Пусто

У него было достаточно времени, чтобы раз за разом воспроизводить в голове эту картину: те последние мгновения с Птицей. Буквально только что Птица мертвой хваткой вцепился в его сознание, не давая забрать контроль, остервенело стуча пальцами в кровавых заусенцах по клавиатуре. Только что он переругивался с Громом, опасливо вжимая голову в плечи, когда обломки пролетали слишком близко. И вот Сергей, по воле Птицы, вздергивает голову, и в его расширившихся зрачках отражается дрон, от чьего прицела уже никак не скрыться. За секунду до того, как жгучая боль впилась в грудь, тело снова начало подчиняться, потому что Птица рванул прямо перед ним. Разумовский видел, как демон поднялся во весь свой внушительный рост, словно щит раскинул гигантские вороные крылья и с воинственным птичьим клёкотом встретил перекрестный обстрел. Пернатая грудь дернулась, он успел кинуть на Сергея странный взгляд цитриновых глаз, и в доли секунды его тело снизу вверх рассыпалось пеплом. Никаких прощаний, ни одного слова, ничего, что должно было бы произойти… что было бы справедливо… В тот миг у Серёжи не было возможности осмыслить происходящее. Бесплотное тело Птицы не остановило пули, но странным образом смогло их замедлить достаточно, чтобы они застряли в теле и не нанесли смертельных ран. Тогда всё быстро слилось в болезненную черноту, хватило сил лишь спросить у Игоря, получилось ли у них. Не могло же всё быть зря? Не хотелось умирать, зная, что из-за него погибло столько людей, а он даже не сумел это прекратить.  В маленьком осколке он впервые за долгое время видел лишь себя, будто отретушированный, счастливый и свободный отголосок из прошлого.  Серёжа даже не надеялся прийти в себя под монотонный писк монитора и шелест ИВЛ. Будто очнулся ото сна, где вовсе и не было снов. Мир вокруг вибрировал, полыхал болью и заставлял давиться паникой и ритмично подаваемым по трубке воздухом. Когда кутерьма из медперсонала и каких-то отвратительная процедур стихла, Разумовский остался наедине с собой, бесконечно долго разглядывая потолок. Но вместо него раз за разом видел взгляд цитриновых глаз, который пытался что-то ему сказать. Почему Птица сделал это? Почему поступился своим эгоизмом и закрыл собой ненавистное человеческое существо? Как демона, которого видел лишь сам Сергей, могли убить пули? В голову приходила мысль, что убили его, конечно, не сами пули, а жертва, которая позволила Серёже выжить. А может он перечитал фэнтези-романов, и его больной разум выдает сказочные сюжеты?.. Но это казалось нелепым. Птица реален. В этом он был убежден. Персональный демон-хранитель и единственное близкое существо в целом мире, которое было с ним от начала и до конца. Может поэтому грудь неизменно теснило щемящее чувство утраты. Пусть даже стало легко,  свободно… пусто.