Серый джедай

Серым... таким теперь он видел мир вокруг себя. Цвета поблёкли, слились в одну тусклую массу. Небо, солнце, трава, люди, Сила – всё стало серым. Неважным, не имеющим никакого смысла, глупым. Глупым казалось и его существование в этом мире. Все прежние идеалы, правды, мечты, цели... Всё это стало ненужным, пустым, бесполезным. Какой теперь смысл бороться? Ради чего? Он идёт по серым коридорам Храма – таким холодным, пустым, чужим. Но тут кипит жизнь, десятки жизней, сотни огоньков Света в Силе... но они не греют его. От их присутствия, как от солнца зимой – только холоднее. И они серые... все серые для него. Пустое место. Никто. Такие смелые, такие довольные, такие целеустремлённые. Наполненные жизнью, амбициями, мечтами. Живущие здесь и сейчас, ловящие каждый момент. Ему физически тошно находиться в этих стенах, хочется просто рухнуть на пол прямо посреди коридора и навсегда слиться с его холодной поверхностью, чтобы не видеть всего этого. Не думать. Не вспоминать. Не чувствовать. Он стоит перед дверьми в свои апартаменты. Дыхание замирает, ведь ему чудится, что он слышит смех изнутри. Но он не в силах нажать на панель и войти. Потому что знает, что увидит — серый. Пустой, серый интерьер. Всё будет в том же виде, в каком он оставил в последний раз. Он блокирует дверь и уходит, так и не зайдя. Он больше никогда не сможет зайти в эти комнаты, никогда не сможет спать там как раньше, не сможет медитировать и жить. Потому что они стали серыми. Такими же как и его глаза. Некогда – темно-голубые, почти синие, его глаза теперь полностью серые. И видят они только серый вокруг себя. Потому что различать другие цвета стало не нужно. Не важно. Он честно пытался забыться, пытался занять себя чем-нибудь, пытался зацепиться за Живую Силу – всё без толку... Что бы он ни начал, всё валилось из рук. И ему было наплевать. Пролитый кипяток, неосторожный порез, ожог от меча... Он просто отрешённо смотрел на то, как воспаляется кожа, как набухают и стекают капли крови. И ничего не делал. Даже физическая боль стала серой... Чего не скажешь о душевной. Рваная, зияющая рана на сердце кровоточила не переставая... А ведь прошёл не один месяц... или год?.. Или много лет?.. Время перестало иметь вес. Стало таким же тягуче-серым... Да и какая разница? Какая ему теперь вообще разница на эту бессмысленную систему!.. Он теперь почти не разговаривал. Сорвал голос в первые дни, часы, минуты, секунды. Когда мир рухнул у него на глазах, когда всё, ради чего он боролся, горело адским пламенем, выжигая эту чёрную дыру в сердце. Когда осознал, что это действительно произошло. Он умер в тот же миг. Сгорел заживо. Потому что ничего не осталось, ради чего стоило бы жить дальше... Как же хотелось всё закончить. И ведь, оно так просто: рукоять в грудь и нажать на кнопку. Жизнью больше, жизнью меньше – перед Силой все едины, она не судит. И он пытался, – в первую же ночь – и механизм заклинило. Меч просто отказался включаться. Каждый раз, а их было много, хотя до этого был полностью функционален! Стоило отвести его в сторону, как зелёное лезвие тут же рассекало воздух со знакомым гулом. Но как только он подумывал направить его на себя, оружие тут же переставало работать. И однажды, во сне, он словно увидел себя в такой момент со стороны. Но он был не один: полупрозрачные, голубоватые силуэты окружали его, мёртвой хваткой держали меч, его руку, зажимали стабилизирующее кольцо не давая клинку активироваться. "Нет!.." Он проснулся тогда в холодном поту, с которым мешались слезы. Его трясло с головы до ног, хриплый вой не сорвался с губ, только потому, что голос сел... Он рыдал до утра. Просил прощения, звал, умолял... Но вокруг были лишь холод, темнота и тишина. Больше он не пытался свести счёты с жизнью. Даже просто мысль об этом взрывалась в сознании тем видением. Неужели могло быть ещё больнее?.. Очевидно, могло. Ведь он больше их не видел, ни разу. И никогда не увидит больше. Может, он просто уже сошёл с ума и видение – лишь плод больного сознания, пытающегося вытащить на поверхность, не дать захлебнуться. Он много слышал о призраках Силы, но всегда считал это просто сказками. Потому что куда проще обманывать себя. Потому что увидеть то, чего он желал больше всего на свете было до одури страшно. Потому что это он виноват. Это только его вина. Потому что его не было рядом, потому что он не успел, не углядел. Не смог спасти... хотя должен был! Это было его единственной и прямой обязанностью более тридцати лет! Чем этот раз отличался от других? Почему он позволил себе расслабиться? Кто ему давал такое разрешение?!.. Он заслуживал эту боль. Заслуживал каждый день, каждую минуту, секунду этой агонии – ведь у него была одна-единственная задача, и он не справился. И он заслуживал теперешний серый мир вокруг себя. И пусть все говорили обратное. Его друзья, члены Совета, Йода... но все слова сливались в один сплошной, серый звон. Пустой звук. Они – не он, они никогда не были на его месте, что они могут понимать? Сады Храма. Раньше он всегда находил здесь покой и уют. Выходил отдохнуть от бешенного вихря, что грозился разнести комнаты... Он бы всё отдал, чтобы хоть на минуту вернуться туда. Услышать голоса, смех, увидеть родные лица... хотя бы одно из них. Нет. Всё, что у него было, он уже отдал. Заплатил чудовищную цену за минуту промедления. За упущенную секунду... Слеза скатилась по щеке. За ней вторая, третья, четвёртая... Он упал на колени, сжал серую траву, устремил серый взгляд в серое небо, на проклятый серый город. Вокруг бурлит жизнь, вьются судьбы миллиардов людей, строится будущее... Солнце садилось. Наверное, закат был потрясающий, если бы не был серым. Так не должно было быть. Не должно. Где-то в глубине души, он до сих пор надеялся, что просто находится в коме. Что это он пострадал, и сейчас видит лишь плод своего раненного воображения. Что на самом деле его тело лежит в лазарете, под аппаратами, что целители успокаивают их: "Состояние тяжёлое, но он стабилен. Выкарабкается." А они сидят рядом с кроватью, сменяя друг друга, беспрерывно дежуря. Как всегда делали, сколько бы он ни ворчал потом... Каждую ночь он молился об этом. Чтобы, проснувшись, почуять запах медикаментов, встретив взглядом потолок палаты, ощутить стерильный холод. Услышать писк приборов, и увидеть одного из них – сидящего у койки, положившего голову на матрас, сражённого сном. И он бы протянул ослабевшую руку, провел по волосам, нечаянно разбудив. Чтобы увидеть сначала растерянный, сонный, а потом наполняющийся радостью и облегчением взгляд... Холодная, влажная земля была единственным напоминанием, что реальность как раз вокруг него. Солнце давно село, небо затянули тучи, пошёл дождь. А он просто лежал тут, позволяя воде мешаться со слезами. ...Когда-то они все вместе так лежали. Мокрые и грязные, смеялись... Потому что, почему нет? Всё равно задание провалено, всё равно уже насквозь сырые! А потом, по пути домой, они спали. На оставшихся силах передрались за "лучшие места", кое-как улеглись на него все разом, не позволяя лишний раз шевельнуться, и проспали весь полет. Тогда ему казалось, что так будет всегда. Что все совместные задания, даже провальные, они пройдут плечо к плечу. И так и было. До самого последнего. С которого живым вернулся только Квай-Гон Джинн. ...Тело Серого джедая сотрясали рыдания, заглушаемые шумом дождя. Плакало и небо. И незримые для него призраки Силы, что лежали рядом. - Мальчики... – сорвалась дрожь с губ.