Котогенты

Чан, если честно, кошатником не был от слова вообще. Ему с самого детства больше нравились собаки: они, по его мнению, более добрые и ласковые, а ещё не царапали его руки, когда тот просто тянулся погладить. У Бана дома, в Австралии, есть любимая собака, и этого питомца ему вполне достаточно даже сейчас, когда он живёт за тысячи километров от неё. Да, Чан не собирался заводить домашних животных. А если б собрался, то определенно не котов. О чём и сообщил парню, с которым собирался напополам снимать квартиру. — А я кошатник — невозмутимо отозвался Минхо, палочкой помешивая свой кофе в чашке — всё ещё хочешь жить со мной? — Мне нужна квартира, так что… — Чан поджимает губы как-то обречённо, смотря на парня с вопросом — а сколько у тебя котов? — Пока ни одного. Но это ненадолго. Бан тихо вздыхает, но не уходит. Потому что квартира нужна позарез, ведь ещё один год в общежитии он не вынесет. Джисон правда хороший парень, но с его беспорядком из вещей, упаковок от чипсов и крошек, Чан не смог смириться. Два года пытался, но не смог. Чанбину вон, кажется, нормально — живёт и не жалуется, а Бан твёрдо решил, что в этом году точно съедет. Вот только жильё оказалось дороговато для его стипендии хорошиста, а объявление Минхо о поиске соседа попалось на глаза уже тогда, когда парень хотел головой об стенку биться. Поэтому Чан, скрепя сердцем, соглашается на сделку, надеясь на то, что пушистых чудовищ в их квартире не будет как можно дольше. Но «ненадолго», в понимании Минхо — это две недели. Это время они живут спокойно, тихо, но почти не общаясь. Минхо подрабатывает в магазинчике недалеко от дома, и уходит рано утром, ещё до того, как встаёт Чан. Они почти не видятся по утрам, а вечера проводят в разных комнатах, лишь пересекаясь на кухне и то для того, чтобы взять еду и снова разойтись. Кажется, Ли не особо любит общаться, а Бан и не настаивает, довольствуясь тем, что тот часто готовит еду и хорошо убирается. Минхо оказывается действительно хорошим соседом. Не мешает учиться, границы не нарушает, всегда поддерживает порядок в квартире, вкусно готовит. Чану грех жаловаться, вообще-то, потому что найти такого соседа — настоящая удача, а дружеское общение — совсем не обязательная часть их совместного проживания. У Бана, вообще-то, друзей и так хватает, поэтому он только рад тому, что дома ждут тишина и покой после шумного, активного дня. Но в один из вечеров, вернувшись с учебы, Чана встречает пушистое чудовище, которым Минхо чуть ли не в лицо ему тычет, держа на вытянутых руках. Кот выглядит большим, явно взрослым, со светло-рыжей шерстью и недовольным глазами, в которые Бан заглядывает всего на минутку, а уже внутренне дрожит. Чудовище мяукает громко, протяжно, будто умоляя оставить его в покое, но Ли только прижимает его к себе, чмокая между ушей. — Что это? — морщась спрашивает Чан, смотря на кота с подозрением. — Это Суни — довольно улыбается Минхо, почесывая коту бок — милый, правда? — Не правда — лишь отзывается Бан, наконец разуваясь и снимая куртку — откуда он вообще взялся? — Я его возле мусорки нашел с утра. — Фу, Мин… Зачем ты его домой притащил? Вдруг у него блохи или ещё чего похуже… — Нет у него ничего — дуется Ли, сильнее кота сжимая. Тот недовольно мяукает, но не вырывается — я уже свозил его к врачу. Он в порядке, здоров и чист. — И что, хочешь оставить его? — Да. Ну посмотри какой он хорошенький… А Чан смотрит на кота и не может понять, что в нём милого. Ладно, если бы маленький котёнок — таких действительно жалко на улице оставлять, хочется забрать и защитить. Но Минхо держит на руках взрослого, хитрющего котяру, который смотрит на Бана в ответ так, будто тот и лапы его не стоит. Это немного раздражает, ведь Чан правда думал о том, что если Ли и захочет животных, то пойдёт в приют или найдет объявление о продаже котят, а не притащит домой наглую рыжую морду. — Ну давай оставим его… — младший смотрит так, будто от этого его жизнь зависит, не меньше — пожалуйста… У Минхо есть удивительная способность быть милым, когда это нужно. В обычные дни он весь такой холодный, отстранённый, а когда что-то нужно — сразу мягкий, ласковый. И глаза такие делает… Чан правда не может отказать, смотря в них. Ли сам становится похож на котёнка — маленького такого, бедного, и хочется сделать всё-всё, лишь бы осчастливить его. Бан бы мог назвать это двуличностью или лицемерием, вот только слова эти забываются сразу же, как Минхо смотрит на него этим самым взглядом, обнимая кота чуть сильнее. И Чан просто сдаётся. — Ладно. Только убирать за ним сам будешь. — Конечно, обещаю, хён! Кот смотрит на него так, что у Чана бегут мурашки. С этой минуты спокойствие в их квартире заканчивается. Теперь Чан просыпается не от звука будильника, а от того, что над ухом раздаётся требовательное мяуканье, а лица касаются пушистые лапы, несильно шлёпая подушечками. Бан правда не знает, почему кот требует завтрак именно у него, ведь, по сути, Минхо является его хозяином, но всё равно встаёт на полчаса раньше положенного, чтобы насыпать в миску корм. Суни смотрит на него победителем, когда парень встаёт с кровати, проклиная этот мир и своего соседа, но теряет интерес сразу же, как видит еду. Но Чан находит неожиданный плюс: из-за более раннего подъёма он успевает заставать Минхо дома и они часто вместе завтракают. Они почти не разговаривают, потому что оба слишком сонные, но есть в компании, даже в такой молчаливой, оказывается намного приятнее, чем одному. Теперь ни одно утро не обходится без липкого ролика, которым Бан собирает шерсть с одежды. Кот будто специально запрыгивает на его полку в шкафу, елозя пушистой задницей по чёрным вещам. Это откровенно бесит, до того аж, что начинает дёргаться глаз, и Бан один раз даже прикрикивает на кота, потому что тот заляпал шерстью его единственный чёрный пиджак, который парень должен был надеть на зачёт. Суни в ответ на него шипит тихо, его шерсть встаёт дыбом, а после он бросается к вошедшему в комнату Минхо, будто прося у него защиты. Чан скрипит зубами от злости. — Ты чего его обижаешь? — недовольно подаёт голос Ли, беря кота на руки — испугался, да, маленький? Кричит он на тебя, ай-ай-ай, какой плохой хён… — Да я… Да он… — Бан аж задыхается от несправедливости, зло сверкая глазами — твой кот просто невыносим! Испортил мой пиджак, ещё и порвал своими когтями. Поотстригаю все нахрен, чтоб не царапался… — Я тебе потом голову отстригу — фыркает Минхо, почему-то смотря на старшего с усмешкой — развёл тут драму, боже мой… Возьми мой пиджак, он такого же размера, и угомонись уже. — Но… — Просто возьми, хён, серьёзно. Он всё равно без дела висит. Удивительно, но на пиджаке Минхо нет ни единого намека на шерсть. Удивительно, что он садится на Чана как влитой, подходя даже в плечах. Их гостиная всё больше заполняется игрушками для котов. Какие-то мячики, маленькие пищащие мыши, когтеточка, мягкий домик — всё это появляется постепенно, но в один из дней Чан понимает, что, кажется, у кота в этом доме вещей больше, чем у него самого. И если Минхо эти игрушки исправно убирает по местам каждый вечер, то каждое утро они оказываются снова раскиданы по гостиной, будто Суни делает это специально, чтобы позлить перфекционизм Бана. Один раз Чан, плетясь ранним утром на кухню, спотыкается о пищащую мышку и от неожиданности и звука слишком громкого звука, который раздается при нажатии на нее, локтём со всего маху ударяется о дверной косяк. Его ругательства слышит и сонный Минхо, который на шум выходит с кухни, и кот, который тут же бросается прочь из гостиной, скрываясь где-то в спальне Ли, будто это действительно безопасное место, способное защитить от разъярённого старшего. — Твою мать! — Бан шипит сквозь стиснутые зубы, смаргивая с глаз болезненные слёзы — я прибью этот блохастый комок… — Ну тише, не злись… — Минхо подходит ближе и осторожно берёт чужой пострадавший локоть, осматривая краснеющую ссадину — пойдем, я лёд дам, приложишь. — Он — чудовище, Минхо. Этот кот меня ненавидит, серьёзно… — Не говори ерунды, просто ты даже не пытался подружиться. Чан на это молчит. Ли даёт ему пакет со льдом из морозилки и наливает только заваренный мятный чай. Они привычно завтракают, тихо разговаривая о планах на день, а после Минхо приносит мазь от синяков, осторожно намазывая чужой ушиб, едва касаясь пальцами повреждённой кожи. Бан чувствует, как покрывается мурашками, совершенно неспособный это контролировать, но вскоре на кухню заходит Суни, нарушая их уединение и совершенно не чувствуя себя виноватым за это, и парень показательно игнорирует его, впрочем, получая это взамен. Хотя, если говорить, честно, это быстро становится довольно комфортно. Немного забавит даже, и смотреть на то, как Минхо часами может играть с Суни, кажется таким милым и правильным, что Бан иногда просто залипает, отвлекаясь от какого-нибудь доклада, который нужно закончить как можно скорее. Ли в такие моменты выглядит особенно счастливым: несмотря на то, насколько тяжёлым был его день, здесь, в гостиной, окружённый разноцветными игрушками, он выглядит расслабленно и довольно. Бан сам не понимает, как в какой-то момент, зайдя в магазин, вместе с привычным молоком и сосисками покупает для Суни маленький мячик с пёрышками. Он просто смотрит на него некоторое время, а потом думает, что кот, наверное, выглядел бы забавно, гоняясь за ним, а Минхо бы весело смеялся, наблюдая. Это картина заставляет улыбнуться, и Бан просто кидает игрушку в корзину, особо не задумываясь. Этим же вечером он, прикрываясь экраном ноутбука, наблюдает за тем, как Суни носится по гостиной, а Минхо заливисто смеётся, снова и снова дразня его новой игрушкой. — Кажется, он начинает тебе нравится… — улыбается Ли немного позже, когда они заваливаются на диван, чтобы впервые вдвоём посмотреть фильм. — Всё ещё предпочитаю собак — отзывается Чан немного безразлично, пожимая плечами. На середине фильма Суни вдруг запрыгивает к ним на диван, устраиваясь аккурат по середине между их ногами, свернувшись клубочком. Минхо мягко чешет кота между ушей, а Чан несмело гладит по спине, всё ещё наблюдая за происходящим на экране. Всё кажется так спокойно и комфортно, так правильно, и улыбка сама лезет на губы, хотя Бан и старается сдерживать её, чтобы не выглядеть глупо. А потом Суни вдруг тихо мурчит. И Чан больше не может сдерживать уголки губ, замечая, как Минхо улыбается тоже. — Он тебя принял. Звучит действительно значимо. Так проходит месяц. Чан и Минхо всё больше общаются: за завтраками или вечерами, когда играют с Суни в гостиной, включив на фоне какой-нибудь фильм. Бан больше не проводит вечера за закрытой дверью свой комнаты, Ли — почти не задерживается на работе, потому что правда рад, что дом больше не пуст. Они говорят о том, как прошёл день, узнают друг друга, совсем медленно, потому что Минхо не болтливый обычно, но всё равно рассказывает какие-то детали своей жизни, даже, если Чан не спрашивает. Конечно, Ли не говорит этого вслух, но Чан видит, каким расслабленным тот становится, когда переступает порог квартиры. Как улыбается, смотря на кота — Бан уверен, что Минхо людям так никогда не улыбался, как этому пушистому чудовищу — как тискается с ним, как нежничает. Это так непривычно, но так очаровательно, что Бан не может сдержать улыбки. До того, как в один из вечеров Минхо не возвращается домой вовремя. Чан звонит ему около десятка раз, но тот не берёт трубку, пока за окном начинается настоящий ливень, крупными каплями быстро оставляя лужи. Бан чувствует, как от волнения неспокойно бьётся сердце, потому что они всегда предупреждали друг друга, если собирались куда-то. Но сегодня Минхо ничего не говорил, к тому же, новая серия его любимого аниме начинается ровно в семь, и парень отложил бы все свои дела, чтобы успеть. Но его нет дома ни в семь, ни в восемь. После очередного звонка, на который не получает ответ, Чан срывается: накидывает куртку спешно, прямо на домашнюю футболку, и уже выходит в коридор, как входная дверь тихо щёлкает, открываясь. Минхо на пороге промокший до нитки и совершенно поникший. Он дрожит то ли от холода, то ли от чего то ещё, что Бан не может разобрать в его глазах, потому что они застелены влажной пеленой, и парень гадает, что это — слёзы или капли дождя. Его мокрое лицо искажено чем-то болезненным, беспомощным, и Чан правда никогда не видел вечно уверенного, собранного Минхо, настолько уставшим и разбитым. — Минхо… — шепчет он, будто неверя, и бросается вперёд, обхватывая ладонями его холодные щёки — где ты был, чёрт возьми?! Я весь телефон тебе оборвал, придурок, оглох что-ли?! Ли только тихо, едва слышно всхлипывает и кривит губы от какой-то непонятной Чану внутренней боли. По его мокрым щекам скатывается влага, и Бан понимает, что это вовсе не дождь, хотя парень правда промок насквозь, а с его волос капает вода. Старший уже жалеет о том, что повысил голос: не стоило кричать, несмотря на то, что волновался жутко, на то, что с ума сходил — у Минхо явно была причина для этого, и теперь, когда он наконец дома — живой, в безопасности и тепле — Бан тихо, облегчённо выдыхает, мягко стирая с его щек дорожки слёз. — Хён… — выдавливает Ли болезненно, и Чан просто притягивает его к себе, крепко обнимая. — Т-ш-ш, ты дома, Хо, всё хорошо… — шепчет мягко, с теплом, пальцы зарывая в его мокрые волосы — ну что же ты… Прости, я не должен был кричать. Но я так волновался, боже… Что случилось? — Т-там был к-котик… — шепчет Минхо сбивчиво, крупно дрожа в чужих руках. — Котик? — У м-магазина… Я хотел забрать его, но он убежал. Я искал его, но п-потом дождь начался… Не знаю, к-куда он убежал… Хён, он же там промокнет и з-замёрзнет… И-или собаки… Его загрызут собаки, хён… Чан чувствует, как от чужих слёз промокает собственная футболка. Минхо под его куртку ледяными ладонями пробирается, что даже через ткань ощущаются холодом на коже, и тихо рыдает в плечо, иногда срываясь на всхлипы. Бан прижимает его к себе крепче, несмотря на мокрую одежду, на кожу ледяную, и покачивается из стороны в сторону медленно, безмолвно утешая. Видеть Ли таким — невыносимо, и Чан болезненно морщится, слыша, как в ногах обеспокоенно мяукает Суни, маленьким телом потираясь о штаны. — Как он выглядел? — спрашивает Бан, немного отстраняя парня от себя, чтобы посмотреть в его заплаканные глаза. — Что? — глупо переспрашивает Минхо, несколько раз моргая, чтобы смахнуть с глаз слёзы. — Котик, Хо — мягко усмехается Чан, коротко разъясняя — как он выглядел? — С-серый такой… С пятном на лапе. — Серый значит, ладно. Я сейчас пойду и поищу его, хорошо? А ты иди в душ, совсем ведь продрог. — П-правда? И снова этот взгляд. Только на этот раз, Минхо не просит им — он будто не верит в то, что старший прямо сейчас пойдет туда, под ливень, искать этого несчастного кота, хотя сам их совсем не жалует. Ли смотрит на Бана с таким детским доверием, с таким удивлением и надеждой, что Чан просто вздыхает тяжело и кивает едва заметно, отстраняясь окончательно. Уже сказал, придётся делать. Футболка ощущается неприятно липкой и мокрой, но парень просто застёгивает куртку до конца, под самое горло, и достает из шкафа зонтик. Минхо всё это время топчется рядом, словно не решает уйти в сторону ванной, хотя с его одежды на пол уже накапала приличная лужица, а сам он всё ещё мелко дрожит от холода и липкости одежды. Чан снова смотрит на его лицо — всё ещё слишком тоскливо видеть чужие слезы — поэтому он ободряюще улыбается, немного приподнимая уголки губ. — Иди в душ, Минхо. Я его найду. Чану требуется около часа. Он возвращается домой мокрым до нитки, продрогшим и с кровоточащими следами когтей на ладони. Он выглядит усталым, запыхавшимся, будто очень много и долго бежал, а под его курткой, в районе груди, что-то шевелится и рвётся наружу. Бан вжикает замком нетерпеливо, словно тоже устал от такого соседства, и нагибается немного, чтобы неугомонный кот наконец выбрался на свободу, мягко приземлившись лапами на пол. Он весь мокрый, немного дрожит, но, кажется, более чем доволен оказаться в тепле, потому что мяукает всего раз, словно в благодарность, и начинает вылизывать лапу с тем самым маленьким пятнышком. Минхо — уже в чистой сухой одежде и тёплых носках — подрывается на ноги с маленького пуфика в углу и смотрит на него, как на восьмое чудо света, а потом бросается к Чану, крепко прижимаясь к его мокрому, холодному телу своим. — Спасибо… — шепчет задушенно, но так искренне, что Бан не может сдержать усталой улыбки — спасибо, хён, спасибо тебе… Чан просто обнимает его в ответ. Это приятно — не потому, что Минхо тёплый, и ледяной нос Бана отлично греется на его шее — а просто из-за того, что это Минхо. Минхо, который не фанатеет от физического контакта, но сейчас сам, так искренне и крепко обнимает его. Чан тихо, расслабленно выдыхает ему в плечо, всё ещё чувствуя, как пульсирует рука — кот правда оказался упрямым даже несмотря на все уговоры парня пойти с ним в тепло и сухость. Наверное, на помойке, среди мусорных баков ему нравилось больше, и он бы там и остался, если бы Чан не заманил маленькой пачкой кошачьего корма, что купил по пути. Минхо отстраняется — совсем немного, не до конца разрывая объятия, а лишь чтобы посмотреть в чужие глаза. Ресницы Бана мило склеены из-за дождя, а с волос капает вода, промачивая футболку младшего маленькими капельками. Ли стирает одну такую с его скулы, мягко проведя по коже пальцем, и его опухшие, всё ещё немного покрасневшие глаза светятся тихой, такой искренней благодарностью и нежностью, что Чан едва заметно улыбается, приподнимая уголок губ. — Назовем его Дори? — спрашивает старший, бросая взгляд на свернувшегося клубочком кота. — Почему Дори? — чуть выгибает бровь Минхо, хотя ничего против не говорит. — Не знаю… Он похож на Дори. — Дори звучит хорошо. Позже Минхо обрабатывает ранки на руке Чана, осторожно перевязывая бинтом намазанную кремом кожу. Дори на его коленях тихо-тихо мурчит, и этот звук приятной вибрацией отзывается где-то внутри, сопровождаясь необъятным теплом от взгляда на маленькую, но такую мягкую улыбку Ли. Чан устало улыбается, думая о том, что ему очень нравится видеть Минхо счастливым. Дори приживается у них удивительно быстро и хорошо. Он больше не царапается, хотя прошлые следы от его когтей Чан всё ещё мажет кремом, который купил Минхо, будто в знак извинений. Ли довольно быстро приучает кота к лотку, хотя до этого они пару раз находят сюрпризы от него в разных частях квартиры — Минхо сам убирает их все, хотя Бан пару раз предлагает помощь. Чан правда не осознаёт, в какой момент привязывается к ним. Коты больше не раздражают, не причиняют дискомфорт. Их мяуканье теперь хочется слушать, а не затыкать уши наушниками. Их хочется гладить, наплевав на то, что одежда после будет вся в шерсти. По утрам теперь не хочется скинуть их с кровати — совесть не позволяет — а те теперь не орут на ухо и лапами не дерутся — лишь ластятся под бок или рядом с подушкой, лениво потягиваясь, словно хозяина кровати. Коты правда больше не приносят неудобств. А Минхо с каждым днём вызывает всё больше и больше каких-то тёплых, непривычных чувств, которые Чан старательно пытается держать в себе. Потому что Ли правда потрясающий — с каждым днём он будто всё больше оттаивает, превращаясь из молчаливой ледышки в ещё одного, третьего котёнка. Бан правда начал замечать сходства: Минхо такой же любопытный, немного ленивый, словно уверен, что все вещи в мире сделают за него, стоит только глазками своими стрельнуть. Но в тоже время он такой трудолюбивый и умелый, немного безразличный, но любящий, Чан видит это — Ли любит своих котов и своих друзей, хоть и не показывает этого слишком яро. Их отношения с Чаном так сильно изменились с появлением котов: они даже не всегда здоровались, когда видели друг друга по утрам, а теперь вместе завтракают. Раньше они могли не видеть друг друга днями, при этом живя в одной квартире, а сейчас вечерами смотрят вместе фильмы, играют с котами и знакомят друг друга с друзьями. Джисону, Чонину и Чанбину Минхо, кстати, очень понравился. Чан, вроде бы, понравился Сынмину, Хёнджину и Феликсу. Особенно Феликсу, который лип к нему весь вечер, болтая на английском о своём детстве в Австралии. Чан смеялся, отвечал тем же — приятно было поговорить с кем-то, кто понимает его тоску по дому, и с кем есть общие, никому не понятные темы. Они действительно много говорили, пока Минхо совершенно бесстыдно не вклинился между ними на диване, закинув руку Бану на плечи. Старший не видел его лица, потому что оно было повёрнуто в сторону Феликса, но после одного его взгляда, пыл младшего как-то сразу поутих. Остаток того вечера Минхо от Чана не отходил, а ещё постоянно касался: то ладонь на бедро положит будто случайно, то обнимает, то голову на плечо пристроит. Бан чувствовал, как в сердце что-то трепетало от каждого такого прикосновения. В какой-то момент Чан вдруг думает о том, что каждый этап развития их с Минхо отношений сопровождался появлением нового пушистого чудовища. Звучит глупо, но Бан рискнёт. — Привет Суни, привет Дори, привет эм… — Минхо, вернувшись с работы, привычно здоровается с любимцами и замирает, озадаченный, когда вместо двух котов к нему выходят трое — кто ты у нас? — Это Дуни — Чан выходит из кухни следом, коротко махая рукой — ты не против? — Ты… ты его принёс? — неверяще хмурится Ли, наблюдая, как кот трётся о его штаны, прося внимания — ты сам принёс кота в наш дом? — Он выглядел голодным, когда я нашёл его — пожимает плечами Бан, будто это действительно обычное дело для него — и те ребята… они пугали его, так что я просто прогнал их и забрал его. Минхо смотрит на него секунду, две, будто переваривая, потом опускает взгляд на котов, снова проходясь им по мордочке каждого, а потом вдруг срывается с места — прямо в обуви и куртке — и налетает на Чана с объятиями, прижимаясь к его губам своими. Бан правда не ожидает, но всё равно ловит: и младшего в свои объятия, и его губы своими, на поцелуй отвечая медленно, но так нежно, с теплотой, что у Ли коленки дрожат и внутри всё трепещит. Целовать Минхо оказывается потрясающе. Его губы немного сухие, обветренные, но от этого не менее мягкие, чуть сладковатые, с привкусом какой-то газировки. Чан сминает их не торопясь, не углубляя, потому что правда хочет просто насладиться этим, и младший тихо-тихо выдыхает прямо в поцелуй, прижимаясь ещё ближе. Бан под его куртку ладонями пробирается, мягко оглаживая бока сквозь ткань футболки, и улыбается, не сдерживаясь, прежде, чем отстраниться. У Минхо очаровательно горят кончики ушей. Чан считает, что это самое милое, что он видел в жизни. — Ты… ты мне нравишься… — шепчет едва слышно Ли, смущённо опуская взгляд. — О, так чтобы ты признался, мне просто стоило принести ещё одного кота — улыбается Бан с лёгкой усмешкой, целуя парня в лоб — я бы сделал это раньше, если бы знал, котёнок. — Если каждый этап наших отношений будет сопровождаться котом, то очень скоро здесь не останется свободного места… — фыркает Минхо, но его губы, будто неконтролируемо, растягиваются в ответной улыбке. — Ты прав, поэтому я собираюсь поцеловать тебя ещё раз прямо сейчас, пока ты не передумал. Чан тянется ближе, чтобы снова коснуться чужих губ, но встречает только ладонь младшего, что останавливает его, вызывая удивление и вопрос во взгляде. — Они же смотрят… — шёпотом говорит Ли, кидая взгляд вниз, где коты заинтересованно ходят вокруг них, будто контролируя — мне неловко… — Тогда пусть попробуют сказать что-то против — лишь отзывается Чан снисходительно, и снова тянется вперёд, в этот раз не встречая сопротивления. Коты, на удивление, даже не мяукают. Кажется, они довольны своей работой.