Слезы

Десяток сообщений на экране не давали потухнуть дисплею смартфона. Иконка мессенджера жгла глаза своим навязчивым цветом. Ничего не хотелось делать. Даже шевелиться. Поэтому и горел экран с опущенной шторкой сообщений. За окном уже темнело, гудки автомобилей стали, как будто, чуть громче из-за отсутствия естественного шума города в дневное время суток. Часы мерно отсчитывали секунды, минуты сменялись друг за другом, медленно повинуясь черной стрелке на настенных часах. Я полулежала, свернувшись на кровати в своей комнате. Колени у груди, мокрый подбородок упирается в правое колено. Пальцы медленно, нехотя скользят по мягкой простыне, задевая слишком яркий цветной плед, которым я была укрыта. Укрылась им, чтобы, если что, притвориться спящей и скрыть лицо - не надо будет выслушивать, что "так бывает" и "это просто жизнь". Телефон все также светил в глаза. Все так же было лень двигаться. После истерики такое случается. Наверное. Со мной раньше этого никогда не случалось. Не доводилось просто - вполне себе скучная и счастливая жизнь протекала все двадцать лет. Пока очки с розовыми линзами не разбились вовнутрь. А как же ещё они могут разбиться? Только так - со смачным хрустом, звонким звуком и невероятной болью. Иначе есть вероятность наступить на те же грабли. Грабли тоже, кстати, не щадят. Глаза уже еле цеплялись за свет, казалось что все слезы вышли на всю жизнь вперед. А то, что осталось, неподъемным грузом осталось на веках и тянет их вниз. Но закрывать глаза было сродни пытке - лента воспоминаний в виде живых картинок, делала лишь хуже. Голова болела из-за длительных рыданий, хотелось отключиться, чтобы забыть все. Не знать того, что сейчас крутится в голове не переставая, как зажеванная пластинка. Где-то внизу точно так же плакала мама. Моя сильная мама, которая плакала при мне в последний раз только когда мне было четыре. Наверное это и добило меня ещё больше. Эмпат во мне, настолько чувствительный, что все люди, которых я знаю и которые как и я сейчас раздавлены... Они все в моей голове и все они оставили часть чувств. Неизбежность, неверие, отчаяние, невероятная горечь от будущей потери и конечно - чувство несправедливости. Все эти эмоции умножились в несколько раз и причиняют уже физическую боль. Почему прекрасных людей надо забрать? Почему бы им не пожить столько, сколько они заслужили? Чем они хуже остальных? Глупые вопросы от глупого человечка, но разве может здраво мыслить почти убитый горем ребенок? Именно ребенком себя и ощущала. Но в какой-то момент в голове наступает тишина. Уже нет сил думать. Мозг поддался истощенному телу. Глаза начинают закрываться, тело расслабляется. Перед тем как окончательно закрыть глаза, я вижу как потухает и экран телефона.