. Царапина почти зажила и уже не так сильно болит. Уилл помогал Джойс ухаживать за грядками, они уже более-менее начали привыкать к такой жизни, волки их не трогали. А Уилл больше не видел того мальчика. Он почувствовал, как на его голову легла лёгкая рука, а затем послышался лёгкий голос Джойс: — Уилл, постой тут, я пойду отнесу запасы. Как-никак скоро зима, и нам придётся питаться только ими. Отпрянув от мальчишки, она взяла корзинку и направилась в шалашик. Уилл стоял и смотрел ей вслед, а через секунду почувствовал, как в его голову что-то пролетело — клочок ткани, свёрнутый в комок. Уилл аккуратно его открыл, внутри был текст: «Подойди к стене, нужно поговорить». Уилл вздохнул и, не колеблясь, подошёл к стене. Из-за кустов вышел тот мальчик, тёмные волосы были взлохмачены. А затем он забормотал: — Привет, как твоя рука? Ей уже лучше? Уилл немного опешил от такого вопроса, а затем сказал: — Привет, да, сейчас уже почти не болит. Он демонстративно показал руку, но через секунду её перехватил парнишка и продвинул к ней своё лицо. Уилл вздрогнул от таких действий и хотел уже вырваться, но вдруг почувствовал влажное ощущение на руке. Он удивлённо посмотрел на мальчика, тот вылизывал его руку. А затем парнишка пояснил: — Слюна волков очень целебна и убирает инфекцию, если она есть, плюс быстрое заживление. Меня, кстати, Майкл зовут, но можно просто Майк. Я сын вождя. Я заметил, что мы с тобой очень похожи: с тобой тоже сверстники не общаются, а со мной, если и общаются, то только из-за статуса. Уилл? Ты не против стать моим другом? У Уилла появился лёгкий румянец, он не ожидал такого от того, кто его поранил, но в кое-чём Майк был прав: Уилл и вправду одинок. — Я согласен дружить с тобой, ты довольно хороший человек, — сказал Уилл, прижимая к себе свою руку. — Вот и отлично, тогда будем встречаться тут каждый день, а вот это тебе за тот случай. Мальчик протянул Уиллу довольно большой лист плюща, в котором была куча ягод: от малины до ежевики, и нежно-голубые цветы. Уилл редко ел ягоды, точнее, когда ему исполнилось около пяти, и в день, когда напали волки и пропал его брат, он защищал их с мамой, но он побежал помочь другим, и больше его никогда не видели. Уилл видел, как Джойс тяжело, но ничего не мог сделать. Майк улыбнулся, наблюдал, как Уилл с восторгом разглядывал ягоды. —мне нужно идти— сказал Майк, взглянув на солнце. —Чтобы не вызвать подозрений. Но завтра, после того как твоя мама снова унесет запасы, я приду сюда снова. Он подмигнул и быстро скрылся в кустах. Уилл остался один, с полным корзиной ягод и странным, но приятным ощущением в груди. Джойс вернулась, её лицо было уставшим, но она постаралась улыбнуться Уиллу. —Ну что, готов попробовать самую свежую малину? — спросила она, заметив корзинку. Уилл кивнул, протягивая ей горсть ягод. Джойс удивленно подняла брови, но с благодарностью приняла угощение. Она не спрашивала, откуда ягоды, возможно, просто решила не нарушать его покой. Вечером, сидя у костра, Уилл думал о Майке. Почему тот был так добр к нему после нападения? Возможно, Майк сам чувствовал себя одиноким, несмотря на статус сына вождя. Уилл вспоминал брата, его смех, как они играли вместе, пока не случилось то ужасное нападение. Он чувствовал вину за то, что не смог его остановить, и за то, что его потеря так тяжело давалась матери. На следующий день, когда Джойс снова ушла с запасами, Уилл отправился к забору. Он немного нервничал, но желание увидеть Майка пересиливало. И он не разочаровался. Майк ждал его, держал в руках небольшой пучок полевых цветов. —Привет — сказал он, протягивая цвтебе. —Это тебе. Я подумал, что они тебе понравятся. Уилл принял цветы, его сердце ёкнуло. Это было так неожиданно и трогательно. Они провели вместе целый час, разговаривая обо всем и ни о чем. Майк рассказывал о жизни своего племени, о охоте, о традициях. Уилл слушал, иногда перебивая, засыпал Майка вопросами. Он чувствовал, как растет его доверие к этому загадочному мальчику. Впервые за долгое время Уилл не чувствовал себя таким одиноким. Возможно, это начало чего-то нового, чего-то хорошего.