Youth

      Весенним солнечным днём Юнхо рассекал на велосипеде по полупустой дороге, насвистывая под нос балладу, которую на днях услышал в какой-то дораме. Старшая школа Суджу находилась примерно в полутора часах езды от школы исполнительских искусств, где он учился. Но не это заботило – до места нужно было добраться как можно быстрее. Ведь его ждали.               Встречный ветер ерошил волосы и, пробираясь под тонкую куртку, вызывал мурашки. Солнце слепило глаза, поэтому Юнхо то и дело останавливался, чтобы их промокнуть.              Вскоре на горизонте появились очертания школы. Юнхо ускорился и уже через пару минут остановился у ворот, откуда время от времени группками выходили старшеклассники. Поставив велосипед к стойке, он прислонился спиной к забору, бросив взгляд на часы, скрестил на груди руки и приготовился ждать.              Перебивая друг друга, девчонки обсуждали новый релиз от Produce 101, а парни, демонстративно закатывая глаза, плелись позади и пинали полупустые рюкзаки. Кто-то, громко выясняя отношения, забивал кому-то стрелку за углом, а кто-то, не стесняясь в выражениях, ругал какого-то учителя Кима и его дебильные тесты. Юнхо внимательно всматривался в лица, но ни в одном не видел знакомые черты.              «Где его черти носят? — пробормотал он сквозь зубы, раздражённо пнув по колесу. — Мы же договаривались…»              Прозвенел звонок. Школьный двор мгновенно опустел. Юнхо снова глянул на часы. Начало шестого. Уже прошло минут пять, но из здания больше никто не вышел.              — Да где этот кретин?! — оттолкнувшись от забора, он сплюнул на землю и быстрыми шагами направился к зданию школы. Толкнул входную дверь. По планам эвакуации, висевшим в холле, нашёл расположение кабинета. Поднялся на второй этаж и, едва не заблудившись в изгибах длинных коридоров, добрался до нужного класса. Заглянул в смотровое окно: пока молодой учитель объяснял у доски материал, учащиеся сосредоточенно что-то записывали в тетрадях. И среди них не было ни одной знакомой наглой физиономии.              — Сон Минги! — заорал Юнхо, зайдя в ближайший мужской туалет. — Ты опять в толчке застрял? А я говорил тебе: не надо жрать столько пулькоги!              — Хули орёшь? — пробасил кто-то из дальней кабинки. Послышался звук слива. Дверь открылась, и оттуда вышел какой-то громила. — Нету здесь никого… — и бросил вслед: — Дебила кусок…              — Сам дебил… — огрызнулся Юнхо, показав фак в кармане. На всякий случай — получить по роже не очень-то и хотелось. Громила презрительно зыркнул на него, смачно харкнул в раковину и ушёл.               Проверив все кабинки, — тоже на всякий случай — Юнхо вернулся в коридор, где всё ещё раздавалось шарканье кроссовок громилы. Задумчиво осмотрелся и решил спуститься на первый этаж по боковой лестнице. Он открыл дверь и вышел на площадку. За стеклянной стеной виднелась зона отдыха со скамейками и пуфами, окружёнными всякой растительностью. Чуть дальше шла узкая аллея, ведущая к спортивной площадке и стадиону.              Сощурившись, Юнхо приник к стеклу, разглядывая зону отдыха. Но и там никого не было. Спустившись на несколько ступенек, снова посмотрел на пустые скамейки, затем скользнул взглядом вдоль аллейки на стадион. И вдруг у него внутри что-то дёрнулось — на дальней трибуне сидела сгорбившаяся фигура, которая показалась ему знакомой. В несколько прыжков оказавшись на первом этаже, Юнхо рывком распахнул стеклянную дверь и пулей помчался по аллее. Минуя футбольное поле, на котором тренировалась школьная команда, и не обращая внимание на окрики за спиной, он добежал до трибуны. Запыхавшись, поднялся по ступенькам и…              — Какого хуя ты здесь жопу греешь?! — зло просипел он, уставившись на растерявшегося парня в чёрной футболке, прижимавшего к груди бумажный пакет. — Я, блять, заебался тебя по всей школе искать!        — Хён… — громко сглотнув, пролепетал Минги. — Я ж написал тебе… — Где? — Юнхо вытащил из кармана брюк телефон и нажал на кнопку включения. Ничего. Придавил ногтем и подержал несколько секунд — реакции нет. — Сдох, сука… — прошипел он, нервно запихивая гаджет обратно в карман и пнув пару раз ножку зрительского кресла. Тяжело вздохнул и, стараясь выровнять голос, произнёс: — Прости, я… — Я в порядке, — перебив и крепче прижав к себе пакет, Минги отвернулся и обиженно добавил: — Спасибо, что спросил. — Мне реально жаль, — Юнхо подсел рядом и, положив руку на плечо, попытался развернуть его лицом к себе. Но тот судорожно дёрнулся, бубня что-то под нос. — Ну, махнём к аджумме за пибимпабом? — Не, здесь лучше, — Минги замотал головой и, услышав тихое бурчание в животе Юнхо, осторожно заметил: — Блин, ты же не ел… — Придурок, — ехидно выдавил из себя тот, наблюдая за тем, как Минги положил пакет на колени и, пошарившись по карманам спортивных штанов, выудил слегка погнутую свечку для торта. Зажав её между пальцами, как сигарету, поднёс ко рту, ловко захватил зубами основание и, артистично щёлкнув зажигалкой, поджёг фитиль.. — Ф фнём фофденья, фён! — неразборчиво произнёс Минги, снова схватив пакет и протягивая его другу. — Чего-о? — протяжно спросил Юнхо, отвесив едва ощутимый подзатыльник, отчего Минги вздрогнул, капнув горячим воском на упаковку. На мгновение оба замерли. Затем Юнхо принял подарок, нетерпеливо разорвал криво скреплённую степлером в нескольких местах бумагу и увидел… гамбургер. Не такой аккуратный, как те, что продаются в забегаловках, — с подтёками соуса и огромной котлетой посередине — но бережно завёрнутый в пергамент для выпечки. Повисла неловкая тишина. Юнхо смотрел то на странный «подарок», то на Минги. Захотелось отпустить какую-нибудь колкость, но все слова вмиг улетучились. — Это чё-ё? Это… это… мне? — наконец, выдавил он из себя. — Ага, — кивнул Минги, воткнув горящую свечу в булку. — С днём рождения! Извини, на торт денег не хватило… — Да пошёл ты… — брякнул Юнхо и тут же растерялся, увидев потускневшие глаза Минги. Он придвинулся ближе и приобнял друга за плечи. — Это лучший подарок!.. Минги открыл было рот, чтобы возразить, но внезапно раздалось громкое бурчание. Он схватился за живот и, опустив взгляд, начал буравить глазами спинку кресла из переднего ряда. Юнхо рассмеялся и, быстро загадав желание, задул свечу. Затем осторожно разломил бургер пополам и с тихим «Бери!» протянул одну половинку Минги. — Хён, это же твой… — запротестовал тот, пытаясь оттолкнуть руку Юнхо. — Да. И чё? Я уже не могу разделить его с тобой?! Минги замер и спустя мгновение, выхватив свою половину бургера, жадно впился зубами в сочную котлету. Наблюдая за тем, как друг давится и кривится, Юнхо хмыкнул и откусил небольшой кусок. «Неплохо… — не спеша пережёвывая, подумал он. — Но нахрена столько соли?..» Сидя на трибуне и подкалывая друг друга, они ели и наблюдали за тренировкой, комментируя каждый промах игроков. А вечернее солнце медленно скрывалось за горизонтом, окрашивая стадион в золотые и пурпурные оттенки.