Обещание.

На следующий день директор сказал проведать учеников, узнать нет ли у них каких-то побочек после вчерашнего превращения. Гостиная общежития встретила их приглушённым светом и тихим гулом голосов. Кто-то сидел на диванах, листая телефон, кто-то играл в настольные игры, несколько человек переговаривались в углу. Айзава вошёл первым, привычно окинул взглядом помещение. Следом за ним, держась за руку, шла Эри. Полночь закрывала процессию, уже улыбаясь кому-то из учеников. Девочка не стала ждать. Она отпустила руку Айзавы и, не обращая внимания на остальных, направилась прямо к дивану в дальнем углу. Мужчина проследил за её движением и увидел Мизуки. Она сидела, слегка откинувшись на спинку, с чашкой чая в одной руке и небольшой тетрадью, лежащей на коленях. Второй рукой она что-то писала, даже в таком положении держа осанку. — Мизу! - Эри подбежала к ней, сияя. - Я выучила ту композицию на флейте! Хочешь послушать? Мизуки подняла голову. Выражение её лица, до этого сосредоточенное и серьёзное, смягчилось. — Конечно, - сказала она, закрывая тетрадь и ставя её на стол рядом с чашкой.- Идём. Она встала, и Эри тут же схватила её за руку. Вдвоём они направились к лестнице, ведущей на верхние этажи. Пока они поднимались, учителя занялись тем, за чем пришли. Айзава коротко переговорил с несколькими учениками — уточнил самочувствие, спросил, не нужно ли чего. Полночь тоже обменялась парой фраз с девушками, проверяя их состояние. Никаких серьёзных жалоб не было, лишь пара учеников в шутку сказали что домашки слишком много, а так все в порядке. Убедившись, что переживать не о чем, они наконец подошли к дивану и сели. Мужчина сложил руки на груди. Полночь откинулась на спинку с видом человека, который наконец может расслабиться. В гостиной почти никого не осталось - ученики разошлись по комнатам, и теперь здесь было непривычно тихо. Взгляд Айзавы упал на дневник. Она лежала на столе, там, где её оставила Мизуки. Обычная, ничем не примечательная, в твёрдой обложке, без каких-либо опознавательных знаков. Он видел её много раз. Она в нем записывала их расписание в Англии, в нем она объясняла примеры разных задач для Эри, писала что-то в лифте на скорую руку. В конце концов именно в нем она писала тогда, когда он был у нее в «гостях». И каждый раз ему было интересно, что именно. Он не спрашивал. Это казалось слишком личным. — Ну давай, не тяни, - вдруг сказала Полночь, и он понял, что она давно за ним наблюдает. - Мне тоже интересно. — Нет, - коротко ответил мужчина. — Один раз! Она же не узнает. — Это её личная вещь. У нас нет права её брать. — Ой, Шота, - коллега придвинулась ближе. - Ты что, правда не хочешь хотя бы одним глазком посмотреть? Мы просто чуть-чуть… — Я сказал нет. Она ещё несколько минут уговаривала его, но он был непреклонен. Тогда, убедившись, что в комнате никого нет, Полночь сама потянулась к тетради. — Каяма, — предупредил он. — Да ладно тебе! - отмахнулась она, открывая тетрадь на первой попавшейся странице. Добрую минуту она всматривалась прежде чем томно выдохнуть,- может я что-то не знаю и Мизуки на доктора учится? Тут же ничего не понятно..,-Айзава невольно заглянул через её плечо, - Это английский? - спросила Полночь, вглядываясь в текст. - Вроде нет… Она же полиглот. Может, французский? — Неважно, - сказал герой, и не сдержавшись потянулся к дневнику,- Дай сюда. Полночь с выражением лица «я же говорила» отдала тетрадь, и он начал листать с самого начала. На первой странице стояла дата: 01.01.2016. Ее пятнадцатый день рождения. Дальше шёл текст. Почерк был неразборчивым - даже если отбросить тот факт, что язык был им не знаком. Строчки были больше похожие на волны. Создавалось впечатление, что человек писал не отрывая руки от листа. Айзава перелистнул страницу. Снова дата. Снова текст — на этот раз чуть более аккуратный, но всё такой же хаотичный. Он листал дальше, пролистывая страницы с датами и записями, пока не наткнулся на рисунок. Человеческая голова. Рядом — рука, ступня, грудная клетка, внутренние органы. От них уходили линии и были написаны, по их предположениям, названия мышц. — Ну точно врач, - тихо сказала женщина, тоже разглядывая рисунки. - Если отбросить то что это жутко мерзко, то нарисовано красиво. Айзава кивнул. Рассказанная ею вчерашняя история сразу вспомнилась, да и даты совпадали. Он листал дальше, хотя внутри понимал, то, что он делает - неправильно. То что оставалось неизменным были даты. Даже под случайной кляксой она была. Ни подписи, ни имени. Рисунки сменяли друг друга: архитектурные наброски, схемы, чьи-то профили. Иногда попадались записи - мелкие, почти нечитаемые, словно она писала их на бегу, не придавая значения разборчивости. А потом среди них начали появляться знакомые лица. Первым был он сам. Спящий на полу в спальном мешке. Рядом — дата и мелкий текст. Айзава не смог разобрать ни слова, но узнал обстановку. Их класс и его любимый угол. Он спал прислонившись к стене. — Кого я вижу!,- констатировала Полночь. — Тише, — буркнул Айзава, переворачивая страницу. Тодороки ровно сидящий на диване. Мина с долькой арбуза в руке. Иида потирающий очки. Все в том же стиле - быстрые, но узнаваемые зарисовки. Дальше- неожиданно - Старатель в профиль. Айзава задержался на этом рисунке дольше, чем хотел бы. Потом появилась Эри. С этого момента на иллюстрациях была преимущественно она. Эри смеющаяся, Эри за уроками, Эри с флейтой в руках. Иногда одна, иногда в компании других. Айзава заметил, что большинство рисунков были сделаны в их учительском общежитии - он узнавал мебель, расположение комнат, даже игрушки на полу. Он листал дальше. Почерк менялся: то аккуратный, почти каллиграфический, то до жути неразборчивый, словно она рисовала буквы, а не писала их. В одном месте он заметил целую страницу, исписанную убористым текстом на, а через два листа - чистый лист с единственным предложением в центре. Он не понял ни слова. На одной из страниц не было текста. Только большая иллюстрация: Эри и он сам, спящие на скамейке. Позади — знакомый пейзаж. Айзава узнал его не сразу - потребовалось несколько секунд, чтобы сопоставить детали. Но дата подсказала. -Какие мирные и беззащитные,- снова прокомментировала Немури достав телефон и сфотографировав разворот. — Ты чего?, — сказал он тихо но явным непониманием. — Для семейного альбома. Айзава не ответил, лишь перевернул страницу. Через еще один десяток страниц он заметил то чего не ожидал. Кот. Чёрный, пушистый, с закрытыми глазами. Спящий на чужой кровати. Дата - тот самый день. Айзава узнал все. Узнал комнату — это была спальня Мизуки. Вспомнил позу, выражение морды, даже то, как он свернулся калачиком на покрывале. Он поспешно перевернул страницу. — Что это было? - спросила Полночь, но он не ответил. Следующие страницы они пролистали быстрее. Пейзажи, портреты, какие-то расчёты, ноты . Они почти добрались до прошлого месяца, когда сзади раздался знакомый голос. — Перелистните обратно. Я не дочитала. Они замерли. Медленно, словно боясь спугнуть тишину, они обернулись. Мизуки стояла у них за спиной. Рядом с ней никого не было - Эри, видимо, осталась наверху. Спокойная, с лёгкой улыбкой на губах, в привычном образе. Но взгляд… Взгляд был другим. Непривычный прищур, от которого у обоих пробежали мурашки по спине. — Ну как вам? Интересно наверно. - спросила она чуть наклонив голову. - а я как раз за ним пришла,-Оба учителей в были как вкопанные не зная что сказать из за чего девушка чуть рассмеялась. Тихо, почти беззвучно,- Да ладно вам. Вы же всё равно ничего не поняли. Максимум на картинки посмотрели. Она протянула руку, и Айзава, помедлив, вернул тетрадь. — Как говорится, запретный плод сладок? — продолжила Мизуки, закрывая дневник. — А это.., ты на каком языке пишешь? - спросила Полночь, всё ещё красная от смущения. -Почему не на японском или английском? — Это так, - спокойно ответила Мизуки. - На случай, если у некоторых любопытство возьмёт верх и они решатся на данный шаг. Откроют а там все на латыни. Да и в моем окружении всего 4 человека знает латынь на том уровне чтобы понять написанное, так что искать виновного будет легко, в случае утечки информации. —Даже это продумала.. — Все же это личный дневник а не тетрадка по математике,- сказала блондинка.- Хотя примеры в нем я тоже решаю.. Полночь закрыла лицо руками, смеясь от того как смешно они попались. Оба профессиональный герои а застукали их как детей. Айзава посмотрел на неё, потом на Мизуки, потом снова на коллегу. — Мы не должны были, — сказал он наконец. — Не должны, - согласилась Мизуки. В её голосе не было осуждения, - Но ничего страшного не случилось. Я вообще думала пройти мимо, чтобы вас не смущать, но мне правда он сейчас нужен. -Ты вообще сколько там стояла?,- все же решила уточнить Полночь. -Достаточно,- сказала она улыбнувшись и пошла на верх. Учителя переглянулись и по выражению лица мужчины было понятно, что он особо не рад. -Как будто я виновата что она как шиноби сзади подкралась!,- сразу возразила она,- ты вообще-то сам начал листать! -Не спорю,- прозвучал короткий ответ после чего он устал,- Думаю сегодня Эри захочет остаться с ночевкой. Идем давай. Они собрались и ушли. Дорога была тихой. За свою карьеру учителя он видел на один и не два личных дневника. Их часто забывали где-то и чтобы найти хозяина приходилось открывать и читать, даже против своей воли. В основном писали про будничное дни, про подруг, про парней, часто жаловались, в частности на учебу и родителей. Классические подростковые драмы. Оформление было таким же предсказуемым. Разноцветные ручки, иногда запах ядреных духов, как будто это не дневник а сборник парфюмов, сердечки и цветочки по углам. Внутри он понимал, что в дневнике Мизуки такого он не встретит. Он ожидал более сдержанный, аккуратный вид, как и сама владелица. Но после увиденного он понял, что лучше бы это была розовая бомба чем эти записи доктора. Хотя бы это у нее было бы как у ее сверстников. А так мысль о том, что она как-то слишком зрелая продолжало крутится у него в голове. Безусловно она понравилась ему именно из за этой черты, но теперь его переживания на более глубинном уровне. Почему у нее такая черта? * У девушки переживаний на счет того что они просмотрели ее дневник вообще не было. У нее были дилеммы и посерьезней, например, что делать после выпуска. Еще и директор который зачастил звать ее по разным вопросам. То задачу решить, то просто поговорить. — Сыграем в шахматы?-внезапно спросил он в очередной раз.   — Да, почему бы и нет,-легко согласилась она и разложив фигуры протянула обе руки вперед:-Выбирайте.-Он выбрал левую, и ему попалась белая пешка, это значит, он будет ходить первым.-Играем с часами или без?   — Давай по всем правилам,-игра началась. Ей с самого начала, еще на их первой встрече, было понятно, что всё это не просто так. Но шахматы всего лишь игра. И если надо победить, она это сделает.-Мизуки, а кто тебя научил играть?   — Никто. В библиотеке была книга по инструкции игры и ещё одна с лучшими партиями за историю. Она так и называлась,-объяснила девушка.-По ней и научилась.   — Понятно,-коротко ответил он.   Партия продолжалась, и, глядя на положение фигур, можно было сказать, что директор лидировал, заставив её уйти в оборону.   — А что для вас главное в шахматах?-внезапно спросила она.   — Поставить вражескому королю мат, конечно,-без раздумий ответил директор.-Тогда и наступает победа.   — А вот я так не считаю,-сделав очередной ход, сказала блондинка.-Для меня главное в любом деле-победить, но не всегда мат означает победу.   — В каком смысле?-переспросил он.   — Иногда поражение-это победа, и наоборот-победа это поражение,-завуалированно сказала девушка.-Многие думают, что нужно поставить мат королю, но нет. Я играю не против белых фигур, а против вас, директор, а это значит, что мат должен быть для вас, а не для вашего короля.   — В твоих словах есть смысл. Но следующий мой ход будет последним, и ты потерпишь поражение,-спокойно ответил он.   — Разве? Я бы не была так уверена,-поставив свою пешку на одну клетку вперёд и доведя её до конца доски, она поменяла её на коня, ударяя прямо по королю. И теперь те фигуры, которые якобы отвечали за защиту, одновременно окружили вражеского короля, закрыв все пути отступления. Другие его фигуры никак не могли повлиять на ситуацию.-Шах и мат, директор.   — Ты с самого начала знала, что всё так будет.-это для него не было вопросом.   — У меня было много вариантов для того, чтобы поставить мат, но поставь я его другим способом, я бы не одержала абсолютную победу,-ставя фигуры обратно по местам, сказала она.-Так вы знаете, что моя победа не была просто чередой случайностей, а с самого начала продуманной стратегией, чтобы заставить вас поверить в вашу победу, а после сокрушить,-закончив перестановку фигур, она продолжила:-Не знаю, для чего вы меня проверяете, но делаете вы это очень открыто.   — А разве тебе не интересно, почему?-не стал это отрицать он.   — Интересно, конечно, но просить вас рассказать я точно не буду. Не в моих принципах,-коротко ответила она.-Расскажете сами, когда это будет нужно.   — Хорошо. Они сыграли в еще одну партию и она снова выиграла, но уже, понятное дело, другим способом. * Прошёл январь, и уже середина февраля. Все готовятся к выпускным экзаменам, прося друг друга помочь в слабых темах. Так же пишут очень много разных тестов до самих финальных экзаменов, чтобы быть готовыми к нагрузкам и чтобы учителя знали, кому в чём помочь. * — Мизуки Лайт из класса 3-А, после уроков зайдите к директору,-в один из обычных школьных дней послышался голос из школьных динамиков. — Что-то случилось?-спросил Тодороки, оторвавшись от обеда. — Не знаю,-коротко ответила она. После уроков, как и сказали, она направилась в кабинет директора, где её уже ждали на разговор. Поздоровавшись, она села на стул напротив него, дожидаясь объяснения. — Это что? Мой табель?-спросила она, когда вместо слов первым делом он вручил ей стопочку бумаг. — Как ты и сама знаешь, у тебя наивысшие отметки за всё время обучения тут. У тебя нет ни единого теста, написанного меньше чем на сто баллов, так же практические задания и стратегическое мышление тоже на высоте. И не только тут. В средней школе тоже. Ты получила титул лучшей выпускницы за всю историю академии Каффа,-начал он.-Тут то же самое. Если напишешь выпускные экзамены на высший балл, а я в этом не сомневаюсь, то будешь лучшей выпускницей академии Юэй. — И к чему вы это клоните?-не стала это отрицать девушка. Она никогда не любила хвастовство и тем более не считала свои достижения чем-то настолько особенным, но бесполезно спорить с фактами. — Академия Юэй всегда пытается дать лучшие возможности своим студентам, особенно талантливым, амбициозным и перспективным,-сказал он, встав со стула.-У тебя, судья по бумагам, уже был опыт практики за границей. Но тут другой случай,-после этого он начал рассказывать о перспективах. — Значит, мне поступило предложение на долгосрочный контракт работы в международной ассоциации героев на высокой должности, только я должна буду жить в Швейцарии?-ещё раз уточнила она.-Я, конечно, понимаю, что у меня высокие отметки, но почему я? — Это выбираем не мы, а они. У тебя очень хорошие рекомендации. Юэй делает всё для вашего продвижения, так что мы связались с вашими прошлыми преподавателями, работодателями и с героями, у которых вы стажировались, чтобы составить ваше портфолио,-объяснил он.-Они редко берут выпускников, но и не каждый выпускник имеет рекомендации от профессоров, героя номер один и директоров двух самых престижных академий страны одновременно. Так же квалификация переводчика семи языков, разные грамоты международных конкурсов,- спокойно говорил он пока он не перебивая слушала,- Это самое лучшее из предложений, которые поступили тебе, но так же есть ещё около семисот вариантов на твой выбор,-отдав ей стопку бумаги, сказал он.-Не мало предложений за границей. — Понятно..-перелистывая страницы, ответила блондинка. — Так же у меня есть своё личное предложение,-сказал он, после чего объяснил ей в деталях.-Но знай, Лайт, решение полностью твоё. Если хочешь, можешь отказаться от всего и пойти другой дорогой. Наше дело-тебя направить,-под конец сказал директор. — Спасибо большое за ваш труд и переживания,-сделав поклон, поблагодарила она.-Я обязательно над этим подумаю. — Только дай мне свой ответ до марта,-проводив её до двери, сказал он.-Хорошо обдумай всё. — Ещё раз спасибо,-поклонившись на прощание, сказала девушка.-До свидания. — До свидания. * Зайдя в свою комнату, она обессиленно упала на кровать, закрыв лицо ладонями. Она не знала, что делать после выпуска, и вот варианты прямо у неё в руках. Выбирай всё, что хочешь, но всё это ей кажется неправильным. Но нужно сделать выбор. Хочет она этого или нет, нужно дать ответ. * Неделя пролетела в учёбе и бесконечных тестах. И вот снова пятница, снова учительское общежитие, снова Эри с задачками и Мизуки с чашкой чая. Всё как всегда. В здании почти никого, кроме них, только двое учителей, из которых один сидел напротив, проверяя бумаги.   — Шота, смотри, что я нашёл!-крикнул блондинистый мужчина другу, подходя к нему.-Я и не знал, что ты хранишь эту фотографию.   — Ты что, опять копался в моих личных вещах?!-отобрав листик, раздражённо ответил он.   — Я искал свои наушники.   — Это что?-заинтересовавшись, спросила девочка.   — Старая фотография,-протянув ей желаемый листик, сказал он.-Это я, а это..помнишь как ее имя?,- спросил он друга.   — Она от него не отлипала! Обняла его намертво,-сказал Мик.-Пришла её мама и силой её стянула. Но как же её звали..   — Не помню. Она не назвала своего имени, да и вообще плохо разговаривала. А после, что говорила её мать, вообще не помню,-ответил темноволосый мужчина.-Я столько дыма надышался, что вообще не соображал.   — Дыма?-переспросила девочка.   — Да, был пожар,-коротко ответил он.-Только помню что сперва я подумал что у нее алые волосы но потом оказалось, что они светлые а красный цвет был из за огня.   — Вообще тебя судьба связывает с блондинами,-ответил друг.-Взять, например, меня! Эри, эту девочку, чьё имя мы не помним,-конечно, сказав это, он ещё имел в виду и девушку, сидящую напротив него, но говорить не стал.   — Возможно,-не стал отрицать он.-Надеюсь, сейчас с ней всё хорошо.   Обычная фотография. Он стоит в своём геройском костюме, хоть и чуть видоизменённом, держа девочку на руках, которая уткнулась ему в шею, из-за чего не было видно её лица, крепко держась за него руками и ногами. Только он тут совсем молодой, наверное, и двадцати нет.   — Вы почти не изменились,-сказала блондинка, посмотрев на фотографию.-Выглядите так же, когда из-за причуды Эри стали подростком.   — Тут мне девятнадцать, так что чисто теоретически я ещё подросток,-ответил он.   — К слову, учитель Ямада, ваши наушники в ванной на вешалке, на них ещё висит синее полотенце, вот вы и не заметили,-спокойно ответила блондинка, из-за чего на неё странно посмотрели.-У меня глаза-рентген и хорошее зрение, не забывайте об этом.   — Точно! Сейчас проверю!-он побежал в ванную.-Они тут, спасибо!-оттуда крикнул он.   Остальной час, что она провела там, всё прошло как обычно. Она особо не разговаривала и была в своих мыслях, но в этом не было ничего удивительного. Девушка никогда не была многословной, и, учитывая скорый выпускной, тем более есть над чем подумать.