Рубин и Аметист

Барроу искренне был в восторге от того, что после вступления в отношения со своим возлюбленным, их взаимодействие не сильно изменилось, все-таки влюблялся он в саркастичного и честного парня, и совершенно не хотел, чтобы тот менялся ради кого бы то ни было. С планом, действительно пришлось попрощаться, но некоторые его пункты Белая Звезда решил оставить на будущее, для свиданий и праздников. Хотя, наверно, не стоило показывать огромную доску со всеми подробностями, фотографиями и заметками, которую он прятал под своим матрасом друзьям. Тогда, возможно, но не точно, Кейл бы не так сильно издевался над тем, что его парень так заморочился, а в итоге даже не первый признался. Барроу действительно не дулся на это, просто не ожидал и… это не входило в план! Слизеринец толкнул дверь в библиотеку и кивнул отсалютовавшему ему фляшкой Иллису, развалившегося за столом в костюме пирата. Небольшое напоминание, потому что, есть вероятность, что вы об этом забыли: Барроу не любит детей. За исключением интересных. Иден Миру был интересным. Мальчик с темно-красными волосами и яркими синими глазами, казалось, каждый раз пытался слиться с пространством, что ему удивительным образом удавалось, несмотря на примечательную внешность, если ты не знаешь, где его стоит искать. И Барроу знал, где. Пройдя мимо множества книжных полок он завернул в темный угол, где обычно никто не сидел из-за отсутствия подходящего для глаз освещения, однако, Миру это не смущало, ему, казалось, нравилось находиться в уютной полутьме с фанарем или активированным люмосом на конце палочки. Сейчас он даже не читал. Барроу, не меняясь в лице, даже не сняв маску, уселся напротив ученика второго курса и положил перед ним книгу о поисковых заклинаниях, очередной магловский бестселлер в жанре антиутопии и, завернутый в бумагу, большой бутерброд, так как мальчишка явно не поел, а все утро просидел здесь. -Еще не нашли, - вместо приветствия констатировал факт староста слизерина, не обращая внимание на то, как напрягся собеседник. -Нет, - грустно кивнул Иден, с благодарностью принимая завтрак. Младшего брата Идена звали Раоном. Некоторые, особо наблюдательные, давно знали, что оба сына профессора истории магии чуть ли не с рождения жили в замке. Как бы профессор Шеррит ни хотела, она просто не могла оставить своих детей в родовом доме, когда ей приходилось почти круглосуточно находиться в школе. Эрухабен пошел навстречу, при условии, что Раон и Иден не разнесут Хогвартс и удержат выходящую за рамки правил информацию за зубами. У мальчишек получалось. Вплоть до поступления, в прошлом году, Идена на когтевран. Тогда еще четырехлетнему Раону без постоянного общества брата стало скучно. Мальчик бегал из дома в школу через камин каждые полчаса, уничтожая семейные запасы пороха с ненормальной скоростью. Все дошло до того, что Эрухабен лично стал присматривать за ребенком, но и он не мог это делать постоянно. Черноволосый гиперактивный мальчишка смотрел на мир огромными яркими глазами. Ему было интересно абсолютно все. А сейчас, всем было интересно, нет, просто необходимо знать, где этот милый ребенок, потому что летом, прямо перед началом учебного гда, он пропал. Единственное, что знали члены семьи - он жив, ведь на родовом гобелене все еще весело улыбался его миниатюрный портрет. -Найдут, - равнодушно, но от этого не менее уверенно пообещал Барроу, сам от себя не ожидая желания поддержать интересного мальчишку. -Должны, - сжал в руках бутерброд Миру и агрессивно вгрызся в еду. *** Личные комнаты имели огромное преимущества перед общими, в которых должны были жить по пять человек на курс. Во-первых, никто не мешает тебе спать или учиться, смотря, что ты делаешь в это время. К тому же, у тебя есть личная ванна. Во-вторых, ты имеешь право приглашать тех, кого хочешь, и не пускать на порог тех, кого не можешь терпеть. И никто не имеет право оспорить твое решение. В-третьих, ты имеешь право обустраивать комнату по собственному видению. Хоть и будешь платить за все, что не входит в изначальный интерьер, из собственного кармана. Альберу был очень благодарен за то, что у него личные апартаменты были. Особенно в такие моменты, как сейчас. Он смотрел на свои смуглые руки и никак не мог заставить себя надеть обратно маскировку. Цыган. Хенитьюз, как обычно с отвращением отнесся к образу прекрасного принца, но на этот раз сказал что-то выходящее за рамки их обычного общения. -Помнит, - Кроссман никак не мог решить пугает его это или обнадеживает. С одной стороны его секрет на то и секрет, чтобы никто об этом не знал, кроме самых близких членов семьи и отца, но с другой, Альберу прекрасно помнил реакцию маленького Кейла, им тогда года четыре было, как раз перед чередой неприятных для обоих происшествий, когда у маленького белокурого мальчика оборвалась цепочка прямо во время игры. Кейл все еще помнил, но почему тогда не стал использовать эту информацию против него, они же больше не те дружные дети, которых разделить даже после целого дня игр было почти невозможно. Теперь они друг друга недолюбливали… или это только Альберу перестал видеть в Хенитьюзе друга? Такие мысли слишком угнетали. Они столько лет не общались. Неужели только потому, что Альберу ни разу не подошел к старому другу? -Ты там в порядке? - раздался громкий стук в дверь, и Кроссман вскочил на ноги, в мгновение ока застегивая на шее поношенный амулет. -Что случилось? - он распахнул дверь и с максимально расслабленным лицом, на котором красовалась привычная ослепительная улыбка, посмотрел на Витиру. Ее костюм больше бы подошел на подиум, но не ему было об этом судить, когда неудобный королевский мундир кололся и натирал все, что только мог. -Чон Су и Кхан, - коротко кивнула девушка в сторону спальни мальчиков первого курса. -Опять? - вздохнул принц, но все равно уверенно пошел в нужном направлении, внутренне молясь, чтобы парни не натворили что-нибудь непоправимое или взрывоопасное. *** Есть один статистически известный факт. Если в Хогвартсе должно произойти что-то важное, значимое и исторически ценное, самые крупные предпосылки будут видны вечером тридцать первого октября. К тому же, статистики советуют в ночь на первое не бродить по школе в одиночестве и вообще не выходить из своих спален, которые тоже, к слову, не считаются достаточно безопасными с их точки зрения. Однако, несмотря на всем известные случаи, на которые статистики и опираются для своих выводов, праздник никто отменять не собирался, как и заставлять детей сидеть по комнатам в тишине и питаться разочарованием вместо сытного праздничного ужина. -Вот поэтому, - закончил лекцию Барроу, накладывая себе порцию вишневого пирога. - Популярность хэллоуина среди волшебников сильно снизилась за последние сорок лет. -Какой же ты все-таки зануда! - проныла Ханна, но осталась проигнорирована, потому что большинство членов собравшейся компании самозабвенно внимали очередному тупому исследованию старосты слизерина. -Даже, если я помру в хэллоуин, хуже рождества праздника не будет, - Кейл глотнул вина, никто так и не понял, что он такого сказал школьным эльфам, чтобы они спокойно давали ему алкоголь вместо привычных остальным напитков. -Потому что тебе приходится ехать в поместье на каникулы? - уточнил Джек. -Пять баллов пуффендую, - хмыкнул Хенитьюз и с намеком уставился на старост своего факультета. -Мы не будем добавлять ему баллы за это, - вскрикнула Ханна, а после разразилась смехом от подобной наглости. -Сириусу больше не наливать, - скомандовал Кейл, отодвигая свой бокал от развеселившейся девушки. -А причем тут альфа большого пса? - искренне удивился сын профессора астрономии. -Анекдот такой есть, - отмахнулся было Хенитьюз, но второго рыжего было уже не остановить. -Хороший анекдот! - вдохновился Барроу и действительно принялся рассказывать древний, как сам Эрухабен (это фразеологизм такой, школьный, директор в самом расцвете сил, ему даже сорока нет) анекдот. -Этому тоже хватит, - обратился к брату Кейл, понимая, что, если не остановить парня, то весь большой зал так и будет слушать бородатые анекдоты в перемешку с их анализом и цитатами из древних писаний. Впрочем, задумался Темз, меня это не смущает, если я не остановлю его, то смогу потом над ним прикалываться еще неделю, да и это немного мило. О том, что на остальных, кому предстояло все это слушать, ему совершенно не было жалко, он даже не подумал, но о том, что их всех ждет шепнул брату. Нару понятливо кивнул и стал оглядываться по сторонам, в надежде найти интересное место, куда можно было бы сбежать от подвыпившего возлюбленного брата. Заметив, как активно ему машет Чон Су, в костюме, подозрительно напоминавшего то ли ниндзя, то ли самурая, Эджеллан бессовестно сбежал от предстоящей пытки. Точнее, попытался. Целенаправленное движение по прямой, с целью сэкономить энергию и время, не меняя темпа, было прервано хаотичными шагами другого слизеринца, а точнее семикурсника. Венион Стен немного раскраснелся, видимо пронес-таки в зал выпивку, как любой уважающий себя почти восемнадцатилетний школьник. Сбитый с ног Эджеллан удивленно посмотрел на возвышающегося над ним старшекурсника, осматривающего младшего с таким брезгливым взглядом, будто только что мешок с экскрементами толкнул, а не человека. -Смотри куда идешь, мелкий! - скривился Стен. - Думаешь, если папаша министр, то все тебе дорогу уступать должны!? Тоже мне! Древний чистокровный род, а воспитания никакого! Когда старший идет, отойди и не мешай! Если не можешь даже это запомнить, вали обратно в свою Францию к мамочке! Стой, - на красивом лице Вениона отразилась уродивая насмешка. - У тебя вообще мамаша есть? Выглядел он при этом таким довольным, быдто придумал шутку года, а Нару в шоке уставился на семикурсника. Он знал, что ничего хорошего от него ждать не стоило и был предупрежден старшими, но чтобы кто-то так просто произнес ЭТО!? Страшно было даже представить реакцию Фредо, а ведь он узнает об этом в любом случае, да даже Кейл с легкостью ему об этом расскажет. Нару и сам бы разозлился, но только хватал ртом воздух, борясь с желанием обернуться на маму. Она давно переживала, что никто ничего не знает о втором родителе Нару, но это было ради Кейла, да и уже после рождества они собирались даже прием утроить, чтобы представить старшего сына Фредо (Кейла) и его жену. С чего вообще этот ублюдок решил, что он в праве такое говорить? Эджеллан начинал закипать, мысленно придумывая уже третий десяток мучительного окончания жизни этого человека, но ответить ничего не успел. -И вот, - в гробовой тишине, раздался голос Хенитьюза. - мы подтвердили теорию о том, что в хэллоуин всегда кто-то оказывается в больничном крыле. -Ха! - рассмеялся Стен. - Да он даже не поцарапался! -А я и не про него, - нежно улыбнулся Кейл, впечатывая кулак в нос слизеринцу. Разумеется, Стен ответил. -ПРЕКРАТИТЬ ДРАКУ! - под сонорусом прогремел голос разъяренного Эрухабена. Кейл демонстративно отпустил воротник отключившегося Стена, вытирая тонкую струйку крови из-за разбитой губы и повернулся в сторону крестного, помечая то, что одна из штанин противника была слегка подпалена. Будто успели быстро потушить загоревшуюся ткань, но времени переодеться не было. -Минус двадцать баллов со слизерина, - сурово объявил директор. - Кроссман, Ханна, отведите их в больничное крыло. Отработки я назначу завтра. Нару все-таки повернулся на учительский стол, притворяясь, будто хотел посмотреть на выражение лица обычно спокойного директора. Джур была бледнее мела и сидела с закрытыми глазами, с силой сжимая скатерть.