Он в обтягивающей черной футболке

А затем они танцевали. БО-ЖЕ МОЙ. Изуку слабо понимал реальность происходящего, наверное, потому что все мелькающие вокруг события в баре, после стольких лет молчаливого ожидания, были похожи на брызги морской пены в лицо. Вот к нему подсаживается Очако с Иидой, Мидория не мог понять, они рады или переживают так, словно поцелуй произошел не с Каччаном, а с заминированной бомбой. Затем Шото вежливо поинтересовался, не принудил ли Кацуки его к поцелую. После Цую похвалила умение Изуку целоваться, а Аояма, лучезарно улыбаясь, оценил смелось камингаута на публике. Лица мелькали рядом, смех и голоса, теплые объятия и шутки. Мидория то извинялся, то хихикал, то краснел, то чуть сглатывал слезы. Как будто между ним и Кацуки произошел не поцелуй, а свадьба. Все предыдущие года растаяли в мареве паузы, там, где Изуку занимал свою жизнь заботой о будущих героях, поднятием железа в зале и просмотром новостных лент с подрагивающими пальцами переживая, что когда-нибудь увидит в сводке погибших знакомые имена. Сейчас словно он и не жил до этого. Разве может просто поцелуй всё так поменять? И задаваясь этим вопросом, Изуку переводил взгляд на Кацуки, смотрящего на него поверх стола с закусками и кружек пива. Кажется... Да, может. Взгляд Бакуго, всегда направленный из-под бровей, мутный из-за выпитого, был игрив и прикусанная нижняя губа явно давали понять мужчине, что Каччан безгранично доволен результатом сегодняшнего вечера. Он подмигнул Мидории и тот, ведомый неописуемо легким настроем игриво повел плечами в такт музыки. Наклонив голову на бок, блондин приподнял бровь, а затем, игнорируя вопрос Киришимы, поднялся из-за стола и направился к Изуку. Его походка была неровная, а протянутая рука подрагивала, хоть лицо Кацуки старался держать хмурым и самодовольным. - Потанцуем? Мидория моргнул, ощущая сильный аромат карамели от ладони Бакуго. Волнуется... Он так сильно волнуется. Это умиляло. Изуку улыбнулся, губы сами расплылись и усталое преподавательское амплуа развеялось. Покрытая сеткой шрамов рука легла поверх протянутой ладони. Кацуки сглотнул, словно увидел перед собой призрака, Мидория встал рядом. Теперь, когда они действительно собирались потанцевать, он резко почувствовал тяжесть во всем теле. - Вообще я... Не умею танцевать. Изуку сделал шаг влево и вправо, едва попадая в ритм. - Думаешь меня это блять волнует? Рука с ладонью Мидории поднялась выше, вторая подтолкнула локоть наверх и вот их лица совсем близко, а Изуку приобнимает Бакуго за шею, положив предплечья на плечи блондину. По телу прошлась горячая волна от талии, куда легли жаркие ладони, прямо под пиджак на помятую рубашку. Веснушчатые щеки заалели, изумрудные глаза забегали по бару. Музыка была задорная, едва расслабленная, ритм их шагов почти совпадал с тактом. - Вообще, у нас неплохо выходит, - заметил Мидория, когда прошло пару минут и он смог расслабиться. - Подозреваю, что я мог бы освоить пару танцевальных стилей, знаешь, я... - Изуку запнулся, забыв затормозить поток сознания, выходящий изо рта. На лицо Кацуки он не смотрел, иногда скашивая взгляд на губы. Сейчас там была подрагивающая улыбка. - И? - Что? Бакуго цокнул языком, его пальцы на талии Изуку едва сжались и жар от ладоней усилился. - Ты говорил про танцы, что ты там решил? Мидория замер на полутакте, взгляд поднялся на глаза Кацуки. Алые, слегка пьяные и заинтересованные. Они ведь и вправду давно не говорили даже о мелочах из своих жизней. Кажется, год назад перекинулись парой фраз на таком же сборе. И хоть Изуку знал о Бакуго всю доступную в сети информацию, это было далеко от личных переживаний. - А... Да. Я думал пойти на танцы, всё таки раньше подвижность ног я тренировал за счет техники боя, а потом... Кацуки фыркнул, почти засмеялся и Изуку вдруг ощутил странное смешение стыда и смущения. Он отвел взгляд, чувствуя слабый запах пота от своего пиджака, это тоже прибавляло неловкости. От Бакуго всегда веял аромат нитроглицерина, сильно нагреваясь он был похож на карамель, а Мидория явно добавлял в ансамбль запахов свое волнение. Но Кацуки повернул голову, слегка упираясь кончиком носа в сгиб локтя мужчины и тихо вдохнул, облизывая верхнюю губу. Светлые ресницы подрагивали, а алые глаза плавили лицо Изуку. - И что потом, пошел на свои дерьмовые танцы? Горячие ладони слегка повернули корпус Мидории, так что мышцы на спине напряглись и они оказались на шаг ближе друг к другу. Теперь руки Изуку плотнее обхватили сильную шею, естественно, от чего оба сглотнули. - Не с кем было… Поэтому я практикую борьбу. Бакуго выдохнул, зеленая челка двинулась в сторону. - Изучил много приёмов? - Да, тренер хвалит и ноги у меня сильные. Удушающий ими выходит смертельный! - Изуку улыбнулся, так что аж изумрудные глаза зажмурились. Кацуки сделал еще шаг, их кончики носов коснулись друг друга в своеобразном поцелуе. - Я бы на это посмотрел. - На то, как я зажимаю потного мужика между ляшек? - смешок вырвался сам собой, а взгляд Кацуки резко стал серьезным, хотя и плыл от пива. Бакуго наклонил голову, кончик носа защекотал ухо, влажное дыхание прошлось по шее. Изуку вздрогнул, стайка мурашек поселилась у него на затылке. Голос Кацуки сбивался и запинался, выходил низким, слегка хриплым. - Не говори так. Я же ревную, придурок. Внутри головы Мидории случился настоящий взрыв, все мысли разлетелись, оставив внутри только сдавленный выдох Каччана над своим ухом. - Эй, чё молчишь, задрот? Крепкие ладони слегка огладили талию, нос Бакуго продолжил тереться о щёку Изуку. Затем горячий лоб уткнулся в плечо мужчины, потираясь о ворот пиджака. Кацуки тяжело дышал, каждый его выдох опалял шею Мидории будто взрыв. - Ты идиот, - сдался Изуку, он поднял руку, медленно, свыкаясь с мыслью, что по видимому теперь это будет нормой, вот так утешать друг друга. Каччан сильнее вжался лицом в шею Мидории, почти размазывая по ней собственное напряжение, вырывающееся в виде глупой ревности, пьяных признаний и навязчивых прикосновений. - Я серьезно, Деку, - бормотал Кацуки, сухие губы цепляли потную кожу. - Я сдохну, если ты... Если кто-то... Он не мог выговорить, а Изуку не дал договорить. Крупная ладонь легла на светлую макушку, пальцы взъерошили колючую стильную стрижку яркого героя Динамита. Лёгкое поглаживание, игривое, нежное. Мидория на секунду задумался, что мог бы так лежать, проверять тетради и ерошить эти волосы часами. Бакуго сдавленно сглотнул, ладони, лежащие на талии Изуку поползли дальше, сплелись вокруг торса, заключая мужчину в крепкие, почти сдавливающие объятия. - Ты единственный, кого я ждал, Каччан, - голос Мидории тихий, доносящий сокровенное Кацуки на ухо. Музыка гремела, кто-то смеялся из их шумной компании. - Только тебя. Он снова провёл рукой по волосам, слегка массируя влажную от пота кожу головы шершавыми подушечками пальцев, чувствуя как стальная клетка объятий потихоньку разжимается. - А круглолицая? - Бакуго почти урчал в шею. Изуку удивленно моргнул, скашивая взгляд в сторону общего стола, где Иида приобнимал Очако за плечи. А затем рассмеялся, ощущая, внутри становится легко и пусто. - Пробовали, не вышло у нас. Думаю, мы нашли тех, с кем нам хорошо на самом деле. - Ты ебанный романтик, - выдохнул Кацуки. Его голос подламывало, а на лице, которое он наконец поднял, расцветала голодная, опасная и бесконечно счастливая улыбка. - Я всегда знал, что ты можешь сказать такую херню, от которой у меня крышу снесет. - И как тебе сейчас? - Блять... Снесло полностью. Бакуго качнулся вперед и их губы встретились снова, будто после долгой разлуки. Зубы стукнулись, язык скользнул по нёбу Изуку. Руки Кацуки держали крепко, Мидории нравилось ощущать себя сдавленным, окруженным, подвластным. С Каччаном это было не страшно, это было по-особенному горячо. - Давай уедем, сейчас, ко мне, - рот Бакуго не отпускал язык Изуку, покусывая его и посасывая. Их бедра соприкоснулись и Деку сдавленно выдохнул в губы мужчины, ощущая напряжение в паху, зажатое между телами. Казалось уже всё равно на то, что они до сих пор в баре, а вокруг их бывшие одноклассники и друзья. Мидория на секунду замер, поцелуй потерял инициативность и Кацуки приподняв бровь посмотрел на озадаченное лицо Изуку. - Каччан... Мне надо проверить тетради! - он с выдохом запустил руки в свои волосы и взъерошил и так непослушны тёмно зеленые кудри. - Я совсем забыл! Бакуго моргнул, тягучий огонь в глазах из страстного медленно становился похожим на желание придушить. - Ты блять серьезно? - он выдавил кое как. - Абсолютно! - Мидория прижал ладони к лицу, потер щеки, пытаясь привести мысли в порядок. В голове был туман. Густой, сладкий, состоящий из запаха карамели, вкуса пива на языке Кацуки и ощущения его бедра между ног. - Класс 1-С! Основы героической тактики! Тридцать две работы! Я же обещал им разобрать ошибки к завтрашнему уроку! Он говорил и сам понимал, как глупо это звучит. Вот так стоять посреди бара, с припухшими от поцелуев губами, с галстуком, съехавшим набок, с Бакуго, который все еще прижимается к нему и вспоминать о тетрадях. Изуку забыл обо всем. О школе, об уроках, о проверке работ, о будильнике на шесть утра. Всё это вылетело из головы в тот момент, когда пальцы Кацуки коснулись его запястья там, за столом. Как тут вообще можно помнить о каких-то тетрадях? - Ты... - начал Бакуго и замолчал. Смотрел на Мидорию пьяно, внимательно, изучающе, а потом вдруг фыркнул. - Я не шучу, Каччан! Я просто... - он запнулся, чувствуя, как веснушчатые щеки алеют, - Отвлекся на тебя и забыл. - Отвлекся, значит, - протянул Кацуки. Голос стал ниже, с ленивой хрипотцой. - На меня. - Ну... Да. - И забыл про свои сраные тетради. - Я не специально! Бакуго усмехнулся, гнев в его взгляде быстро растворился в каком-то умопомрачительном сочетании самодовольства и нежности. Горячие ладони спустились на пояс брюк Изуку по бокам, а губы изогнулись. - Значит, я настолько хорошо целуюсь, что у тебя память отшибло? - Каччан! - Что? - он наклонился ближе, прикусывая мочку уха Мидории, горячую от смущения. Зубы прошлись по жаркой коже, язык скользнул следом, зализывая. - Я старался, очень. Изуку закатил глаза, страдающе простонал, утыкаясь лбом в плечо Бакуго. Сильная грудная мышца напряглась под тонкой футболкой и мужчина почувствовал, как от этого простого движения внизу живота снова потяжелело. - Что мне делать? - пробормотал Мидория в чёрную ткань. - Урок в восемь. А я даже не начинал проверять... - Сколько этих твоих тетрадей? - Тридцать две. Одна рука Бакуго поднялась с талии Изуку, легла на затылок, пальцы зарылись в растрепанные зеленые кудри, слегка оттягивая их и создавая смешанное с удовольствием болезненное ощущение. Мидория коротко выдохнул и почувствовал, как по коже головы разбегаются мурашки. - Тогда поехали к тебе. Проверим. - Ты... Серьезно? - Мидория наконец расслабил руки, опуская их на предплечья Кацуки, тут же ощущая горячую голую кожу. Мышцы перекатывались под ладонями и он на секунду забыл о чем они говорили. - А что, похоже, что я шучу? - Бакуго слегка вдавил кончики пальцев на затылке Изуку, массируя, надавливая на какие-то точки, о существовании которых тот даже не подозревал. - Ты забыл про них из-за меня. Значит, я должен помочь. Логично? - Ты же хотел... - Мидория опустил взгляд на кадык Кацуки, на то, как тот дернулся, когда мужчина сглотнул, прикусил нижнюю губу, - Другого. - И хочу. - Бакуго прижался лбом ко лбу Изуку, кончики носов коснулись друг друга, потёрлись. - Но ты будешь думать не обо мне всю ночь, если не сделаешь эти сраные работы. Я же тебя знаю. Нахер надо. Лучше я час проведу за проверкой ебучих тетрадей и получу тебя без вот этого вот, - он покрутил пальцем у виска, - Чем слушать, как у тебя кипит бошка. Изуку ощутил, как в глазах слегка защипало. Он был тронут, правда. Внутри дрогнуло теплое, огромное, заполняющее грудь до краев чувство. Это происходит на самом деле? Каччан, тот самый, который орал на него в школе, взрывал парты, шел с ним рука об руку на войне, плакал у его кушетки в больнице, когда врачи сказали, что причуда ушла окончательно, игнорировал сообщения годами, пристально смотрел на встречах выпускников... Мидории еще утром казалось, что он никогда не будет с Кацуки ближе, чем в школьные годы, когда они дрались друг против друга до кровавых соплей на тренировочном поле. А сейчас все эти мысли можно отправлять в мусорное ведро. - Ты... - голос Изуку сорвался, он откашлялся, сглотнул - Правда поможешь мне с тетрадями? - Я же сказал. - Бакуго закатил глаза, но щеки его слегка порозовели. - Хватит переспрашивать, задрот. Поехали уже. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим. И тем скорее... Кацуки не договорил. Вместо слов его бедро снова медленно вжалось между ног Изуку, с чувственным обещанием. Мидория сдавленно охнул, хватаясь за плечи мужчины крепче. - ...Я получу свое, Деку - закончил он шепотом едва касаясь губами губ Изуку. - С процентами. Мидория сглотнул, сухость в горле дерет нёбо. Потом энергично кивнул, чувствуя, как кровь приливает, а сердце колотится активнее, чем от любой изматывающей тренировки. - Хорошо. Да. Поехали, - сбивчиво затараторил Изуку, абсолютно смущаясь всего, что с ним происходит. Наверное, это не должно быть настолько по юношески трепетно, но Мидория ничего не мог с собой поделать, когда дело касалось Каччана. Ничего. Никогда не мог. И, кажется, уже не сможет. - Вот и славно. - Бакуго отстранился, его ладонь скользнула с затылка Изуку вниз, по шее от воротника пиджака к плечу, затем по руке к краю рукава, и наконец пальцы переплелись с пальцами Мидории. Крепко, до тихого хруста. - Веди, ботаник, я не знаю где ты живешь. Он потянул Изуку к выходу, и тот пошел на ватных ногах, с горящими щеками и губами. - Эй, вы куда?! - крикнул Киришима им в спину. - Тетради проверять! - бросил Бакуго через плечо, и в его голосе было столько самодовольства, что Изуку захотелось стукнуть светлую голову. Ночной воздух ударил в лицо прохладой. Аромат лета, речной воды от набережной неподалеку и где-то вдалеке жаренного мяса из другого ресторана. Улица тихая, почти пустая, старые склады, переделанные под бары и пивные не привлекали толп в этот час. Только пара фонарей разливала теплый желтый свет по брусчатке, да где-то вдалеке слышался смех компании, вышедшей покурить. Изуку вдохнул полной грудью, пытаясь привести мысли в порядок, но голова все еще кружилась. Он надеялся что от пива или хотя бы от поцелуев. Но запоздало понимал, всему виной Кацуки Бакуго, все еще держащий его за руку. - Куда едем? - Каччан уже открывал приложение с такси, оглядывая пустую улицу. - А? Тут пятнадцать минут пешком, - Мидория невольно улыбнулся, видя как Кацуки морщится. - Ты что, живешь в этом районе? - Да... Здесь тихо, аренда приемлемая и до школы близко, - замямлил Изуку, резко ощущая потребность оправдаться. Бакуго остановился. Развернулся к нему всем корпусом. В свете фонаря лицо выглядело почти комично. Пьяное, возмущенное, с приподнятой бровью и поджатыми губами. - Тихо? Деку, это ебаные склады. Тут по ночам шляется кто попало. Я патрулирую этот район... - Раз в неделю, по четвергам, во вторую смену, - закончил за него Изуку, заплетающимся от алкоголя языком. - Обычно с восьми до одиннадцати. Маршрут начинается от набережной, потом через складской квартал к жилым домам у парка. - Откуда ты... - Кацуки прищурился, давая Мидории время придумать адекватное объяснение. - Ну... - он быстро осознал, что только что сказал, отвел взгляд, уставившись куда-то на облупившуюся стену склада, - Я просто... Иногда вижу тебя из окна... Но это не специально! Врал Изуку отвратительно, было видно сразу. Глаза бегали, ладонь в руке Бакуго потела, а к лицу прилила кровь. Удивительно, как за столько лет он не научился хотя бы правдоподобно юлить. Мидория знал всё это не из окна, а с фанатского форума, где добровольцы составляли подробные карты патрулей Динамита, отмечая время, маршруты, привычки, любимые места. Изуку был там завсегдатаем. Ладно, чего уж скромничать, одним из самых активных пользователей под ником GreenDeku_01. Позорно прозрачным, если подумать, но никто никогда не связывал его с тем самым Деку, героем войны. - Ты... - голос Бакуго был странным, - Ты следил за мной? - Не специально! - слишком быстро ответил Изуку. - Просто... Это не то чтобы я ждал или... - Деку. - ...или следил за твоим расписанием на форумах и специально садился у окна по четвергам с чашкой чая, чтобы увидеть тебя на три минуты... - Деку! Бакуго сильнее сжал его ладонь, слегка дёрнул руку. - Ты мой фанат... - Кацуки шагнул навстречу, снова встал вплотную, свободная рука легла на затылок Мидории, поворачивая его голову сильными пальцами. Изуку поднял взгляд, полный бесконечного смущения, такого непривычного для него в этом возрасте, и сглотнул. Бакуго улыбался, охваченный восторгом. - Ты сидишь на фанатских форумах. Отслеживаешь мои патрули. Смотришь на меня из окна. Ты, блять, мой фанат номер один. - Это не так! - автоматически отпирался Изуку, чувствуя что горят уши. - Я просто... интересуюсь как бывший коллега. Из профессионального любопытства! - Профессиональное любопытство, - повторил Бакуго с явным удовольствием, медленно смакуя каждый слог. - Это так теперь называется? А расписание моих интервью ты тоже из профессионального любопытства небось знаешь? Изуку поджал губы и смущенная улыбка озарила его лицо. Потому что да, знал. И любимые блюда и размер обуви и марку геля для укладки волос и то, что Кацуки не любит интервью по понедельникам, потому что после выходных у него «тупят мозги» и еще тысячу мелочей, собранных за десять лет по крупицам. С форумов, из статей, от Мицуки-сан, из случайных обрывков разговоров, пойманных на улице. Улыбка Бакуго пугала своей тёплой интенсивностью, он не отрывал взгляд от алых щёк Деку, покрытых веснушками, а в алых глазах разгоралось нежное пламя. - Ебанный псих, - выдохнул он. - пятнадцать гребаных лет ты следил за мной. А я блять думал, что ты живешь свою тихую учительскую жизнь и не вспоминаешь меня. - Я никогда не забывал тебя, - голос Изуку дрогнул, он сглотнул подкрадывающиеся слезы. - Не мог. Кацуки прерывисто выдохнул, пальцы спутались в зелёных кудрях. Они неотрывно смотрели друг другу в глаза, молчали. Мидория почувствовал, как рука с затылка сместилась и потянула его за галстук. - Так, - сказал вдруг Бакуго, голос приобрел деловитый, почти резкий тон. - Всё. Я решил. Изуку несколько раз удивленно моргнул. - Что? - Ты переезжаешь ко мне. Рот Мидории открылся сам собой, он сначала подумал, что ослышался. - Ты всё правильно понял. - Кацуки дёрнул мужчину за галстук - Хватит смотреть на меня из окна как сраный сталкер. Если хочешь знать мое расписание, то спрашивай у меня лично. А если хочешь видеть меня, то тебе надо со мной жить. Изуку не знал что ответить. Логика Бакуго была правдоподобно покоряющей. - Каччан, мы только что впервые поцеловались. А ты уже предлагаешь съезжаться! - Я не предлагаю. - Кацуки положил горячие ладони на щёки Изуку, большой палец подрагивающе погладил рубец шрама под правым изумрудным глазом - Я хочу, чтобы ты был рядом. В моей квартире, - лицо стало ближе, их губы соприкоснулись, - В жизни, - пахнущее пивом дыхание смешалось, - В постели. Блять Деку. Изуку смотрел на него. Пьяного, растрепанного, смущенного, но упрямого Кацуки, который только что вывалил на него всё. И чувствовал, как внутри тает старая, заледеневшая броня, которой мужчина отгородился от мира после потери причуды. - Я... Подумаю, - сказал он тихо, нежно касаясь губами губ Бакуго, трепетно и извиняюще. - Подумает он, - фыркнул Кацуки. - Ладно. Думай и веди. Показывай свое логово сталкера. - Я не сталкер! Бакуго громко расхохотался, запрокидывая голову. Его смех разнесся по пустой улице, отразился от стен старых складов, и Изуку почувствовал, щеки горят огнем, но на губах сама собой расцветает улыбка. - Ты невыносимый придурок, Каччан - выдохнул он. - А ты сталкер задрот, Деку. Идеальное сочетание. Кацуки дернул Мидорию за руку, и они пошли дальше.