Чего боится Накахара Чуя?

Начало от Накаджимы Ацуши. Я завел этот дневник не из любопытства. Честно. Просто когда ты живешь в Агентстве и в какой-то момент узнаёшь, что твой коллега — бывший исполнитель Портовой Мафии, а его «бывший партнер» — нынешний глава ударного отряда этой самой мафии, ты начинаешь невольно замечать детали. Сначала я думал, что схожу с ума. Или что они ненавидят друг друга настолько, что это похоже на какое-то безумное притяжение. Сейчас думаю: они не ненавидят. Они боятся. Каждый — своего. Мне показалось важным записывать это. Чтобы, перечитывая, я помнил: даже такие, как они, могут держаться друг за друга, когда земля уходит из-под ног. --- День первый Автор: Накаджима Ацуши Сегодня в Йокогаме гроза. Не просто дождь, а настоящий шторм, от которого дрожат окна нашего офиса. Дазай-сан, который обычно в такие дни пропадает неизвестно где или пристает к Куникиде-сану, сегодня неожиданно напряжён. Он сидит у окна и смотрит в телефон. Чуя-сан пришел за документами. Сотрудничество между Агентством и Мафией в последнее время стало тесным, поэтому его появление не редкость. Но сегодня он вошел в дверь как раз в тот момент, когда небо разорвал особенно сильный удар грома. Я заметил это краем глаза. Чуя-сан вздрогнул. Не показательно, не театрально, как делает иногда Дазай-сан. Это была чистая, неподдельная реакция тела: плечи напряглись, пальцы, сжимающие папку, побелели, а зрачки на секунду расширились. Я хотел спросить, все ли в порядке, но Дазай-сан был быстрее. Он просто встал. Подошел к Чуе-сану со спины. Не сказал ни слова. Не стал спрашивать «ты чего боишься, маленький слизень?» или что-то в этом роде. Он просто обнял его со спины, положив подбородок на плечо, и накрыл своими ладонями руки Чуи. Это длилось секунд пять. Чуя-сан выругался, попытался оттолкнуть его локтем, но Дазай-сан не отпустил. И тогда я понял: он и не собирался. Он только крепче сжал объятия, когда за окном снова грохнуло. Чуя боится грома. Каждый раз во время грозы Чуя вздрагивает, но Дазай обнимает его. Дазай боится потерять Чую. Дазай всегда обнимает Чую, когда тот хоть чуть-чуть волнуется. --- День второй Автор: Накаджима Ацуши Сегодня я случайно стал свидетелем разговора Йосано-сенсей и Дазай-сана. Они говорили о миссии, в которой участвовал Чуя-сан. Он попал под завал. В прямом смысле — здание рухнуло, и его доставали спасатели почти полчаса. Когда я пришел, Чуя-сан уже сидел в медицинском крыле, весь в пыли, с какой-то усталой обреченностью на лице. Травмы были залечены с помощью способности Йосано-сенсей, но внутри у него, кажется, что-то сломалось. Дазай-сан сидел рядом. Он не обнимал его и не держал за руку. Он просто сидел, прислонившись плечом к плечу Чуи, и молчал. Обычно Дазай-сан не выносит тишины, он всегда что-то говорит, шутит, провоцирует. Но здесь он был тихим, странно тихим, словно совершенно другим. Йосано-сенсей потом сказала мне: — Чуя не раз был на границе между жизнью и смертью. Его способность требует платы, и он платил. Несколько раз. — А Дазай-сан? — спросил я. — Дазай старался быть рядом, — ответила она. — И каждый раз, я думаю, умирал вместе с ним. Чуя боится смерти. Чуя не раз был на границе между жизнью и смертью. Дазай боится потерять Чую. Дазай старается поддердивать Чую. --- Запись третья Автор: Куникида Доппо Я считаю, что вести дневник наблюдений за личной жизнью коллег — непрофессионально. Однако Ацуши-кун попросил меня зафиксировать это, ссылаясь на важность для понимания психологической совместимости в рамках межорганизационного сотрудничества. Формулировка слабая, но я уступаю. Накахара Чуя боится одиночества. Это не просто страх остаться в пустой комнате. Это панический ужас. Я заметил это во время совместных операций: если Дазай отлучается более чем на несколько часов, Накахара становится гипертрофированно активным. Он находит себе дело, громко требует отчетности, пытается заполнить пустоту шумом. Но в его глазах — паника. Дазай практически постоянно находится рядом с Накахарой. Даже когда, казалось бы, в этом нет необходимости. Если Накахара в Агентстве, Дазай находит предлог задержаться. Если Дазай в Мафии, он возвращается позже обычного. Это не контроль. Это страх пропустить момент, когда Чуе станет плохо. Чуя боится одиночества. Дазай боится потерять Чую. --- Документ №4 Автор: Йосано Акико Как врач, я не могу игнорировать физические проявления. У Чуи часто видны синяки под глазами. Когда он приходит к нам по делам или заходит за Дазаем, заметно, что он не высыпается. Иногда это результат миссий, но чаще — нет. Однажды я спросила его прямо: «Ты что, не спишь ночами?». Он отмахнулся, сказал что-то про «дурацкие сны». Я знаю, что такое «дурацкие сны», когда прошлое не отпускает даже в темноте. Чуя боится прошлого, которое преследует его во снах. Он не говорит об этом, но я вижу, как тяжело ему даются ночи. Иногда Дазай пропускает работу. Он приходит на следующий день с таким видом, будто не спал сам, и говорит: «Чуя плохо спал». Ему не нужно уточнять. Я ему верю. Потому что если Чуя не спит, Дазай тоже не спит. Он остается рядом, чтобы прошлое не смогло добраться до Чуи в реальности. Чуя боится прошлого, которое преследует его во снах. Дазай боится потерять Чую. --- Наблюдение №5 Автор: Эдогава Ранпо О-хо-хо! Это самое интересное наблюдение! Как великий детектив, я просто обязан был зафиксировать этот момент. Накахара-кун боится своей способности. Точнее, он боится одной из её форм «Порчи». Вы знаете, что он не может контролировать её? Это как сидеть на бочке с порохом и молиться, чтобы никто не чиркнул спичкой. Однажды я видел, как во время напряжённой миссии он чуть не активировал её случайно. Его лицо стало белым как мел. Он сжал кулаки так, что костяшки побелели, и начал дышать слишком часто. В тот момент Дазай-кун, который стоял в стороне, мгновенно оказался рядом. Он просто дотронулся до запястья Накахары-куна. Без слов. Один жест, и Накахара-кун выдохнул. Потому что касание Дазая — это «Нет», это отмена, это безопасность. Когда Мафия и Агентство начали работать вместе, Дазай-кун лично попросил Мори-сана и Президента поставить его в пару с Накахарой-куном. «Для эффективности», — сказал он. Но мы-то знаем. Ему нужно быть рядом. Чуя боится, что потеряет контроль над способностью. Дазай боится потерять Чую. --- Отчет №6 Автор: Акутагава Рюноске Не понимаю, зачем я это пишу. Накадзима, если ты прочтешь это, я требую сжечь этот лист. Однако, если это поможет прояснить отношения Накахара-сана и Дазай-сана, я сделаю это. Накахара-сан часто волнуется за Дазай-сана. Это раздражает. Каждый раз, когда Дазай-сан говорит о смерти — шутит про самоубийство или рассуждает о методах ухода из жизни — Накахара-сан мрачнеет. Однажды я сказал при нем, что смерть — это облегчение. Накахара-сан посмотрел на меня так, будто я предложил убить его лично. А потом посмотрел на Дазай-сана. Дазай-сан не боится смерти. Это не секрет. Он всегда говорит про смерть вполне серьезно, и это напрягает Накахару-сана. Сильно. Я видел, как у Накахары-сана дрожат руки, когда Дазай-сан слишком долго не выходит на связь после миссии. Он думает, что Дазай наконец-то сделал это. Осуществил то, о чем говорит годами. И каждый раз, когда Дазай-сан возвращается — живой, невредимый, с дурацкой улыбкой — Накахара-сан сначала бледнеет, а потом бьет его. Сильно. Но после этого удара Дазай-сан выглядит… спокойным. Как будто этот удар говорит ему: «Ты живой. Я злюсь, потому что ты не отвечал». Чуя боится того, что Дазай уйдет и оставит его одного. Дазай не боится смерти. --- День седьмой Автор: Накаджима Ацуши Я думал об этом всю ночь после записи Акутагавы-куна. Накахара хоть и кажется очень грозным, все равно боится остаться один. Это так по-человечески… Когда я был в приюте, я тоже боялся одиночества. Но Накахара-сан, наверное, боится не просто одиночества. Он боится, что Дазай-сан уйдет насовсем. И не просто уйдет, а выберет смерть, оставив его одного в этом мире. Дазай-сан часто говорит про смерть. Я знаю, что у него были реально серьезные попытки. Это не секрет для Агентства. Но я не думал, что это так сильно влияет на Чую-сана. Сегодня Дазай-сан снова завел разговор о «прекрасном утоплении в осенней реке». Чуя-сан, который пил кофе, поставил чашку на стол так резко, что та треснула. Он вышел, не сказав ни слова. Я хотел пойти за ним, но Дазай-сан меня остановил. «Не надо, Ацуши-кун», — сказал он, и его голос был странно пустым. — «Ему нужно побыть одному». Но я заметил, как Дазай-сан смотрел ему вслед. В его взгляде не было привычной насмешки. Там был страх или волнение, я так и не разобрался. Чуя боится того, что Дазай уйдет и оставит его одного. Дазай желает смерти, но всё же сильно переживает за . --- Наблюдение №8 Автор: Эдогава Ранпо О, это мое любимое наблюдение! За ним я следил особенно тщательно, используя дедукцию и немного… хм… ранний приход на работу. Итак, Чуя-кун не хочет отпускать Дазая по утрам. Я заметил закономерность: если Дазай-кун ночевал у Чуи-куна (а это случается часто, даже несмотря на то, что состоят в разных организациях), то на следующее утро, когда Чуя-кун приходит в Агентство (если у них совместная миссия) или, как говорят источники, появляется в Портовой Мафии позже обычного. И выглядит он помятым. Не в смысле невыспавшимся, а… расслабленным, что ли? И недовольным. Как будто его оторвали от чего-то очень важного. Дазай-кун, что интересно, тоже опаздывает вместе с Чуей-куном. И он не выглядит раздраженным или виноватым. Наоборот, он иногда выглядит даже удовлетворенным. Однажды я видел, как они шли по коридору Агентства. Чуя-кун зевал и потирал шею, а Дазай-кун шел за ним, чуть касаясь пальцами его локтя. Как будто боялся, что Чуя-кун упадет. Или что сам отстанет. Чуя не хочет отпускать Дазая по утрам. Дазай не против долгих объятий по утрам. --- Отчет №9 Авторы: Мори Огай, Юкичи Фукудзава Мори Огай: Я заметил это в офисе, когда не было совместных миссий. Чуя-кун может выглядеть абсолютно разбитым, если Дазай-кун долго не появляется. Особенно если у Дазая затяжные миссии от Агентства. Он не показывает этого подчиненным, но я — его босс. И я как врач, вижу, как он смотрит на телефон. Как замирает, когда слышит шаги в коридоре. Как его плечи опускаются, когда это оказывается не Дазай-кун. Однажды у него случилась паническая атака прямо во время доклада мне. Началось с того, что он просто перестал дышать. Потом начал хватать ртом воздух. Он сжимал край стола так, что дерево затрещало, и смотрел в одну точку. Я позвонил Дазаю. Через семь минут Дазай был здесь. Он просто сел рядом, взял Чую за руку и начал говорить. О чём-то не важном. О погоде, о рыбалке, о глупой книге. Через десять минут Чуя дышал ровно. Юкичи Фукудзава: Я наблюдал за Дазаем в такие периоды. Всегда, когда Дазай задерживается, он выглядит очень взволнованно. Он вечно поглядывает в телефон в поиске новых сообщений. Его эффективность в работе падает, он становится рассеянным. И несколько раз он уходил прямо во время чего-то важного, если ему звонил или писал Накахара. Я не поощряю такое поведение, но я понимаю его. Дазай не сможет оставить Чую. Не потому, что Чуя не выживет без него. А потому, что Дазай без Чуи — это не Дазай. Это человек, который слишком близко знаком со смертью, чтобы отпустить единственную причину оставаться в живых. У Чуи начинаются панические атаки, когда он считает, что Дазай оставил его. Дазай ни за что не оставит Чую, не сможет. --- Эпилог. Полгода спустя. Автор: Накаджима Ацуши Я перечитал этот дневник сегодня ночью. Снаружи снова гремела гроза, и я думал о том, как много изменилось за эти девять месяцев. Я удивлен. Тому что так много человек приняли в этом участие. А потом тому, какие же мы все разные, но в то же время нас объединяет одно: наблюдение за ними. Кто-то, как Куникида-сан, видел в этом сухую статистику. Кто-то, как Йосано-сенсей, — медицинские показатели. Ранпо-сан играл в детектива, Акутагава-кун злился и не понимал зачем, но писал. Мори-сан и Президент — два лидера, которые заметили: слабости и силу. А я просто хотел понять. Как два человека, которые, кажется, должны разорвать друг друга на части, могут стать настолько блтзкими, что их страхи переплетаются, становясь неразделимыми. Сейчас гроза стихает. Я выглянул в окно и увидел их. Они стояли у агенства, где сейчас никого не было. Дазай-сан обнимал Чую-сана со спины, уткнувшись носом ему в шею. Чуя-сан что-то говорил, жестикулировал, но не пытался вырваться. Они не видели меня. И я не хотел им мешать. Я закончу дневник, потому что думаю, что я узнал то что мне нужно. Я рад, что начал это. Я рад, что у они есть друг у друга. Конец))