Сбой

Godsmack - Under Your Scars

Долгое время Итачи не мог понять, почему их лидер задался целью получить именно этого человека в ряды Акацуки. В Дейдаре не было ничего примечательного. По крайней мере, Итачи так думал сначала. Привычка говорить быстрее, чем думать, руки, постоянно измазанные в глине, отчаянно желание показать, что он тоже чего-то стоит. Дейдара казался слишком простым, не стоящим внимания, таким же, как и те его предшественники, которые в какой-то момент просто сгинули. Максимально поверхностным. А потом Итачи стал замечать противоречия и начал задумываться — а не ошибся ли он в своей оценке изначально? Дейдара был слишком шумным, слишком самоуверенным, наглым, он был просто… Слишком. Безостановочно спорил с Сасори, с которым быстрее всех нашёл общий язык. Сасори презирал всех вокруг, но почему-то именно к Дейдаре относился вполне себе сносно, и Итачи искренне не понимал — как? Как Дейдаре это удалось? Дейдара смеялся, когда что-то взрывалось, разговаривал с глиной, как с живым существом, дерзил тем, что не воспринимал его всерьёз. Порой Итачи казалось, что Дейдара совершенно не понимал, где он находится, что Дейдара теряется во времени, пространстве, людях. Он мог разрушить половину города на задании, и потом выяснялось, что каждый взрыв Дейдары был спланирован и попадал чётко в нужную цель, экономя Акацуки кучу времени и ресурсов. Дейдара, будучи далеко не глупым человеком, порой совершал идиотские ошибки, например, забывал вовремя пополнить запасы глины; при своём взрывном темпераменте он умудрялся оставаться спокойным, когда того требовали обстоятельства; пахал в разы больше любого из членов Акацуки, хотя никто не замечал этого и не придавал должного значения. Итачи замечал. Он всё чаще анализировал поведение Дейдары, пытаясь найти там логику, которая, казалось, отсутствовала напрочь. Слишком непредсказуемый. Странный. Его нельзя было мгновенно просчитать. Можно было только сделать какие-то предположения, которые чаще срабатывали, чем нет. Но со стопроцентной уверенностью сказать, как Дейдара поступит в той или иной ситуации, не мог никто. Во время очередного задания, где его приставили к команде Дейдары и Сасори, Итачи поймал себя на мысли, что наблюдает за Дейдарой на поле боя. Как молниеносно он раскидывает свои бомбы, как филигранно просчитывает расстояние до взрыва, как скупо и в то же время точно наносит каждый свой удар при ближней атаке. И это повторилось. Один раз, второй. На третий раз — и это было во время тренировки, — Итачи понял, что смотрит на Дейдару уже несколько минут, тщательно фиксируя все его действия и пытаясь разобрать последовательность. Дейдара этого даже не заметил, а Итачи не мог отделаться от странного ощущения, поселившегося где-то внутри, которому не мог дать название. Чуть позже Итачи осознал, что это было. Удивление. От того, что Дейдара был первым человеком, которого Итачи не мог ни понять до конца, ни просчитать. Тот, кто с самого начала показался ему поверхностным, на самом деле оказался нерешаемой загадкой, краеугольным камнем без начала и конца, с какой стороны не подступись. Итачи умел зрить в корень, по крайней мере, ему самому так казалось, и потому ему настолько сильно не давал покоя вопрос, что же с Дейдарой не так. Как бы Итачи ни старался игнорировать это, он раз за разом возвращался к одному и тому же — почему он? Что в нём такого особенного? Что он вообще за человек, этот Дейдара из Скрытого камня? Факт оставался фактом — Дейдара был слишком ярким пятном, которое взбаламутило размеренные будни Итачи, погружённого в себя, одиночество, чувство вины и бесконечные переживания за Саске. Врать себе Итачи не любил, а потому не мог не признать, что Дейдара, невзлюбивший его с самого первого дня знакомства, Дейдара, стремившийся его превзойти и буквально пышущий в его сторону ненавистью и презрением, интригует. Потому что никак не удаётся ухватиться, понять, что же там спрятано глубже, за всей этой многогранной бравадой. — Ты ему нравишься, — говорит Кисаме однажды. — Только я один это вижу? Итачи хмыкает, но ничего не отвечает. — Даже спорить не станешь? — удивлённо спрашивает Кисаме, а потом расплывается в плотоядной улыбке: — Интересно. Итачи продолжает молчать. Он уважает Кисаме и считает его человеком умным, но в то, что он говорит про Дейдару, просто не верится. Но внутри уже идёт анализ и кажется, что в этот раз у Итачи точно получится Дейдару разгадать.

***

Дейдара находится у себя. Он сосредоточенно ковыряется в каком-то устройстве, сидя вполоборота и поджав под себя ногу. Вместо привычного хвоста его волосы собраны в шишку, и непослушная чёлка, которую Дейдара раздражённо сдувает, так и норовит упасть ему на глаза. Итачи скрещивает руки на груди и прижимается спиной к дверному проёму. — Да твою же мать! — сквозь зубы ругается Дейдары и, нахмурившись, оборачивается, сталкиваясь взглядом с Итачи. — Чего припёрся? Итачи заходит внутрь, не отводя взгляд, Дейдара закусывает губу и выжидательно на него смотрит. Поняв, что ответа не дождётся, Дейдара возвращается к своему занятию и Итачи окликает его: — Дейдара. Ругнувшись сквозь зубы, Дейдара отбрасывает отвёртку на стол и поворачивается, сжимая в руках устройство, похожее на окуляр. — Что? Когда их глаза встречаются, Итачи активирует шаринган, накладывая гендзюцу. Он действует не в полную силу, но этого хватает — Дейдара застывает на месте, застигнутый врасплох. Итачи точно знает, что Дейдара сейчас видит в своём сознании. Чтобы почуять подвох, Дейдаре потребуется секунд десять, чтобы развеять гендзюцу — ещё пять, но Итачи вполне хватит этого времени, чтобы подтвердить или опровергнуть теорию Кисаме. Моргнув, Итачи возвращается в реальности и понимает — Кисаме совершенно точно был прав. Дейдара сидит неподвижно, жадно блуждая взглядом по пространству. Итачи видит, как тот облизывает губы, как расширяются от возбуждения его зрачки, слышит, как у Дейдары сбивается дыхание и замечает, что его руки начинают мелко дрожать. — У тебя кровь, — тихо говорит Итачи, отменяя действие гендзюцу сам. Он увидел достаточно. Ему есть, над чем подумать. Дейдара моргает, приходя в себя, встряхивает головой, следом пальцами вытирает кровь под носом и скашивает взгляд вниз. Его глаза расширяются, когда он видит красную полосу на ладони, а потом Дейдара вскидывает голову и шипит: — Пошёл нахуй отсюда. Итачи никак не реагирует, продолжая стоять на месте. Дейдара смотрит на него с плохо передаваемой ненавистью, а потом рывком встаёт со своего места и в бешенстве произносит: — Это ж каким надо быть поехавшим психом, чтобы показывать мне иллюзию, где мы страстно сосёмся, м? — он зло усмехается. — Кто тебя надоумил? Кисаме? Хм, от него такое запросто можно ожидать. Из груди рвётся смешок — Итачи даже не ожидал, что будет так просто, но Дейдара продолжает, яростно размахивая руками: — А хотя, знаешь, мне, в общем-то насрать. Небеса не упадут на землю от того, что очередной выродок из клана Учиха не оставил кого-то равнодушным. Хм. Моя гордость не пострадает тоже из-за того, что меня опять не воспринимают всерьёз — не впервой. Я просто продолжу делать то, что делаю, и однажды превзойду даже тебя. Дейдара с вызовом на него смотрит, и Итачи теряется от такой реакции. Она совершенно не похожа на ту, которая была у Дейдары в их первую встречу. Дейдара между тем продолжает, подходя вплотную: — Свали отсюда, мне надо много работать. Последние слова Дейдара практически шипит ему в лицо, толкая к выходу. Итачи не успевает ничего ответить — перед его носом оглушительно хлопает дверь, ясно давая понять, что разговор закончен. — Чем ты так его взбесил? — спрашивает Хидан, появившийся в пороге только что. Итачи в ответ только качает головой. Хидан хмыкает и стучится в закрытую дверь. Из глубин мастерской Дейдары незамедлительно рявкают: — Я кому сказал идти нахуй отсюда?! Хидан фыркает: — Дейдара, это я. Надо кое-что обсудить. Остаток разговора Итачи уже не слышит. Он идёт в свою комнату и понимает, что чувствует себя странно. У него снова не сходится паззл. Реакция Дейдары не вписывается ни в один его прогноз, и Итачи это не нравится. Если человек нравится, разве не следует вести себя иначе? Ничего не понимать вгоняет Итачи в ступор, рушит устоявшуюся картину мира. На следующий день Хидан и Дейдара уходят на задание. Спустя пару месяцев Дейдара модернизирует изобретённый им накануне окуляр и достигает просто фантастических успехов в сопротивлении гендзюцу. Итачи знает — сам помогал ему в этих тренировках по просьбе Пейна. О произошедшем они не говорят, Дейдара вообще делает вид, что ничего не было. Он ведёт себя как раньше — дерзит при встрече, берёт задания одно за другим, много тренируется и практически всё свободное время проводит в своей мастерской. Его словно не волнует тот факт, что Итачи знает, насколько он ему небезразличен, что Итачи знает, чего Дейдара на самом деле хочет. Дейдара просто живёт дальше. Не сбегает, не меняет свою линию поведения, не делает ничего. По идее, какое Итачи до него дело, но поведение Дейдары сбивает с толка, и Итачи просто не может перестать об этом думать и пытаться понять. Устав от постоянного внутреннего анализа, который не приносит никаких результатов, Итачи приходит к нему снова. Дейдара сидит на перилах балкона, качая ногой и яростно щёлкая зажигалкой. Она не срабатывает ни с первого, ни со второго раза. С третьего тоже. Когда у него получается прикурить, Дейдара затягивает дым в лёгкие и прикрывает глаза. — Что тебе надо, м? — спрашивает он, не поворачивая головы. — Я не понимаю тебя. Дейдара громко фыркает. — А. Тебе не даёт покоя тот случай, хм. Скажу честно — это было низко с твоей стороны, мог бы просто спросить, и я бы ответил. — Тогда почему… Дейдара стряхивает пепел и поднимает голову, смотря на Итачи в упор. — Почему не бегаю за тобой как течная сука, ведь ты — самое прекрасное произведение искусства, которое я когда-либо видел, хм? — он криво усмехается и продолжает: — Ты не знаешь меня, Итачи Учиха, не уважаешь моё искусство. Для тебя я не больше, чем инструмент и расходный материал. Итачи молчит, понимая, что Дейдара сказал не всё. Тот встряхивает головой и отворачивается, снова затягиваясь. Спустя пару мгновений он произносит: — Хм. Хоть сотни раз я обкончаюсь после твоих иллюзий, это не изменится. Мне бы много чего хотелось, но точно не так. И потому незачем тратить на глупые фантазии ни время, ни силы, хм. Дейдара щелчком выкидывает окурок с балкона и спрыгивает вниз. Итачи задумчиво смотрит ему вслед. Гордый. Не стелится и не будет стелиться, даже несмотря на свою странную привязанность. Итачи неожиданно ловит себя на мысли, что это вызывает уважение.