Профессор Дарья Трелони и Плакса Полина

Закрыла. Открыла. Закрыла. Открыла. Закрыла. Открыла. Закрыла. Открыла. Удивительно, но магии не произошло. Сколько бы раз она ни закрывала и открывала глаза — картинка вокруг неё не менялась. А должна была. Классический щипок в бедро тоже оказался бесполезен. Боль она почувствовала, но это ровным счётом ничего не доказывало, ведь болевой синдром существовал и во сне. Очередная неработающая классика во всём своём великолепии… И зачем только персонажи в книгах и фильмах делают именно это в первую очередь? Ничего путного из этого никогда не выходит. Способ великого Стайлза Стилински провалился. А надежды были большие. Она надеялась, что у неё, как и у Дерека Хейла, вместо пяти пальцев окажется шесть, но этого не произошло. Пять и десять. Рука не плыла, если долго смотреть, и не исчезала. Всё было как у обычного человека. Ничего нового. За тем небольшим исключением, что это всё ещё была не её рука, а кого-то намного старше шестнадцати лет. Всё вокруг неё указывало на то, что это реальность, но проблема заключалась в том, что она была совершенно точно уверена, что спит. Говорят, что неординарные проблемы требуют неординарных решений. Следовательно, вопрос: как сделать так, чтобы сама Вселенная согласилась с ней и, наконец, поменяла картинку перед глазами на привычную и вернула её в комнату подруги? Будь она Шерлоком Холмсом, то заметила бы уже миллион деталей, подтверждающих её слова, но она всего лишь десятиклассница из Воронежа, что смотрела фильмы, но не читала оригинал. Конечно, теперь уже не телом, но душой и мозгом — да. Да простит её Артур Конан Дойл и все Шерлоки Холмсы вместе взятые, но ей нужно попытаться воспользоваться де-дук-ци-ей. Тем, чего у неё нет, но в чьё существование она хотела верить сейчас всем сердцем. Итак. Первое, что бросилось ей в глаза — огромные очки. У Дарьи Щербаковой отличное зрение. С пятого класса она сидела в школе на последней парте и не испытывала из-за этого никакого дискомфорта. Второе — непривычная тяжесть на шее от большого количества бус и ожерелий. Третье — пышные волнистые, травмированные волосы, похожие больше на солому. Её мать бы поседела, если бы когда-нибудь увидела подобное на её голове. Четвёртое — одежда. Легкая кофта болотного цвета с вышитыми на ней зелеными листочками и ещё более странная юбка, больше похожая на шторы, которую постыдилась бы носить даже её бабушка. Всё было плохо. Очень плохо. Спустя целых три фильма она вполне могла сказать, где находилась, так как окружающие вещи были ей знакомы. Большой зал. Она сидела за столом в Большом зале. И за столом не учеников, а именно учителей. Со своего места она видела, как огромное количество учеников в чёрных мантиях оживлённо болтали друг с другом, смеялись и, что не удивительно, ели свою еду. Перед ней тоже стоял бокал с прозрачной жидкостью, на тарелке лежала картошка с овощами, а по обе стороны от неё столовые приборы. Судя по всему, ужин был в самом разгаре. Она в Большом зале. Она сидела за столом учителей. Она носила очки и была одета в странную одежду. Кто же она? Она — п о е х а в ш а я! Щербакова Дарья Юрьевна, шестнадцать лет, учится в десятом классе Воронежской школы. Поехавшая. Очень приятно!

***

Даша быстро выбежала из Большого зала, закрыла за собой дверь и прижалась к ней спиной. Ничего плохого не произошло. Всё было хорошо. Она просто оказалась в теле той самой преподавательницы, что якобы видит будущее, которую весь Хогвартс считает ненормальной. От подобной новости ей резко поплохело, и она всего лишь хотела попить воды, но кто знал, что в бокале у профессора — алкоголь?! Может, кто-то и знал, но она — нет! Естественно, она выплюнула всё изо рта, ведь ей шестнадцать, а не сорок, чем мгновенно и привлекла к себе всеобщее внимание! Она сбежала, заверив удивлённого Дамблдора, что всё в порядке! Но ничего в порядке не было! Где-то десять часов назад она пришла к подруге, Полине Соболевой, чтобы наконец-то посмотреть вместе её любимого «Гарри Поттера», потому что: о, ужас, как ты могла не смотреть его?! Да, она не смотрела. Она предпочитала «Один дома», а не «Гарри Поттера», вот и всё. Но из-за вечно мозговыносящей на эту тему лучшей подруги она решила сдаться и посмотреть вместе с ней. Прийти в субботу к ней домой с ночёвкой, чтобы до вечера воскресения успеть посмотреть несколько фильмов. Всё. Таков был план! Не попадать в мир «Гарри Поттера», как какая-то попаданка из манхвы и новеллы! Нет, просто посмотреть. И ладно бы, если она попала в тело какого-нибудь ученика. В конце концов, ей же шестнадцать. Но нет! Снова мимо! Она попала в тело персонажа, имя которого даже не знала! Зачем ей запоминать её имя, если она особой роли в сюжете не играет? Просто какая-то ненормальная, что иногда появляется и всё. Везде есть такие персонажи. Но почему именно в неё?! Даша положила руку на грудь, глубоко вздохнула и медленно выдохнула. Ей нужно было успокоиться. Вероятность того, что она оказалась в этом мире без Соболевой, была очень мала. Это она и не будучи Шерлоком, могла сказать. Если она здесь оказалась, то и подруга, скорее всего, тоже. Именно она любила «Гарри Поттера», а не Даша. Только если бы это было правдой, она бы ещё внутри Большого зала услышала её восторженные крики… А из необычного внутри была только она. Если она попала в этот мир без Соболевой — ей конец… Хотя, если она стала учителем, то подруга могла быть хоть пауком в лесу, верно? Огромным, смертоносным пауком, которых Соболева так сильно боялась. Что этой ведьме она и желала… Если бы Полина не уговорила её посмотреть эти проклятые фильмы, ничего бы не произошло. Но один плюс во всём этом был. Она была чокнутой, а значит, все её странности не будут восприниматься всерьёз, поэтому она могла нести любой бред. Для всех это её нормальное состояние. Ей не нужно учиться, не нужно наверстывать упущенное, не нужно ни-че-го, ведь она взрослая. Странная взрослая. — Почему не Джинни? — услышала Даша сверху грустный женский голос. Она подняла голову и увидела, как сквозь стену прошёл призрак… девушки из туалета. — Почему не Чжоу? Почему не Гермиона? Почему я Миртл? За что? Даша склонила голову набок. Полина говорила ей, что эта девушка практически не покидала женский туалет. Щербаковой показалось это странным, поэтому она и запомнила этого персонажа. Но теперь она была здесь. Медленно летела по воздуху с грустно опущенной головой и задавала вслух вопросы. Знакомые вопросы, ведь они тоже её мучили. Попытка не пытка. — Соболева? — Чо? — мгновенно отозвалась она, повернув голову в её сторону. Это было неосознанно. Судя по тому, как безучастно она на неё смотрела и не осознавала, что именно Даша только сказала — это была она. Её ведьма! — Соболева, — уже увереннее попыталась Щербакова, скрестив руки на груди. — М? — Со-бо-ле-ва. — Да хватит фамильничать! — взорвалась она, сжимая руки в кулаки и резко спускаясь вниз. — Что? Щербакова подняла одну бровь. Полина Соболева — круглая отличница, но иногда тупила так, что люди в этом сомневались. Даша бы тоже сомневалась, но она училась на твёрдые четвёрки только благодаря ей и её очень мощным пинкам под зад. — То есть для тебя нормально, что этот персонаж знает твою фамилию? Миртл, как поняла Даша, захлопала глазами. — Давай, Соболева, соображай. Всё просто, как дважды два. — Даша? — Во всей своей красе, — раскинула она руки в стороны. — Посмотри, как я похорошела. Как «Гарри Поттер» меняет людей! — Даша… Громкий, искренний девичий смех заполнил коридор. Даша нахмурилась, отошла от двери и хотела взять смеющуюся подругу за руку, чтобы увести их в другое место, где их никто не услышит, но ладонь прошла насквозь. Точно. Призрак. — Даша, ты Сивилла, — сквозь смех попыталась произнести она. — Сивилла… Трелони. Миртл… ещё… не плохо… Сивилла Трелони? — Наконец-то я узнала своё имя. Смех Полины стал только громче. — Я рада, что тебе весело, но может, мы пойдём куда-нибудь, где нас никто не услышит? Там, за дверью полно любопытных учеников.

***

Полина решила привести их в свою естественную среду обитания — в женский туалет. И если раньше смеялась Соболева, то теперь настал черёд Щербаковой, потому что от осознания того, что её золотая подруга — Полина Соболева — стала туалетным призраком, становилось так смешно, что хотелось упасть на пол и смеяться до коликов в животе как минимум час. Она хотя бы была живым человеком. Могла покинуть Хогвартс. Могла есть и пить. Чувствовать запах. Да, чудачка, но хотя бы учитель. — Поль, если ты когда-нибудь в жизни опустишься до такого, обещаю, я спасу тебя. — Да-да, говори, что хочешь, — закатила глаза Соболева, жестикулируя руками. — Я — агент Дамблдора, пристаю к Гарри, обитаю в туалете и всё такое. Сейчас важно не это, Даша. Ты понимаешь, как мы тут оказались? — Нет, — смахнула она выступившую от смеха слезу с уголка глаза. — По закону жанра нас должна была сбить машина, убить какой-нибудь маньяк или переместить богиня, которая потом скажет нам, что мы на самом деле вернулись в свои прошлые жизни. — Ты думаешь, мы умерли? — округлила глаза Полина. — Как минимум, мы заснули, — пожала Щербакова плечам. — Мы спим. Может, для того, чтобы проснуться, нам нужно дойти до финала фильма и сыграть в нём свои роли? Классика. Только обычно эта самая классика в таких случаях не работает… — А это возможно. Миртл важна в «Кубке огня». Мы как раз начинали смотреть эту часть, когда заснули. Я должна подсказать Гарри ответ на загадку Золотого яйца. — А Сивилла в это время чем занимается? — Профессор Трелони? — невинно склонила она голову набок. — Очевидно же. Учит детей. Даша устало вздохнула. Она хотела провести рукой по лицу, но вовремя опомнилась, вспомнив про очки. И какой из неё учитель? Чему она может научить? Даже в школе её учиться заставляет именно Полина. Если бы не она, то давно бы скатилась до двойки и не смогла сдать даже «ОГЭ». Она пошла в девятый и одиннадцатый класс только потому, что Полина сказала, что она скромничает и недооценивает себя. Она думала пойти в колледж. Расстаться с подругой и начать совершенно новую главу в своей жизни. Но не смогла. Осталась. Потому что если рядом не будет Соболевой — она с головой погрузится в мир книг, аниме, фильмов и сериалов, и родители, что пусть и любят её, но всё время работают, не смогут помочь ей избавиться от чувства одиночества. А Полина могла. Постоянные ночёвки — это нормально для них. Даже если родителей нет дома, но рядом есть верная, самая лучшая подруга — это всегда разбавляет одиночество. — А как я буду учить их тому, чего не знаю? Я же не могу весь урок просто раскидывать пророчества? — Наверное, можешь? — рассмеялась Полина. — Судя по обстановке вокруг, мы и правда в «Кубке огня». Если бы это была пятая часть, то Долорес Амбридж тебя… уволила. Тебя бы заменил кентавр, но даже так Хогвартс бы ты не покинула. Дамблдор бы не позволил. Ты же предсказательница. — Тогда я рада, что мы заснули именно на четвёртой. Учту это, — кивнула Даша. Минус проблемы. Это хорошая новость. — Чем заканчивается эта часть? Соболева вдруг резко изменилась в лице, будто вспомнила что-то нехорошее. Она отвела взгляд в сторону, на одну из закрытых кабинок и о чём-то задумалась на пару секунд. — Переломным моментом для всего мира, — ответила, наконец, она. — Смертью и возрождением. Смертью Седрика Диггори и возрождением Тёмного Лорда. Даша нахмурилась. Вот, значит, что ей не понравилось. Щербакова думала, что им удалось избежать проблем. Но нет. Они попали именно в самый эпицентр бури, которая должна была распространиться на весь мир единым последствием. — Вот как… Значит, нас ждёт не детская сказка, да? Я думала, Гарри и дальше будет влипать в неприятности вместе с друзьями, а оказывается, всё бы закончилось уже на этом. — Ага, произойдёт много плохого — кивнула она с грустной улыбкой. — Кстати, я только что вспомнила. Ты же тогда как раз задремала, поэтому я не стала тебе говорить. Думала, увидишь его в «Кубке огня». — Кого? Почему-то Даше не понравилось такое начало… Очень не понравилось. — Седрик Диггори, — с широкой улыбкой подмигнула ей Полина. — Знаешь, кто это? Кто его играет? — Кто? — Эдвард, Даша. Эдвард Каллен из «Сумерек». — Что?! Полина Соболева знала, что раньше она обожала «Сумерки». Она ждала выходы новой части с огромным нетерпением и буквально летела в кинотеатр, чтобы увидеть любимую историю на большом экране. Да, сейчас ей было стыдно за такое поведение. Да, она давно переросла это. Да, ей шестнадцать, и она уже взрослая. Но! Кто был бы не рад оказаться с Паттинсоном в одном здании?! Особенно, когда вы живёте в разных странах! В реальном мире он популярный актёр, который пригласил на ужин собственного сталкера, чтобы он перестал преследовать его. Гениальный человек! А здесь? А здесь он… А кто он здесь? — Он ученик? Учитель? Чей-то отец? — Ученик. Умрёт в конце этого фильма. — Чёрт! Вот так всегда! — вскинула руки Даша, ударив в ладоши. — Но если не подружиться, то хотя бы спасти его мы обязаны, Поль! К чёрту канон! Мы защитим школу от безносого чудика! Полина кивнула и тихо рассмеялась. — Может, поэтому мы здесь и оказались? Потому что должны помочь Гарри и спасти Седрика? «Кубок огня» — моя самая нелюбимая часть. Если бы не ты, я не стала её пересматривать по собственной воле. Обычно так всё и происходило. В новеллах какой-нибудь читатель сопереживал злодею и в итоге оказывался внутри мира, чтобы помочь ему. В их случае это не злодей, да и Даша не знала об этом и теперь жалела, что задремала. Но всё, что не делается, к лучшему, верно? — Если я скажу медсестре, что предсказываю свою двухнедельную болезнь, она мне поверит? — Мадам Помфри хороший человек, — пожала она плечами. — Возможно? — Ладно. Симулировать тоже можно, — отмахнулась Щербакова. — Ты должна рассказать мне всё, что знаешь об этом мире. И ещё желательно что-нибудь по моему предмету. Я закидаю всех своими предсказаниями! У Дамблдора уши отвалятся от такого количества. Профессор Трелони собирается исправить свою репутацию! — Хочешь настолько вмешаться в сюжет? — Да, чудик против чудика! Это же новая классика, Поль. Кто вообще в здравом уме следует сюжету в таких случаях? Это же глупо! Если есть возможность что-то исправить — исправляй. Соболева кивнула. — Ладно, тогда давай сделаем жизнь некоторых персонажей чуть попроще. Если у нас получится избежать некоторых смертей — это сделает счастливее многих людей, — она подняла раскрытую ладонь в воздух. — Согласна? — Конечно! Щербакова хотела дать пять, как они обычно это делали после удачных контрольных и экзаменов, но её рука прошла насквозь. Призрак. — Ой, забыла. — Мне ещё нужно к этому привыкнуть…

***

— Ты что сделала?! — пролетела сквозь неё Полина, когда Даша открыла дверь в женский туалет. — Что? — не поняла она. — Какая, к чёрту, «Аполлинария»?! Что ты сказала Гарри? Даша пожала плечами. Она вошла внутрь, прислонилась спиной к стене и скрестила руки на груди. И что она должна была на это сказать? То, что она сделала это во благо? Скорее всего… Полина подлетела ближе и нависла над ней, всем своим видом выражая своё негодование. — Просто подсказала Поттеру, что некая «Аполлинария» влюблена в него, и в будущем она принесёт ему очень много счастья. Ты же сама мне не раз говорила, что твои родители хотели назвать тебя так, а потом передумали и выбрали просто «Полина». — Я Миртл, а не Полина! Миртл! Что это предсказание вообще ему даст? — Многое, — с загадочной улыбкой заверила Щербакова подругу. — Я же талантливая предсказательница. Потом пророчества пойдут ещё более точные. — За-чем? — не понимала она. — Зачем это, Даша? — Тебе же нравится Поттер, — не вопрос, а утверждение. Даша знала правду. Не зря они были лучшими подругами. — Вопрос: зачем ему одна из близняшек? Или эта Чжоу? На Святочный бал Поттер пойдёт с тобой. Я попробую это устроить. Полина, взявшись за голову, поднялась к потолку. — Даша, ты худшая! Самая худшая из всех! — Для тебя же стараюсь, — ответила она и показала рукой на себя. — Посмотри на меня. Мне тридцать! Я Сивиллой Диггори не стану, как не пытайся. Может, хоть у Миртл Поттер шанс есть. — Я мёртвая! — мгновенно возмутилась Соболева. — Ой, Поль, мы в мире магии или где? — махнула Даша рукой. — Сегодня мёртвая, завтра живая. Дело одного дня! — Да? Раз так, тогда и с омоложением проблем не должно возникнуть? — Это я у тебя должна спросить. Ты здесь гуру. — Это был риторический вопрос! — Так можно? — наклонила голову Даша. Она бы очень хотела услышать положительный ответ. — Оживить тебя и омолодить меня? — Давай лучше не будем об этом думать, — мотнула головой Полина. — Этот мир не переживёт ещё двух Волан-де-Мортов…