Вечер последнего дня T.1

Глава 27 13 марта 2012. Мы запустили в оборот первые образцы выявителя резистентности. Понятно, что всё должно быть тайно, и выборка храниться в строгом секрете. Но у меня просто чешутся руки каждый раз, когда вижу пополнение в „золотом фонде”. Спешка в таких делах только мешает.” 22 апреля 2012. Есть значительные успехи. База резистентных особей пополняется, и скоро придется начать структурировать их. 06 мая 2012 Договорился с Рихтом, на счёт первой „пробы”. Нужно выбрать место. Студенты, как самый молодой материал, неплохой выбор для начала. Посмотрим как взлетят продажи и совместим приятное с полезным. Все равно нужно его „обкатать”, только кто сказал, что при этом нельзя всё снимать на камеру? 20 июля 2012 Рихт конечно мастер, но даже я не мог предположить такого масштаба. Чего только стоила живая коррида! Давно так не смеялся. 14 апреля 2013 Чёрт бы побрал этого урода. Такое шоу испортил! Нет. Нужно заниматься отбором внимательнее. 16 июня 2013 После инцидента на стадионе, я больше не берусь за подобное. Слишком муторно и не приносит должного дохода. „Кассандра” совершенно не подходит для такого. Образцы получаются слишком маленькими, да и ликвидация получается затратной. На открытых пространствах их намного сложнее контролировать. 26 декабря 2013 Слёт художников, это же надо было такое придумать? Рихт постарался на славу. Вот как должно выглядеть настоящее „современное искусство”. Жаль, что так мало человек оценит, но зато цена за такой перфоманс была более чем удовлетворительна. 08 мая 2014 У Рихта новая мания — пауки. Поначалу было забавно, но уже даже меня они начали раздражать. 15 октября 2015 Нужно залечь на дно. Мы начали привлекать слишком много внимания. Подкупленные структуры не могут брать на себя ответственность за теракты вечно. Да и денег начали требовать за „свои услуги” непомерно много. Рихт пропал на несколько недель. Может оно и к лучшему. С ним становилось работать всё труднее. Пока что есть несколько идей, чем могу заняться. Всё ещё думаю, куда податься. Может даже займусь писательством? Давно была тяга к высокому. На этом моменте записи обрываются. — Какие твари. Леон на всякий случай сделал фотографии дневника. Кабинет, в который провела Ада, был похож на небольшую лабораторию. Несколько местных работников не составили абсолютно никакой проблемы. Усадив Жюли на медицинское кресло, он немного подумав, все же перенёс трупы за дверь. Леон не знал, в каком состоянии она очнется, но мёртвые тела на полу были явно не тем, что она должна сейчас видеть. Ада это никак не прокомментировала. Обыскивая лабораторию в поисках образца, Леон не знал, что она собирается с ним делать. А ещё чувствовал тяжесть небольшой ампулы у себя в кармане. Хотя бы в этом повезло. — Могу я задать вопрос? — она сказала это почти меланхолично, перебирая шкафы с препаратами. Леон напрягся. Если она раньше времени узнает, что образец у него, весь план наспех придуманный в голове мог оказаться под угрозой. — Можешь, — выдохнул мужчина спустя несколько секунд. Продолжая переставлять стеклянные колбы с места на место, она не оборачивалась. Не могла. — Ты счастлив? Опешив, Леон почти физически ощущал, как воздух в комнате стал плотнее. Взгляд сам упал на Жюли. Щеки всё ещё бледные, но он готов был поклясться, что на секунду заметил на них небольшую розовизну. Он так любил румянец, когда она смущалась, и едва заметные ямочки при улыбке. Ещё никогда, ни в чём, он не был так уверен. — Да. Он ответил абсолютно честно. — Тогда пообещай мне одно, — повернув голову так, что он видел только профиль, Ада проговорила, — не высылай никаких приглашений. Леон уже хотел что-то ответить, как из динамиков послышался металлический голос. — Внимание сотрудникам. Просьба покинуть помещение. Процесс ликвидации начнется через сорок минут. Повторяю. Процесс ликвидации начнётся через сорок минут. В эту секунду, сквозь помехи, в наушнике послышался голос Шерри. — Приняла. Вертолёт уже в пути. Сохранив непроницаемое выражение лица, он на мгновение выдохнул. Теперь оставалось только выбраться. — Нам нужно поторопиться, Леон, — Ада начала собираться, — есть ещё одно место, где он может быть. Наверху есть личный кабинет... Чей, он уже не услышал. Разом включившийся визг сирен не предвещал ничего хорошего. Главное он услышал — наверху. То, что нужно. Поднимая Жюли на руки, он почувствовал, как она начала приходить в себя. Следуя за Адой, Леон то и дело прислушивался к сбитому дыханию. Вирус начинал отступать и вместе с ним блокиратор боли. Казалось, он нёс не девушку, а кусок раскаленной лавы. На лбу выступали капли пота, стараясь урегулировать температуру тела. — Уже скоро, мы почти выбрались, — прошептал он в ухо, не имея уверенности, слышит ли она. Дойдя до лифта, произошло то, чего можно было ожидать. Система безопасности отключила электричество, выводя из строя самый быстрый путь наверх. — Леон! — Ада крикнула, привлекая внимание. Она выпустила сразу несколько пуль в голову приближающегося зараженного. За ним следовали другие. По всей видимости, двери ведущие в заготовленные Рихтом „круги ада”, разом отворились, выпуская в коридор оставшихся гостей. Перехватив девушку удобнее, Леон держал оружие наготове. Краем глаза он заметил запертую дверь. Возможно это их шанс. — Ада, сюда! — Выбив ногой замок, он успел расправиться с зараженным, подошедшим слишком близко. Тратить патрон было жалко, но выбора не было. Успев закрыть за Адой дверь, Леон прислонил Жюли к стене, освобождая руки. У него было лишь несколько секунд, чтобы найти, чем забаррикадировать дверь. Стальной ящик. Сгодится. Металлическая труба. Пойдёт. Наспех соорудив импровизированную баррикаду, он осмотрелся. Второй раз за день ему так везло. Они оказались на лестничной клетке. Не теряя ни секунды он подхватил Жюли, догоняя поднимающуюся по ступеням Аду. Сзади слышался вой и тяжелые удары о железную дверь, которые эхом разносились по пустому пролёту. Минуя несколько пролётов, они дошли до конца лестницы. Вместо заветной двери — стена. Облупившаяся краска и пропущенный удар сердца. Нет. Так просто он не сдастся. Постучав по стене, раздался глухой звук. Есть надежда. — Отойди, — словно на автомате, он на мгновение сжал локоть Ады, задавая направление. Спустившись вместе с ней на пролет ниже, он вынул гранату. Вырванная чека. Несколько секунд. Взрыв. Прикрыв Жюли собой, он надеялся, что удалось хоть немного смягчить звуковую волну. Когда туман штукатурки и бетонной крошки опал, перед ними показалось очертание прохода. Если бы Леон остановился чуть дольше, то мог бы заметить остатки позолоченной рамы, и ошмётки холста с портретом статного мужчины. Бальный зал больше напоминал место казни. То и дело лежали изувеченные тела тех, кого гости привели в качестве спутников. Леон старался не вглядываться в их лица. Вернее на то, что от них осталось. Потом, спустя время, он не раз будет возвращаться к этому моменту с единственной мыслью — у него вообще был шанс их спасти? Поднимаясь на второй этаж, Жюли почти пришла в себя. Ещё будучи в состоянии шока, она тяжело моргнула, стараясь сфокусировать взгляд. Получалось не очень, и глаза сами тяжело закрылись, сохраняя те крохи энергии, которые всё ещё оставались в изможденном теле. Кабинет оказался на удивление просторным. Сквозь застекленный потолок были видны ясные звезды и яркий полумесяц, освещающий комнату. Ада щелкнула выключателем и на удивление, эта часть здания не была обесточена. Яркий свет залил комнату, заставляя Жюли поморщиться. Не осознавая, что происходит, она повернула голову, стараясь укрыться от разящих лучей. — Ты так и не сказала чей это кабинет, — голос Леона звучал словно из-под воды. Почувствовав, как его тело дёрнулась, она осознала, что он держит её на руках. — Мой. На удивление знакомый голос заставил Жюли открыть глаза. Несколько секунд потребовалось взгляду, чтобы распознать черты мужчины, стоявшего в проходе. Сухими губами она в ужасе прошептала имя. — Тревор...