Часть 12
25 марта 2026 г., 11:37
Отпуск Юнги проходил тихо — слишком тихо для человека, в котором не утихала ни одна мысль.
Он просыпался рано, варил кофе, садился за стол с ноутбуком и открывал статью, которую должен был закончить ещё неделю назад. Слова складывались медленно. Он перечитывал один абзац по три раза, удалял, писал снова. И каждый раз ловил себя на том, что думает вовсе не о тексте.
Он думал о клубе.
О том, как музыка тогда гремела так громко, что невозможно было расслышать собственные мысли. О смехе Минджи. О её шёпоте: «Целуй. Он смотрит».
О поцелуе в её плечо.
И о взгляде Хоби.
Не злость.
Не равнодушие.
А что-то сломанное.
Юнги тогда решил, что если Хоби чувствует хоть что-то — он скажет. Возмутится. Остановит. Сделает шаг.
Но Хоби промолчал.
И Юнги тоже.
Сейчас, сидя в тишине собственной квартиры, он впервые честно признал: дело не в том, что Хоби не сказал. Дело в том, что он сам спрятался за этой шалостью. Он позволил Минджи превратить его чувства в игру.
И если кто-то должен был давно поговорить — так это он.
Мысль была простой и болезненной.
Он не должен ждать признаний.
Он должен говорить сам.
Телефон зазвонил ближе к полудню. Имя на экране — Минджи.
— Юнги! — её голос был живым, солнечным. — Ты занят?
— Работаю, — ответил он. — А ты?
— Хочу кофе. И тебя. В нашем кафе. Через час?
Он согласился почти сразу.
Кафе встретило их запахом свежей выпечки и тёплым светом, падающим из больших окон. Минджи сидела у окна, в светлом пальто, с тем самым выражением лица, которое все предвещало в новость.
— Ты выглядишь так, будто сейчас расскажешь что-то серьёзное, — сказал Юнги, садясь напротив.
— А ты выглядишь так, будто наконец повзрослел, — парировала она и улыбнулась.
Он усмехнулся.
Некоторое время они говорили о пустяках — о работе, о знакомых, о зиме. Но пауза всё равно повисла между ними — та самая, невысказанная.
— Юнги… — она первой отвела взгляд. — Ты всё ещё думаешь о клубе?
Он не стал притворяться.
— Да.
Минджи медленно выдохнула.
— Это была моя идея. Я хотела подтолкнуть его. Ты же знаешь. Мне казалось, что если он увидит… он отреагирует.
— Он отреагировал, — тихо сказал Юнги. — Просто не так, как мы ожидали.
Она кивнула.
— Ты злишься?
— Нет. Я злюсь на себя. Я не должен был превращать это в проверку. Это не игра.
Минджи долго смотрела на него, потом мягко сказала:
— Тогда поговори с ним.
Юнги ничего не ответил. Только кивнул — едва заметно.
И именно тогда она, будто вспомнив, оживилась:
— Кстати! Я же не сказала. Я познакомилась с парнем на рождественской вечеринке. Его зовут Джин.
Юнги поднял взгляд.
— Джин?
— Да. Мы сегодня едем вместе на помолвку его друга. Нама. Представляешь? Всё так быстро закрутилось.
Внутри что-то щёлкнуло.
— Покажи фото.
Она протянула телефон.
Юнги посмотрел на экран — и мир стал на секунду тише. Это был тот самый Джин. Тот, кого он видел рядом с Хоби. Тот голос в машине. Та фраза, прозвучавшая как угроза и шутка одновременно.
Всё встало на свои места.
Если Минджи едет с Джином на помолвку Нама…
значит, Хоби тоже там.
Не с кем-то.
Не в отношениях.
Просто там.
И вдруг стало до смешного ясно: всё это время они оба молчали не потому, что не чувствовали. А потому что боялись ошибиться.
— Ты сейчас куда-то далеко ушёл, — тихо заметила Минджи.
Юнги вернул взгляд.
— Нет. Я наконец вернулся.
Она улыбнулась, будто поняла больше, чем он сказал вслух.
Дом встретил его вечерней тишиной. Солнце уже опускалось за крыши, оставляя на стенах длинные тени. В комнате было прохладно. Юнги не включал свет.
Он сел на диван и позволил мыслям развернуться полностью.
Он должен был поговорить с ним давно.
Не ждать.
Не проверять.
Не надеяться, что другой сделает первый шаг.
Он сам всё усложнил.
Он сам всё и распутает.
Ночь медленно опускалась на город. За окном зажигались фонари, вдалеке слышался редкий шум машин. Юнги держал телефон в руке и смотрел на экран, где было открыто окно диалога.
Он написал:
«Давай поговорим».
Стер.
Слишком резко.
Он попробовал снова.
Пальцы дрогнули, но на этот раз он не остановился.
«Давай… Нет, нам нужно поговорить, когда ты вернёшься».
