Сигнал бедствия!

Штаб-квартира в Маринфорде: Война, которая пошатнула мир

Маринфорд, штаб-квартира Морского дозора, стал полем боя для масштабной битвы сил Дозора и Пиратов Белоуса, поддерживаемых коалицией других пиратов. Это столкновение, спровоцированное желанием спасти Портгаса Д. Эйса — сына Гол. Д. Роджера и брата Монки Д. Луффи, — обозначило поворотный момент в мировой истории. Много потерь, неожиданные соглашения и эра пиратов, которую нам всем придется переосмыслять по-новому. Вспоминаем поминутно одну из самых запоминающихся битв в современной истории.

***

      Марго́ читала статьи одну за другой, вчитываясь в каждую деталь, анализируя повестку, старательно описываемую по заказу Мирового правительства и боролась с смесью зависти и сожаления. Все эти репортеры преуспели там, где она с треском провалилась. У них была площадка для того, чтобы писать мощные, завораживающие истории, их имена писались на первых полосах. И все это пока ей приходилось барахтаться во вторичных слухах и гнилой колонке светской прессы, далеко от лоска главных заголовков.       Она резко закрыла и впечатала газету в деревянную барную стойку, пальцами другой руки нервно выстукивая на стакане тревожный ритм. Даже любимый напиток не отвлекал. Яростный выкрики ее редактора эхом метались по черепной коробке, напоминая о ее незавидном положении в профессии.       С момента войны в Маринфорде отсутствие животрепещущих тем для репортажей стало до боли очевидно, что сподвигло отказаться от ее статей даже самых лояльных клиентов в пользу эксклюзивных репортажей с места событий. Она горько осознавала свою оторванность, будто сама судьба всегда делает так, чтобы она была далеко от интересных событий в мире, и ее в этой гонке распространения информации обгонял кто угодно, от журналистов с пафосными и громкими словами, до среднего уровня поклёпов по заказу Мирового правительства. Чем больше Марго об этом думала, тем больше было ее разочарование.       Быть независимым журналистом с каждым днем становилось все тяжелее, раньше она еще могла выживать на статьи со слухами о Морском дозоре и разных высокопоставленных адмиралов, зарабатывая скромные суммы, но теперь стало совсем тяжело убеждать редакторов купить ее статьи. Мир журналистики полон безжалостной конкуренции и Марго знала, что теперь ей придется найти из ряда вон выходящую тему, чтобы хотя бы оставаться на плаву.       Охота за головами или торговля не были вариантами для нее: журналистика представлялась куда более интересным занятием, нежели постоянно таскаться за пиратами или подтирать следы Дозора. Да и сама Марго считала, что она больше интеллектуал, нежели борец. Несмотря на то, что у нее уже были пара лет опыта за поясом, они все равно не унимали ее жгучую неприязнь как к безжалостным пиратам, так и к коррумпированному Дозору и Правительству. Да, этот факт в журналистской среде был известен, хотя и замалчивался.       Окидывая уставшим взглядом полуосвещенную таверну, она зацепилась за сидящую в углу компанию. Первым она заметила огромного белого медведя, который больше был похож на гигантскую плюшевую игрушку в оранжевом комбинезоне. Сразу рядом были двое мужчин, оба в похожих бежевых рабочих костюмах, один в черной шапке с красным помпоном и надписью «Пингвин» спереди. У другого были очки и и синяя дутая шляпа.       Намётанному глазу Марго не потребовалось много времени, чтобы узнать символ Пиратов Сердца на спинах и на карманах костюмов у каждого. Ее взгляд зацепился за парня, сидящего напротив их всех: черные волосы и выделяющаяся белая меховая шапка с черными пятнами, чем-то напоминающими животный принт.       Да, не остается никаких сомнений: это и правда Трафальгар Ло, один из Худшего поколения.       Трафальгар Ло… Худшее поколение… Горячая тема на каждой летучке дозорных… Это так кажется, или в воздухе запахло деньгами за сочные слухи и подробности жизни разыскиваемых преступников? Чем дольше она смотрела на известного пирата и его команду, тем больше идей появлялось. Марго рисовала себе в воображении необычайный ажиотаж, который появится вокруг ее персоны и спасет ее, ныне плачевное, состояние.       Движимая отчаянием и собственной решимостью Марго порывисто встала и пошла к сомнительной группе. Она проигнорировала косые взгляды остальных посетителей бара и гнусные перешептывания, сосредоточившись исключительно на распластавшейся перед ней возможностью.       Девушка приблизилась к занятому столику игриво и вприпрыжку, таким образом пытаясь казаться уверенной и скрыть свою тревогу и не выдать под холодным взглядом Трафальгара Ло то, как ее сердце вот-вот вылетит из груди. Марго хватило пары мгновений для того, чтобы заметить напряжение капитана и готовность всей команды к действию, если ей достаточно не повезет и она проколется в своих словах.       — Трафальгар Ло, — смело начала Марго и сделала театральную паузу, рассматривая реакцию пиратов на свою персону. Сам Ло, в свою очередь, не проронил ни слова, нечитаемым взглядом продолжая сверлить нарушительницу его спокойствия. Да и на что она рассчитывала, кто нынче не знает его имя? — Меня зовут Марго́ Гюго́, и я — журналистка. Как только с ее языка соскользнуло слово «журналистка» Трафальгар закатил глаза и раздраженно вздохнул. На Гранд Лайне наткнуться на этих помойных крыс было легче, чем встретить чудовище в море, а вели они себя обыкновенно в разы агрессивнее и кровожаднее самых пакостных хищников.       — Если быть точнее, независимая журналистка, — поспешила поправить себя девушка, заметив не располагающее к успеху выражение лица пирата.       — И что привело тебя сюда, какие сплетни тебе поручили здесь собирать? — по тону и довольно надменному выражению лица Ло Марго предположила, что бы недостаточно осторожна в выборе слов при представлении самой себя. Злиться на него за скептицизм она также не могла, однако.       — Я независимая журналистка, а засим никакого задания мне поручено не было, — нарочито медленно проговорила девушка, старательно подбирая слова для дальнейшего разговора, — Просто я всегда нахожусь в поисках интересных историй, а вы, насколько мне известно, недавно прогремели на весь мир.       Выражение лица Ло оставалось настороженным, но было бы глупо отрицать зародившуюся в нем нотку интереса.       — Даже так? Вряд ли я смогу рассказать тебе сказку получше тех, что уже опубликованы во всех газетах.       Марго пришлось выдержать его взгляд не моргая.       — Просто я лучше всех знаю, что за каждой желтушной сказкой скрывается правда, которая ждет своего часа. И что-то мне подсказывает, что ваша история отличается от всего, что я когда-либо слышала.       Ло не повел и бровью. Просто смотрел на нее в упор, будто в его голове уже составлялся список со всеми плюсами и минусами лишь предполагаемого разговора между ними. Марго нутром чуяла, что этот внутренний список явно не складывался в её пользу, а ещё скорее всего каждый отрицательный пункт был заранее просчитан до возможных последствий для капитана. Однако, спустя мучительную минуту молчания, он неохотно кивнул.       — Хорошо, — сказал он сухо, — Ты можешь задавать свои вопросы. Но учти, я не любитель светских бесед.       Гюго кивнула в ответ, мысленно благодаря небеса за предоставленную ей возможность. Расположить к откровенному интервью пирата уже звучало как заведомо провальная идея, однако она уже ступила на этот шаткий мост, протянутый над бездной: осталось только не оступиться.       Было решено перейти сразу к самому главному.       — Тогда… Почему вы спасли Мугивару в Маринфорде? Зачем было рисковать и обращать на себя внимание всего мира таким образом?       Удар по координатам. Начало положено! Но между ними воздух сразу стал холоднее, а сам пират крепче ухватился за свой стакан.       — У меня были на то причины, — безэмоционально проведенная черта, — А остальное — не твоего ума дело.       Промах. Но Марго решила брать напором.       — У вас должна была быть какая-то стратегическая цель. Что-то, что оправдало бы огромный риск для вас и всей команды.       Его челюсть сжалась и на секунду показалось, будто до слуха Марго донесся скрежет его зубов. Вся команда, хоть и незаметно, слегка подалась вперед, по всей видимости желая быть наготове в случае, если ситуация запахнет «жареным».       — Если ты так печешься о рисках, — сказал Ло низким, предупреждающим голосом, — То советую тебе бросить совать свой нос в чужие «истории», журналистка-я.       Тут-то для Марго и запахло кровью. Она ступила на опасную территорию их диалога и физически чувствовала, как по позвоночнику бежит капля холодного пота. Гюго приходилось уже общаться с разного рода прохиндеями, пиратами, нечистыми на руку политиками и даже с рядовыми негодяями, которые скрывали много скелетов в своих шкафах. Этого опыта достаточно, чтобы не оставить свои попытки докопаться до истины. Ее даже не остановит его взгляд, от которого штукатурка на стенах трескается.       — Я лишь пытаюсь понять общую картину, Трафальгар Ло, — осторожно начала она, — Это моя работа — искать правду.       Губы Ло скривились в в полуулыбке, которая кричала о его предвзятости — такая, чтобы посыл был понятен только ей.       — Правду? — переспросил он с иронией, — Для таких как ты правда — это товар. Вы привыкли покупать её дешево, а потом продаете подороже под слоем сплетни, скандала или политического дерьма, чтобы в дальнейшем эта несуразная поделка стала рычагом в ваших руках. Мне не интересно становиться золотым билетом в редакцию пожирнее. Снова «мимо». В его словах была слоновья доза правды, но всё же.       Марго проглотила свою же гордость, насильно останавливая рвущиеся наружу желчные замечания. От уверенной обороны пирата и неотрывных взглядов его команды от желудка начал подниматься кусачий жар. «Интервью» все меньше походило на легкий шанс пробиться к мировому признанию, это её первый собеседник, который не был ни пьяным стукачом, ни каким-то болтливым морпехом. Это Трафальгар Ло. С ним горбатого не слепишь.       Изжога притупила здравый смысл и Марго уже была готова разразиться пламенной тирадой о своем профессионализме, но не успела она и раскрыть рот как в разговор вклинился другой пират, посетитель того же бара. Несуразный здоровяк явно подслушивал разговор и, обращаясь к журналистке, выпятил грудь колесом и заговорил нарочито громко:       — Зачем тратить время на этих сосунков, дорогуша, лучше напиши статью о настоящем пирате. О таком, как я, великий Робертс и моя команда — легендарные пираты Мартиники! Марго окинула его недоверчивым взглядом, слегка нахмурившись от недостатка его манер. «Велики» Робертс, как он себя назвал, едва ли был выше полутора метров, с красноречиво выпирающим из-под короткой рубахи животом и с неаккуратно подстриженной бородой, на которой все еще не успела растаять пенка от местного пива.       Она о нем никогда не слышала, хотя могла похвастаться своей осведомленностью в вопросе знаменитых пиратов. Напрашивался неутешительный вывод — если этот пивной бочонок не был в поле её зрения, то он в лучшем случае средней руки разбойник. Совсем не впечатляюще.       — Никогда о вас не слышала, — бросила она и поспешила отвернуться обратно к Ло, чтобы продолжить диалог.       Ох не зря папá учил её не говорить не подумав.       Лицо Робертса стало цвета шираза, и он, в секундном припадке уязвленного эго, сорвался вперед и схватил Марго за широкую лямку ее синего комбинезона.       — Как ты смеешь меня игнорировать, дрянь помоечная, — зло кинул пират, брызгая слюной и встряхивая Гюго так, что она невольно поднялась со стула.       Но это он зря.       Лишь стоило ему на секунду закрыть рот, пряча за бледными губами пораженные цингой зубы, у Марго сработали выученные за годы странствий рефлексы. Прежде, чем Робертс успел подумать о новом оскорблении она резко махнула ногой, впечатывая носок своего матросского ботинка ему в переносицу.       Такой неожиданный манёвр на секунду лишил его ориентации в пространстве, от чего пират отпустил комбинезон Марго и попятился назад, грузно падая на стоявший за ним стул. На долю секунды в баре воцарилась тишина, не сразу все посетители сообразили, что произошло. Затем, как только тяжелая пыль из-под сапогов Робертса осела на пол, его команда вскочила, обнажая клинки и намереваясь восстановить попранную честь своего «капитана».       Ло, не двинувшись с места, оглядел помещение с долей сожаления о мгновенно покинувшей его перспективе спокойного отдыха, но удивленным не выглядел. Хотя, если бы у Гюго была капля времени, чтобы обратить на него внимание, она могла бы заметить скрывающуюся на его лице полуулыбку — прерванный отдых не всегда значит отсутствие интересного зрелища.       Пингвин склонился к центру их стола, также не сводя глаз с разворачивающегося представления.       — Ну что ж, — сказал он с заговорщической улыбкой, — А кусается она так же, как и лает.       Несмотря на очевидное численное превосходство, Марго держалась. Она двигалась с резкой и проворной точностью, умело уворачиваясь от неуклюжих взмахов кулаками и уклоняясь от пьяных выпадов. Её удары не отличались выдающейся силой или уникальными приёмами, но они работали: быстрые, практичные, эффективные. Но фортуна в этот день решила от нее отвернуться и напоследок покрутить перед ней своим изменчивым задом, потому что за каждым увернувшимся увальнем были его дружки, вооружившись разбитыми бутылками или кривыми мечами.       Не нужно быть гениальным и остроумным журналистом чтобы понять, что ее шансы стремительно уменьшались, а Марго знала, при всей ее смелости, когда нужно тактически уносить ноги. Финально ударив одного из пиратов локтем в живот, она развернулась к двери и, пользуясь девичьей ловкостью, вывернулась сквозь толпу тел к выходу с минимальными для себя рисками. Для нее это был умный ход — за неё великую статью никто не напишет!       Прежде чем исчезнуть в дверном проеме она кинула взгляд в сторону Ло и встретилась с ним глазами.       Хотя бы пальцем пошевелил, зараза! Но максимум вовлеченности от него заключался в удобно лежащей в руке рукояти нодати, по которой он лениво барабанил пальцами лишь ему известную мелодию. Не в его интересах ввязываться в чужие драки, но со стороны это выглядело как представление.       Марго разочарованно стиснула зубы, сокрушаясь об упущенном шансе получить отличный материал, который бы точно захотели купить все газеты в мире! И кто украл у нее это?! Кучка безымянных пьяниц и неумелых пиратов.       Однако Гюго умела отступать, но не проигрывать. Если Трафальгар Ло думал, что она навсегда оставит его в покое, то явно сильно заблуждался.       Она найдет способ вытянуть из него сенсацию. Тем или иным образом.       На этом острове Лог Посу требовалось целых три дня на настройку. Семьдесят два       мучительных часа ожидания. Марго мысленно скрутила все пальцы на руках, ногах, и, возможно, наворотила пару узлов на двенадцатиперстной кишке, молясь чтобы это был первый день пребывания Пиратов Сердца на острове, а также что у них нет с собой проклятущих Вечных Посов. Если они будут вынуждены провести эти три дня в ожидании, также как и она, значит у нее есть еще два, чтобы попытать свою удачу вновь. Желательно без повторной драки в баре.       Из размышлений ее резко вырвал грохот распахнувшихся дверей бара. Пираты Мартиники, все еще злые и неприлично пьяные, вывалились наружу с гневными выкриками и сразу заметили ее, недалеко ушедшую от эпицентра заварушки. Спрашивать, что столь почтенные господа забыли на улице, не было необходимости: они хотят свести счеты. Марго быстро порылась в своей сумке и вытащила два небольших гладких шара — ее личные бомбочки. Её лицо озарила торжествующая улыбка.       Сделав глубокий вдох, она швырнула одну из них в сторону гурьбы пиратов и крикнула воинственное:       — Получите, придурки!       Она ждала оглушительного взрыва, , но из-за дождя бомба выдала лишь жалкие «п-ф-ф», испустив худую струйку дыма и несколько искр прежде чем погаснуть навсегда. Повисла неловкая тишина, в которой казалось, что даже пираты были неожиданно разочарованы.       — Это шутка?!       Марго сразу бросила вторую бомбу, но она полностью повторила судьбу ее предшественницы: постыдное «п-ф-ф», за которым последовало несколько влажных искр и еще одна секунда тишины, полная сломанных ожиданий.       — Нет-нет-нет, этого быть не может! — пробормотала про себя Марго, быстро теряя уверенность.       Пираты, конечно, быстро смекнули что к чему. Нет лучшего чувства на свете, чем наблюдать панику в глазах своей жертвы. На их лицах вспыхнули жестокие улыбки и они начали неспешно наступать на Гюго, смакуя свою быстро приближающуюся вендетту.       — Ловите ее! — взревел Робертс, явно уверенный, что это момент его триумфального становления знаменитым пиратом.       Заходя вперед: это не он.       Адреналин молнией пронзил мышцы Марго, она рванула прочь, сверкая пятками. Она начала петлять по лабиринтам переулков, что не сильно помогало при условии звонко хлюпающих луж под ее ботинками. Позади нее в погоне гремели шаги разъяренных пиратов, порой совпадая с раскатами грома и воем ее внутреннего голоса, не выдерживающего такое количество унижений за раз.       Она бежала быстро, проскальзывая по мокрой брусчатке в узкие проулки между домами с грацией человека, которому уже не впервой убегать в провального интервью. Пираты, что не в сравнение были более грузными и по уровню грации могли соревноваться только с мешками мокрого белья, с трудом поспевали за ней. Они ругались, спотыкались и скользили, как тюлени по весеннему льду.       Марго, однако, уже успела изучить все эти улицы. Она свернула за следующий угол, прижалась к влажному кирпичу на стене и резко выдохнула. Шаги пронеслись мимо, а после начали стихать. Она выглянула, заприметила узкую щель между двумя зданиями и протиснулась туда как опытная уличная кошка.       Дождь продолжал барабанить по крышам, пока она восстанавливала дыхание. Кричащие пираты на время исчезли. Она вышла на улицу в противоположном от искавших ее пиратов направлении, промокшая до нитки, зато живая!       Одна неудача была позади, еще много впереди. Но Марго Гюго не собиралась сдаваться — у нее все еще была цель и план, как она будет творить историю.