Ледовая стружка

      Фигурное катание – красивый, завораживающий и очень тяжёлый вид спорта. Причём наибольшая нагрузка приходится именно на психику. Совсем не легко бывает стойко выдерживать изнурительные тренировки, гнетущую атмосферу соревнований, высокую конкуренцию, восстановление после травм. Даже лучшие не справляются.        Таким был и Дрим. Лучший в сольной программе, лучший одиночный игрок, что всегда остерегался парных программ. Боялся не сойтись с партнёром. Боялся, что тот не угонится за темпом тренировок. Мечта не позволял себе расслабляться и работал на максимум, чтобы соответствовать своему званию лучшего.        А стоило лишь раз согласиться на дуэт, стоило его партнёрше ошибиться лишь раз в тот злополучный день, и Мечта на долгие недели отправился в больницу. И после этого он уже не смог восстановиться. Даже спустя продолжительное время, когда врачи сказали наконец заветное «Здоров», а сердце рвалось на лёд, страх внутри не позволял вернуться к любимому делу.

***

      Блондин сидел на трибуне и наблюдал за тренировкой самой младшей группы. Золотые глаза внимательно следили за движениями детей, нутро сжималось каждый раз, как кто-то падал.        — Забавно наблюдать за ними, не думаешь? — внезапно послышался мягкий низкий голос за спиной, заставляя Дрима вздрогнуть.        — Почему?.. — медовые глаза быстро пробежали по незнакомцу и вернулись к происходящему на льду.        — На пингвинят похожи, — усмехнулся крепкий парень. — Они падают всё время, пачкаются в этой снежной стружке, но всё равно встают и с похвальным рвением продолжают. Дорогого стоит.        — Пожалуй, ты прав..         — Кто из них твой?        — Что? — лёгкий ступор заставил Дрима вновь поднять взгляд на незнакомца, сталкиваясь с его удивительным гетерохомными глазами.        — Ты ведь постоянно приходишь сюда, потому что у тебя кто-то в группе занимается? Или я не прав? — густые брови изогнулись вопросительной дугой.        — Оу, нет.. Я просто прихожу посмотреть.. — дискомфорт пробежал по телу стайкой мурашек, когда Мечта выдавил из себя эти слова.        — Ты необычный, — собеседник приземлился на скамью рядом с Дримом.       — Не сказал бы.. А у тебя?        — Племянница. Вон она, в фиолетовом костюмчике, — парень указал на маленькую девочку, которой на вид было около пяти лет.        — Не волнуешься за неё?        — Конечно волнуюсь. Но ей нравится, так пускай занимается, раз душа лежит.        — А если повредит что-то?        — Любой спорт не обходится без травм, — парень пожал плечами, будто это было совершенно естественно, обыденно. — Конечно, не хотелось бы, но я уверен, что даже это не остановит её. Тут мы похожи, оба упёртые бараны.        — Понятно..       — Меня, кстати, Кросс зовут, а тебя?        — Дрим.       — Приятно познакомиться, Дрим. Не против, если иногда буду надоедать тебе разговорами? —  на лице Монохрома заиграла дружелюбная улыбка.       «Красиво,» — промелькнуло в белокурой голове.        — Не против, — дружелюбная напористость собеседника не могла не вызывать ответную улыбку на лице Дрима.        — Тогда, может, я могу ещё немного понаглеть и пригласить выпить чего-нибудь горячего? Согреешься как раз, — в просторном помещении и правда было свежо, да и поза Мечты говорила сама за себя. Вязаный кардиган грел не так хорошо, как хотелось бы.        — А тебе разве не нужно забирать племянницу?        — Это на плечах её матери, мне просто надо было забрать у неё некоторые документы, — на ходу родилась уверенная ложь.        — Раз так, то можем сходить.        Встав со скамьи, Кросс любезно протянул руку, помогая подняться Дриму и направляясь с ним в кафетерий. 

***

      Дрим прибыл на место встречи немного раньше оговоренного времени и стоял у входа в парк, снув руки в карманы длинной черной куртки. Изо рта и носа выбивались облачка пара, мороз кусал нос и щёки.        — Дрим! — раздался оклик знакомым голосом.       — Привет, Кросс, — улыбается блондин, видя своего знакомого с короткими волосами, окрашенными в пепельный, в объёмном белом пуховике.        — Извини, что заставил ждать, — выдыхая пар, протараторил Монохром.        — Не страшно.        — Пойдём?        — Угу. Но ты так и не сказал куда мы идём.        — И не скажу, — и вновь эта красивая лукавая улыбка с ямочками. Ох, сколько же дам Кросс влюбил в себя ей, и не только дам.        Парни прошли вглубь парка, ведя дружскую беседу. Удивительно легко находились темы, органично всплывали шутки и смех. Общаться друг с другом было легко и приятно.        Через время они подошли к открытому катку, что был красиво украшен множством огоньков гирлянд.        — Мы ведь не..        — Подожди минуту, я сейчас вернусь, — с этими словами Кросс быстро исчез из виду, скрывшись за проходящими людьми.        Дриму не оставалось ничего, кроме как присесть на скамейку и дожидаться спутника. А тот вернулся через несколько минут, держа в руках две пары белых прокатных коньков. Видя их и счастливое лицо Монохрома, Дрим моментально сжался от дискомфорта, по телу пробежали мерзкие мурашки.       — Кросс.. — блондин поджал губы. — Я не думаю, что смогу.. — бывший фигурист уже успел поведать хоккеисту о произошедшем инциденте и о своих страхах, связанных с ним.        — Пожалуйста, хотя бы попробуй, — парень опустился на корточки, глядя гетерохромными глазами прямо в два золота Мечты. — Я знаю, это тяжело, но я так же видел какими глазами ты каждый раз смотришь на лёд. Давай хотя бы попробуем, — голос и взгляд были полны искренности и тепла. — Всё будет хорошо, обещаю. Если вдруг что – я рядом, поддержу, поймаю.        — Хорошо. Давай прокатимся, — выдохнул Дрим.        Никогда ещё так долго и с таким трудом блондин не зашнуровывал коньки. Он неосознанно старался оттянуть момент выхода на лёд. Но вот тугие бантики красуются на шнуровке.        Хоккеист первым вышел на каток. Дрим же застрял на входе, до побеления пальцев схватившись за бортик. Глубокий вздох. Заветный шаг. Металлическое лезвие конька касается затвердевшей воды. Колени пробило дрожью, сердце застучало бешено, а дыхание спёрло. Но разрастись тревоге не позволили прохладные шершавые ладони, что взяли и крепко сжали руки Мечты.        — Всё хорошо, ты молодец, — всё тем же бархатным голосом проговорил Кросс. Это и правда подарило толинку уверенности и спокойствия.        Медленно, но верно они начали движение. С течением времени страх уходил прочь. Сердце не переставало стучать, теперь уже наполненное счастьем. Вновь чувствовать под ногами лёд, ощущать каждый мускул своего тела, пока лезвия ладно скользят по исполосованному льду – всё это доставляло огромную радость, не без примеси адреналина. Периодически Дрим отпускал опору в лице Монохрома и ездил самостоятельно, но каждый раз всё равно возвращался и хватался за его руку, совсем не из необходимости, ему просто нравилось.        Навык, отлаженный годами, не легко забыть, но и не восстановить за раз. Блондин несколько раз свалился на лёд, но каждый раз Кросс помогал ему подняться. В один из таких моментов, когда Мечта потерял равновесие, сильные руки предотвратили падение, притянув бывшего фигуриста вплотную к себе. Оба на секунду замерли. Мороз позволил скрыть проступивший румянец, и они просто разъехались, неловко посмеявшись над ситуацией.       Два часа аренды пролетели незаметно быстро. Парни покинули каток и отправились перевести дух в ближайшем кафе.        — Ну как тебе? — поинтересовался Кросс, помешивая только что принесённый какао.        — Очень классно! — глаза Дрима по-особенному горели воодушевлением. — Я так скучал по ощущению льда, сам того не осознавая.. Спасибо большое, Кросс, — радостная улыбка просияла на лице блондина.        Монохром не мог не отметить для себя, что такой вид собеседника, – счастливый, с растрёпанными волосами и ярким морозным румянцем на веснушках, – был очаровательным.        — Да не за что. Мне нравится видеть тебя счастливым. Ради такого и горы свернуть можно.        — Звучишь как влюблённый подросток, — усмехнулся Мечта и отпил немного какао из своей кружки.        — А если так и есть?        — Что?.. — золотые глаза округлились и столкнулись с серьёзным взглядом гетерохромных. Кросс не шутил.        — Ты мне действительно нравишься, Дрим.        — Воу.. — только и смог выдохнуть упомянутый. Слова Монохрома ввели блондина в лёгкий ступор. Он загладил волосы назад, собираясь с мыслям, и потупил глаза в столешницу       Тяжелое молчание показалось Кроссу вечностью.        — Ну, думаю, ты мне тоже, — кивнул сам себе Дрим, посмотрев на хоккеиста с уверенностью.        — Тогда, может ты станешь моим парнем? — Кросс сжал кружку, преисполненный надеждой.       Когда же оппонент торопливо кивнул дважды, хоккеист поднялся со своего места и, приблизившись, крепко обнял Мечту. Дрим обнял в ответ своего новоиспечённого парня, уткнувший ему в плечо.        «Тепло,» — в унисон прозвучала одна единственная мысль у обоих.

***

      «Солнце, хочешь завтра придти ко мне на игру?» — сообщение, пришедшее от контакта «Кросси🤍».       «С радостью!»        «Супер, буду ждать,» — далее последовал глупый стикер с влюбленным котом и время начала матча.        Дрим и подумать не мог, что однажды станет инфантильным подростом, каким не был никогда прежде, но благодаря такому же влюблённому Монохрому это стало возможно. Ровно как и возвращение на лёд. Блондин похихикал, отсылая в ответ не менее глупый стикер с сердечком и плюхнулся на кровать, прижимая телефон к груди.        Уже на следующий день, задолго до назначенного времени, Дрим находился на спортивной арене, а если быть точнее – у входа в раздевалку команды.        — Эй, а ты ещё кто? — заметив незнакомую фигуру, грозно выдал крупный парень, – вдвое больше Мечты, – подходя ближе.        — Меня пригласил Кросс, — расправив плечи, выдал с прохладным спокойствием блондин.        — Ааа… Ну так чего ты стоишь тут, проходи, — аура хоккеиста в мгновение стала куда дружелюбнее. — Кросс, твоя принцесса прибыла! — громко крикнул он в глубь помещения, заходя внутрь. А Дрим следом.        — Эй! Сколько раз я просил его так не называть? — сразу же огрызнулся Монохром, выныривая из своего шкафчика. — Ой, привет, Дрим! — когда Кросс заметил возлюбленного, происходящее внутри металлического хранилища стало уже не столь важным, и он тут же подошёл к блондину. — Извини за него.        — Ничего страшного. По сравнению с ребятами здесь я и правда принцесса.. — каждый из находящихся здесь и правда был габаритнее Дрима.        — Парни! Минуту внимания! — «Северные Волки», – а именно так называлась хоккейная команда Монохрома, – обернулись на друга практически синхронно. — Хочу теперь уже официально представить вам своего партнёра – Дрима.        — Здравствуйте, — вежливо улыбнулся названый.        — Ооо, так вот какой ты! Герой, что свёл с ума нашего ледяного принца!       — Ага, все уши прожужжал, о том какой ты замечательный, — хоккеисты беззлобно смеялись и подтрунивали  над со-командником. Не смотря на старательно скрываемую нервозность в начале, теперь бывший фигурист явно ощущал, что атмосфера разрядилась.       — Ну хорош, мужики, — а вот Кросса, похоже смущала сложившаяся ситуация.        — Эта штучка теперь «Волк»! — вдруг выкрикнул один из игроков, навалившись сзади и обняв парочку.       — Эпик, твою мать, — Монохром пихнул друга в бок, и тот отпрянул.        — В самое сердце.. — наигранно охнул упомянутый. Дрим лишь тихо посмеялся.       Часть команды осталась в стороне, но близкие Кросса окружили парочку, поочерёдно и параллельно знакомясь и общаясь с Мечтой. Продолжалось это до момента появления возрастного мужчины – тренера.        — Посторонний в раздевалке? — нахмурился он.        — Парень Кросса! — выкрикнул кто-то из команды.       — Парень.. Топай на трибуну, парень, не место тебе здесь, — мужчина кивнул в сторону двери.        — Грубо, тренер, — тут же вклинился Монохром, отделяя возлюбленного от руководителя, но спорить не стал. — Иди, Солнце, увидимся после, — лёгкий поцелуй в макушку, вызывающий улыбку блондина.        — Ни пуха, — прошептал Дрим, глядя в любимые гетерохромные глаза, и направился к выходу, но у самых дверей развернулся. — Порвите их! — громко пожелал он всем и юркнул в коридор.        Кросс так и остался стоять на месте, влюблённо смотря на дверь, пока не получил по макушке папкой тренера.       — Отставить сопли, настроились на игру, парни!        — Есть! — прозвучали в унисон голоса.        А Дрим направился на своё место на трибуне. Это был его первый хоккейный матч, и всё вызывало восторг и эйфорию. Хотя в первую очередь голова была забита мыслями об одном из нападающих «Северных Волков».       «Мой парень..» — вновь и вновь прокручивалось в голове, вызывая улыбку.       Вскоре заполнились трибуны, команды вышли на раскатку, а комментатор объявил о начале матча. Встреча давних соперников обещала быть зрелищной. По началу игра складывалась в пользу противников, но к середине «Северные Волки» стали играть дерзко и жёстко. По мнению Дрима даже слишком. Он то и дело вскакивал с места, с замиранием сердца смотря на очередное столкновение.        Кросс и Эпик, будучи крайними нападающими, мастерски обходили игроков противоположной команды и приносили победные очки. Они работали как единый слаженный организм. Бывшему фигуристу с трудом удавалось следить за шайбой, которая с невероятной скоростью мелькала между клюшками.       Последний период. Тренер парой выкриков даёт очередную команду, «Волки» начинают осуществлять манёвр. Удивительно, как хорошо они понимают друг друга и без всяких слов. Передача. Шайба почти в воротах противника, но вот один из защитников собственным телом сбивает Кросса с ног, с силой впечатывая его в бортик. Лишь в последний момент Монохром успевает перенаправить снаряд центральному нападающему, и тот совершает заветный удар.        Шайба в воротах. Трибуны взрываются овациями, но Дрим совсем не разделяет триумфа болельщиков. Ритмичные пульсации болью отдаются в голове, сбивая дыхание. Тревога куда сильнее, чем когда его самого уносили со льда на носилках.        Комментатор озвучивает объявленую тренером замену. Напарник Кросса подъезжает к нему и помогает добраться до скамьи запасных, где его уже ожидают медработники. Они недолго общаются с пострадавшим и тренером, а после уводят Монохромного.       Игра продолжается с прежним накалом, хотя теперь Дриму нет до этого дела. Он спешит прочь с трибуны.        Мечта хорошо знает все основные помещения арены, быстро добирается до медпункта, где обнаруживает своего парня и пару фельдшеров, осматривающих его. Кросс сидит на койке с оголенным торсом, благодаря чему отлично виднеются большие покраснения с проступающей синевой на правой стороне тела, куда и пришёлся удар.        — О звёзды, Кросс! Как ты? — обеспокоенный блондин мигом оказывается возле упомянутого, но работе медиков не мешает, оставаясь в стороне. — Сильно болит?..        — Я в порядке, Солнце. Жить буду, просто чутка помяли, — неловко усмехается Монохром, но тут же лицо искривляется болезненной гримасой.        — В порядке он, конечно, — саркастично фыркает медработник, снимая перчатки. — Помимо ушибов правой половины туловища, у тебя повреждён плечевого сустава.        — Но в целом, ничего смертельного, — кивнул второй фельдшер. — Мы наложим шину и назначим тебе противовоспалительные.        — Уф.. Ну может и не совсем в порядке, — не без доли досады изрёк пострадавший, а стоило гетерохромным глазам перевести свой взгляд на партнёра, Монохром заметил слёзы на лице блондина. — Дрим, милый, ну ты чего..        — Я.. Просто так испугался.. — голос прозвучал даже как-то растерянно. — Извини, много эмоций разом.. — Мечта торопливо утёр слёзы.       — Иди сюда, — Кросс похлопал левой рукой рядом с собой и ей же обнял Дрима, когда он оказался рядом. Последовали осторожные ответные объятия.        — Не больно?..        — Больно. Но больше от того, что облажался, — Монохром зарылся носом в светлые волосы, глубоко вдыхая их запах. — Хотел показаться тебе крутым.. Сейчас это звучит глупо.       — Но ты действительно был очень крут.        — Спасибо, Солнце, — по лицу растянулась улыбка       Дав возлюбленным немного времени на утешенье, один медработник наложил Кроссу шину, а второй выписал на небольшом рецептурном бланке лекарства.       — Покой минимум месяц, никаких серьёзных нагрузок и особенно тренировок. Лекарства принимаешь без пропусков. Руку разминаешь регулярно, — простые и понятные инструкции.        — Месяц? А не многовато?        — Наоборот, маловато. Лучше бы два.. Но ты ведь всё равно раньше вернёшься, — вздохнул фельдшер. Не первый раз имеет дело с этим Монохромным упрямцем. — Как обрабатывать ушибы знаешь сам.        — Я прослежу, — уверенно выдал Дрим, вклинившись в разговор.       — Как замечательно, тогда вверяем его Вам, — удовлетворённо кивнул медик. 

***

      Последнюю неделю Мечта  проводил почти всё своё время вместе с Кроссом, лишь редкими периодами отлучался. В квартиру были привезены многие вещи блондина, и сам он всё свободнее ощущал себя на территории партнёра.       А вот Кроссу становилось лишь труднее с течением времени, и совсем не от травмы, хотя она действительно затрудняла жизнь. Но куда тяжелее было сдерживать возбуждение и желание взять возлюбленного, когда он столько беззаботно и беззащитно находился рядом.        Они ещё ни разу не обсуждали этот вопрос, поддерживая исключительно платонические отношения. Лёгкие намёки пускай и присутствовали, но ни к чему не приводили, лишь вызывали смущение.       — Кросси, что хочешь на ужин? — Дрим стоял у открытого холодильника, оценивающе оглядывая полочки.        В тот же момент левая рука Монохрама легла на живот, прижимая блондина к чужому  телу.        — Тебя. Я хотел бы тебя, — хоккеист носом уткнулся в изгиб шеи, коротко целуя нежную кожу. — Можно?        Мечта замялся, вспыхнув плотным румянцем. Он и сам не раз задумывался о переходе на новый уровень, но предложить первым не решался.       — Можно, — прозвучало негромко. Сам же блондин извернулся в объятиях, положил руки на щёки возлюбленного и поцеловал того в губы, на что Кросс углубил слияние.       Не прекращая физического контакта, пара переместилась на кровать в спальне.        — Ты уверен, что сможешь?.. — вопрос был действительно немаловажен. Дрим видел дрожь здоровой руки, на которую опирался Кросс, нависая над ним.        Вздох. Хоккеит отпрянул и, разочарованно поморщив нос, размял левое плечо круговым движением.        — Давай лучше я, — руки блондина ласково прошлись по оголённой груди партнёра, избегая болезненно-синих пятен. В свободных шортах ясно виднелся бугорок. Высвободив возбуждённый орган Кросса, блондин прильнул к нему губами, легко целуя и причмокивая.       — Твою-то мать, — прерывисто выдохнул монохром, наблюдая как его любимый человек столь эротично ласкает его. Как он старательно пытается заглотить его, а после, прокашлявшись от неудачи, вновь переходит к поверхностным ласкам.        К своему же удивлению, Дриму нравилось отсасывать партнёру. Нравилось чувствовать его пульсации и слышать приглушённые стоны. Хотя также он ясно понимал, что опыта всё же не доставало.. Не получалось сделать так же, как в тех обучающих видео, а желание быть лучшим не отпускало даже здесь. Придётся тренироваться больше.        — Погоди солнце, остановись, — Кросс мягко оттянул Мечту за волосы от собственного члена, шумно выдыхая.        — Не понравилось?.. — Дрим с досадой поджал губы.       — Нет, нет! Это было ахуенно! В разы лучше чем я представлял!        — Тогда почему? — и вновь язык мимолётно касается головки Монохрома.        — Я не хочу кончать вот так, — а владелец стоячего органа притягивает возлюбленного к себе, жадно целуя и забираясь одной рукой под футболку.        Жаркие ласки и похабные стоны окутали спальню, внимание было уделено каждой частичке тел.        Дрим сидел верхом на Кроссе. Их члены были плотно прижаты друг к другу, а руки сцеплены, доводя до пика обоих почти одновременно. Блондин как был, так и обмяк на своем парне, ловя дурманящие волны оргазма, а Монохром поглаживал того по волосам, ощущая пульсации своего тела и шустрый моторчик в груди любимого.        И пускай они не дошли до проникновения в этот раз, но у них ещё достаточно времени впереди, чтобы пробовать друг друга и открывать новое. 

***

      — Умнички! А сейчас ещё три кружочка! — громко звучал голос Дрима под куполом над льдом. Вдоль бортика, переваливаясь с лезвия на лезвие, катались будущие великие фигуристы. Мечта же размеренно скользил по центру, потягивая мышцы рук.        Заприметив у входа на лёд знакомого монохромного хоккеиста, Дрим подъехал к нему и облокотился о бортик локтями.        — Как дела у наших пингвинят? — привычно чмокая любимого в лоб, поинтересовался Кросс.        — Потихоньку учимся, — расплылся в улыбке блондин, бросив взгляд на своих юных учеников.        — Вот как, — ладонь Монохрома легла на щёку Дрима, поглаживая большим пальцем. — Быть может вы уделите мне немного времени после занятия, тренер? — в голосе чувствовалась игривость. — Я захватил коньки.        — Хм, быть может, — усмехнувшись, блондин щелкнул Кросса по кончику носа и отъехал на центр льда. Не при детях придаваться заигрываниям.        Зато когда все воспитанники попрощаются с любимым тренером и их заберут по домам родные, тогда настанет время личных тренировок с любимым учеником. И здесь уже совсем не важен результат, куда дороже сам процесс.       Мягкие движение, осторожные поддержки, повороты, редкие прыжки — это беззвучный танец их любви, отрепетированный годами. Здесь нет места сомнениям и страху, только крепкая любовь. 

***

      Он был одним из лучших. Одна единственная ошибка на долгие недели отправила в больницу и перечеркнула карьеру фигуриста.        Но одно единственное знакомство и под ногами вновь ледовая стружка, а в сердце спокойствие и тепло.