Грязь

Щелчок замка прозвучал слишком громко. Дверь открылась с трудом: завалы мусора в коридоре стали слишком большими. Шаги тонули в шорохе упаковок, валяющихся тут и там. Воздух спёкся – перегар, старая еда, немытое тело. Минги, пошатываясь, плелся на кухню. Сколько его не было в этом подобии дома? День? Два? Неделю? Календарь всё ещё на начале декабря. Переворачивал ли его кто-то? Вряд ли. Кухня. Кажется, где-то должны были быть кружки. Или последнюю разбили недавно? Или давно? Сон уже не помнил. Он наклонился к крану, покрутил вентиль. Вода так и не пошла. Конечно. В сознании всплыл образ недовольной тётки, которая когда-то стучалась к ним. Кажется, она говорила что-то о счетах и воде. Но чем же закончился разговор?.. Так и не найдя источник воды, Минги подошёл к ящику для посуды. Он давно уже был пуст. Вся посуда или лежала грязной грудой, или разбита. Но главное, что должно было храниться в этом ящике всё ещё надёжно спрятано. «На чёрный день», – думал парень. А черным у него был почти каждый. Нащупав рукой, Сон достал из тайного ящика небольшую бутылочку. Дешёвую, но очень нужную. Он давно перестал разбираться в алкоголе. Года два назад. Пил всё, что предлагали. Прозрачная жидкость булькнула, когда Минги сделал пару обжигающих глотков. Только после них парень, наконец, почувствовал облегчение. Сон прошёл в другую комнату. То ли гостиная, то ли спальня была удивительно пуста. Вечером там собирались толпы красоток и красавцев, чтобы спокойно расслабиться. Без лишних свидетелей. На следующий день всё равно никто из них не вспомнил бы ни имен, ни лиц тех, с кем делили дозу. Минги плюхнулся на один из матрасов. Он был ещё влажным. От чего? Плевать. Но спустя какое-то время в коридоре послышались чужие, такие же шуршащие, шаги. Затем они затихли, войдя в комнату. А сразу после Минги почувствовал горящую пощёчину. Он распахнул глаза. Перед ним на корточках, почти падая, сидел Юнхо. Только успев это понять, Сон получил ещё один удар по лицу. Ещё. И ещё. Не сразу Минги понял, что Чон пытается ему что-то донести. Лишь из-за продолжающихся ударов он заставил себя сфокусироваться на его губах и лице. – Ублюдок! Опять с каким-то шлюхами кувыркался! И правда. Минги перевёл взгляд вниз. Его чёрная рубашка расстёгнута, а на груди были видны следы от красной помады. Обрывки в памяти: смех, блики на бутылке, чьи-то руки... А, точно. Он же им обещал... Но не отдал. Или отдал? Хуй знает. Неважно. Они неплохо работали. Найдут другого. В нос прилетел кулак. Сон приподнялся на локтях, потирая переносицу. Лицо Юнхо горячее то ли от злости, то ли от шабу. Не обращая внимания на все его слова, Минги поднес ладони к щекам парня напротив. Его большие пальцы уже начали гладить воздух, ведь это считалось бы проявлением любви. Но Чон резко оттолкнул от себя руки, не давая коснуться себя. Только тогда Сон перевёл затуманенный взгляд на парня. Даже после всего выпитого и принятого он различил на шее Юнхо засосы. Это ведь не Минги их оставил. Не он. Эта шлюха нашла себе хуй получше. – Бесишься, что не я затыкал твою дырку, да? – улыбнулся Сон, в тот же момент перехватывая чужие руки. Резкий рывок. Минги перевернул их, прижав парня к матрасу. Кажется, Юнхо пытался возмущаться. Кричал ругательства. Даже пытался высвободиться. Но всё не нужно. Навалившись на него всем своим весом, парень прижался к шее. Он оставлял новые следы – заметнее, больнее. А свободной рукой Минги уже скользнул ниже. Штаны мешали. Он хотел. Хотел. Хотел. Стянул чужие, следом и бельё. Было сложно расстёгивать свою ширинку. Но стоило только члену освободиться, настроение сразу похорошело. – Как же ахуенно... – протянул Минги, приставляя головку к ягодицам. Он уже почти почувствовал кайф от того, как входит... – Ублюдок, отъебись! – Чон почему-то смог вырвать свои руки. А желание пьянило всё сильнее. Куда сильнее дури. Минги схватил беглеца за горло. С силой сжал. Хоть бы не откинулся. Он вошёл. Голова запрокинулась – ещё несколько резких толчков. Узко. Ахуенно. Юнхо издал какой-то неразличимый звук. Отчаянный. Снова оказавшись рядом с лицом парня, Сон с удовольствием наблюдал за тем, как тот содрогался. Толчок. Как закатывал глаза. Толчок. Как пытался вздохнуть. Толчок. Как из уголков его глаз текли слёзы. Как же ахуенно. Минги даже не сразу заметил то, насколько сильно Юнхо вцепился в его руку на горле. Обломанные ногти царапали кожу. Насрать. Комната наполнилась запахом железа. – А ты порвался, шлюшка. Всё же твой предыдущий ёбырь был меньше меня. Минги продолжал вбивать тело Юнхо в матрас. Не обращая внимания на всё остальное. Сон даже отпустил руку с горла парня. Единственной его целью было кончить. Кончить внутрь. Чон уже не сопротивлялся. Он откинул голову, желая не видеть лица. А ведь когда-то смотрел. Смотрел в глаза. А точно ли это было? Было ведь. Давно... Очень давно. Но было ведь? А вдруг это был сон или результат прихода. Это ведь было? Вернувшись в настоящее, Минги попытался повернуть лицо Юнхо на себя. Ладонь коснулась его. С трудом повернула. Глаза остекленели, глядя в потолок. Изо рта иногда вырывались стоны боли. Толчок. Глаза закатились. Толчок. Раздался приглушённый звук. Толчок. Самый глубокий, самый требовательный. Минги кончил внутрь, смешивая сперму с кровью, и повалился на Чона. Почувствовал влагу на чужом теле. Юнхо под ним был горячим, потом стал остывать. Или это сам Минги перестал чувствовать разницу. Прошло пару минут. Или двадцать. Или пару часов. А они лежали. Лежали. Минги слушал поначалу неровное, а затем спокойное дыхание. Чье именно? Ещё бы кто-то знал. Сон всё же встал. Тяжёлая голова, сушняк в горле. Пить. Пить. Пить. Он нашёл бутылку, которую взял в тот же день. А тот ли это день?.. Не важно. Она оказалась не так далеко. Стоило только Минги потянуться, как из кармана теперь свободных джинс выпал пакетик. Всё же не отдал. Сев обратно на матрас, парень открутил крышку, думал уже отпить. Точно. Можно же смешать. Эффект будет ахуенный. Так вштырит. Высыпав всё содержимое пакета в прозрачную жидкость, Сон недолго наблюдал за пузырьками, появившимися в бутылке. А затем одним глотком осушил половину. Горло обожгло, в ушах зашумело. Наконец-то. Хорошо. Прежде чем погрузиться в полнейший кайф, Минги заметил, что Чон сел рядом с ним. Сперма стекала с его бёдер. Взгляд всё так же устремлён куда-то мимо всего того, что было в этой комнате. Не закинувшись, Сон наверняка трахнул бы его ещё раз. Но тогда толкнул Юнхо в плечо рукой, всё ещё держащей бутылку. Предложил. И он взял. И он выпил с ним.