Нить, которая нас связывает

В комнате пахло антисептиком и медью - тошнотворный коктейль, ставший для них привычным. Жан вытирал руки, испачканные в крови, которая никак не хотела останавливаться. Натаниэль сидел на краю кровати, бледный до синевы, с кривой ухмылкой, которая больше походила на оскал. – Не дергайся. – процедил Жан, сжимая иглу так сильно, что побелели костяшки. – Если я задену нерв из-за того, что ты решил посмеяться, я даже извиняться не стану. – Ой, да брось, Жан. – прохрипел Нат, и тут же зашипел, когда игла вошла в кожу на боку. – Ты же любишь практиковаться. Считай это бесплатным уроком анатомии. – Я не просил этих уроков! – Жан резко поднял на него взгляд, полный холодной ярости. – Тебе обязательно было открывать рот? Обязательно было доводить его именно сегодня, когда у Рико и так не задался день? Ты ведешь себя так, будто у тебя в запасе еще девять жизней.  Натаниэль дернул плечом, тут же поморщившись от боли. Кровь снова потекла по ребрам, пачкая простыню. – Он назвал меня инструментом. Я просто уточнил, что инструмент в его руках все равно что скрипка в руках гориллы. Согласись, это было красиво. – Это было самоубийственно. – Жан затянул узел на первом шве, намеренно резче, чем требовалось. – Ты тянешь нас обоих на дно. Если ты сдохнешь, он переключится на меня с удвоенной силой. Хватит быть мучеником, Нат. Это не делает тебя героем, это делает тебя идиотом. – А я и не герой. – Нат откинул голову назад, глядя в черный потолок «Гнезда». – Я просто напоминаю ему, что он не бог. Даже если за это приходится платить кусками кожи. Жан ничего не ответил. Он методично продолжал накладывать стежки - один, второй, третий. Его руки, несмотря на гнев, двигались плавно и точно. В этой тишине, нарушаемой только тяжелым дыханием Натаниэля, Жан чувствовал привычную смесь страха и привязанности. Он ненавидел эти раны, ненавидел эту комнату, но еще больше он ненавидел то, что однажды у него может не оказаться под рукой иглы и ниток, чтобы собрать Натаниэля воедино. – Постарайся не дышать слишком глубоко пару дней. – негромко сказал Жан, заканчивая работу. – И, ради всего святого… просто молчи. Хотя бы до завтрака. – Не обещаю. – шепнул Нат, но на этот раз в его голосе не было иронии - только бесконечная усталость. Жан тяжело вздохнул и потянулся за чистыми бинтами.